Читаем Ангел Кори (ЛП) онлайн бесплатно

Серена Симпсон

Ангел Кори

Серия: Ангелы-Оборотни, книга 1

Переводчик: Ольга

Редактор: Ольга

Вычитка: Мария

Русификация обложки: Кира

Специально для группы: Оборотни. Романтический клуб by Gezellig 21+

Внимание!

Текст, предназначен только для ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст, Вы несете ответственность в соответствие с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления ЗАПРЕЩЕНО. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Глава 1

Иден проталкивалась сквозь тяжелые слои черного тумана, покрывающего ее разум. Ее тело шептало, что она была больна, и пыталось заставить ее лечь обратно и забыть о пробуждении. Она толкнулась сильнее. Неприятное ощущение в затылке подсказывало, что с ней не все в порядке.

Ты умираешь, прошептало ее беспомощное тело.

Ладно, но хотелось бы все-таки проснуться прежде, чем испущу последний вздох. Ее рука медленно потянулась из-под одеяла. Когда это ее одеяло стало таким толстым, что она едва могла двигаться под его весом, прижимающим ее хрупкое тело? С усилием она повернулась на бок и позволила ладони добраться до лампы. Когда она увидела только отблески света, то поняла, что ее глаза закрыты.

Открыв их, она только озадачилась. Что она делала в комнате своей бабушки? Она сразу же почувствовала угрызения совести при мысли об этом. Она любила своих дедушек и бабушек, но по мере того, как они становились старше, они уходили в эту комнату, почти не покидая ее. В ее юном разуме эта комната стала синонимом слова «смерть». Даже сейчас, в возрасте двадцати восьми лет, эта комната посылала холодок по позвоночнику.

Она огляделась вокруг в поисках своего жениха. Маркус Келлер был ярким светом в ее жизни. Беспокойство снова заставило дрожать ее уже и так остывшее тело. Она начала встречаться с Маркусом за несколько месяцев до того, как умерли ее родители. Он никогда не нравился ее отцу, но тот хотел, чтобы его девочка была счастлива.

Она ведь была счастлива с Маркусом? Используя немного драгоценной энергии, которая у нее оставалась, ей удалось стянуть с себя тяжелые одеяла. Теперь, когда ей не нужно было поднимать одеяло с каждым вдохом, дышать сразу стало легче.

Кровать ее бабушек и дедушек была огромным четырехногим монстром со столбиками по углам, который заставлял ее чувствовать, будто он ждет, чтобы проглотить ее живьем. Почему она в их комнате? Почему не в своем крыле? Это был семейный особняк, занимавший более 50 тысяч квадратных футов, слишком большой для одной семьи. Она планировала переехать, подобрать себе что-то поуютнее, может быть три или четыре тысячи квадратных футов, но тут ее родители умерли. Внезапно она не захотела утратить единственную связь с ними.

Почему она не была в своей комнате? Иден подвинулась к краю кровати и схватилась за один из толстых столбиков. Это было единственное, что не позволило ей камнем рухнуть на пол. Ее ноги были такими слабыми, что она не могла ходить.

Один взгляд на себя заставил ее нахмуриться. На ней было пышное длинное белое одеяние. Она знала, что у нее не было ничего подобного. Неужели это принадлежало ее бабушке? Кто-то пытался вызвать в ней страх смерти, одевая ее так и помещая в эту комнату?

Это не имело никакого смысла. Единственным, кто знал, как страшно ей было спать здесь, был Маркус, и он любил ее. Правильно?

Конечно. Спустившись, она схватила ночную рубашку за край и подняла ее вверх вдоль своего тела. Ей не хватит сил дойти до двери, но она хотела увидеть своего жениха. Она чувствовала будто прошла вечность с тех пор, как она в последний раз его видела. Осторожно она опустилась на пол и поползла к двери.

На ней был черный бюстгальтер и черные стринги. Она не была уверена, что они были чистыми, но у нее не было выбора, теперь ей придется остаться в них. Ее пульс увеличился, дыхание стало поверхностным, но она все еще ползла.

Впервые она продемонстрировала признаки болезни публично. Она зашаталась, почти упав лицом вниз, но Маркус был там и подхватил ее. Он был золотым мальчиком и ее личным героем. Он крепко сжал ее и сказал, что все будет хорошо, целуя ее под вспышками фотокамер.

Она прошла всех врачей, которых можно представить, и он всегда был рядом с ней, но никто не мог установить, что с ней не так. В конце концов, она перестала обращаться к врачам. Сколько у нее осталось времени? Она не знала, но хотела провести его в объятиях своего возлюбленного.

Зацепив ногой стул, стоящий у двери, она поднялась. На спинке стула висела футболка. Она улыбнулась, потому что та принадлежала ей. Крупными жирными буквами было написано «Какого «Х» ты пялишься?» Ее отец ненавидел эту футболку, но ей она нравилась. Как правило, она чувствовала себя именно так, когда люди изучали ее жизнь, будто она жила в аквариуме.

Она натянула ее через голову и потянулась повернуть ручку двери, прежде чем осторожно опуститься обратно на пол. Сознание немного прояснилось, и она попыталась подумать. Когда стало ясно, что смерть неизбежна, она велела прекратить прием препаратов. Она хотела иметь настолько ясное сознание в конце, насколько это возможно. Тогда откуда эти туманные воспоминания о людях, дающих ей лекарства, пока она спит?

Ничего не имело значения; ей нужны были любящие руки Маркуса. Он все объяснит и заставит ее чувствовать себя лучше. В голову пришло воспоминание о попытке избежать его прикосновения, остановив ее, когда она выбралась из комнаты ее бабушки. Зачем ей бороться с ее женихом? Ее сознание снова затуманилось, не позволив ей разобраться, что произошло.

Заставляя себя двигаться, она поползла по коридору, пока не увидела свет в библиотеке ее родителей. Там никого не должно было быть. Она заставила себя продолжать двигаться, пока не добралась до двери. Она была измотана; ее тело рухнуло на пол, покрытый густым ковром, прежде чем она смогла открыть дверь и дать знать о своем присутствии. Глубокий голос Маркуса донесся из комнаты. Как только немного восстановила силы, она приоткрыла дверь. Он увидит ее и поднимет, прижимая к себе. Он нежно поцелует ее в губы и скажет, что все будет хорошо.

Эта мысль позволяла ей удовлетворенно лежать, когда она услышала разговор.

- Она попросила своего адвоката приехать в пятницу, — сказал Маркус мужчине, которого она не могла видеть.

- Я не думаю, что это хорошая идея.

- Почему? Мы можем привлечь нашего адвоката. Она так далеко зашла, что никогда не узнает. Таким образом сможет переписать на меня все деньги.

- Ты не понимаешь. Если Иден умрет, не выйдя за тебя замуж, это завещание будет оспорено в суде какой-нибудь кузиной, которая выскочит как чертик из табакерки. Тебе нужно жениться на ней, прежде чем она увидит адвоката, а затем убить ее.

- Как только я женюсь на ней, почему она должна умереть? Она хороший человек. Слишком хороший. У меня будут деньги, чтобы оплатить долги, и все будут счастливы.

- Что произойдет в следующий раз, когда ты столкнешься с долгами в азартных играх на миллион долларов? Будет ли она любить тебя достаточно, чтобы оплатить их? Если она этого не сделает, ты встретишься с киллером в темном переулке, и это не его прозвище, потому что мама так его называла. Или она или ты, но кто-то умрет.

- Я понял.

Неужели он собирается убить ее? Ради денег? Это не имеет смысла; он богат, может даже богаче, чем она. Даже если он задолжал миллион долларов, он мог бы оплатить его не глядя. Он владел миллиардами. Может быть, ей стоит устроить ему очную ставку?

С ума сошла? Да, потому что говорю сама с собой. Он собирается убить нас; не знаю как ты, а я хочу жить. Папа был прав, он мошенник.

Конечно, ее отец был прав, но его здесь не было, чтобы спасти ее. Она глубоко вздохнула и отступила от библиотеки. Ей нужно было добраться в маленькую комнату прямо за кухней. Она сомневалась, что сможет это сделать. Комната ее бабушки не запиралась, как ей требовалось.

Ты можешь сделать это. Это то, что она снова и снова шептала себе, даже когда она спускалась по ступенькам, как ребенок, полу-ползком полу-кувырком. Затем она молилась, чтобы никто ее не слышал. К тому времени, когда добралась до кухни, все тело было в синяках и ушибах, но она сделала это. Она проползла через помещение, нигде не включая свет, пока не попала в небольшую комнату возле кладовой. Это была ее «О, дерьмовая комната или адски разрушенная комната». Она и ее отец придумывали название вместе, но так и не договорились, так что оставили двойное.

В этой комнате была сумка с бОльшим количеством денег, чем многие люди видели за всю жизнь. Отец всегда говорил, какой смысл иметь деньги, если вы не можете взять их в руки, когда вам это нужно? Она скучала по отцу и его образу мыслей. В ее сумке были два набора ключей от машины, а также ее права. У нее также была одежда на случай необходимости скрываться. Стоял декабрь; она не знала, какой сегодня день, но знала, какой месяц.

Она надела джинсы, сапоги и куртку, которая там была.

Она ухватилась за скамейку, прежде чем подняться. Она не могла ползти туда, куда ей нужно было попасть. Держась за стены, она вышла из боковой двери. Ей понадобится сила, чтобы добраться до сарая с другой стороны гаража. Она спотыкалась, пока не упала рядом с деревом, засыпанным снегом. Используя деревья, которые выстроились вдоль дорожки, она смогла добраться до гаража, и, прислонившись к нему, медленно продвигалась, пока сарай не оказался в двух футах от того места, где она была. Расставив руки, чтобы попытаться сохранить равновесие, она шла вперед, шатаясь, будто слишком много выпила, но она сделала это, не упав в снег и не промокнув сильнее, чем она уже была.

Уткнувшись в стену, она огляделась. Ее машина была припаркована перед гаражом. Почему она была снаружи? Должно быть Маркус водил ее. Это была карамельно-красная Феррари. Раз уж все будут пялиться, так дайте им то, на что можно пялиться - было ее личным девизом. Она скользнула в боковую дверь гаража, чтобы найти свой черный Додж Чарджер, потому что бывают моменты, когда ты не хочешь быть замеченным. Осторожно она направилась к машине и открыла ее, садясь на водительское сиденье. Она ткнула в пульт от двери гаража и завела машину.

Она сняла машину с ручника и понадеялась, что сможет выбраться. Гараж был построен на холме как раз на такой случай. Она подождала, пока не замедлится, прежде чем завести свою детку. Машина не издавала ни звука, но когда она положила руку на приборную панель, то почувствовала, как она мурлычет, будто котенок. Приведя ее в движение, она удалялась, надеясь, что никто из дома не заскучает по ней до завтра.

Глава 2

Иден вела машину. Она свернула на ближайшее шоссе, не обращая внимания на направление. Она могла проехать более пятисот миль, прежде чем ей понадобится остановиться на заправку и именно это она собиралась осуществить, пока не потеряла контроль над машиной и сама не убила себя первой. Примерно семь часов спустя она въехала на заправку. Она напевала песню «Let it Snow», радио не передавало ничего, кроме рождественской музыки, и ее все устраивало.

Она вошла в душевую в зоне отдыха, радуясь, что она тут есть. Мамаша помогала своей сонной дочери вымыть руки, а другая разговаривала с возбужденным ребенком.

- Мама, когда мы приедем к дедушке и бабушке?

- Мы будем там через три часа.

- Мы проведем с ними Рождество?

- Да.

- Это будет лучшее Рождество.

- Ты права, детка.

Мать подняла глаза и поймала взгляд Иден. Он был грустным.

В ее жизни, как и в жизни Иден, что-то пошло не так, но у нее была причина продолжать.

Иден слегка улыбнулась ей, прежде чем войти в душевую кабинку. А у нее есть причина продолжать? Ее родители умерли, а ее жених, который, очевидно, никогда не любил ее, хотел только ее деньги. Ее плечи опустились. Завтра она снова возьмет себя в руки, но сегодня ей было грустно. Жизнь могла бы лучше к ней относиться и она задавалась вопросом стоит ли продолжать, если в дальнейшем все только ухудшится.

Она мыла руки, когда ее желудок забурчал, и она широко зевнула. Если она думала, что устала, когда встала с кровати, это было ничто по сравнению с тем, как она себя чувствовала в этот момент. Возможно, она бы упала на пол, но сначала посмотрела на него. Он выглядел достаточно отвратительно, чтобы заставить ее идти, как бы трудно это ни было. Все, чего она хотела, это перекусить и вернуться на дорогу.

Она чуть не упала, попытавшись побежать.

- Вы в порядке, мисс? - Мужская рука протянулась и удержала ее. Когда он оглядел ее и обратил пристальное внимание на ее машину, то его улыбка вызвала у нее дрожь. Он был высоким и темноволосым, но выражение его глаз тревожило ее.

- Да, спасибо, - она двинулась к входной двери.

- Будьте осторожны мисс, на дорогах гололед и будет обидно, если ваша машина скатится в овраг. Ваше тело не найдут до лета. - Он повернулся, позволив своему пальто распахнуться, так что она увидела пистолет.

По пути к машине Иден затрясло. Его глубокий смех последовал за ней, когда она привела ее в движение.

Они нашли меня — было все, о чем она могла думать. Рождественская музыка стала слишком мучительной, потому что она знала, что не может бежать достаточно далеко или достаточно быстро, чтобы оторваться от этой гладкой черной машины, которая последовала за ней.

Пустынное шоссе изгибалось, забираясь все выше. Она пыталась замедлиться, потому что дорога была ненадежной, но каждый раз, когда она пыталась, машина позади врезалась в нее. Ее сердце колотилось, она должна была выбраться. Она не даст им убить себя, сегодня она не хотела умирать.