Читаем Путь домой. Книга 1. Охота на крысу онлайн бесплатно

Я плохо сплю ночами в последнее время – сказывается возраст. Долго лежишь и не можешь, никак заснуть, мучаясь бессонницей, а заснув, подскакиваешь несколько раз за ночь. Вот и сейчас, я проснулся, сходил в туалет, зашел на кухню попить водички и заодно покурить. Вредно курить, тем более по ночам, но я ничего не могу с собой поделать. Покурив, я накормил этим тараканов в своей голове и завис в полудрёме, сидя за кухонным столом. Они ползали, обретая форму бредовых мыслей, натыкались на черепную коробку, и не находя выхода продолжали своё хаотичное движение. Это продолжалось довольно долго. Часы на микроволновке показывали половину первого ночи. Ух, уж эти мне, уютные кухоньки – слепухоньки, наших с вами двушек, или трёшек. С ними не сравнятся кухни – студио современных квартир. Нет у них души. Кухонька место сакральное, центр мироздания, портал в иные миры. Здесь можно поесть, а при желании и выпить, одному, или с кем – ни будь, обсуждая всё на свете.

Было тихо, только похрапывала в спальне жена.

– Ну, что ты Юра? – раздался чей-то голос.

Я встрепенулся. Юра, это меня так зовут. На против, сидел Чёрт и улыбался. – Что ты, как омуль глушеный? Не спи, замерзнешь. Давай поболтаем, – предложил он. – Мне, наверное, это снится, – подумал я, и грубо его спросил :

– Чего надо?– ущипнув при этом себя за руку.

Странно, но я почувствовал боль.

– Да, так, в принципе ничего, – ответил чёрт. – Я же тебе сказал :

«Просто поговорить». – Зашёл в кои – веки, а ты сразу грубить. Нехорошо. Думаешь, что душу твою хочу купить? Не бойся, она мне даром не нужна.

Чёрт обиженно зашмыгал своим поросячьим рылом и продолжил :

– Хочу вот тебя о чём спросить. Ответь мне, как на духу. Время бежит. Часики тикают. Скоро ко мне в гости. Оглянись назад и скажи, только честно, не кривя душой, доволен ли ты своей прожитой жизнью?

Я опять закурил и задумался. Это был не сон. Во сне люди не курят. Черт был прав. Жизнь я прожил, а вспомнить особо и нечего. Школа, армия, завод. Дом – работа, дом – работа. Нигде не был, ничего не видел. Где родился, там и приходится. Жил, не грешил. Не пил не гулял. Любящий сын, супруг, отец. Добропорядочный и законопослушный гражданин, положительный во всех отношениях. Самому противно. С рождения был всем должен, родителям, школе, семье, государству, и честно отдавал свой долг, морально и материально. Пахал на заводе, как проклятый , а капиталов так и не нажил. Всю жизнь от зарплаты до зарплаты. Я вздохнул.

– Зато меня все любят и уважают, – успокоил я себя.

– Это, как ты сам думаешь, – подколол меня Чёрт, наверное, читая мои мысли.

Я на это ему ничего не ответил, продолжая размышлять :

– Вернуть бы всё назад. У меня вся жизнь пронеслась перед глазами.

– Ну и что бы ты сделал? – задал я себе вопрос, и сам же на него ответил :

– Всё сложилось бы точно, так же, – себя не переделать. Как говорится: "Характер человека это его судьба".

От безысходности мне стало тошно. Сразу припомнился один случай. Как-то, были мы с супругой на даче. Поймал я там жука-оленя и посадил его в тазик, круглый такой. Жук хочет выбраться из него, карабкается по стенкам, но у него ничего не получается. Кажется ему, что ещё чуть-чуть, и вот она, долгожданная Свобода! Но, постоянно скатывается вниз, так и не достигнув края, на дно. Снова и снова. Я с грустью смотрел на жука, и всё это напоминало мне всю мою жизнь.

– Вот и я такой же олень, – решил я, – капохаюсь, капохаюсь, а всё без толку. Буду так упираться пока, наверное, не сдохну. Только жизнь более или менее наладится, бац , и опять чёрная полоса. Обидно! Другим жукам повезло больше. Они живут здесь же, в саду, живут и не парятся. У них всё хорошо, а тут никак. Тазик! Можно конечно расправить крылья и улететь, но жук про них что-то забыл, ему некогда, он упорно ползёт по стенкам, ползёт и ползёт тупая скотина. Бог ему в помощь. Тяжёлый на подъём, как и я. Сжалившись над жуком, я выпустил его. – Меня бы кто выпустил, – с грустью подумал я, и тут же успокоил себя, – другие и хуже живут, – не плачутся. Не гневи Бога.

Чёрт посмотрел на меня своими козлиными глазами и с сарказмом сказал :

– Не гневи, а то и что, есть, отберёт, он может, – потом усмехнулся и спросил :

– Что Юрок, стыдно за напрасно прожитые годы? Не грусти. У меня есть к тебе предложение, – добавил он. – Давай, укради деньги, ограбь банк, или возьми кредит без отдачи, в конце концов, если кишка тонка, грабить и воровать. Брось всё , и зажги по полной. Я тебя научу, как всё это провернуть, на то я и Чёрт. Решайся жизнь одна , и подходит к концу. Тварь ты дрожащая или право имеешь?

Мне стало не по себе от его предложения. Я представил, как мои родные воспримут всё это.

– Седина в бороду, Бес в ребро, – скажут они, и будут правы.

Как я могу решиться на такое? Оставить своё привычное, тихое, уютное болото, и удариться во все тяжкие. В конце – концов , для счастья , нужно всего две вещи, – здоровое тело и спокойная душа, – здраво рассудил я, но это меня как-то не порадовало.

– А причём здесь родные? – спросил Чёрт, – жизнь-то твоя. Смотри сам, тебе решать.

– Нет , я не могу, – ответил я ему.

– Как знаешь, – разочарованно произнес он. – Эх, люди, люди, людишки , зря я только на вас время своё трачу. Потеряли вы дух авантюризма. Ладно, живи, как и жил, вздыхай дальше. Жди когда придёт твой час. Скучно с вами. Пошёл я.

Чёрт, встал со стула и собрался уходить. Во мне что-то оборвалось,

– Постой! – воскликнул я. – Забери меня с собой. Какая разница раньше или позже. Что напрасно небо коптить? Я не могу, боюсь, а главное не хочу, что-то менять, и доживать остаток своей жизни мне придётся также серо и уныло, как и жил. Достало всё, ничего не радует, лучше уж умереть.

– Если так хочешь, я не против, – согласился Чёрт с моей просьбой, только спросил :

– Может все – таки лучше тебе обратиться к психологу?

– Нет, я так решил, – ответил я.

– Ну, раз решил, тогда пошли.

Утром, проснувшись, жена нашла меня на кухне сидящим мёртвым за столом. Я смотрел перед собой остекленевшими глазами и улыбался. У неё случилась истерика. Приехавшие врачи скорой помощи констатировали смерть от остановки сердца. Но мы то, ведь с вами знаем, что произошло на самом деле, – человек вышел на свободу по УДО.

Крыса, загнанная в угол не сдаётся. Она может и кошку покусать и угол прогрызть. Не надо загонять её в угол.

Мне снился какой-то, дурацкий, сон про чёрта на моей кухне, пока я не проснулся от звука перфоратора. Даже несмотря на канун Нового года, сосед никак не унимался. У него продолжался вечный ремонт.

– Чтоб тебя! – со злостью выругался я, продолжая лежать с закрытыми глазами. – Эта пытка никогда не закончится! Вставать не хотелось, но сосед не унимался.

– Вот тебе и Доброе утро, – подумал я с раздражением. Как же хочется провалиться в пустоту ничего не видеть, ничего не слышать, ни о чём не думать, умереть понарошку. Был нерабочий день. Хотелось выспаться, но видно не судьба, придётся вставать. Из кухни доносились голоса и звон посуды. Жена с тёщей уже во – всю занимались приготовлениями к наступающему празднику.

– И, этим неймётся , – пробурчал я, встал с кровати и поплелся зевая в ванную. Давайте знакомиться. Все зовут меня Юра. Юрий слишком официально , а Юрик наоборот, как-то звучит по-детски. До Юрия Батьковича я не дорос, несмотря на возраст. Впрочем, зовите меня , как хотите, мне всё равно. Я мужчина среднего возраста, незаурядной внешности, чем-то похожий на Шрека. Мне за пятьдесят, а чувствую я себя дряхлым стариком. Всё это неправильный образ жизни. Вот проснулся, и ощущение такое, как будто на тебе всю ночь ездили. Правильно говорят : «Если после пятидесяти у тебя ничего не болит, значит, ты умер».

Да ещё этот Новый год! Не знаю, как другим, а мне с годами все эти Новые годы и Дни рождения, не прибавляют настроения. Ещё одна вешка на пути к финишу. Это в молодости хорошо, вся жизнь впереди, а тут, сколько их отмерено еще этих вешек, никто не знает. Молодость прошла, подкралась старость. Оглянешься назад, и становится грустно. Что я видел в своей жизни? Да, ничего особенного. Сплошные серые будни. А кого в этом винить? Сам виноват. Всё своё свободное время проводил дома, на диване, перед телевизором, или на кухне. Работал на заводе. Тянул лямку, каждый день надеялся, что вот-вот что-нибудь изменится. Жил, как будто писал черновик. Только сейчас я стал понимать, что ничего в жизни не вернуть, не вписать в э у летопись что-нибудь, не переписать начисто. Вы не подумайте , я не ною, и не жалуюсь. Грех Бога гневить, он меня любит. Уберег меня и от тюрьмы, и от сумы.

– Не сдох, ещё, вот и радуйся, – успокаивал я себя.

Да, что-то нет радости, чувствуешь себя каким-то пустым местом. С голода не пух, а лишней копейки никогда не было. Ничем серьёзным не болел, а каждый шаг по рублю, то здесь болит, то там ноет. По жизни ни друзей настоящих, ни врагов заклятых не имел. Одни знакомые да приятели. И, я для всех, не друг, не враг, так ни с чем пирожок. Жизнь Зебра у меня, черно – серой породы, а синица в руках, больше похожа на колибри. Кругом одно разочарование.

– Ладно , хватит париться, у других и этого нет, – произнес я вслух, стараясь отогнать этими словами свои грустные мысли. Потом, подумал, вздохнул и добавил :

– Хотя у некоторых есть всё. Кругом сплошная несправедливость!

С этим умозаключением я зашёл в ванную комнату, открыл воду, и посмотрел на себя зеркало. Глаза бы мои не видели этого ужаса. Как увижу своё отражение, так сразу жить не хочется. Рожа протокольная, пузо огромное, ножки , ручки тонкие, похож на жабу, переростка. Прости Господи! Чудовище. Когда-то в молодости, был, красивый. Как говорит жена. Куда, что делось? Годы никого не красят. Я опять тяжело вздохнул, и начал бриться.

– Каждый раз, – продолжил я свои размышления, – с Нового года обещаю себе бросить курить, сесть на диету и заняться собой, да всё без толку. Обещаю, но понимаю, что не брошу, не сяду, и не займусь. Как всегда, всё останется по-прежнему. Нужно как-то с этим бороться, а то помру от ожирения, сердце остановится, ипривет родителям. Нужен способ, перебороть свою лень.

– Пока главное в зеркало не смотреть, – сделал я вывод.

– А , бриться то как? – спросил я себя, водя бритвой по своей физиономии.

За годы у меня вошло в привычку бриться каждое утро, соответственно и любоваться собой, приходилось тоже каждое утро, что не прибавляло мне позитива.

– Надо что-то менять! Вот как только, так сразу, – решил я, и тут же, сам себе признался :

– Надо. Только, всё это туфта . Ничего ты не изменишь.

Я вытерся полотенцем, побрызгался туалетной водой, и вышел из ванной. На всю квартиру разносились аппетитные запахи. Я заглянул на кухню. Жена строгала в таз салат Оливье, тёща жарила котлеты, на целый полк. Тесть сидел тут же, уже поддатый, и выносил им мозг, своими рассуждениями о политике. У него праздник уже начался.

– Не трогай, это на Новый год! – закричала тёща, когда он стащил котлету из кастрюли.

– Тебе ,что жалко, что ли? Тут обожраться , можно. Надо же мне чем-нибудь загрызть, – сказал он ей невозмутимым тоном.

– С утра уже , зенки залил, ирод проклятый, – не унималась она.

Увидев, как я вошёл, тёща переключила на меня своё внимание, заулыбалась и поздоровалась :

– Доброе утро зятёк. С Наступающим , тебя!

– Доброе утро мама, – выдавил я с неохотой.

Тесть промолчал, только кивнул мне головой.

– Что, это ты такой смурной? – спросила тёща меня, с обидой в голосе.

– Он вечно чем-нибудь недоволен, – вставила своё веское слово моя благоверная супруга.

– Не обращайте на меня внимания, наверное, я встал не с той ноги, – ответил я им.

– Проснулся наконец-то, – проворчала жена. – Собирайся в магазин. Сходишь, заодно и ногу свою не ту разомнешь. Новый год на носу, а у нас ещё конь не валялся. Список я уже составила. Возьмёшь на тумбочке в прихожей.

Я не стал возражать. Вдруг захотелось побыть одному, прогуляться по холодку, подышать свежим воздухом. Это было то , что мне сейчас нужно. Я нелюдимый человек, дундук, бирюк, или как сейчас говорят интроверт. Не судите меня строго, только люди меня утомляют, характер такой. Я не злой, просто одиночка по жизни, как говорят : "Кот который гуляет сам по себе".

Одевшись, я вышел на улицу, даже не попив кофе, решив зайти по пути в свою любимую кафешку. Там уютно и недорого, а главное, нет жены, тёщи и тестя. С неба сыпал лёгкий, пушистый снежок. Было тихо. Деревья стояли все белые и пушистые, как в Новогодней сказке. На душе сразу стало хорошо и спокойно. Во дворе за столиком, несмотря на зиму, мужики забивали козла, согреваясь водочкой. Проходя мимо , я поздоровался. Один из них, Толян окликнул меня :

– Юрец, подожди.

Я остановился. Он встал из-за стола и метнулся ко мне.

– Будь другом, дай штуку до зарплаты. Ты меня знаешь, я отдам. Новый год, а бухнуть не на что, – спросил Толян.

Толик был мой сосед, не тот , что с перфоратором, а нормальный. Жил он один, семьи у него не было, – не сложилось. Работал Толян на заводе слесарем. Бухал, но в меру. Хороший мужик.

– Ты же зарплату недавно получил, – удивился я его просьбе.

– Зарплаты у нас в стране получают дармоеды , а рабочий человек получает копейки. Дадут получку и не знаешь , какие дырки ей затыкать. Туда – сюда, и нет ее . Несправедливо! – стал он возмущаться.

– Вот ты, у нас умный, ответь мне :

– Есть на этом свете справедливость?

– Сосед прав,– согласился я в мыслях с его словами, – хорошо , что моя жена, помимо основной работы, подрабатывает мытьём подъездов по вечерам, а то бы давно по миру пошли.

– Справедливость?– я задумался, и с уверенностью ответил :

– Нет её на этом свете, надеюсь, на том свете есть.

– А есть ли тот свет? – не унимался Толян, – Может это всё сказки.

– Надеюсь что, есть. Ведь должна же она хоть где-то быть эта справедливость. Хотя маловероятно, – произнёс я со вздохом. Мне опять стало, что-то не весело, после таких разговоров. Я дал ему тысячу и направился дальше. Навстречу мне шли прохожие, такие разные. Молодые люди в наушниках, уткнувшиеся в свои телефоны и отрезанные от всего мира. Они шагали , не замечая всей прелести этого зимнего утра. Оно было им не нужно. Две бабки с лыжными палками кандыляли бодрячком, где-то забыв лыжи. Я слышал, что это называется Скандинавская ходьба. Ходят бабули укрепляют свое здоровье. Им уже давно ставят прогулы на кладбище, а они собираются жить вечно. Флаг им в руки. Встретились мне Дед Мороз и Снегурочка, торопящиеся , по заявкам, поздравлять малышей. Снегурочка была не первой свежести, а Дед Мороз хорошо датый. Но, он держал себя в руках, понимая возложенную на него ответственность. Хозяйки с пакетами, полными продуктов торопились навстречу, с деловым видом, про себя, наверное, думая :