Читаем Палач. Смертельное оружие I, II, III онлайн бесплатно

Роджер привычно бросил в рот согнутую пополам пластинку жвачки и покосился на своего нового напарника. Они познакомились полчаса назад…

— Сержант! — лейтенант Льюис окликнул Роджера. — Зайди ко мне.

В закутке, где с трудом умещался стол лейтенанта, на стуле рядом с дверью сидел высокий широкоплечий парень.

— Познакомься, Роджер, — это твой новый напарник, Фрэнк Кэссол.

Роджер поморщился и протянул руку: он не любил новых людей.

— Роджер Батлер, негр, — представился сержант, — Надеюсь, ты не такой зануда, как мой бывший напарник.

— Надеюсь, — сказал Фрэнк и пожал Роджеру руку.

— Сработаетесь! — засмеялся лейтенант. — Кэссол попросил меня прикрепить его именно к тебе, как к самому лучшему полицейскому города.

— Да ладно, — махнул рукой Роджер.

— А что, — продолжал лейтенант, — ты парень опытный, в самом расцвете полицейской карьеры. Быть тебе большим начальником. Вот и поучи молодежь…

— Ты правда сам попросился ко мне? — спросил Роджер напарника уже в машине.

— Да. Начинать надо с лучшими, тогда и сам будешь неплохим.

— Ну-ну…

«Только этого мне не хватало — воспитывать птенцов», — нагонял раздражение Роджер, скрывая от самого себя, что мнение новичка ему польстило.

Он уже успел кое-что узнать об этом парне. То, что он когда-то служил в армии — это, безусловно, плюс. По крайней мере, у него есть хоть какое-то понятие о дисциплине. Во всяком случае это лучше, чем работа в доме престарелых сиделкой или в приюте для детей-дебилов. Но то, что он пришел сразу после полицейской академии, не имея ни секунды опыта полицейской работы — это очень, очень плохо. Большой минус. А если он еще и зануда…

Роджер вздохнул — ладно, работать нужно с теми, кто есть, а не с теми, кого воображаешь.

Запищал вызов полицейской рации, и раздумья закончились. Роджер и его «сосунок» попали в огонь работы. Какой-то очередной придурок захватил заложников в библиотеке, и их машина, разумеется, оказалась ближайшей к месту происшествия. Роджер выругался, включил сирену и, со свистом шин развернув «Форд», утопил до пола педаль акселератора.

— Срань господня, сколько этих сумасшедших развелось!

Роджер ждал, что Фрэнк Кзссол холь как-то отреагирует на эту фразу, но напарник молчал. «Кажется, не зануда, и вообще не болтун», — отметил Роджер с визгом затормозив у баллюстрады публичной библиотеки.

Ну конечно, они первые. Ох-хо-хо…

— Пошли! — Роджер вынул из кобуры свой 38-й револьвер. — Держись за мной и не подставляйся!

Фрэнк чуть заметно улыбнулся:

— Ладно, пана.

Роджер крякнул: он всего лет на десять старше этого сопляка. Издевается. Ладно, посмотрим как он проявит себя не в разговорах, а в деле.

Кэссол тоже достал свою пушку, и Роджер заметил, что это не обычный шестизарядный полицейский револьвер, а большая девятимиллиметровая «беретта».

«Смотри-ка, он уже заимел свое мнение о том, какое должно быть лучшее полицейское оружие!» — подумал Роджер, взбегая по ступеням к тяжелой резной двери с огромными ручками.

…Они ворвались в холл, держа свои пушки стволами вверх и вертя головой по сторонам.

— Наверх! — коротко скомандовал Роджер, а сам побежал осматривать первый этаж.

В читальном зале он сразу же наткнулся на труп девушки. Она лежала на спине, неловко заломив руки, а во лбу ее чернела небольшая аккуратная дырочка. «32-й калибр», — отметил Роджер и побежал в следующее помещение.

Здоровенный тип с лицом дебила увидев Роджера мгновенно загородился молоденькой библиотекаршей, приставив ей к виску вороненый ствол «смит-и-вессона» 32-го калибра.

— Отпусти заложницу и брось пушку! — Роджер застыл в классической полицейской позе — чуть согнутые ноги на ширине плеч, револьвер в вытянутых вперед руках.

— Проклятый ниггер! — завопил сумасшедший, — Ты хочешь меня убить! Все хотят меня убить! Ну так я сам всех убью! Брось пушку! Брось или я убью ее!

Револьвер в его руках ходил ходуном.

«Убьет», — понял Роджер.

— О’кей! Я кладу свою пушку, только успокойся! Видишь, кладу, — Роджер осторожно положил на пол свой револьвер.

— Отпихни его в сторону!

— Отпихиваю.

Роджер двинул ногой и его 38-й скользнул по полу и уехал под стеллаж. А, черт!

— Теперь ты мой заложник! Иди сюда и ложись рядом на пол мордой вниз!

— Хорошо, хорошо… — Роджер сделал осторожный шаг в сторону, прикидывая, что он может предпринять в этой ситуации. Пожалуй, если подойти поближе, можно… И в это время сзади раздался крик:

— Руки вверх! Полиция!

Дьявол! Роджер обернулся. В дверях стоял в классической полицейской позе Фрэнк Кэссол. Ствол его беретты был направлен на психа, загородившегося девушкой. Господи, да его же нельзя злить, он в любой момент может пристрелить девчонку!

— Урод! Легавый урод! — с губ сумасшедшего слетала пена, он едва выглядывал из-за девушки. — Ей крышка, ты понял? Теперь ей просто крышка! Я вышибу ей мозги! Я всем вышибу мозги! Брось пушку, говнюк!

Неожиданно для Роджера Фрэнк улыбнулся:

— Прямо как в кино! Маньяк взял заложницу, грозит расправиться с ней, и полицейский бросает пистолет.

— Брось пушку, я считаю до…

— Это не кино, — жестко сказал Кэссол.

Грохнул выстрел, голова сумасшедшего дернулась. Стена за его спиной окрасилась кровью и мозгами, псих рухнул на пол. Рядом бессильно осела на пол спасенная заложница и зарыдала.

Секунду Роджер молчал, застыв с открытым ртом, потом заорал:

— Ты идиот! А если бы ты попал в нее!?

— Почему? — удивился Кэссол. — Я же не слепой.

Роджер задохнулся:

— Кретин! Ты… Ты… В таких случаях работает только снайпер! А если бы…

Фрэнк ухмыльнулся:

— Видишь муху?

Роджер машинально повернул голову. По дальней стене ползла муха. Фрэнк не целясь спустил курок. На месте мухи появилась дырка.

— Даже если бы из-за заложницы торчала только головка его вонючего члена, я бы ее все равно отстрелил.

Роджер был поражен:

— Где ты научился…

— В армии.

— В каких же войсках ты служил, черт тебя раздери?!

— Спецбатальон. Карательные операции, диверсии… А где твой пистолет?

Роджер спохватился, кряхтя лег на пол и сунул руку под стеллаж, нашаривая свой револьвер.

За окном завыли полицейские сирены.

— Значит, сегодня в семь! — повторил Фрэнк.

— Я помню. — Роджер улыбнулся.

За четыре года их совместной работы он полюбил бывать дома у Кэссолов, подружился с женой и детьми Фрэнка.

Теперь нужно только подумать, что подарить им. Заскочить в магазин. Детям — игрушки. Веронике, ясене Фрэнка, наверное, духи. У нее кончаются, а Фрэнк, конечно, не догадается или забудет купить жене новый флакончик.

Он пожал руку Фрэнку, собирающемуся уже вылезти из машины, но кинув взгляд на улицу, застыл, не отпуская руку Фрэнка.

— Что такое?

— Паоло… — выдохнул Роджер.

— Где!?

На этого подонка два года назад Интерпол объявил розыск. Выйдя из стоящей впереди машины, Паоло как ни чем не бывало подошел к газетному киоску и стал листать какие-то журналы.

— Что делаем?

— Берем, конечно.

…Роджер моментально защелкнул наручники на руках Паоло. В руке гангстера так и осталась развернутая газета.

— Попался, голубчик!

Роджер стоял спиной к машине Паоло и не видел, как из-за опустившегося тонированного стекла выглянул ствол. Кэссол, который прикрывал Роджера успел загородить Батлера собой и два раза выстрелить внутрь салона.

Услышав выстрелы, Роджер мгновенно развернулся,

рванув из-за пояса револьвер, и увидел как падает Фрэнк…

Пуля прошла рядом с сердцем. Ночами Роджер и убитая горем Вероника попеременно дежурили у кровати Фрэнка.

А через полтора месяца Вероника с детьми — Тэдом и Луизой — и Батлер приехали в больниц забирать исхудавшего Кэссола. Тогда же Роджер обрадовал его:

— Когда окончательно поправишься, займемся с тобой новым делом — семьей Дино Маретти. Героин в больших количествах. Ты рад?

— Рад, — улыбнулся пересохшими бедными губами Кэссол.

За мгновение до взрыва он почувствовал, что сейчас что-то случится. Резко обернулся и увидел как синий «Лендровер» с Вероникой и детьми медленно, будто в замедленной съемке, начал вспучиваться оранжевым пузырем. Там было никак не меньше килограмма тротила, потому что машина разлетелась как карточный домик под ударом тайфуна. Взрывная волна сбила его ног, но боли от падения на твердые ступени Фрэнк не почувствовал. Все его существо заходилось в беззвучном крике. Зачем-то он бросился к машине, вернее, к огромному полыхающему костру. А сверху уже падали куски дверей, стеклянное крошево, горящие ошметки покрышек. Конечно, жена и дети погибли мгновенно, даже не поняв, что умирают. Взрыв раздался, как только Вероника повернула ключ.

— А-а-а-а-а! — Фрэнк не чувствовал падающего кожу жара, слез на щеках, впившихся в ладони ногтей. Убитый — не физически — этим взрывом, он ощущал только, что теперь со всей его жизнью в этом мире покончено, что в одно мгновение все изменилось, перечеркнулось.

А ведь его предупреждали. В основном по телефону. Тихими, спокойными голосами:

— Фрэнки, не лезь в это дело…

— Фрэнк, ты же знаешь, чем все кончится, суд оправдает его, у тебя только косвенные улики, а у нас лучшие адвокаты. Брось…

— Ведь у тебя жена, дети…

— Сколько ты стоишь, Фрэнк? Назови цену…

Таких звонков было много.

Он, только он виноват в их смерти. Не придавал значения. Не верил. Нужно было отправить их во Фриско, на Аляску, к черту на кулички. В Европу. Тогда все было бы по-другому. А теперь ничего нельзя изменить.

Он по-звериному завыл над рухнувшим миром, чувствуя, как медленно умирает Фрэнк Кэссол, а на его месте рождается кто-то другой, сухой и беспощадный, и разорванную душу затягивает спасительная глухая корка ненависти.

Он выжил.

Он умер…

…Приехавшие через двадцать минут полиция и пожарные вскоре залили огонь. Найти то, что осталось от тел, практически не представлялось возможным. И поэтому на следующий день в могилу на ближайшем католическом кладбище опустили четыре пустых гроба — Вероники, Луизы, Тэдди и Фрэнка Кэссолов.

Роджер Батлер плакал, не скрывая слез: Фрэнк дважды спасал ему жизнь. В отделе по борьбе с наркотиками это все знали. Они были больше, чем напарники. Родж был почти что членом семьи Фрэнка. Одинокий, он тянулся в семейное тепло и как минимум два вечера в неделю проводил в доме Кэссола.

С тех пор Роджер работал без напарника. Наверное, Вероника была права, когда говорила, что он однолюб…

В этот вечер Роджер Батлер сидел дома и вяло посасывал кофе. Телевизор работал, местная программа передавала новости за последние сутки.

— После пяти лет непрерывных апелляций, — вещал диктор, — сегодня судом штата оправдан видный мафиози Дино Маретти, обвинявшийся в том числе и в причастности к убийству семьи полицейского Кэссола. Сегодня исполнилось ровно пять лет со дня этого трагического события. Наши корреспонденты ведут репортаж с места событий.

Роджер повернулся к экрану и увидел как вальяжный Дино Маретти в окружении членов семьи и корреспондентов выходил из здания суда.

— Как вы отнеслись к решению суда? — выкрикнула молодая, симпатичная корреспондентка и сунула микрофон под нос Дино.

— Я уже сто раз говорил: мы живем в Америке, Здесь, если человек не виновен, его оправдывают.

— Вас беспокоит Палач?

Веко Дино дернулось:

— Знаете, я вам сейчас скажу про этого Палача. Если он подойдет ко мне ближе чем на тысячу метров, он узнает, кто настоящий палач!

С этими словами Маретти уселся в длинный кадиллак, который тут же резко взял с места. Корреспондентка повернулась лицом к камере:

— Говорят, что Дино Маретти является одним из отцов части семейного клана Франкони. Он чувствует себя спокойно, несмотря на то, что за последние пять лет погибло уже 125 человек — разных членов мафиозных кланов, начиная от рядовых торговцев наркотиками и заканчивая главами семейных кланов. Они погибли от руки таинственного Палача…

Роджер крякнул. Как обыватель он ничего не имел против того, что кто-то, кого пресса окрестила Палачом, убивает крестных отцов и их подручных. Но как руководитель спецотдела полиции по поимке Палача, он тихо ненавидел этого неуловимого психа. Подразделение иле спецотдел существовало уже почти четыре года, и из них три с половиной года Роджер возглавлял его. И никаких результатов! Если конечно не считать результатом кучу стреляных гильз, куски взрывных устройств, в которых специалисты ФБР узнавали армейские образцы, да еще стилеты, иногда оставляемые Палачом на местах преступлений. Палач отлично метал стилеты, точно попадая ими в цель с большого расстояния.

Он всегда появлялся внезапно, неизвестно откуда к непонятно куда исчезал, будто растворялся.

Конечно, были свидетельские показания. Редкие свидетели, которым посчастливилось видеть Палача, описывали высокого, плотного человека с широкими плечами. Правда, иногда в описаниях фигурировали длинные волосы, иногда короткие. Иногда усы, которые исчезали в описаниях свидетелей следующих преступлений. А пару раз свидетели описали Палача как высокого негра.

Сначала, до создания спецподразделения, думали, что все эти убийства совершают разные люди. Но позже полицейские аналитики, проработав данные на компьютере, склонились к тому, что, несмотря на разницу описаний внешности, все преступления совершены одним человеком, крупным и высоким. А косметические детали внешности, цвет кожи — все это можно изменить гримом.

Можно даже было говорить о почерке Палача, при всей несхожести преступлений. Взрывчатка, стилет, автомат, арбалет с оптическим прицелом — инструментарий Палача был пестр, но некоторые детали, такие например, как внезапный приход и исчезновение — совпадали.

Сопоставляя отрывочные данные о Палаче, Роджер однажды вдруг понял, что им может быть только один человек — Фрэнк Кэссол, и испугался этой мысли. С одной стороны, покойный Фрэнк считался образцовым полицейским, с другой был чемпионом академии по боксу в полутяжелом весе, имел черный пояс карате, великолепно стрелял. В армии ему приходилось иметь дело со взрывчаткой. Фрэнк служил в морской пехоте и иногда развлекал коллег по отделу, бросая ножи и ножницы в притолоку двери, когда кто-нибудь входил. Вошедший обычно вздрагивал и большими глазами смотрел на дрожащий рядом с его лицом нож. Окружающие хохотали.

Могила Фрэнка на которую раньше ходил Роджер, находилась на городском кладбище, но ведь тела Фрэнка никто не видел! Сам Роджер в свою догадку сначала не поверил, но с тех пор, как мысль о Палаче-Фрэнке пришла ему в голову, он перестал ходить к семейному захоронению Кэссолов…

Роджер покрутил в руках чашку с остывшим кофе и уже хотел было отправиться перед сном в душ, но в это время раздался телефонный звонок, одновременно с ним запищал лежавший на столе полицейский биппер. Роджер снял трубку.

— Я слушаю.

— Родж?

По интонации дежурного Роджер понял, что Палач опять дал о себе знать. Он покосился на телевизор и быстро спросил:

— Маретти?

— Да. Его дом буквально взлетел на воздух. Одни руины. Погибли все — и Дино, и его головорезы. А у Маретти в спине кинжал. Длинный и тонкий.