Читаем Смысл жизни и смерти человека. По творениям Святителя Игнатия Брянчанинова онлайн бесплатно
Смысл жизни и смерти человека. По творениям Святителя Игнатия Брянчанинова
Зачем живет человек? В этой книге, составленной по творениям святителя Игнатия Брянчанинова – великого русского святого XIX века – со свойственной его слову лаконичностью и ясностью раскрывается православное учение о смысле жизни человека: о всей глубине его падения, о высочайшем небесном призвании и достоинстве человека, о путях погибели, спасения и совершенства. Читателю, ищущему Истину, но еще блуждающему на распутиях человеческой и демонской мудрости, благодатное слово святителя поможет прийти к учению Божественной Премудрости – учению, не льстящему человеку, а спасающему его. Церковному читателю книга даст ясное понимание, от чего, почему и как нужно «спасаться», и уяснит главный смысл бытия человека и пришествия на землю Спасителя, указав высшую цель христианского подвижничества. Не без пользы может прочесть ее и читатель хоть и «хороший», но неверующий, а также верующий формально и расплывчато. Такого человека Священное Писание называет мертвым (Мф. 8, 22) и спящим (Еф. 5, 14) – спящим под убаюкивающую современную проповедь о том, что «Бог милостив», что «Он – любовь», что «эта любовь вполне уживается с беззаконием». Быть может – как на крик о пожаре вскакивает и глубоко уснувший – убедительные и нелицеприятные слова правды о собственном положении и возможных необратимых последствиях разбудят такого безмятежного читателя и дадут ему возможность увидеть себя и мир не так, как хочется и кажется, а как есть на самом деле…
Православие / СловариЗачем живет человек?
Что это за великий обман — человеческая жизнь? — где каждый, на мгновение появившись на земле, чувствует и мнит себя на ней вечным, особенным и неповторимым, но не успев ничего до конца понять и сделать, неумолимой и всегда «преждевременной» смертью вычеркивается из жизни, а затем и из памяти оставшихся жить.
Что это за безсмысленная трагедия — жизнь человечества? — когда на протяжении многих тысячелетий поколение за поколением рождаются на этой маленькой планете, все время что-то строят, потом разрушают, воюют за место под солнцем, страдают, веселятся, — и как бы непрестанной лавиной, многомиллионными толпами вваливаются в пропасть смерти, тесня и толкая друг друга, — богатые и бедные, здоровые и больные, злые и добрые...
В этой книге, составленной по творениям святителя Игнатия Брянчанинова — великого русского святого XIX века — со свойственной его слову лаконичностью и ясностью раскрывается православное учение о смысле жизни человека: о всей глубине его падения, о высочайшем небесном призвании и достоинстве человека, о путях погибели, спасения и совершенства.
Читателю, ищущему Истину, но еще блуждающему на распутиях человеческого и демонского мудрования, благодатное слово святителя поможет придти к учению Божественной Премудрости — учению, не льстящему человеку, а спасающему его.
Церковному читателю книга даст ясное понимание, от чего, почему и как нужно «спасаться», и уяснит главный смысл бытия человека и пришествия на землю Спасителя, указав высшую цель христианского подвижничества.
Не без пользы может прочесть ее и читатель хоть и «хороший», но неверующий, а также верующий формально и расплывчато. Такого человека Священное Писание называет мертвым (Мф. 8, 22) и спящим (Еф. 5, 14) — спящим под убаюкивающую современную проповедь о том, что Бог милостив, что Он — Любовь, что эта любовь вполне уживается с беззаконием. Быть может, как на крик о пожаре вскакивает и глубоко уснувший, — убедительные и нелицеприятные слова правды о собственном положении и возможных необратимых последствиях разбудят такого безмятежного читателя и дадут ему возможность увидеть себя и мир не так, как хочется и кажется, а как есть на самом деле...
Что такое — человек?
На этот вопрос отвечает человекам апостол1:
Человек не может не быть тем, чем он создан: он не может не быть домом, не быть жилищем, не быть сосудом. Не дано ему пребывать единственно с самим собою, вне общения: это ему неестественно. Он может быть с самим собою только при посредстве Божественной благодати2, в присутствии ее, при действии ее: без нее он делается чуждым самому себе и подчиняется невольно преобладанию падших духов за произвольное устранение из себя благодати, за попрание цели Творца.
Апостол, благоговейно созерцая свободу, которую Бог предоставил человекам преуспевать как в добре, так и во зле во время всей земной жизни, говорит:
Дана свобода, но воля Божия пребывает неизменною:
Соделывается человек сосудом и жилищем Божиим посредством христианства; устраивается и украшается жилище действием Святого Духа:
Вожделенно для человека удовлетворение Божественной цели! Вожделенно для человека достижение достоинства, предоставленного ему Богом! Достоинство это при сотворении человека было даром Божиим; потерянное падением3, оно по искуплении4 опять соделалось даром Божиим.
Достоинство даровано и законоположено Богом: отвержение достоинства влечет за собой вечную погибель.
Соделались храмами Божества все избранники Божии, как говорит о себе святой апостол Павел:
За неудовлетворение человеком своему назначению апостол возвещает ему вечное бедствие.
Не только души, но и
Предлагаем всем подвижникам христианства, желающим подвизаться правильно, законно, соответственно воле Божией, предлагаем обратить должное внимание на сделанное нами определение человека! Указание и объяснение правильного подвига составляет цель нашего убогого Слова. Плод правильного, предначертанного Святым Духом подвига — обновление подвижника Божественной благодатью и водворение Христа с Его Отцом и Духом в Его храме — человеке. «Тех, которые не ощущают вселения Христова, — сказал преподобный Марк Подвижник, — Священное Писание именует неискусным, то есть не знающим опытно христианства». К правильному подвигу, как к существенно необходимому, приглашает апостол служителя Христова:
Естественно, что учение Священного Писания о человеке возвещается и проповедуется единогласно святыми отцами Православной Церкви. «Мы — дом Божий по слову пророческому, евангельскому и апостольскому», — сказал преподобный Марк Подвижник. Святой Иоанн Златоуст говорит: «Благодать Святого Духа соделывает нас самих, если мы проводим благочестивую жизнь, храмами Божиими, и мы получаем способность молиться на всяком месте. Не таково у нас богослужение, каковым было оно некогда у иудеев, сопряженное со значительною наружною обстановкою, нуждавшееся во многих обрядах. Там намеревавшемуся принести молитву долженствовало прийти ко храму, купить горлицу, иметь в руках дрова и огонь, пригласив жреца, приступить к алтарю, сверх того, исполнить много других постановлений: здесь ничего нет такого; где бы ты ни был, приуготовлен тебе и алтарь, и жрец, и жертва. Ты сам и алтарь, и священник, и приношение...
Учение святого Иоанна Златоустого читаем и в возвышенных словах святого Исаака Сирского. Епископ Ниневии и отшельник в пустынях Месопотамии, а потом Египта, преподобный Исаак уясняет это учение из опытов святого подвижничества:
«Дерзаю утверждать, — говорит Исаак, последуя святому Павлу, — что мы — храм Божий. Очистим храм Его, потому что Он чист, чтоб Он возжелал вселиться в него. Освятим его, потому что и Он свят. Украсим его всеми делами благими и благолепными. Покадим его кадилом — упокоением Бога исполнением воли Его, чистою и сердечною молитвою, которой невозможно стяжать при частом общении с миром участием в действиях его. Тогда осенит душу облако славы Божией, и свет величия Его воссияет внутри сердца».
«Небо — внутри тебя; если будешь чист — в самом себе увидишь ангелов со светом их, и Владыку их с ними и внутри их. Сокровище смиренномудрого внутри его: оно — Господь».
Святому Исааку был предложен вопрос: в чем заключается совокупность всех частных подвигов жительства в безмолвии, чтобы по ней подвижник мог уразуметь, что он достиг совершенства в жительстве? Великий отец дал вопросу следующее решение, которое можно было дать только из глубокой подвижнической опытности: «Когда безмолвник достигнет постоянного пребывания в молитве. Достигший этого достиг высшей грани всех добродетелей и отселе соделался жилищем Святого Духа. Если кто с достоверностью (присовокупление этого слова служит намеком, что многие, чуждые благодати, приписывают ее себе, а другие признают благодатью вкравшуюся в них бесовскую прелесть5) не приял в себе благодати Утешителя: тот не может свободно пребывать таким образом в молитве. Дух, говорит Писание (Рим. 8, 26), когда вселится в кого из человеков, не престает от молитвы, потому что Сам Дух непрестанно молится. Тогда молитва не пресекается в душе ни во время сна, ни во время бодрствования; но ест ли человек или пьет, или что другое делает, даже во время глубокого сна, благоухание и фимиам молитвы этой без труда источаются из его сердца. Тогда молитва не отлучается от подвижника, но постоянно пребывает в нем и с ним: если она и умолкает по наружности на краткое время, однако тайно она служит в нем».
Святой Исаак согласно с прочими отцами научает, что Христос насаждается в сердца наши таинством святого Крещения, как семя в землю. Дар этот сам собою совершен, но мы его или развиваем, или заглушаем, судя по тому, какое проводим жительство. По этой причине дар сияет во всем изяществе своем только в тех, которые возделали себя Евангельскими заповедями, и по мере этого возделания.
Преподобный Макарий Великий также очень часто в глубоких беседах своих к совершенным христианам обращается к объяснению назначения, данного человеку Творцом. Он постоянно выражается о человеке как об обители, храме, сосуде, Престоле Божества:
«Благоизволил Небесный Отец обитать во всяком, верующем в Него и просящем у Него. Так восхотело безпредельное милосердие Отца! Так угодно непостижимой любви Христовой! Таково благоволение неизглаголанной Божией благости».





