Читаем Недетская забава онлайн бесплатно

Происшествие

Дежурство подходило к концу. День прошел относительно спокойно. Один выезд на квартирную кражу и разбирательство с мужиком, пытавшимся через балкон проникнуть в квартиру. Квартира оказалась его частной собственностью, проник бы, да и бог с ним. Но кто-то из неравнодушных соседей позвонил, пришлось выезжать. Как-никак это тоже происшествие.

Разобрались быстро, но время затрачено, – а что его беречь? Ведь каждая минута приближает окончание дежурства, а опер с десятилетним стажем уже давно не верит в сыскную романтику и желает только, чтобы ничего больше не случилось и поскорее бы это дежурство закончилось.

Время приближалось к полуночи. Закончив с формальными справками, необходимыми для завтрашнего отчета начальнику и кое-какими текущими делами, опер предвкушал горячий чай с бутербродом и сон, который не очень комфортен в кабинетных условиях, но так сладок особенно если не будет нарушен до утра.

Он разлегся на небольшом диванчике, немного коротковатым, но очень желанным и закурил полуночную сигарету. За окном стояла тишина. В окно уставилась полная луна. В такие минуты он думал, что весь мир спит. Даже майор Васильев – дежурный по району. И конечно же все граждане города: им то, что не спать? С такими теплыми мыслями он погрузился в сон.

Сон его, однако длился недолго. Телефонный звонок, от которого он уже давно не вздрагивал, был делом привычным, но каждый раз вызывавшим внутренний протест. Сухой голос Васильева произнес короткую, но очень емкую фразу: «На выезд, у нас похоже труп».

Через 3 минуты, глотнув остывшего чая и взяв оперативную папку, опер уже сидел в дежурной «Газели». Напротив него водрузился дослужившийся до майора округлого телосложения, лысоватый эксперт криминалист. Криминалист все время, что-то недовольно ворчал. На его ворчания никто не обращал внимания. В этот ночной час, не проснувшийся до конца организм, все же требовал тишины.

По пути к месту происшествия нужно было заехать в прокуратуру и забрать следователя. Как будут добираться до места судебно-медицинский эксперт и кинолог, опера не волновало – это задача Васильева. Но лишь тогда оперативная группа будет в полном составе.

Все, что удалось выяснить у дежурного накоротке: кто-то из запоздавших прохожих позвонил и сообщил что возле дома по улице Ворошилова, 14 под балконами на земле лежит девушка без признаков жизни. Дежурный записал фамилию, имя и отчество звонившего и настоятельно попросил дождаться приезда оперативной группы. На место была вызвана также карета скорой помощи, – девушка могла быть жива. И хотя скорая помощь приехала раньше оперативной группы, ее услуги уже не понадобились. Девушка была мертва.

Следователь прокуратуры – энергичная тридцатилетняя женщина составляла протокол осмотра трупа под диктовку судебно-медицинского эксперта. Из его речи опер для себя выделил главное – тело принадлежит девушке на вид 16-18 лет, смерть наступила 1.5 – 2 часа назад. На открытых частях тела имеются рваные раны, справа в височной области вдавленная рана с кровоподтеком. Все эти повреждения могли образоваться при падении с высоты и ударе головой о тупой твердый предмет. Непосредственно под правой височной областью, на грунте лежит камень размером 15х15см. на котором имеются следы бурого цвета. Кроме того, на ощупь имеются сломанные ребра. О повреждении внутренних органов и причине смерти можно будет сказать только после вскрытия. Все говорило о том, что девушка упала с балкона. Тем более, что на ней была одета ночная пижама, а на ногах не было обуви.

Опер посмотрел вверх. Четырнадцатиэтажный дом. Во всем доме всего в трех окнах горел свет. Но в том пролете, под которым лежало тело все окна были темные.

Конечно, это могло быть самоубийство, подумал опер, но во всем надо разобраться. Он уже сбросил с себя рутинную хандру, настроился и увлеченно приступил к работе. В таких делах он привык и умел делать все точно до мелочей.

На место происшествия, для оказания помощи, к тому моменту прибыли участковый и оперуполномоченный уголовного розыска, обслуживающие данный район. Следователь, как старший группы, поручила им опрос свидетелей, вызвавших наряд и отработку квартир в окнах которых горел свет. Оперу было поручено отработать все квартиры подъезда для установления личности погибшей и определения из которой было совершено падение.

Начать поиск он решил с последнего этажа, спускаясь и обзванивая при этом все квартиры на лестничных площадках.

Время уже приблизилось к 2-м часам ночи. Опыт работы убедил его в том, что в столь поздний час его звонки вызовут у жильцов возмущение, опасение и лишь в редких случаях понимание. Мало кто решался открыть дверь, и опрос приходилось вести снаружи через закрытую дверь. Не рассчитывая на длительный разговор, вопрос был один: «не знаете ли вы в какой квартире живет девушка, – здесь опер описывал ее краткие приметы». В ответ один из жильцов отборно выматерился, другой, не желая ничего слушать, даже пригрозил вызвать полицию. Но вскоре удалось получить нужную информацию. На 9-м этаже осторожный мягкий голос взрослой женщины пояснил через дверь, что такая девушка живет в квартире прямо под ними и что час-полтора назад там был какой-то шум, похожий на скандал. С таким свидетелем, конечно, хотелось пообщаться подольше, но женщина вежливо попросила ее больше не беспокоить, так как уже слишком поздно и все равно она больше ничего добавить не может. «Может»: подумал опер и сделал запись в блокноте.

Минуты три он стоял у двери вычисленной квартиры, прислушиваясь. В его голове роились вопросы. Если девушка упала с балкона этой квартиры, почему на месте обнаружения трупа нет никого из жильцов? Неужели факт падения с балкона остался никем не замеченным? Может быть в квартире она находилась одна? А если не одна, значит кто-то ушел после ее падения? Тогда почему ушел? Ничего не расслышав через закрытую дверь, с чувством сыскного волнения и некоторой внутренней тревоги опер нажал на дверной звонок. Он был почти уверен, что в квартире никого нет. Прошло несколько тихих секунд. Для верности он нажал на звонок еще раз и повернулся к лестничному маршу. Но лишь ступив шаг он услышал за дверью глухой кашель и шаркающие шаги. Опер быстро вернулся назад.

– Кто? – спросил взволнованный низкий мужской голос.

– Прошу прощения, – опер старался быть предельно вежливым. – Полиция. Вот мое удостоверение – он приставил к дверному глазку не очень почитаемый в народе документ.

– Что нужно? Мы полицию не вызывали.

«Мы» – быстро пролетело в голове. Значит ли это, что он в квартире не один? А может быть вообще ошибка и квартира не та? Нет та! Внутренне он был в этом убежден.

– Понимаете, – чуть ли не оправдываясь продолжал опер, но обстановка этого требовала, – Возле вашего дома произошел несчастный случай. Может быть вы что-нибудь видели или слышали?

– Ничего, – коротко отрезал говоривший из квартиры, но в его голосе дрогнула взволнованная струнка. Опять же опыт позволил звучание этой струнки уловить. И опер пошел на пролом.

– Скажите, в этой квартире проживает девушка? – и он снова описал приметы погибшей.

После непродолжительного молчания раздался металлический звяк замочной щеколды и дверь открылась.

Опер сделал тяжелый вдох в полные ноздри и почувствовал, что здесь пахнет мерзостью.

На пороге стоял крупный мужчина возрастом немногим больше сорока лет. Нет, он был не толстый, а просто крупный. Рост под 190 см., широкая кость, густые, коротко стриженые волосы. Пальцы рук и лицо казались несколько припухшими, как будто их немного надули. Глаза его вполне соответствовали размеру лица, но были какими-то тусклыми. Цвет глаз опер разобрал не сразу, но вот тревогу или даже испуг в них уловил. Но кто же не будет тревожиться, когда к тебе в квартиру ночью приходит полиция?

Мужчина был одет по-домашнему – сине-серая клетчатая рубашка, надетая на болотного цвета майку, темное трико и поистрепавшиеся тапочки.

На кухне слышалось какое-то шарканье и опер понял, что спать здесь еще не ложились, а света с улицы не было видно, так как кухонное окно выходит на другую сторону. Он почувствовал, что именно здесь должна крыться разгадка гибели несчастной девушки.

– Здравствуйте, – опер представился и уже очно предъявил служебное удостоверение. – Извините за позднее беспокойство, скажите кто проживает в этой квартире?

– Я и дочь, – сдержано, глухо и коротко ответил мужчина, опустив глаза.

– А где она сейчас? – спросил опер. -Мне необходимо с ней поговорить, – и он стал продвигаться в сторону кухни.

Мужчина не то, чтобы откровенно, но старался не пропустить его туда. Опер все же зашел на кухню и увидел там сидящую за столом круглую рыжеволосую женщину несколько вульгарного вида в соответствие с окружающей обстановкой.

На столе стояла выпивка – не допитая бутылка красного вина и закуска – нарезка копченой колбасы и сыра. Здесь же пепельница, наполненная окурками. Еще был какой-то майонезный салат и порезанные дольками яблоки.

На кухне, как и во всей квартире было прибрано и достаточно уютно. Но дух, царивший здесь, почему-то вызывал неприятные ощущения. Женщина испуганно посмотрела на опера и сжалась в комок.

– Вы супруга? – он глазами указал на мужчину.

– Нет, это моя знакомая, – не дав ей открыть рта он ответил сам.

– Вы сказали, что живете вдвоем с дочерью, прошу прощения, а жена?

– Она умерла. Вернее, погибла в ДТП.

– Извините, – опер сделал вежливую паузу. – Так вы мне не ответили, где сейчас ваша дочь?

– Она спит в своей комнате, – он указал на закрытую комнатную дверь.

Опер оторопел. Как спит? Вы уверены? Мне необходимо в этом убедиться.

– Может не стоит ее тревожить? – для порядка спросил мужчина. – Она часа три назад пришла домой и никуда не уходила. Вон в прихожей ее обувь. Она же не могла уйти разутая.

Опер вопросительно посмотрел на стоящие возле входной двери две пары женских туфель разного размера и мужские ботинки.

– И все же я прошу у вас разрешения зайти в ее комнату.

Он уже в глубине души думал, что было бы хорошо, если бы девушка мирно спала в своей кровати и несчастье миновало эту квартиру. Но чуда не произошло. Комната была пуста, а на кровати лежало лишь отброшенное в сторону одеяло. Дверь на балкон была приоткрыта. Стало очевидно, что девушка, жившая в этой квартире и тело, найденное под балконами одно и тоже лицо.

Принять смерть родного человека – что может быть больней? Жизнь переламывается на две части – до и после. От обрушившегося несчастья порой невозможно отойти никогда. Опер ненавидел и всегда боялся таких столкновений с чужим горем. Но по долгу службы ему не раз приходилось бывать в таких обстоятельствах.

Он посмотрел на застывшего в изумлении хозяина квартиры и, сдерживая участившееся дыхание сказал:

– Вы пожалуйста держитесь, но дело в том, что под вашими балконами обнаружена девушка. Она, очевидно, разбилась при падении с высоты. Вам необходимо опознать не ваша ли это дочь?

Мужчина резко, но молча сел на кровать, обхватив голову руками, потом также резко вскочил, вышел на балкон и посмотрел вниз. Там он увидел что-то накрытое покрывалом и людей в полицейской форме и гражданской одежде.

Вернувшись в комнату, он стал судорожно ходить, взад-вперед очевидно стараясь прийти в себя. В это время в комнату зашла не выходившая до этого из кухни рыжая и спросила:

– Что случилось?

– Уйди на место! Гневно, как собаке, приказал мужчина.

Рыжая покорно ушла назад на кухню.

После такого обращения опер сделал скидку на нервное состояние отца, потерявшего дочь, но у него возникало все больше вопросов и загадок.

Мужчина тем временем перестал ходить по комнате и сказал,

– Пойдемте.

Опер предупредил, чтобы в квартире ничего не трогали и попросил рыжую пройти вместе с ними. Она в свою очередь попросила хозяина вызвать такси, так как очень хотела уехать домой. Опер на всякий случай записал ее данные, но строго запретил уезжать, потому что она должна быть опрошена в обязательном порядке.

Опознание подтвердило начальную версию. Да это была та самая девушка. Теперь предстояло выяснять все обстоятельства гибели. Самое важное из них состояло в том, что мать девушки погибла меньше месяца назад. Налицо вырисовывалась причина самоубийства. Тем не менее опер выдвинул три версии.

1. Самоубийство 2. Девушку с балкона столкнули насильственно.

3. Падения не было. Под балкон положили тело, имитируя падение.

Закончив осмотр трупа и места происшествия, следователь прокуратуры, выслушав наработки опергруппы и жадно выкурив сигарету, раздавала следующие поручения.

Участковый должен обеспечить понятых на осмотр квартиры, так как понятые присутствовавшие при осмотре трупа наотрез отказались от дальнейшего участия в этом процессе. Ему же и зональному оперуполномоченному полагалось продолжить поиск свидетелей, что казалось невероятным до наступления дневного времени суток. Оперу было поручено взять объяснения с отца погибшей и его рыжеволосой подруги. Официальный допрос следователь отложила, так как приняла решение не возбуждать уголовное дело и оставить материал для проведения дальнейшей проверки, считая основной версию самоубийства.

Проведя все необходимые мероприятия на месте обнаружения трупа, отправив тело на катафалке в морг, члены оперативной группы с хозяином и его рыжеволосой спутницей вернулись в квартиру.

Участковому к тому времени удалось найти и уговорить двух недовольных граждан присутствовать в качестве понятых. Следователь с новыми силами принялась составлять протокол теперь уже осмотра квартиры. Все описывалось тщательно, как и полагалось профессионалу. На первый взгляд все это не имело никакого отношения к происшедшему, но в случае совершения преступления и сборе доказательств для изобличения преступника каждая мелочь могла иметь решающее значение, вплоть до нарезанных яблок, спокойно лежащих себе на кухонном столе. Это могло пригодиться потом. Первоначальное же внимание акцентировалось на вещах, имеющих существенное значение здесь и сейчас.

Существенным опер посчитал отсутствие каких бы то ни было следов борьбы в квартире, наличие грязи на одной паре женской и мужской обуви и шпильку для волос, обнаруженную на балконе. Как он успел заметить такими шпильками был закреплен сноп волос на голове рыжей. К его огромной досаде факт обнаружения шпильки произошел в ее присутствии. Теперь заготовленный для нее вопрос: «не выходила ли она в этот вечер на балкон?» терял в силе. Она с готовностью могла ответить, что выходила до возвращения девушки домой. Теперь же осталось только наблюдать за ее реакцией, когда этот вопрос будет задан.