Читаем Что в имени твоем, Байкал онлайн бесплатно

Многие народы жили в историческое время на берегах Байкала. Сохранились сведения далеко не о всех из них. Великие переселения народов, происходившие на обширных пространствах восточно-европейских и азиатских степей, до неузнаваемости изменяли карту мира. Возникали и распадались межплеменные союзы и государства. Все это отражалось и на географических названиях. До нас дошло немного названий Байкала — Ламу, Бэйхай, Тенгис, Тенгис-далай, Байгал, Байгал-далай, Далай, Святое море.

Чем же Байкал привлекал и привлекает людей?

В древности, когда люди впервые сталкивались с Байкалом, их поражала прежде всего огромная масса воды. И в древние времена люди, особенно кочевники, знали о том, что землю, на которой они живут, омывают большие массы воды (моря и океаны). Но здесь они встречались с большой массой воды, размещенной вопреки их наблюдениям и законам — посреди суши. Поэтому не случайно возникавшие названия озера означали большую массу воды, море, океан.

Древний человек оценивал массу воды Байкала по его внешним параметрам — длине, ширине и периметру озера. И эти показатели озера-моря, видимо, производили на него сильное впечатление. Байкал протягивается в длину с юга на север, чуть-чуть отклоняясь к северо-востоку, на 536 километров. Его максимальная ширина, на широте устья Баргузина, составляет около 80 километров, минимальная — 27 и средняя — 49,3 километра. Если попытаться обойти озеро вокруг по берегу, то нужно преодолеть расстояние в 1800 километров — таков его периметр. Кочевые народы обходили озеро по его берегам (об этом достаточно хорошо известно из фольклорных сведений), но им приходилось преодолевать гораздо большие расстояния, поскольку на значительных пространствах берега Байкала скалисты и недоступны.

Чисто внешние параметры озера, однако, не давали возможности древнему человеку оценить истинные размеры всей массы байкальской воды, так как долгое время люди вообще не знали, каковы же глубины озера. Сейчас мы знаем, что максимальная глубина его составляет 1620 метров, средняя глубина — 731 метр. Исходя из величины площади водного зеркала озера — 31 471 квадратный километр — и средних глубин, можно вычислить водный объем — 23 015 кубических километров. Много это или мало? Величина этой цифры познается в сравнении. Обычно сравнивают либо с водной массой других континентальных озер, либо с величиной запасов пресных вод на планете. Из континентальных пресных водоемов такие же объемы воды имеют Великие американские озера — Верхнее, Мичиган, Гурон, Эри, Онтарио, вместе взятые. Другие водоемы гораздо меньших размеров: озеро Танганьика (Африка) — в 2, Ладожское озеро — в 23 раза^{1}. Величина запасов пресных вод на планете не поддается точному учету, поэтому доля байкальской воды оценивается различно — от 1/5 до 1/20. На наш взгляд, близка к истине последняя цифра.

Колоссальный водный объем Байкала размещен в труднодоступной глубокой котловине-впадине. Байкал окружен почти со всех сторон высокими горами. Это немаловажное обстоятельство, особенно для древнего кочевника, обусловливало относительную недоступность озера. Путями, по которым можно было проникнуть на берега Байкала, служили прежде всего долины его самых крупных притоков — Селенги, Баргузина, Верхней Ангары, а также долина Ангары, вытекающей из озера. Низкие и средней величины горы окружают Байкал только в двух местах — в Приольхонье и в междуречье Баргузин — Кика. Неспроста Приольхонье служило местом расселения курыкан в середине I тысячелетия и позднее — бурятских племен и родов, а междуречье Баргузин — Кика входило территориально в так называемый Баргуджин-Токум, область, где часто развертывались события ранней монгольской истории.

То, что Байкал окружен высокими горами, отражается на глубине и крутосклонности вместилища байкальских вод. Значительная доля водной массы озера приходится на большие глубины. Мелководий весьма мало. Зона с глубинами до 20 метров составляет всего лишь 7 % общей площади акватории, а зона с глубинами до 70 метров — 13,32 %^{2}. Малая доля мелководий сказывается на характере и масштабе биологических процессов, идущих в озере, так как мелководья в озерных бассейнах являются самой биологически продуктивной зоной.

Байкал всегда и во все времена поражал человека. Это хорошо подметил В. Г. Распутин: «Человека всякий раз брала оторопь при виде Байкала, потому что он не вмещался ни в духовные, ни в материалистические представления человека: Байкал лежал не там, где что-то подобное могло бы находиться, был не тем, что могло бы в этом и любом другом месте быть, и действовал на душу не так, как действует обычно «равнодушная» природа. Это было нечто особое, необыкновенное и «богоделанное»^{3}.

Представления о необыкновенности Байкала отчетливо обнаруживаются в его различных названиях, даваемых разными народами. Эти названия мы кратко рассмотрим, равно как и исторические условия их появления.

Новый этап в познании природы Байкала начался с приходом в край русских.

Русские землепроходцы начали осваивать территории Зауралья и Сибири около четырехсот лет тому назад. Движение их на восток придерживалось в основном таежной зоны малоизвестной страны Сибири. Степная полоса оставалась за аборигенами-кочевниками, которые временами оказывали отрядам русских успешное сопротивление. Генеральная линия движения землепроходцев может быть прослежена по городам, которые они создавали на своем пути, — Тобольск, Енисейск, Киренск, Якутск, Охотск.

Поскольку районы, прилежащие к Байкалу, оказались южнее генеральной линии движения русских землепроходцев, их освоение заметно отодвинулось во времени. Этому препятствовали и высокие прибайкальские горы, протянувшиеся поясами на сотни километров. В 1639 г. русские вышли на берега Тихого океана, и только в 1643 г. они появились на берегах Байкала. Здесь землепроходцы повстречались сначала с эвенками и от них узнали, что озеро-море называется Ламу и что его берега и земли за ним населяют «брацкие» люди (буряты), которые называют озеро иначе — Байгал. В первых русских документах, перемежаясь, эти два названия и шли рядом, рука об руку. Эвенкийское Ламу на первых порах было даже более употребительным^{4}. Но, ближе познакомившись с заозерной страной, русские увидели, что ее населяет многочисленный «брацкий» народ. Поэтому они сменили название озера-моря, переключившись на бурятское Байгал, и вся заозерная страна получила название Забайкалье.

Когда впервые возникло и попало в письменные источники это название? Оно появилось не ранее XIV в. Его происхождение, его принадлежность какому-либо народу (языку) вызывают много споров, хотя, конечно, именно в этом желательна ясность.

Надо заметить, что точная периодизация географического названия, особенно принадлежащего к бесписьменным языкам, — дело чрезвычайно сложное. Современное наименование Байкал возникло у русских под влиянием принятого ими бурят-монгольского названия озера — Байгал или Байгаал-далай. Поэтому поиски основного значения слова должны сводиться к выяснению значения и происхождения слова «Байгал».

Известный советский востоковед В. В. Бартольд говорил о том, что поиски полного значения слова не должны основываться только на установлении сходства его с тем или иным словом какого-либо языка, их необходимо подкреплять историческими свидетельствами. Сейчас это положение является общепринятым. Однако многие трактовки происхождения слова «Байгал» совершенно не учитывали исторических документов и базировались лишь на аналогиях и соответствиях его тому или иному языку. Поэтому они не столько прояснили, сколько запутали вопрос. Существует несколько гипотез относительно того, какому же народу (языку) первоначально принадлежало это слово. Мы рассмотрим различные варианты — древнекитайский, динлино-кетский, древнетюркский, бурятский, якутский, арабский, тибетский. Для сравнения необходимо было привлечь довольно разнообразный и различный по значимости материал — исторический, лингвистический, фольклорный, антропологический…

Нельзя не сказать о том, что рассмотрение смысловых значений слова «Байкал» только на основе языковых аналогий является недостаточным и приводит к необходимости освещения истории народов и племен, некогда населявших Прибайкалье. Это неизбежно, ибо истоки любого слова связаны с историческими судьбами народов и племен. За словом, его смысловым значением проступает «второй слой красок», более глубинный и еще более загадочный, — этногенез народов и племен Сибири. Такой поворот темы, может быть, разочарует иного читателя, ожидающего полного и абсолютно достоверного объяснения значения и происхождения названия Байкал, но надеемся, что компенсацией ему будет знакомство с некоторыми историческими событиями и фактами, имеющими прямое отношение к тому вопросу, обсуждение которого составляет содержание данной книги.

В работе автор опирался на советы и пожелания ученых — Ц. Б. Цыдендамбаева, П. П. Барашкова, И. Д. Бураева, С. Б. Будаева, Г. Э. Базаровой, Е. М. Залкинда, А. И. Уланова, Л. Д. Шагдарова, В. И. Рассадина, Р. Е. Пубаева, Е. А. Хамзиной, Л. Г. Ивашиной, П. Б. Коновалова, В. Э. Назарова-Рыгдылона, Ш. Б. Чимитдоржиева, Б.-Д. Б. Бадараева, М. П. Хомонова. Всем им автор выражает искреннюю благодарность. Особо благодарен автор К. А. Железнякову за консультации по китайскому языку.

Название Ламу принадлежит одному из древних народов Сибири — эвенкам. В эвенкийском языке с глубокой древности существует слово «ламу» — «море». Этим словом они называли и Байкал^{6}. Эвенки, первоначально ведшие образ жизни пеших охотников (пешие, или сидячие, эвенки вплоть до начала XX в. населяли восточные берега Северного Байкала) и освоившие оленеводство в позднее время, из районов Прибайкалья, своей прародины, расселились на восток, до побережья Охотского моря, и на север, до Северного Ледовитого океана. Они перенесли название Ламу и на эти природные объекты, несмотря на заметные различия в размерах между Байкалом, Охотским морем и Северным Ледовитым океаном. Это вполне объяснимо, поскольку первоначально слово «ламу» было нарицательным и обозначало море вообще и только позднее оно стало употребляться как имя собственное.

Слово «ламу» у эвенков входит не только в название Байкала, но и в другие топонимы. Так, реку Кичеру в ее нижнем течении, когда она выходит на равнинные пространства общей дельты с Верхней Ангарой и, сливаясь с ее протокой — Ангараканом, через озера течет в Байкал, эвенки называют Ламутканом, т. е. Морской речкой, впадающей в море Ламу. Горный хребет между Северным Байкалом и Киренгой эвенки называли Ламским. По крайней мере, именно под таким названием он упоминается в русских документах XVII в.; ясачные акты, например, говорят о толмаче Кондратии Мясине, который принес с верховьев Киренги 54 соболя и рассказывал, что он ходил «из ясачного зимовья вверх Лены меж Ламы и Киренги на Ламский хребет к тунгусским людям…». Территории, прилегающие к Верхоленскому острогу, в русских документах описываются так: «Верхо-ленского братского острожку вверх реки Лены и Куленги и Киренги, и Ханды и Ламского хребта, и озера Очеуля…», а тунгусы, населявшие эти территории, называются «тунгусами озера Очеуля и Ламского хребта»^{7} или просто «ламскими».

Слово «ламу» у эвенков, возможно, входило и в самоназвания их родовых группировок. Такую возможность отметил А. С. Шубин, полагающий, что эвенкийский род намясинцев (намегиров), до прихода русских населявший устье Баргузина и восточное побережье Северного Байкала, получил свое название по месту обитания — побережью Байкала — от слова «ламу», которое изменялось по такой схеме: наму — ламу — ламугил (р) — намугир — намэгир. Возникавшие родовые самоназвания имели только одно значение — «приморские»^{8}.

Следует иметь в виду, что слово «ламу» в эвенкийском языке имеет близкородственные синонимы: лам — в диалектах учурско-зейском, чумиканском, аянском, сахалинском; ламэ — в диалектах подкаменно-тунгусском, северобайкальском, учурском; нам — в аянском диалекте, и всюду только с одним значением — «море». Соответствия ему находятся в родственных языках: эвенском (нам), негидальском (лам), орочском (наму), удэгейском (наму), ульчском и орокском (наму), нанайском (намо, наму), маньчжурском (наму), и везде со значением «море», а во многих из этих языков, кроме эвенкийского, также со значением «океан» или даже «озеро Байкал». Соответствия слову есть, кроме того, в корейском языке: lam — голубой, синий, в монгольских языках: старописьменно-монгольское namag, монгольское и бурятское намаг, калмыцкое намг (устаревшее слово) — со значением «болото, топь, трясина». В. М. Иллич-Свитыч полагает, что в алтайских языках исходной была утраченная форма lāmu со значением «болото». Он, кроме того, отмечает соответствия в картвельских языках (lam — ил, сырость), индоевропейских (lehm — болото, лужа), уральских (Lampe — болото, озерцо) и выделяет праформу LaHm (и) — болото^{9}.