Читаем Английские романтики в переводах Яна Пробштейна онлайн бесплатно

Английские романтики в переводах Яна Пробштейна

Новые переводы неувядающей романтической поэзии начала XIX века. В сборник включены два стихотворения поэтов «Озерной школы»; поэзия младшего поколения романтиков представлена более обширно. В дизайне обложки использована иллюстрация Уильяма Блейка к поэме-диптиху Мильтона «L`Allegro» и «Il Penseroso» (1816–1820).

Перси Биши Шелли , Джон Китс , Уильям Вордсворт , Сэмюэль Кольридж

Поэзия / Лирика

Английские романтики в переводах Яна ПробштейнаУильям Вордсворт <emphasis>(1770–1850)</emphasis>Откровения о бессмертии, навеянные воспоминаниями раннего детстваIВ былое время роща, луг, ручей,Земля, и всё, что есть на ней, Казались мне одеты В небесное сиянье света —Ярка, свежа была мечта моя.Не так, как встарь, все видится сейчас Куда ни гляну я, — В ночи, при свете дняОт взгляда скрылось то, что радовало глаз.IIПусть Радуга горит,Прекрасен Розы вид,И всем упоена,Среди нагих небес глядит Луна, И звёздной ночью бег Великолепен рек;Блистателен Восход, но все жБылого не вернёшь,Я знаю, что Земли померкла мощь навек.IIIВокруг щебечут птицы на ветвяхИ агнцы радостно идут,Под звуки тамбуринов тутЛишь я печальной мыслью удручён,Но этой скорбной мысли выраженьеДуше моей дарует облегченье, И снова я силён:Раскаты Эха слышу я в горах,Не омрачит весну моя печаль,На кручах трубы шквалов будят даль,А ветры будят ото сна поля, И весела земля,Всё в мире веселится,И зверь, и птица,Когда приходит Май,Ликуй, Дитя, играй,Кричи, мой пастушок, твой крик услышать дай!IVБлаженные созданья, слышал я,Как вы перекликались, в этот часСмеялось небо, радуясь за вас; В венке цветочном рад Я разделить стократВсю полноту, блаженство бытия!О злая доля! Был бы яУгрюм, когда сама ЗемляУкрасила нарядБлаженным утром Мая,И ребятня шалит играя,И в тысяче долин вокруг,Куда ни бросишь взгляд,Цветы раскрылись вдругИ льнёт Младенец к ласке материнских рук. Я слышу, слышу, радостно внимая,Но Поле есть одно, в нём Дерево одно —Мне говорят о том, что сгинуло давно,И вторит им фиалка,Что сгинувшего жалко:Ужель видений свет сошёл на нет?И где они сейчас — мечта и славы свет?VЛишь сон и забывание — рожденьеДуша — Звезда, что к жизни восстаёт, Но мы не знаем, где её заход, Издалека её явленье, Не в полном забытье, Не в полной наготе, —Но странствуя, как Славы облака,Снисходим мы от Бога, свысока:Младенчество есть наш небесный дом!Пусть с возрастом темницы гуще тени,Но мальчик видит свет, его исток; Он рад, и день за днём,На запад держит путь, забыв восток, Но юноша — ещё служитель,Природа — храм его, обитель,В пути сойдёт как озареньеВеликолепное виденье;А взрослый наблюдает, как на нетМечту низводит злободневный свет.VIЗемля же наполняет свой подолСвоими радостями, у неёНет недостойных целей и своё Природное желанье: Бесхитростная няняСтремится из последних сил,Чтоб пасынок и узник позабылВеличье и дворец, откуда снизошёл.VIIКупается Дитя в блаженствах новых,Малютка шестилетний, в упоеньеЛежит он среди собственных творений,Мать не сдержала нежности порыв,Узором поцелуев вмиг покрыв,И свет струится из очей отцовых!У ног его начертанный им план,Фрагмент мечты о человечьей жизни, О свадьбе иль веселье, Похоронах иль тризне Он будет петь пеан, Все сердцем овладелиОни, чтобы затемЛюбовь, дела, борьбу он в список тем Включил, однако вскоре Отбросит, с этих пор Попробуется в новой ролиС отрадой гордой маленький Актёр,С иронией он в молодом задореВсе стадии до немощи и боли,Что жизнь даёт в избыточном наборе,Изобразит, как будто бы призваньеЕго — бесчисленное подражанье.VIIIТы, чей скрывает втуне внешний вид Души безмерность, кто хранитНаследие, философ ты глубокий,Среди слепых Всевидящее Око,Ты глух и нем, читаешь в глубине,Ты с вечным разумом наедине, Благой провидец и пророк, В ком наших истин всех исток,Чтоб их найти, мы не жалеем сил,Потеряны во тьме, во тьме могил,Тебя ж бессмертье пестует храня,Как Господин Раба, сиянье Дня, —Заботу не отринь, и ты, Дитя,Велик в ночи свободой богоданной,Зачем торопишь пыткой неустаннойТы годы неизбежного ярма,С блаженством слепо борешься зачем?Ведь душу гнёт земной лишь миг спустяПридавит, и условности затемНавалятся, как снег и как зима,Глубокие, почти как жизнь сама!IX О радость, что ещё Жизнь теплится в углях, Природа помнит всё, Что скрылось, словно прах.Я вспоминаю прожитые годыВсегда с благодарением, хотяНе то хвалю, что ст'oит — не свободыРазмах, восторг, доверчивость дитя —На отдыхе, в трудах, и окрылитьсяДано в груди его надежды птице — Не это воспою, Петь буду песнь своюО тех вопросах непрестанныхО смысле, сути мирозданья,Что ускользает от Созданья,В мирах блуждающего странных —Высокие инстинкты естества,Пред коими ничтожны все сомненьяДрожащего пред смертью существа, Когда б не первых чувств волненье, Воспоминаний смутных тени, Какими б ни были они,Всё ж озаряют светом наши дни —То нашего прозренья вышний свет,Даёт нам власть сквозь гомон шумных летВобрать мгновенье вечной тишины;Когда ж те истины пробуждены, Пребудут навсегда:Безумному усердью, равнодушью, Ни Мальчику, ни Мужу,Всему, что им враждебно, никогдаНе уничтожить их — они всего превыше. Хотя в сезон затишья,В глуби материка, на суше,Всё ж помнят о бессмертном море Души, Приведшем нас сюда, Пойдём же к морю, где водаИ где на берегу играют Дети,Услышим, как рокочут волны о бессмертье.XТак пойте радостную песню, Птицы! И агнцев пусть ведут Под звуки тамбуринов тут!Всё в мире веселитсяВ толпу вольёмся мысленно мы вашу, Ты дуди, а ты играй, Ты, чьё сердце, словно чашу, Радостью наполнил Май!Что если ослепительный сей светОт взгляда скрылся до скончанья лет, И не вернёт ничто на свете, право,Блистанья трав, цветка мгновенье славы, Не восскорбим о том, Но силу обретём В том состраданье, что от века Преображало человека, В том утешенье, чей исток В людских страданиях залёг, В той вере, что узрит сквозь смерть,Как философский ум объемлет твердь.XIИ вы, Ручьи, Луга, Леса, Холмы,Не бойтесь, что к вам охладеем мы!Всем сердцем вашу силу чую;Под более обыденной взыскуюЖить вашей властью, если б мог.Люблю ручьёв стремительный потокЯ больше, чем когда был легконог;Невинный свет вновь явленного дняЧарует всё меня;Клубятся на закате облака,Снимая плёнку грустную с зрачка,За смертностью следящего всё время —Стяжало лавры уж другое племя.Сквозь сердце лишь, которым люди живы,В котором нежность, страх, любовь и грёзы,Во мне любой цветок неприхотливыйРождает мысль, глубиннее, чем слёзы.Сэмюэль Тейлор Кольридж <emphasis>(1772–1834)</emphasis>ЭпитафияОстановись, христианин-прохожий,И с нежностью в душе, прочти, сын Божий:Покоится поэт под камнем симИль тот, кто сам себе казался им.О, помолись за Кольриджа С. Т.,Кто жизнь свою всю выдохнул в труде,Чтоб жизнь обрел по смерти, кто в ХристеЛишь милость, не хвалу хотел обресть,Внимал не славе, но прощенья вестьУслышать жаждал. Делай так же впредь!Перси Биши Шелли <emphasis>(1792–1822)</emphasis>ИзменчивостьМы словно тучи на лице луны, — Они, сияя, мрак разят лучами,Движенья, блеска, трепета полны, А ночь, сгущаясь, гасит это пламя.Мы словно струны позабытых лир, — Рождая в них нестройное звучанье,Внезапно лиры пробуждает мир, Но продолженья нет, и вновь молчанье.Мы спим. Отравлен сновиденьем сон: Поражены мы думою одною —Смеемся ль, плачем, гоним горесть вон, Любви ль полны, истерзаны ль тоскою —Различья нет — и радость, и беда От нас уходят в прошлое мгновенно, —Вчера не повторится никогда, Изменчивость пребудет неизменно.

1814

Перси Биши ШеллиСтансы