Читаем Магдалина, А онлайн бесплатно
Магдалина А.А.
Орден Света. Кара небесная
Изд-во С. Никитина, 2011
Книга Анны Магдалиной «Орден Света. Кара небесная» является продолжением романа «Уроки для ангела» и частью трилогии о приключениях отважной Вероники (Ники). Героиня попадает в Орден Света - организацию, которая борется с силами Тьмы: предотвращает преступления, обезвреживая убийц и маньяков, и нейтрализует сверхъестественные силы, несущие угрозу людям. В Ордене Ника встречает свою любовь - Алекса, и вместе им предстоит пройти через множество испытаний.
Во второй книге «Кара небесная» Веронике вновь предстоят нелегкие испытания. Сражения с вампирами, противостояние Чёрному Магу Ворону, похищение инопланетянами и спасение Земли – это лишь немногие из тех проблем, которые ей придется решить.
Но самая главная её задача – это спасение Алекса, так как жизнь без него будет для неё адом. И всё же иногда будущее бывает укрыто даже от тех, кто его делает…
٭ ٭ ٭
Не загадывай надолго,
Будь в надеждах осторожен:
Колесо судьбы коварно,
Поворот любой возможен…
– Шах и мат! – победоносно объявила Ника, переставляя энергетическим лучом белую пешку на шахматной доске и сразив наповал чёрного короля.
– Увы… – уныло протянул Саймон, со вздохом откидываясь на спинку кресла.
Они сидели в его комнате и, как в старые добрые времена, сражались в шахматы.
С того дня, как она попала в Орден Света – тайную организацию, борющуюся со злом на Земле и возглавляемую советом старейшин – ясновидящих, – прошёл почти год.
Впрочем, Нике иногда казалось, что с тех пор пролетела целая вечность. Если бы год назад кто-нибудь сказал ей, что она, обычный библиотекарь, станет Воином Света и будет сражаться с вампирами, магами, привидениями, убийцами, маньяками и другими неприятными субъектами, и что именно в Ордене встретит настоящую любовь – Алекса, она сочла бы, что этот человек, в лучшем случае, просто шутник, а в худшем – социально опасный псих.
Но, как сказал ей когда-то Алекс, реальность оказывается порой удивительнее любого вымысла.
Год назад её едва не убили Воины Тьмы. Глава их Обители – Ворон, с помощью Дара предвидения понял, что Ника является для них угрозой, и послал своих людей уничтожить её до того, как она попадёт в Орден.
Но Алекс вместе с друзьями – Дмитрием и Дэном, спас её и доставил в Орден. Когда Мария сообщила, что давно погибшие в автокатастрофе родители девушки были членами Ордена, а сама она является сестрой отца Вероники и, следовательно, её родной тётей, – девушке было сложно в это поверить. Но ещё труднее было поверить в то, что она обладает каким-то особым Даром, который достался ей от родителей.
Тогда, год назад, Мария поставила девушку перед выбором: стать одной из них либо уйти и навсегда забыть об Ордене.
Осознав, что в Ордене она сможет оказывать реальную помощь людям, спасать человеческие жизни, Ника решила остаться.
К тому же мысли об Алексе не покидали её с самой первой минуты их встречи, когда, повалив девушку в придорожную канаву, он своим телом прикрыл её от пуль, а она с испугом всматривалась в его красивое, волевое лицо, лучистые серые глаза и улыбку.
Алекс стал её другом, тренером и возлюбленным. Она уже не представляла себе жизни без него.
И теперь, сидя в уютной комнате Саймона, коротая время за игрой в шахматы, она с нетерпением ожидала возвращения Алекса с очередного задания.
– Мозг – это оружие, Саймон, – поучающе произнесла Ника. – А шахматы – один из лучших тренажёров. Ты плохо тренируешься! – ехидным тоном прочла она лекцию, слово в слово повторив то, чему Саймон, специалист по биоэнергетике, учил её год назад, когда она была ещё желторотым новичком.
– Научил на свою голову! – рассмеялся он, патетически вскидывая руки.
Серые глаза Саймона были, как обычно, хитро прищурены, а к его дерзкому, смеющемуся взгляду Ника уже давно привыкла. Она воспринимала его таким, какой он есть. Его внешний облик остался прежним: та же короткая стрижка, светлые волосы, небольшая щетинка на лице. Единственным нововведением была серьга в левом ухе. Саймон почему-то был уверен, что она красиво оттеняет его большой мужественный нос и чувственные губы.
Саймон стал её надёжным и верным другом, и они с Никой старались не вспоминать о том, что когда-то были любовниками.
Внезапно в дверь постучали.
– Входи, Дэн! – крикнул Саймон, телепатически определив, кто нарушил их покой.
Заглянув в комнату, Дэн передал послание:
– Ника, в рабочий кабинет, к Марии!
– Иду! – отозвалась девушка, поднимаясь с кресла.
– Очень приятно было с тобой пообщаться! – уже в дверях с хитрой улыбкой она повернулась к Саймону, на расстоянии энергетическим поцелуем игриво чмокнула его в щёку и вышла за дверь.
Обычно по длинному светлому коридору деловито сновали сотрудники Ордена Света, но на этот раз здесь никого не было, за исключением какого-то старичка, еле плетущегося вдоль стены. Ника уже не раз сталкивалась в стенах Ордена с необычными личностями, начиная с домовых, заканчивая магами и привидениями, и поэтому не обратила особого внимания на этого пожилого человека.
Седая косматая голова с длинной бородой, изборождённое глубокими морщинами лицо, шаркающая походка, сгорбленная спина и едва заметно дрожащие руки говорили о том, что старец немало повидал на своём веку, и жить ему осталось недолго.
Но, как только он поравнялся с Никой, от его немощности не осталось и следа. Энергичным прыжком подскочив к девушке, он резко прижал её к стене и впился в рот поцелуем.
Этот старческий разбой продолжался недолго: уже через пару секунд резвый дедуля согнулся пополам от боли, так как Ника, поначалу обалдев от такой наглости, заехала ему коленом в пах.
– Ох, Ника!!! – простонал старец, и лишь по голосу девушка узнала в престарелом маньяке своего возлюбленного – Алекса.
– Если хочешь от меня детей – больше не делай так!
– А-Алекс?! – запинаясь, с удивлением и возмущением воскликнула девушка. – Я же тебя чуть не убила! Что за маскарад?!!
– Меня загримировали по приказу старейшин для очередного задания, - объяснил он, постепенно выпрямляясь и, хитро прищурившись, отметил:
– А классный получился розыгрыш! Ты бы видела своё лицо! – добавил он с довольной улыбкой. – Ну ладно, не сердись! Может, мне не снимать грим после задания, – лукаво произнёс он, притягивая её к себе, и его руки тут же настойчиво зашарили по её телу. – Давай вечером поиграем в Старичка – лесовичка и заблудившуюся невинную дачницу, которая пошла в лес по ягоды, не подозревая, какой сексуальный беспредел её ожидает, и…
– Остановись, Алекс! – рассмеялась Ника.
В её душе боролись два чувства: ей хотелось обнять его и придушить одновременно. Алекс был единственным человеком, кто мог рассмешить её в любой ситуации, как бы она на него ни злилась, и поэтому весь её гнев куда-то быстро испарился.
– Ты неисправим! – с улыбкой покачала она головой.
– Я вам не мешаю, робятки? – прошамкал кто-то у неё за спиной.
Ника обернулась и, лишь внимательно приглядевшись, по ироничным карим глазам узнала в другом седовласом, морщинистом и длиннобородом старце Дмитрия.
– Дима?! – не удержавшись, воскликнула девушка. – Да вас совсем не узнать! И что у вас за задание такое?! Надеюсь, вы не потащите меня сейчас гримироваться под старушку? – подозрительно покосилась она на этих двух типов.
– Нет, зайка, портить твоё красивое личико было бы кощунством! – успокоил её Алекс. – А наше задание заключается в том, чтобы загримировавшись под старичков, на бронированном Запорожце уничтожить наркодилеров, предварительно изъяв у них чемодан с деньгами и сумку с наркотиками.
– На бронированном Запорожце? – с сомнением переспросила девушка, не уверенная в том, что её опять не разыгрывают.
– Это для эффекта неожиданности, – объяснил Дмитрий. – Мало кому придёт в голову, что пара дедов, приехавших на обычном с виду Запорожце с номерами из самостийной Украины, могут представлять какую-то опасность.
– Идея Архангела, кстати, – добавил он, с пренебрежением передёрнув плечами, и Ника поняла, что он не в восторге от этой затеи.
Дмитрий предпочитал действовать прямолинейно: пришёл – увидел – перестрелял (взорвал). Никаких сложностей и ухищрений. И этот маскарад был ему не по душе.
– Да ладно, Димон, поприкалываемся! – приободрил его Алекс, которому всё происходящее явно нравилось. Артистизм был врождённой частью его натуры, и он весело похлопал лучшего друга по спине:
– Устроим шоу!
В рабочем кабинете Нику уже ждали Мария и Архангел. Они сидели за столом, негромко и спокойно что-то обсуждая.
–
– Здравствуй, Ника. Проходи, садись, – коротко поприветствовала её Мария.
Как всегда, она была безупречно подтянута и элегантна. И лишь умиротворённый блеск её глаз, светившихся тем особым сиянием, какое бывает только у счастливых женщин, отличал её от строгой, холодной дамы, встретившей Нику год назад.
В облике Архангела тоже произошли перемены. В чисто выбритом, коротко постриженном и аккуратно одетом сорокалетнем мужчине трудно узнать того заросшего, небритого отшельника, каким он был раньше. Теперь он был одет «с иголочки», а его неизменный серый заношенный плащ уже давно был выкинут Марией на помойку.
Усаживаясь за стол напротив людей, которые стали для неё родными, Ника обратила внимание, что между Марией и Архангелом то и дело пробегают золотистые искорки. Она уже привыкла к этому, ведь между ней и Алексом пробегают такие же. Любовь – это чувство, которое невозможно не заметить, – сказал ей когда-то старейшина Фёдор Матвеевич. И теперь, когда её Дар раскрывался всё больше, она могла видеть это чувство наглядно.
– Как ты уже догадалась, мы вызвали тебя для очередного задания, – произнесла Мария. – Ты знаешь, что после смерти Иннокентия Михайловича и предательства Борфа в Ордене остались всего три старейшины. Нам повезло, что Архангел согласился стать четвёртым, – отметила парапсихолог, кинув быстрый благодарный взгляд на Михаила. – Но, тем не менее, мы всё ещё находимся в уязвимом положении. Пять старейшин Ордена составляли определённую пентаграмму, что позволяло нашей организации работать с максимальной эффективностью. Поэтому… – протянула Мария.
– Мы должны найти пятого старейшину, – закончила за неё Ника.
– Верно, дорогая, – улыбнулась Мария. – Собственно, мы уже нашли его. Осталась самая малость: мы должны его спасти.
– Спасти от чего? – насторожилась Ника.
– От лоботомии, – ответил Архангел. – Наш избранник находится в сумасшедшем доме. Сегодня вечером ему должны вскрыть черепную коробку, после чего он превратится в растение. Его Дар нужен нам, мы должны забрать этого человека и доставить в Орден. Когда я говорю «мы» – это значит ты и я. Инструкции получишь в дороге. Готовность – двадцать минут. Вопросы есть?
– А кто он? Как его зовут? И сколько ему лет? – поинтересовалась девушка. Она знала, что любопытство губит даже кошек, но никак не могла удержаться.
– Его зовут Захар Михайлович, – снизошла до объяснения Мария. – Фамилии мы не знаем, и точный возраст я тебе сказать не могу. В качестве кандидата в старейшины его предложил Фёдор Матвеевич. В молодости они вместе уничтожали вампиров в Польше и Венгрии. Сам он называет себя Хантером.
– Хантер? – удивилась девушка. – Он считает себя охотником? А почему он…
– Об этом – спросишь у него самого, после задания, – отрезал Архангел. Поднявшись со стула, он направился к дверям. – Нам пора.
– Как скажешь, босс, – покорно вздохнула Ника, выходя вслед за ним.
Ахмад, степенного вида выходец с Кавказа, спокойно сидел за рулём серебристого джипа, припаркованного на окраине города у одного из гаражных кооперативов и расслабленно поигрывал мобильником. Он ожидал известий от своих людей, которые должны были позвонить ему с минуты на минуту и сообщить об успешном проведении ещё одной операции.
Как и множество предыдущих, она была тщательно спланирована и подготовлена, и никаких накладок не должно было быть в принципе. И когда мобильный торжественно заиграл сонату Бетховена, Ахмад, владелец сети ресторанов и саун в престижных районах города, а по совместительству – главарь одной из самых многочисленных и влиятельных банд в области, лениво поднёс телефон к уху.
– Алё! – буркнул он, и через несколько секунд от его спокойствия и невозмутимости не осталось и следа.
– Что? На вас напали? Ограбили? Забрали всю наркоту? Весь герыч? Кто? Деды? – не поверил своим ушам Ахмад. – Два деда с бородами, как у Зи-Зи-Топ, на бронированном «Запоре»? – потрясённо переспросил он.
– Вы что там, вашу мать, товара нажрались? – заорал Ахмад, выслушивая какой-то невнятный бред, и от души добавил несколько цветистых, и судя по всему, очень оскорбительных, кавказских ругательств.
Но он так и не успел услышать в ответ ничего вразумительного, поскольку выросший словно из-под земли один из поминаемых недобрым словом дедов, весело подмигнув оторопевшему Ахмаду карим глазом, кинул под его машину гранату.
– Как страшно жить! – тряхнув бородой, посетовал дед, наблюдая, как машину окутало облако взрыва, и ещё до того, как последние частички искорёженного металла и обугленной плоти упали на землю, Дмитрий скрылся из виду.
– Когда ты говоришь с Богом – это молитва. Когда Бог с тобой – шизофрения, – произнёс старую истину Архангел, деловито прорезая дыру в проволочном заграждении городской психиатрической больницы № 4.
Белые халаты санитаров маячили где-то вдали, за кустарниками, и проникновение на территорию больницы прошло быстро, легко и незаметно.
Приятный нежный ветерок тихо шуршал жёлто-зелёно-красными листиками. Стояло настоящее бабье лето. Погода была не просто тёплая, она была необыкновенная. Жаркое солнце и ясное синее небо никак не вязались с тем, что на дворе был уже конец октября.
– Кажется, лето вернулось, – растерянно пробормотала Ника, с удивлением заметив на берёзах серёжки. Видимо, природа тоже не понимала, что происходит, и не знала, как реагировать на такое потепление.
– Оружие не применять! – отдал приказ Архангел.
– А что, если нас заметят? – уточнила Ника.
– Будем косить под заблудившихся иностранцев-туристов, – с лёгкой иронией ответил Михаил.
– Хочешь, чтобы нас здесь оставили? – усмехнулась девушка.
– Я па руски не панимать, ферштейн? – весело отозвался старейшина и, жестом приказав Нике ждать у забора, скрылся из вида.
Лучезарный солнечный свет, буйство красок и энергично порхающие воробьи, с весёлым чириканьем облепившие багряную рябину, – всё это создавало радужно-чудесное, приподнятое настроение.
Но оно несколько омрачилось, когда Ника перевела взгляд на больницу. Серые фигурки больных, уныло слоняющихся по периметру, вызвали в её душе щемящее чувство жалости.
