Читаем Жизнь Райли. Новичкам всегда везет! онлайн бесплатно

Life Of Riley

Text copyright © 2020 by Simon James Green

Illustrations copyright © 2020 by Aleksei Bitskoff

© Наталья Гладнева, перевод, 2021

© ООО «Феникс», оформление, 2022

Все мои беды начались с того дня, когда мы с мамой пошли в передвижной парк развлечений. Хотя в парке развлечений должно быть весело по определению. Тогда я только оправился от тяжелой простуды, во время которой мне было ужасно жаль себя, и меня мучили кошмары о том, что я испорчу школьный спектакль, поскольку пропустил СТОЛЬКО репетиций. (По правде говоря, я пропустил всего одну, но в театре события развиваются так стремительно, что это грозило катастрофой.) В конце концов, проведя в кровати целую вечность, я почувствовал себя гораздо лучше, и мама решила, что мне надо развлечься.

– Отлично! – воскликнул я, мысленно перебирая всевозможные восхитительные варианты, которые мама могла иметь в виду: «Поездка в Дисней Уорлд[1]? Билеты на «Злую»[2]? Все-все лего?»

И тут мама вручила мне флаер передвижного парка развлечений.

Вообще-то я не любитель таких парков. Колесо обозрения в них слишком высокое, «Вальсы»[3] слишком быстрые, поезд-призрак, на котором я однажды все-таки прокатился, напугал меня до смерти. Я БУКВАЛЬНО окаменел от страха! Никто не мог сдвинуть меня с места, я словно прирос к земле. Неподвижный. Окоченелый. Представляете?

– Мы отлично проведем время, Райли! – сказала мама.

– Просто супер! – ответил я, пытаясь изобразить восторг, которого на самом деле совсем не испытывал.

Но когда мы пришли в этот парк, кое-что все-таки привлекло мое внимание. Вывеска на небольшом шатре гласила:

Ага! Предсказательница будущего! Такое развлечение было мне по душе. Я хотел узнать, суждено ли мне стать богатым и знаменитым, буду ли я космонавтом или исследователем, а может, сыграю в главной и любимой критиками роли на сцене театра в Вест-Энде… Необязательно, конечно, но в идеале бы – в «Призраке оперы» или любой другой грандиозной постановке, почему бы и нет.

Мама дала мне пять фунтов, которые я мог потратить по своему усмотрению, и я решил, что сейчас подходящий момент. Однако, войдя внутрь, я засомневался. Да, на небольшом круглом столе посередине шатра действительно лежал хрустальный шар, но сама мадам Ольга была одета в розовый спортивный костюм, жевала жвачку и играла на телефоне. По меньшей мере я ожидал увидеть на ней волшебную черную мантию, но уж никак не шлепанцы со стразами.

– Входи же, ди-и-и-тя-я-я-я! – сказала она, поднимая глаза.

– Привет, меня зовут Райли, – представился я. – Мне десять лет, и я живу в небольшом доме с мамой и сестрой, – я добавил эти факты, полагая, что чем больше она будет обо мне знать, тем лучше, поскольку складывалось впечатление, что ей потребуется любая помощь.

– Позолоти ручку, ди-и-и-тя-я-я-я! – произнесла предсказательница.

Это прозвучало многообещающе, поскольку только мистические существа обращаются к тебе «ди-и-и-тя-я-я-я» таким зловещим, слегка загадочным голосом… Ну, и еще, конечно, ведьмы и злые старухи, но что таким делать в развлекательном парке, верно? Так ведь?

После небольшого замешательства, вызванного ее фразой «позолоти ручку», которая в действительности означала «заплати мне четыре фунта», я уселся на стул напротив нее, и мадам Ольга, взяв мою руку, стала водить пальцем по линиям на моей ладони.

– Ты проживешь долгую жизнь, – сказала она.

Круто.

– Тебя ждут удивительные достижения.

Отлично.

– Молодой человек, с которым ты пока еще не знаком, окажет на тебя огромное влияние.

Ух ты! Интригующе.

– Давай-ка для ясности заглянем в хрустальный шар, – предложила мадам Ольга.

Отлично, вот теперь начинается самое интересное. Внутри шара должно появиться некое видение, показывающее все те «удивительные достижения», которые ждут меня в будущем. Возможно, я даже увижу того «молодого человека», который окажет на меня огромное влияние? Последний раз под серьезное воздействие молодого человека я попал, когда Сидни Смит попросил, а я по глупости согласился стать одной из кеглей в его игре в живой боулинг…

Мадам Ольга, помахивая руками, сдула пыль с хрустального шара.

И тут… от этой пыли… у меня… защекотало в носу… и…

– АПЧХИ!

Понимаете, я не нарочно. Когда хочется чихнуть, невозможно удержаться. И все бы ничего, но, к несчастью, как вы уже знаете, я только недавно выздоровел от простуды, и нос у меня был еще заложен, да еще и… как бы это помягче сказать… ну, в общем, я чихнул, и все содержимое моего носа очутилось на столе, хрустальном шаре… и даже на мадам Ольге.

Важный момент: считается, что чих может развивать скорость до ста миль в час. Это очень быстрый и мощный поток воздуха, и мне кажется то, что часть содержимого моего носа долетела до задней стенки шатра, полностью доказывает это предположение.

– Прошу прощения, – сказал я.

– Как ты посмел заявиться сюда простуженным? – набросилась на меня мадам Ольга.

Было заметно, что мадам Ольге НЕ доставляет ни малейшего удовольствия стирать платком сопли со своей щеки, поэтому я подумал, что мог бы помочь, протерев хрустальный шар рукавом своей толстовки. Как мог я тогда знать, что надавлю слишком сильно и хрустальный шар соскользнет с подставки, покатится по столу, упадет на землю и РАЗОБЬЕТСЯ вдребезги?

Я замер с разинутым ртом, уставившись на осколки, затем поднял глаза на мадам Ольгу.

– О-о-о-о-о! – выдохнул я. – Может быть, его можно… склеить?

Глаза мадам Ольги наполнились СУЩИМ ЗЛОМ, иначе не скажешь. Ее рот искривился в злобном оскале, брови сдвинулись, из волос выползла змея – насчет змеи я, правда, не уверен на сто процентов, но, по моим ощущениям, она была, поэтому давайте просто представим, что так и случилось. Во всяком случае, это важная деталь, поскольку мадам Ольга сделала глубокий вдох и произнесла страшные слова:

– ПРОКЛИНАЮ

ТЕБЯ,

ДИ-И-И-ТЯ-Я-Я-Я!

– Ну как? – улыбаясь, спросила мама, когда я, часто моргая, выбежал из шатра. – Что тебе предсказали? О боже, что случилось?

– Она… она… она… – рыдания душили меня, и я едва мог говорить.

– Что с тобой, Райли? Что случилось?

– Она… она… она… – я был в полнейшем расстройстве. Жизнь и так порой слишком сложна, не хватало еще всяких проклятий.

– Райли, ради всего святого…

– ОНА ПРОКЛЯЛА МЕНЯ! – взвыл я. – Я только-только оправился от простуды, которую ВСЕ, похоже, считают ерундой, – И ВОТ ТЕБЕ НА!

– Что ты имеешь в виду, что значит прокляла? – спросила мама.

– Она прокляла меня!

– С чего ты взял?

Я уставился на маму, не веря своим ушам. Она же моя мама, она должна верить каждому моему слову, а не вести себя, как полицейский на допросе.

– Мама, вообще-то она буквально сказала следующее: «Проклинаю тебя, дитя!», то есть «ди-и-и-тя-я-я-я».

Мама нахмурилась:

– Так и сказала – «ди-и-и-тя-я-я-я»?

– Да! Именно так!

– Понятно, – произнесла мама, уперев руки в боки, что обычно означало «ой-ей!» – Но как она посмела! Я поговорю с владельцем этого парка.

– Мам, а может, не стоит? – спросил я. – А что, если мадам Ольга разозлится еще больше и усилит проклятие?

Но мама меня не слушала.

– Что эта женщина вообще о себе возомнила? Проклинать детей? Это возмутительно! – Она повернулась ко мне: – И потом, это была не простуда, у тебя была слабовыраженная аллергия на пыльцу, о которой ты должен был помнить и вовремя принимать таблетки.

– Мне кажется, диагноз был неверный, – возразил я.

– Верный. А теперь идем со мной!

Мама взяла меня за плечо и потащила на поиски владельца парка.

Оказалось, у владельца парка были подлые глазки, щетина, и зубы его выглядели так, как будто он пропустил все свои визиты к стоматологу. В общем, вид он имел устрашающий.

Но мама пугает меня еще больше. Особенно когда рассержена.

Началась громкая перебранка.

Кричала в основном моя мама.

Я притворился Ребенком-Который-Не-Имеет-К-Этому-Никакого-Отношения-И-Просто-Случайно-Оказался-Рядом, и все было хорошо, пока мама не указала прямо на меня, сказав:

– В вашем парке обидели ни в чем не повинного ребенка – только взгляните на его заплаканное личико!

Ага, новая стратегия. На всякий случай я указал на свои слезы, а то вдруг он их не заметил. Иногда, когда мама выражает кому-то свое недовольство, я в итоге получаю от этого человека какой-нибудь подарок, поэтому я подумал, что, возможно, и на этот раз мне перепадет красивый воздушный шарик или даже целый пакет сахарной ваты.

Но произошло неожиданное.

Неприятный на вид владелец парка зашел в шатер мадам Ольги, где продолжилась громкая перебранка. Я не мог разобрать слов, но отчетливо услышал последнее, что выкрикнул владелец парка:

– ВЫ УВОЛЕНЫ!

Владелец парка вышел из шатра, подталкивая мадам Ольгу к выходу. Выглядело это немного грубовато, и я уже чуть было не предположил, что все в порядке и скоро я получу заветное яблоко в карамели, как вдруг, проходя мимо, мадам Ольга обернулась и увидела меня. Ее губы изогнулись, глаза полыхнули красным огнем, а шлепанцы со стразами окутал таинственный дым. Насчет последних двух пунктов я не уверен на сто процентов, но давайте предположим, что так и было. Она посмотрела мне прямо в глаза.

– Тысяча проклятий на твою голову, ди-и-и-тя-я-я-я! – закричала она.

Прекрасно! По-моему, одного проклятия уже достаточно, чтобы испортить жизнь, особенно когда на носу школьное представление, так что же говорить о тысяче?

В общем, только этим и можно объяснить все дальнейшие события…

Мама убеждала меня, что проклятий не существует, но я не был в этом уверен. И естественно, в понедельник в школе СЛУЧИЛОСЬ НЕЧТО УЖАСНОЕ.

Начиная с майских каникул мне было немного грустно в школе. Моя подруга Майли переехала в другой город. В Брисбен. В Австралию! Важный момент: это за десять тысяч миль отсюда, поэтому вряд ли нам суждено встретиться снова. Наша с Майли дружба началась с того, что всех смешили наши рифмующиеся имена, а потом мы стали своего рода комическим дуэтом. И дело было не в том, что мы все время ходили вместе, мы действительно выступили комическим дуэтом на последнем школьном представлении. Мы исполняли номер, в котором я должен был нести на плече доску, повернуться, а Майли быстро наклониться, чтобы избежать удара. К несчастью, будучи увлеченными представлением, либо она не успела вовремя наклониться, либо я повернулся неправильно. Как бы там ни было, в результате я ударил ее по лицу доской и выбил несколько зубов.

Бабушка говорит, что только хороший друг стал бы разговаривать со мной после такого. Ну, три дня Майли не могла говорить вообще, но потом мы помирились. Впрочем, теперь она уехала, и я с грустью смотрел на пустующий стул рядом, размышляя, появится ли у меня еще когда-нибудь лучший друг в школе и возможно ли, что наши имена тоже будут рифмоваться, поскольку вообще-то это было круто.

Но сегодня мне было немного веселее, поскольку у нас проводили один из моих любимых уроков – урок труда. Темой занятия была «Вода», мы делали картину под названием «Пляж» и дружно клеили ракушки на рисунки с пляжем. Обычный клей для ракушек не очень подходит, поэтому нам разрешили использовать специальный сильный клей, на котором было написано:

У каждой группы посередине стояла коробка с ракушками, и когда я потянулся за одной из них, особенно красивой (гладкой и белой, с темно-коричневыми крапинками), то случайно надавил на тюбик с этим мегаклеем, и он выстрелил прямо в спину Зазе Люпон. Мало того что Заза Люпон была королевой школьной сцены, играла главные роли во всех школьных представлениях и все хотели произвести на нее впечатление, так все это произошло на глазах «Все-Скажу-Мисс», носившего такое прозвище, поскольку его любимым занятием было поднять руку и нажаловаться на кого-нибудь учительнице. Только и слышно было:

– Можно сказать, мисс?

Действовать нужно было быстро, пока мисс Уокер ничего не заметила и Заза не поняла, что случилось. Я подкрался к ней сзади и попытался смахнуть клей быстрым движением руки. Ничего не получилось. Тогда я попробовал сковырнуть клей пальцами. Заза в это время увлеченно болтала со своей подругой Патти Гарленд о предстоящем отборе в танцевальное шоу, я заслушался … и отвлекся буквально на пару секунд, которых хватило, чтобы мои пальцы МГНОВЕННО ПРИКЛЕИЛИСЬ к джемперу Зазы.

Я попытался сделать вид, будто ничего не происходит, типа: «Ля, ля, ля, а я тут просто прилепился к твоему джемперу, ничего особенного!» Но в конце концов она, конечно, заметила.

– ЧТО ты ДЕЛАЕШЬ? – закричала Заза.

– Все нормально, я просто к тебе… приклеился, – ответил я.

– Ничего нормального, идиот!

Услышать от Зазы «идиот» в свой адрес было совсем не здорово. Я бы предпочел, чтобы она называла меня «соведущим на следующем школьном представлении», но приходится принимать то, что есть, полагаю.

К этому времени Все-Скажу-Мисс уже распирало от желания рассказать обо всем учителю, он начал подпрыгивать на стуле и размахивать рукой, чтобы привлечь ее внимание.

– Скорее, – обратился я к Сидни, который увлеченно намазывал свои ракушки диким количеством клея, словно это был шоколадный соус. – Оторви меня от нее!

Сидни поднял глаза и ухмыльнулся:

– Классный клей.

– Отлично, Сидни, – сказал я. – Но у нас тут авария!

Сид, конечно, помог, вернее, попытался. Он обхватил меня вокруг пояса и стал тянуть… пока не обнаружилось, что все руки у него были в клею, так что теперь Сид приклеился ко мне, а я – к Зазе.

– Фу! – фыркнула Заза. – Позовите на помощь кого-нибудь из моих подружек по сцене!

– Может, Патти? – спросил я. Лучшая подруга Зазы сидела за соседним столом и приклеивала пайетки к ракушке.

– Нет, не ее! – Заза понизила голос до шепота. – Она – моя дублерша и сделает все, чтобы занять мое место! Позови Долли Миннелли – она из массовки, так что не представляет угрозы.

Я окликнул Долли, которая решила, что будет лучше всего, если она попытается оторвать Сидни, так что одной рукой она обхватила Сидни за пояс, а другой оперлась о стол для устойчивости. Тут же возникли две новые проблемы. Сидни так щедро пользовался клеем, что он был не только на его рубашке, но и размазался по всему столу. За считаные секунды Долли приклеилась к Сиду и к столу, Сид был по-прежнему приклеен ко мне, а я намертво приклеен к Зазе, лицо которой уже пылало яростью.

В этот момент подошла мисс Уокер.

– О боже, что происходит?! – воскликнула она и тут же совершила фатальную ошибку, опершись о стол, чтобы было удобнее расцепить нас.