Читаем Лорд первой встречи онлайн бесплатно

Таверна «Сивая кобыла» уютно располагалась в центре деревушки, окружённой зелёными холмами и цветущими лугами. Низкая деревянная крыша, покрытая тёмной черепицей, и стены из грубого камня создавали атмосферу тепла и приветливости. У входа висела старая вывеска с изображением серой лошади, как будто подмигивающей проходящим.

Внутри витал аромат жареного мяса и свежего хлеба, смешанный с дымком от трескучего камина. Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь небольшие окна, играли на тёмных полированных столах.

Зал был полон жизни: рабочие, уставшие после трудового дня, весело обсуждали последние новости, создавая мелодию дружелюбия. На стенах висели картины охотничьих трофеев и пейзажей, а рядом покоились ржавые рога и старинные мечи, придавая месту налёт приключений.

— Эй! — громко крикнул подвыпивший мужчина с рыжей бородой, его голос раздавался по таверне «Сивая кобыла», словно весёлая мелодия, но с лёгкой ноткой нахальства. — Лолька! Иди сюда!

Лаура, известная в этом месте как Лолька, стояла в углу шумной таверны, освещаемой мерцающими свечами. Её чёрные как смоль волосы свободно ниспадали на плечи. На ней была белоснежная блуза, заправленная в яркую красную юбку, которая подчёркивала её стройную фигуру. А поверх неё — чёрный корсет, придающий образу изысканность. Она словно затерялась в груде грязной посуды за деревянной стойкой, как в неожиданном потопе. Тёплый свет ламп, обрамлённых запотевшими стеклянными шарами, уютно подчеркивал её лицо, на котором играли тени и свет.

— Лолька! Ну сколько можно ждать? Неси ещё медовухи! — закричал Руфус, его голос жужжал, как муха, не оставляя ей покоя.

— Да погоди ты, Руфус! Я помню о тебе! — воскликнула она, не отрываясь от занятия, её руки продолжали работать, как машина, умело смывая остатки еды с тарелок. — Дай мне минутку, или хочешь из грязного стакана утолить жажду?

Её слова, полные шутливой колкости, напоминали быструю стрельбу из арбалета, и даже пьяный Руфус не смог сдержать улыбку. Он прищурил глаза, как будто оценивал её заготовку, и с ироничным наклоном головы сказал:

— Грязные стаканы, может, и не лучший выбор, но в этом зале они тоже имеют свои прелести!

Лаура, поджав губы, смягчила своё выражение. В этом мире, полном опасностей и неожиданных поворотов, такие моменты казались ей сладкой отдушиной.

Мужчина, осознав, что спорить с Лаурой — пустая трата времени, лишь промолчал, сосредоточившись на своей медовухе. Лаура продолжала с упоением мыть тарелки и кружки, её руки, словно опытные танцоры, легко скользили по их поверхности, вытирая каждую крупинку грязи. Вокруг неё царила привычная суета: звуки хриплых разговоров, смеха и треска стульев создавали живую атмосферу, полную уюта и тепла.

Когда все дела были завершены, Лаура подошла к массивной бочке, стоящей на столе у кухни. Эта бочка, словно исполин, украшенная резьбой, сияла от налёта меда, как будто сама природа вложила в неё свою магию. Наполнив пустые кувшины сладкой медовухой, она заметила, как в воздухе разливается сладковатый аромат, создавая неповторимое ощущение праздника. В голове у неё вертелись имена всех желающих, и она старалась никого не обделить, как заботливая мать.

Подойдя к столу, где уселся Руфус, Лаура с улыбкой поставила перед ним большую кружку. Он, в свою очередь, энергично жестикулировал, рассказывая своему товарищу о тяжёлой жизни мясника, словно пытался вырваться из обыденности.

— Спасибо, дорогуша! — произнёс он, сияя во все тридцать два зуба, как будто на него посыпали золото. — Работящая, да ещё и красавица! Уверен, отбоя от ухажёров нет, а? — подмигнул он, не заметив, как её лицо слегка скривилось от иронии.

— Конечно! Вон там, за дверью, целая очередь из женихов стоит, ждёт, когда мой рабочий день закончится! — ответила она, искренне смеясь, с задорным блеском в глазах. — А вы что так переживаете?

— Да вот думаю, будь я на пару лет моложе… — начал Руфус, поглаживая свою бороду, как будто размышляя о судьбе.

Не дождавшись окончания его мысли, она перебила его с ухмылкой:

— На пару десятков лет, скорее!

Но мужчина лишь рассмеялся, пропустив её колкость мимо ушей, как будто это была всего лишь лёгкая струя ветерка.

— Тогда непременно бы наведался к твоему отцу! — произнёс он с серьезным видом, словно речь шла о важном деле.

— Зачем же? Чтобы стать рабочей силой? У нас и без вас хватает народу! — ответила Лаура, притворно скрестив руки на груди, вызывая у него ещё один порыв смеха.

— И с чувством юмора всё в порядке! — весело хохотнул Руфус, подмигивая ей, словно они были давними друзьями, сближенными общими радостями и заботами.

Лаура лишь цокнула языком и бросила недоумённый взгляд на незнакомого гостя, сидевшего рядом с её подвыпившим другом. Лысый мужчина в длинном плаще лишь мотнул головой, даже не удосужившись поднять взгляд.

— Может, желаете что-нибудь? — спросила она с лёгким сомнением, наклонившись чуть ближе, чтобы лучше разглядеть его мрачное выражение. — Вы уже давно сидите, а ничего не пьёте и не едите.

— Это мой товарищ, — вмешался Руфус, обняв своего друга за плечи, как бы стараясь растопить его холод. — Приехал с дальних краёв посмотреть на окрестности. Он не привык к нашей кухне, так что не обижайся. Ваша еда и выпивка — самые лучшие!

Лаура почувствовала, как приятный прилив тепла окутал её сердце. После смерти матери таверна ощутимо опустела, и отец долго не мог прийти в себя, чтобы продолжать работу. Ей пришлось взять ситуацию в свои руки и помочь ему встать на ноги. Она пошла в мать: сильная, умная и с характером, тогда как отец был слишком мягким и чувствительным.

Долгие месяцы усердной работы, поиски талантливого повара и стремление сделать это место по-настоящему уютным — всё это не прошло даром. И когда кто-то, как Руфус, признавал заслуги её семьи, в её душе разгоралось тепло, словно весеннее солнце пробивалось сквозь облака.

— С каких краёв прибыли? — поинтересовалась она, приподняв бровь и улыбнувшись, словно разгадывая тайну. — Редко к нам гости издалека приходят.

— С Альпийских гор! — гордо заявил Руфус, расправив плечи и сияя от гордости, как будто только что покорил неприступную вершину. Его глаза искрились, и он явно наслаждался тем, что может похвастаться таким знакомством.

— Это действительно очень далеко от нас, — поддакнула Лаура, усмехнувшись и подмигнув ему.

— Там очень холодно, а ещё население — совсем небольшое! — добавил он, покачивая головой, словно это было чем-то выдающимся, и воодушевлённо продолжая свою историю.

В этот момент его товарищ, чуть приоткрыв рот от смеха, перебил:

— Не совсем так, — сказал он, отмахиваясь, как будто разгонял облака недоразумения. — Там суровый климат, да, долгие зимы, но когда приходит весна, холода уходит! Ненадолго, конечно, но этого времени хватает, чтобы насладиться солнечными лучами и сделать запасы.

Лаура, наклонившись чуть ближе к столу, заглянула в глаза собеседников, ловя каждое слово, словно это была захватывающая история, жаждущая быть рассказанной.

— И что, вы там строите снежные замки, пока солнце не выглянет? — рассмеялась она, игриво поджимая губы, её волосы слегка покачнулись, словно повторяя её настроение.

Гость с удовольствием кивнул, наклонившись к ней, и в его голосе послышалась нотка шутливости:

— О, да! Мы так и делаем! Каждый год устраиваем снежные турниры.

Лаура, заливаясь смехом, ответила:

— Вот это я понимаю — настоящая альпийская жизнь!

— Лаура! — раздался мягкий голос отца.

Девушка сразу встрепенулась и повернула голову в сторону голоса.

— Зайди на кухню, — продолжил он, его голос был полон заботы.

— Бегу! — отозвалась она, уже спешащая в нужном направлении.

Её отец, Ирвит, с малых лет приучал дочь к труду, часто приводя её в свою таверну, чтобы научить мастерству, важному в их ремесле. Он делился с ней тайнами: как наливать медовуху так, чтобы ни капли не пролилось, как следить за порядком в зале и как читать настроение тех, кто, с бокалом в руках, искал утешение или приключение.

Лаура была трудолюбивой, но её характер скрывал вспыльчивость, что иногда приводило к изменениям в устоявшихся правилах. Если гость пересекал границу разумного с выпивкой, вышибала Диг, как ураган, быстро и эффективно выпроваживал его за дверь. Благодаря её решительным действиям в таверне стало спокойнее, и теперь сюда нередко заходили дамы, что прежде побаивались этого заведения.

Таверна в последний рабочий день была переполнена работягами, которые, уставшие от тяжёлого дня, пришли отдохнуть. Здесь царила атмосфера дружелюбия, напоминала о долгожданных выходных, когда можно было расслабиться, провести время с семьёй или просто насладиться хорошей компанией.

Пробежав мимо последнего стола, Лаура вбежала на кухню, где разгорелся настоящий переполох.

— Что случилось? — воскликнула Лаура, её голос звучал, как тревожный колокольчик, когда она увидела перепуганных поваров.

— Какой-то зверёныш забежал на кухню! — в панике закричал светловолосый эльф Лорен, его платиновые волосы были растрепаны, как будто он только что вышел из битвы. — А Фузичка решила его поймать! Они всё здесь разнесли!

Полное имя Лорена звучало так: Элвенстарион Лорендалер Найтфоллсинтарим. Оно было слишком длинным и сложным для простых людей, и было принято решение уокротить его до простого «Лорен». Лаура с улыбкой смотрела на него, её взгляд задерживался на его волосах, которые манили, как мёд пчёл. Ей всегда хотелось прикоснуться к ним, представляя, что они будут мягкими, как облака.

— Где сейчас эта живность? — спросила она с легким удивлением, заметив, как Лорен с трудом сдерживает истерику. Его глаза сверкали от страха и гнева, как два уголька.

— Я не знаю! — вскинул он руки, отчаянно тряся ими, будто это могло прогнать бедствие. — Фузичка выбежала на улицу за ней, не знаю, поймала она её или нет. Но надеюсь, она хорошенько её помяла!

— Перестань, — вмешался Ирвит, его голос был тихим и ровным, как вечерний ветер. — Просто на запах твоей вкусной еды сбегаются не только люди.

На лице Лорена появилась самодовольная ухмылка. Он расправил плечи, как цветок, что ждал солнечного света, и в глазах его загорелся огонёк уверенности.

— Ладно, а от меня-то что требуется? — спросила Лаура.

— Пока мы будем прибираться, не могла бы ты проверить, где Фунчозочка? — спросил отец, укоризненно поглядывая на разбросанные мешки и посуду. — Тут всё перевернулось. А моя девочка… уже вечер, как бы в лес не убежала.

Лаура с улыбкой покачала головой, глядя на отца, который так заботливо опекал свою любимицу. В его нежном отношении к чёрной кошке, с зелеными глазами, словно светом отразившими воспоминания о покойной жене, она чувствовала всю глубину его утраты. Эти глаза напоминали о любви, которая теперь нашла выход в заботе о Фунчозочке, а чёрная шерсть, гладкая и блестящая, была подобна волосам её матери, храня в себе тепло домашних вечеров.

— Не переживайте, я быстро найду Фунчозочку и вернусь, — уверенно произнесла она, уже собираясь в путь.

Выбежав из таверны через чёрный ход, Лаура помчалась мимо полей, где тыквы расправляли свои жёлтые юбки, а картошка и капуста, словно стражи, охраняли свои грядки. Её сердце стучало в унисон с шагами, и она надеялась, что кошка не загуляла слишком далеко. Солнце клонилось к закату, и воздух наполнялся сладковатым ароматом полевых трав.

Поле, раскинувшееся перед ней, изобиловало плодами: кусты с яркими ягодами приковывали взгляд, а деревья с сочными фруктами. Отец Лауры, вложив средства в эту землю, не пожалел о своих решениях. Работники и охранники, преданные делу, с заботой ухаживали за каждым кустом и грядкой. Урожай с каждым годом становился всё более щедрым. Лаура задумалась о продаже части урожая — у них не хватало сил, чтобы переработать всё, что произрастало.

— Фузочка! — позвала она.

Замедлив шаг, Лаура задумалась, куда могла убежать кошка. Поле распахнуло перед ней свои просторы, а тропинка, уходившая в лес, манила и подсказывала что возможно ей придется последовать туда. Но Фузичка не была животным, жаждущим свободы; её душа больше тяготела к домашнему уюту, хотя в ней всё же играл инстинкт охотницы.

— И куда же ты могла побежать? — прошептала девушка.

Она шла вдоль посадок, заглядывая в каждый куст, за каждым деревом, надеясь увидеть чёрную кошку, которая могла бы дать знать, что она рядом. Вдалеке слышалась музыка из таверны, переливаясь радостными нотами, смешанными со смехом гостей, который был слышен даже на таком расстоянии.

Уютная атмосфера таверны радовала глаз и душу, как теплое одеяло, укрывающее от холода. Это место манило возвращением, словно воспоминания о счастливом детстве. Когда-то Лаура мечтала отправиться в столицу, увидеть мир за пределами родной деревушки, но с течением времени эти желания постепенно угасали. Огни больших городов больше не притягивали её, как прежде. Она находила утешение в знакомом уюте, в том тепле, которое дарила её родная деревня.

Изменения в деревне вызывали в ней дискомфорт, и она, вспомнив себя в детстве, понимала, что тогда радовалась бы переменам. Теперь же сердце её стремилось к стабильности, к тому, что могло бы оставаться неизменным в этом быстро меняющемся мире.

Обойдя окрестности, поля и заросли, Лаура начала ощущать нарастающее беспокойство. Каковы шансы, что Фунчозочка уже вернулась домой? Если бы это было так, отец, безусловно, вышел бы на её поиски. Следовательно, поиски продолжались, и тревога в душе Лауры росла, как тень заката.

Она вспомнила, как кошка нередко убегала в погоне за мелкими существами или просто ради забавы, но в памяти Лауры не было ни одного случая, когда Фунчозочка забиралась бы так далеко. Сердце её наполнилось тревогой, словно ветер, забирающийся в уши с шёпотом предчувствий.

— Фузочка! — позвала она, но её голос лишь растворился в воздухе, пока, наконец, не прозвучало знакомое «мяу». Но этот звук доносился из леса.

— Спасибо, что подсказала направление, — пробормотала Лаура себе под нос. Собравшись с мыслями, она решительно направилась в сторону леса, тёмные очертания которого на фоне заходящего солнца казались зловещими.

Лаура не любила темноту. Она не была среди тех смельчаков, кто искал ночных приключений. В отличие от своих подруг, которые нередко отправлялись к Лунному озеру, чтобы искупаться в лунном свете или забраться в конюшню к отцу Боны, чтобы умыкнуть пару лошадей для ночных прогулок, она предпочитала уют дневного света. Ночь же окутывала деревню, как старый, потёртый плащ, и уводила с собой желание покидать тёплые стены дома. Однако сейчас, к её облегчению, солнце ещё не зашло полностью, и лес не погрузился в полную темноту. Но если не удастся отыскать кошку, она, скорее всего, откажется от этой затеи и оставит поиски отцу. Блуждать по ночному лесу в поисках чёрной кошки не входило в её планы.

Она знала, что такая резкость в словах иногда пугала и её, и отца. Но что поделать — жизнь заставила её рано повзрослеть, и такие эмоции стали постоянными спутниками.