Читаем Зона опасности онлайн бесплатно

Сокращение романов, вошедших в этот том, выполнено Ридерз Дайджест Ассосиэйшн, Инк. по особой договоренности с издателями, авторами и правообладателями.

Все персонажи и события, описываемые в романах, вымышленные. Любое совпадение с реальными событиями и людьми — случайность.

Пришлось ждать, да он ни на что другое и не рассчитывал. Он сам позвонил туда в пятницу — занявший меньше шестидесяти секунд разговор отследить было невозможно, однако он все равно воспользовался шифратором речи.

Их джип «чероки» притормозил, просунув капот в ворота поля для частных самолетов Новоорлеанского международного аэропорта. Он нетерпеливо взглянул на ямайца.

— Давай, поехали, — он указал на «лир», стоявший с уже включенными двигателями в двухстах метрах от них, — единственный на поле самолет, готовый к взлету. Маячивший у трапа мужчина затянулся сигаретой. — Вон он.

Ямаец барабанил пальцами по рулю, глаза его обшаривали аэропорт. У ворот никого, и вообще никого из охраны не видно. Однако с места ямаец не стронулся.

— Ты спятил, приятель? А если тут копы где засели?

— Не спятил.

Да это и не имело значения. Значения не имело ничего. После «Горы Бэр». Или за шесть дней до того, если быть точным. Он заставил свои мысли вернуться к настоящему — к обкуренному ямайцу, сидевшему рядом, и к мальчишке, который лежал на заднем сиденье, впав после укола, который он ему сделал, в благословенное беспамятство.

Он подтолкнул ямайца локтем:

— Деньги ты получил. Работа не закончена. Поезжай.

Еще миг, и джип остановился рядом с «лиром».

— Бери мальчишку, — сказал пассажир. — И вот это.

Он отдал ямайцу шприц и ампулы с кетамином.

Они вылезли из машины, открыли заднюю дверцу, стянули мальчика с сиденья.

Пассажир смотрел на свисавшую поверх руки ямайца всклокоченную голову ребенка. Его сын тоже когда-то был таким — милым и невинным. Он отвел взгляд:

— Если проснется, сделаете ему укол. Только один, иначе у них на руках окажется мертвый мальчишка. Он должен оставаться живым по крайней мере еще несколько дней. Передайте, что с ними свяжутся.

Когда «чероки» выезжал из ворот, реактивный самолет уже выруливал на взлетную полосу.

Он взглянул на часы: всего лишь девять пятнадцать.

В штате Луизиана стояло яркое солнечное утро.

Сэм Кейди покрепче прижал к себе жену, и Мэгги склонила голову ему на плечо. Легкий ветерок, дувший с озера, ерошил ей волосы. Сэм вдохнул розовый аромат ее духов, вслушиваясь в вечерние звуки: хор лягушек-быков и цикад, переливы гитары Пити Ле Понта, бормотание сонных детей, успокаивающие голоса матерей.

Чего еще можно желать от жизни. Однако пора ехать. Он шепнул:

— Мне пора, лапушка, а вы с Джимми оставайтесь. Приедешь попозже, с Пити и Элли.

— Нет, мы с тобой. Ему уже пора спать. — Мэгги пошевелила примостившегося у нее на коленях Джимми.

Сэм взял его на руки, однако четырехлетний мальчик запротестовал:

— Пап, я сам дойду.

— Ладно, приятель.

Сэм опустил сына на землю, встретился глазами с Мэгги, и оба улыбнулись, глядя, как Джимми меряет землю вялыми со сна ногами.

— То, что твой мужчина должен оправляться на свою прибыльную работенку, вовсе не значит, что и тебе надо уезжать! — крикнул им вслед Пити. — Тут хватит бедных полицейских, чтобы проводить тебя домой, дорогуша.

Сэм обнял Мэгги за плечи рукой собственника.

— Думаешь, я оставлю на вас мою жену? — крикнул он в ответ. — Я вас слишком хорошо знаю, ага. — Он сказал это, подражая местному кейджанскому диалекту, которым его бывший напарник любил пощеголять.

Мэгги послала воздушный поцелуй Элли, сидевшей с довольной улыбкой рядом со своим огромным мужем, — их сын Ив спал у нее на коленях:

— Лучшая ваша годовщина, Элли.

— Ты говоришь это каждый год, но слушать все равно приятно. Встретимся в конце недели, идет?

На стоявшем под дубами столике лежали пакеты с тем, что осталось от пикника, — Мэгги порылась в них, отыскивая свои тарелки. Над столом красовался обвисший во влажном вечернем воздухе транспарант: «ДЕСЯТИЛЕТИЕ СЧАСТЛИВОЙ ЖИЗНИ ПИТИ И ЭЛЛИ». Они стали прощаться с другими гостями, Сэм весело отвечал на добродушные шуточки насчет его новой прибыльной работенки — и что обижаться, ведь это его друзья, с ними он двадцать лет проработал в Управлении полиции Нового Орлеана.

Макс, как обычно, ждал в прихожей за дверью, виляя хвостом. Сэм собирался завести собаку охотничью, но Мэгги все-таки получила, как и хотела, ротвейлера. Она выпустила Макса в сад, а Сэм понес Джимми в кровать. Мэгги засыпала кофе в кофеварку, с улыбкой прислушиваясь к голосам наверху.

Сэм стянул с Джимми одежду, выпростав его руки из рукавов и ноги из бейсбольных брюк. В ванной он выдавил зубную пасту на щетку сына и стал смотреть, как тот шурует ею во рту.

Дежурное посещение ванной комнаты завершилось; Джимми опустился возле кровати на колени, закрыл ладонями лицо.

— Да благословит Бог маму. Да благословит Бог папу. Да благословит Бог Макса. И мою бейсбольную рукавицу…

Сэм усмехнулся, заметив, как сын глянул на него сквозь пальцы.

— Ладно, давай так: Бог благословит все на свете, а ты заберешься в кровать.

Когда Джимми наконец улегся, Сэм пошел в супружескую спальню. Когда они только еще купили этот дом, Мэгги настояла на его перестройке, так что спальня тянулась теперь вдоль всего дома и из нее были видны и подъездная дорожка, и сад на задах. Первыми он проверил окна фасада, постоял немного, любуясь тихим переулком. Потом прошел до конца спальни, открыл двери, ведущие на террасу над садом, проверил замки, закрыл двери, задвинул засовы, а уж после стянул с себя джинсы и футболку, в которых был на пикнике.

— Обе двери проверил, Сэм? — спросила Мэгги с порога. Она поставила поднос на столик у камина.

— Угу. И перед тем, как уехать, и минуту назад. — Сэм принял у Мэгги чашку кофе.

Мэгги присела в изголовье кровати, наблюдая, как переодевается муж:

— Хорошо выглядишь, Кейди, для твоих-то лет.

Сэму было сорок четыре — на четырнадцать лет больше, чем ей. Но он старался поддерживать себя в той же физической форме, что и много лет назад, когда он, прямо со студенческой скамьи, поступил на службу в полицию. Темные волосы Сэма были по-прежнему густы, а серебристая седина лишь подчеркивала серый цвет глаз.

— Будь у меня чуть больше времени, малыш, — сказал Сэм, — я доказал бы тебе, что с возрастом вино становится только слаще.

Он присел рядом с женой и поцеловал ее. Мэгги почувствовала, что тело ее словно тает. Он всегда действовал на нее так — с той минуты, когда пять лет назад вошел в ее класс.

— Не начинай дела, Кейди, если не собираешься его закончить. Мне надо бы поспать сегодня, пока ты будешь летать. — Она вздохнула. — Будь поосторожнее.

— Я всегда осторожен, малыш. Потому мне и доверили эту работу. У меня воображение разыгралось или Элли действительно раздалась в талии?

Мэгги кивнула, понимая, что муж хочет сменить тему разговора. Он долго и крепко думал, прежде чем уйти из Управления, однако сделанное ему предложение было слишком заманчивым. Теперь он водил вертолет «Энергетической компании» Луизианы и очень старался, чтобы жена не узнала, насколько трудна и опасна эта работа.

— Она беременна. Просто не хочет никому говорить, пока не пройдет три месяца.

— Отлично. Старина Пити небось на седьмом небе. — Сэм поцеловал жену в щеку.

— М-м-м. — Мэгги закрыла глаза, обвила его руками и потянула к себе, так что Сэм упал на нее.

— Мне нужно идти, малыш, — голос Сэма стал хриплым.

— Задержись на минутку.

Тело ее все еще пылало. Мэгги подошла к окну, чтобы посмотреть, как Сэм отъезжает от дома, потом неторопливо спустилась вниз — Макс тут же оказался у ее ног, — проверила замки на дверях и окнах. Удовлетворенная осмотром, она вернулась наверх, чуть помедлила у двери, ведущей в комнату Джимми, и пошла в спальню. Выбрала книгу и откинулась на подушки, хоть и сознавала, что заснуть ей удастся лишь через несколько часов. Сэм и не ведал, что, когда он работает по ночам, жене его не спится. Не знал он и того, что ей известно, насколько опасна его работа.

Впрочем, Сэм много чего не знал.

Взгляд Сэма перебегал с одного борта вертолета на другой: он пытался оценить расстояние до тонких, как хлысты, ветвей кипарисов, торчавших из болота. Занималась заря, а для такого рода полета требовалось хорошее освещение. Дэз Роббинс висел внизу на конце троса, над водой и тростниками, взволнованными воздушными струями, которые создавали винты вертолета. Пролетать над бескрайними болотами, проверяя линии электропередачи, — работка не для малодушных. Делать же это с одним только прожектором, рассекающим тьму, да еще когда лететь приходилось в такой близи от кипарисов, означало требовать от нервов Сэма слишком многого. Одна небольшая ошибка — и прощай, вертолет. А то, что останется от них двоих, пойдет на сладкое аллигаторам и щитомордникам.

Внизу на фоне темной воды рассыпался золотистый фонтан искр. Что-то коснулось кабеля под напряжением, Сэм быстро поднял машину выше. В ухе его раздался голос:

— У меня все. Тяни меня вверх, шотландец. Ночная работа почти закончена.

Сэм перебросил рычаг лебедки, и к уханью лопастей добавился скрежет троса. Сэм старался держать вертолет неподвижно, но тут человека на тросе подхватило воздушной волной, и он принялся раскачиваться, как маятник. Описываемые им дуги постепенно становились все менее размашистыми, и в конце концов линейный монтер, подтянувшись, ввалился в кабину.

— Эх, должен же быть более простой способ зарабатывать свои честные денежки.

— Угу, да только где ты еще так повеселишься? — Сэм уже направил вертолет к дому.

Пятнадцать минут они летели над самыми верхушками деревьев, наблюдая, как с ветвей кипарисов снимаются цапли. В этом году их вроде стало побольше, а больше цапель — значит, и больше леща и морского окуня. Как только Джимми исполнится пять, надо будет вытащить его на морскую рыбалку. Элли позволила Пити взять с собой сына, когда Иву было четыре, а Мэгги все еще не отпускает Джимми от себя ни на шаг. Пити полагает, это из-за того, что Мэгги родом с севера. Сэм улыбнулся. Для Пити всякий, кто родился не в Луизиане, мог с равным успехом происходить с другой планеты.

Сэм посадил вертолет на площадку, выключил двигатели. Дэз собрал свое снаряжение, и они пошли к зданию управления полетами, здороваясь по пути с наземным персоналом. Сэм сделал запись в журнале полетов и десять минут спустя вышел из здания. Улицы были пустынны, в воздухе пахло болотом и апельсиновым цветом. Он ехал не спеша, радуясь погожему воскресному дню, и остановился у заведения Пелли, чтобы купить свежих пончиков.

— Вот этим всего две минуты от роду, — сказала тетушка Пелли Браун. — Тебе нынче две дюжины, Сэм?

— Нынче сойдет и дюжина, Пелли. — Сэм похлопал себя по плоскому животу. — А то не похудею.

— Да ты отлично выглядишь, лапушка. Просто твоей жене не нравится, что ты все время крутишься у моих дверей. — И Пелли рассмеялась, сочно и уютно.

Выходя от нее, Сэм приветственно помахал рукой нескольким сидевшим у стойки завсегдатаям. А пару минут спустя уже сворачивал в мирно спящий тупичок.

Прежде чем он успел остановить «эксплорер», из двери кухни вылетел Макс и ворвался под навес для машин, норовя лизнуть хозяина мокрым языком. Сэм, смеясь и держа пакет с пончиками повыше, отталкивал огромного пса. Макс понесся к кухонной двери, и они вдвоем протиснулись в нее, стараясь опередить один другого.

— Тише, вы, Джимми еще спит.

На Мэгги был темно-красный костюм. Темные волнистые волосы заколоты гребешками, она только что накрасилась. Сэм, уронив пакет на кухонный стол, обнял ее. Мэгги, смеясь, уворачивалась от его губ:

— Сэм, прекрати! Подбородок у тебя совершенно наждачный.

— Я думал, у нас этим утром свидание, дорогая.

— Я хочу успеть на восьмичасовую мессу, у нас целый день впереди. — Мэгги прильнула к мужу. — Посиди дома, пока Джимми не проснется, а после отведешь его на день рождения Гилли. До того как я заберу его оттуда, у нас будет два часа. — Она поцеловала Сэма и выскользнула из его объятий. — Кофе готов. И не скармливай ему больше одного пончика.

Мэгги послала мужу еще один поцелуй, воздушный, и кухонная дверь закрылась за ней.

Сэм налил себе кружку кофе, впился зубами в пончик. Мэгги никогда не пропускала воскресную мессу, и Сэму это очень нравилось. С кофе в руке он поднялся наверх, глянуть на сына: пусть поспит еще пару часов.

Выехав из тупика, Мэгги повернула налево, на Магнолию. Улицы были пусты, даже прохожих не видать, лишь кое-где заспанные жители в домашних халатах выходили на порог, чтобы подобрать с крыльца воскресные газеты.

Впереди двое мальчишек пересекали на скейтбордах улицу, и Мэгги мягко вдавила ногой педаль тормоза, давая им время достичь тротуара. И тут, взявшийся, казалось бы, ниоткуда, на них понесся по встречной полосе темный внедорожник, не делавший никаких попыток замедлить ход. Мальчишки отпрыгнули в сторону. Разгневанная Мэгги проводила взглядом пронесшуюся мимо машину: одетый во что-то яркое водитель и мужчина на пассажирском сиденье. Чужаки.

Сердце ее гулко билось, Мэгги с усилием разжала пальцы, стиснувшие руль «тауруса». Разумеется, чужаки. В этом районе она вообще мало кого знает. Мэгги смотрела, борясь с желанием развернуться и помчать домой, как внедорожник уменьшается в зеркале заднего вида. Потом вздохнула и заставила себя продолжить путь к «Деве Марии, Владычице Небесной».

Приняв душ и натянув старую футболку УПНО, Сэм налил себе еще кофе, прихватил тарелку с пончиками и перешел в гостиную. Там он уселся в кресло, включил телевизор и принялся перебирать каналы, пока не отыскал повтор матча Сент-Луис — Атланта. Макс растянулся рядом, уложив морду на передние лапы.

Сэм глянул в окно, и внимание его привлек автомобиль, прежде на этой улице не появлявшийся. Машина медленно катила по асфальту. Он встал, чтобы получше ее разглядеть. Джип «чероки», темно-зеленый. Номер заляпан грязью. Странно. Уже неделю стояла сушь. Впрочем, это не его дело — в полиции он больше не служит. Сэм снова сел в кресло и постарался сосредоточиться на игре. «Чероки» развернулся и покатил назад. Возможно, люди ищут нужный им номер дома.

Макс встал, навострил уши, прошлепал в кухню, и Сэм услышал, как открылась, пропуская его наружу, дверь.

И тут сработал инстинкт, отточенный за двадцать лет полицейской работы. Сэм бросился на пол, и в тот же миг оконное стекло разлетелось на куски. Стены дрогнули от ударов пуль, которыми кто-то поливал дом с улицы. Штурмовое оружие. И стреляет не один человек.

Джимми наверху. Оставайся там, сынок. Не двигайся с места.