Читаем Пожиратели миров онлайн бесплатно

Доброго времени суток! Спасибо, что решили уделить время данному труду. Я очень этому рад. Это мой первый выпущенный труд, прошу отнестись к нему максимально критично. Надеюсь, он вам понравится. Приятного чтения!

– Солнце светит прямо в глаз! Ёбанный блядь пидарас! Именно такие мысли у меня возникли, когда я проснулся под деревом вишни. Я спал достаточно долго, солнце уже успело сместиться и теперь светило мне своими весенними лучами прямо в глаза.

– О, проснулся! Я уж думал без тебя уйдём.

– Размечтались. Фыркнул я, садясь и принимая из рук сидящего рядом флягу с водой. Жадно отпив несколько глотков, я вернул её худощавому парню, в лёгких кожаных доспехах, в таких же, как и у меня.

– Ну что там? Ремонт закончен? Хрустя костями всего тела, от потягивания, без интереса спросил я.

– Да какой там, на телеге не просто колесо отпало, там ось сломалась, чинили – чинили, да толку никакого, все три телеги знатно перегружены поэтому сейчас активно забиваются заплечные мешки для всех носильщиков. Остаток пути придётся им нести груз на себе.

– Ха! Вот идиот этот Курим! Ещё в городе сказали ему, что нужна ещё одна телега, на трёх не довезём.

От негодования я даже по ноге себя шлёпнул, да так, что сквозь кожаную накладку почувствовал.

– Ай!

Затряс я ушибленной ладонью.

– Да, я того же мнения, прицепляя флягу к поясу кивнул мой собеседник. Носильщики злые ходят, недовольные, и косо просматривают на нас охранников, чтобы мы тоже потащили, часть груза.

– Ага щас! Нам за это не доплатят, да и вдруг кто-то нападёт? Это хоть и главный тракт, но места тут ещё относительно дикие и всякое бывает.

– Эй вы там! Хорош прохлаждаться, мы выдвигается, догоняйте!

Голос, звавший нас, принадлежал торговцу Куриму, на которого я в последние несколько месяцев работал.

– Пойдём.

Мой собеседник поднялся на ноги.

– А то и в правду уйдут.

– Пойдём.

Неохотно согласился я и тоже встал. Поправил небольшой круглый щит, закреплённый на левом предплечье, в правую руку, своё любимое короткое копьё, деревянная рукоятка которого, так привычно легла в ладонь. И мы вышли из-за небольшого холма с обратной стороны от дороги, которого мы и сидели, уже не под тенью вишен, растущих на нём. Вид с него был не очень, так как тракт в этом месте поворачивал, а местность была холмистая с растущей на ней вишнёвым деревьями. Единственное, что было хорошо видно, так это телегу, валявшуюся на краю дороги, ещё две запряжённые, какими-то, больно худыми лошадьми. Курима, сидевшего на такой же, видимо пересел на ту, что распрягли из сломанной и шесть носильщиков. На них было жалко смотреть. У каждого за спиной был огромный мешок с лямками по размерам, превышающим их раза в два, а то и в три.

– И как они на ногах то стоят? А им ещё до города идти, как минимум день, а то и два.

– Да жалко их конечно, но у каждого из нас своя работа.

Пожав плечами, высказался мой коллега.

И мы пошли по тракту дальше, уже новым строем. Впереди телега, рядом с ней по бокам двое охранников, потом Курим на лошади, за ним шесть носильщиков навьюченных словно волы, по бокам от которых шли я и мой разговорчивый коллега, а сзади ещё одна повозка тоже с охранниками по бокам. Немного странное построение, но Курим сказал, что так надо. Первая повозка задаёт темп, он за ней прикрыт от нападений и может легко командовать. За ним идут носильщики, которым приходится поддерживать общий темп, так как позади них идёт ещё одна повозка, и они же не хотят, чтобы их конь начал топтать. Как не посмотри, а мыслит он здраво, и так из-за поломки потратили много времени, так ещё бы и растянулись неизвестно на сколько, пусти мы грузчиков в конце, и охранять их было бы трудно. Да и первыми тоже не пустишь, скорость тогда будет медленнее черепахи, а время деньги. Но парней жалко, идут под палящим солнцем, нагруженные явно сверх меры, так ещё и за эту переработку им явно не доплатят.

После примерно двух часов такой ходьбы. Курим, скомандовал привал. От этих слов, носильщики попадали прям, где стояли, при этом содержимое их мешков не издало ни звука при падении на землю. И тут мне стало любопытно, а что же такое мы охраняем? За те несколько месяцев, что я работаю на этого, торговца, я ни разу не поинтересовался, содержимым повозок. Да и продавал он свой товар странно, не на рынках как все, а в каких-то подворотнях на непонятные склады мы это дело сгружали, после чего день другой гуляли по городу, а потом снова на каких-то складах, в мутных районах, снова загружали товар и отправлялись в путь. При этом сколько проверок груза на контрабанду мы не проходили, ни разу не было вопросов к грузу.

– Надо будет, при удобном случае, спросить у Курима, что же я охраняю. Надеюсь, это будет, что-то по серьёзнее, чем какое-нибудь зерно, или что-то в этом роде.

Решил я, садясь на траву шепча это себе под нос и принимая из рук разговорчивого флягу.

– Жарко!

С резким выдохом сказал он.

– Мы то идём, практически налегке, кроме снаряжения ничего нет, и то вымокли, как в ливень, а про вон тех бедолаг и говорить нечего.

Он махнул рукой. Проследив за его жестом, я увидел подтверждение его словам. Все, как один носильщики были мокрые насквозь от пота. Та немногочисленная одежда, в основном рубахи, штаны да ботинки, что была на них, была полностью мокрой от пота и свисала с них, словно они только, что в речке окунулись. А по их лицам, пот тёк ручьём. Не кто из них не стоял на ногах. Все либо лежали, либо сидели с подрагивающими от натуги коленями.

– Дааа, такими темпами, мы не то, что сегодня, мы и завтра к вечеру до города не доберёмся.

Сидящий рядом копейщик, в знак согласия кивнул.

– У ребят совсем сил не осталось, а ещё идти да идти, хотя нет, вон один собрался до ветру сходить.

Действительно, один из носильщиков, что до этого валявшийся на земле встал и пошёл в ближайшие кусты.

– Какой-то он немного странный. Тебе не кажется?

Обратился сосед по теньку ко мне.

– Да вроде нет.

Поначалу подумал я, но приглядевшись заметил. Его одежда. Если остальные были по максимуму оголены, рукава закатаны чуть ли не до плеч, штанины выше колен задраны, а рубахи расстёгнуты до пупа, то у него, прямо наоборот, всё аккуратно застёгнуто. Штаны заправлены в невысокие сапоги, манжеты рубахи, как и поднятый воротник, плотно застёгнуты, а на руках красуются кожаные перчатки.

– Далеко не отходи.

Обратился к нему один из охранников, сидящих с противоположной стороны дороги от нас.

– Потом тебя искать замучаемся.

– Хорошо.

Коротко кивнул тот в ответ. Скрывшись в кустах подлеска.

– Да ты прав.

Согласился я с собеседником.

– Какой-то он странный, одежда на нём вся плотно застёгнута, да и сухая она почти, только местами немного мокрая.

– Да и сильно уставшим он не выглядит.

Подтвердил он.

– Может у него мешок чем-то лёгким набит? Хотя при таких размерах, сам мешок то неплохо весит, только от его собственного веса, можно употеть, а этому такое ощущение, что как бы и по барабану.

– Да, странный.

Согласился я и задумался, а ведь действительно странный он, надо будет доебаться до него, как снова пойдём, а сейчас лучше немного отдохнуть в теньке.

И, как всегда, бывает, беда пришла, когда её не ждали. Точнее, выпрыгнула из чащи вслед за пареньком, вышедшим из неё с явно довольным видом от облегчения. Это был бешенопёс. Огромный сука бешенопёс, выпрыгнул из чащи от куда вышел паренёк и впился в него сзади в шею.

– Хана ему.

Услышал я от стоявшего рядом уже на изготовке копейщика.

– В круг!

Закричали с другой стороны. Но нам не нужно было об этом напоминать. Все уже и так встали в круг поместив в кольцо подскочивших, как будто и не было усталости носильщиков. В центре них стоял Курим.

– Сколько их?

Кто-то сказал с боку.

– Не понятно.

Ответили с другого бока. С обеих сторон дороги в кустарнике, кто-то активно носился туда-сюда, ломая ветки, рыча и подвывая.

– Судя по вон той твари.

Стоявший впереди кивнул головой, в ту сторону, где один из бешенопсов неистово рычал, грызя тело бедолаги, которому не вовремя приспичило.

– Их не больше пяти, бешенопсы очень редко для охоты сбиваются в стадии крупнее пяти особей.

– Значит.

Подхватил другой.

Раз один здесь, то по каждую сторону минимум ещё по двое, как-то много на шестерых нас…

Без надежды в голосе закончил он. Не удивительно, что он поник духом, нас шестеро, вооружены в основном все короткими копьями да небольшими ручными щитами, нормальной брони ни на ком нет. Да к тому же кони во всю беснуются и вокруг подлесок весь рычит и грохочет. Тут вдруг с одной из сторон шум резко изменился и чётко направился в нашу сторону.

– Идут!

Крикнул кто-то в панике.

– Не ссать!

Загремел на всю округу тучный Курим.

– Вы же не дети! Принимайте на копьё!

Трое, что стояли позади меня взяли копья на изготовку прикрывшись щитами на предплечьях, но в такой ситуации из-за своих размеров они вряд ли помогут. Но видимо им было так спокойнее, я и ещё один, что стоял позади них повернулся в пол оборота, чтобы видеть происходящее, и в случае необходимости помочь им. Третий же с нашей стороны, стоявший по середине продолжил наблюдать за подлеском, ведь оттуда по-прежнему доносился шум.

Не прошло и нескольких секунд после слов Курима, как из подлеска выпрыгнул новый бешенопёс. Этот в отличии от того, серого, был немного коричневат и с поломанным левым ухом. «Видимо поопытнее.» Пронеслась у меня мысль в голове, как бешенопёс это подтвердил.

Выпрыгнув на дорогу, он не ринулся прямиком на нас, на выставленные для него копья. Вместо этого он метнулся чуть в сторону и по небольшой дуге кинулся на нас заходя с той стороны, где его может достать только один копейщик из той троицы, да и я стоящий в пол оборота, навряд ли бы успел развернуть копьё. И не успел. Бешенопёс впился мёртвой хваткой с торцов в щит этого бедного копейщика, промял его зубами и впился в плоть. Всё это я осознал за доли секунды происходящего из воплей, стоящего рядом, пока разворачивал копьё. Не глядя, с размаху, полученного от поворота, я вонзил копьё псу в бок, оно вошло довольно глубоко, с характерным шмякающим звуком. Хорошо вогнал, зацепил жизненно важные органы. В подтверждение моим мыслям бешенопёс выпустил из пасти руку дико орущего копейщика и взвыл, но он не успел опомниться, как, с другой стороны, ему в бок, тоже вонзил своё копьё, ранее стоявший по середине охранник.

– Держи его!

Крикнул он мне. Надавив всем телом на копьё, боковом зрением я уловил движение. И тут же понял, что я видел. Третий копейщик, стоявший дальше всего от бешенопса, взял разгон и прыгнул, возводя руки с копьём над своей головой. Вогнал его в голову бешенопса, которого мы держали, перевёрнутое копьё по самое не балуй. Пёс тут же обмяк мёртвым грузом.

– Ещё один!

Закричал центральный с моей стороны, и действительно из чащи показался, ещё один бешенопёс. А наши копья вогнаны в тушу другого.

– Да твою ж мать!

Выругался прыгнувший, в панике пытавшийся вытащить застрявшее копьё из черепа бешенопса. Мы же проткнувшие тушу с боков уже вытащили свои копья с чавкающими звуками и развернулись на изготовке для принятия нового пса. Но этот оказался умнее предыдущих. Он даже не посмотрел в нашу сторону. Выпрыгнув, он тут же ринулся в другую сторону от нас. Туда, где привязанная к дереву бесновалась лошадь Курима. На ходу он разинул свою огромную клыкастую пасть и впился в шею коня. Кровь брызнула в разные стороны. Конь истерично заржал с пеной у рта, несколько раз брыкнулся и затих, бешенопёс же не выпуская своей жертвы из пасти поволок его в чащу через дорогу, оставляя кровавый след поперёк неё. Поводья, привязанные к ветке, с треском натянулись, и сломали её, хотя конь до этого, так не смог. С хрустом ломающихся веток, эта процессия скрылась в кустарнике.

– Отбой тревоги.

Выпрямился один из копейщиков.

– С чего это?

Возмутился тот, что кое как достал своё копьё.

– Их всего трое было.

Подтвердил Курим.

– Иначе почему они не напали сразу большим числом? Эти твари довольно умные, красиво сработали.

От этих слов все попадали на землю от жары и перенапряжения.

– Ну почти. Эти двое были отвлекающими.

Курим ткнул рукой в две безжизненные туши.

– А третий должен был добыть провиант. Тот, что первый выпрыгнул, видимо молодой совсем, не усидел на месте при виде того, как человек близко подошёл к нему. Вот и кинулся на бедолагу. Остальным пришлось действовать по ситуации. Ладно, хватит прохлаждаться, нужно уходить от сюда. На запах крови сейчас падальщики со всей округи сбегутся, ещё с ними возиться нам не с руки.

Все с трудом поднялись на ноги и неуверенными ногами, зашагали к грузу и почти успокоившемся лошадям. Ведь пока, были в кольце, мы плавно отходили от повозок, чтобы улучшить видимость, да и дорога в том месте сужалась, отходили туда, где просторнее.

– А чего это, тот, первый тоже затих и не двигается?

Озвучил в слух я витавший в воздухе вопрос.

– Да кто его знает, развёл руками один из копейщиков.

– Может тот носильщик оказался с яйцами и забрал его с собой?

Подхватил другой.

– И, как же?

Заспорил третий.

– У него не брони не оружия, изнутри ему глотку перегрыз?

Все нервно посмеялись, от этой шутки.

– Хорош шутки шутить!

Прервал всех Курим.

– Ты.

Показал он на одного из извозчиков.

– Возьмёшь заплечный мешок бедолаги и понесёшь, ты совсем недавно был ещё носильщиком так, что мышцы ещё не успели отвыкнуть в место тебя телегу, поведу я. Вы двое, успокойте лошадей.

Показал он на двух копейщиков стоящих с права от него.

– Носильщикам всем одевать мешки и ждать сидя на земле отправления.

– Оставшиеся.

Он обратил свой немного нервный взор на нас.

– Вытащите тело этого бедняги из-под туши. С собой мы, конечно, его не повезём.

Ответил он на искривившиеся лица присутствующих.

– Но чуть дальше всё-таки похороним, а то не по-человечески это, его

бросать.

– Рано ещё меня хоронить!

Раздался немного хриплый голос со стороны тушки. Все разом замолчали и посмотрели на неё.

– Это кто сейчас сказал?

Удивился один из копейщиков.

– Эй парень!

Позвал его Курим.

– Ты там живой что ли?

С лёгким удивлением и не пониманием в голосе повторил он.

– Живой что ли?

В целом, я, как и остальные были в шоке от этого, ведь мы все прекрасно видели, как бешенопёс вгрызся в его шею зубами, а при условии, что такой же пёс недавно глотку коня перегрыз…

– Да живой я живой, только туша эта тяжёлая, не могу вылезти из-под неё.

– Эм, народ, а кто-нибудь слышал, о таком, чтобы бешенопсы могли подражать человеческому голосу?