Читаем Том 2. Запах безумия (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Оникс Рина

Оникс Рина

Том 2. Запах безумия

ТОМ II. Грани одержимости. Запах безумия

Глава I.

Никогда не переходи дорогу дьяволу

Из писем Ариан к Ричарду

Март, 1816 год.

Рейфорд задумчиво изучал своего позднего посетителя. Невысокий, неприметный, даже тщедушный мужчина. Казалось бы, в нем нет ничего, что отличало бы от сотен других: небогатый, но и не бедный костюм, не красавец, но и не урод, он весь будто был создан из отсутствия крайностей. И еще был одним из тех, кто работал на виконта уже на протяжении многих лет. Прекрасная ищейка. В делах Рейфорда, чтобы оставаться на высоте, нужно было не только обладать незаурядным умом, возможностями и иметь определённые связи, еще необходимо было знать очень многое и уметь не оставлять за собой следов. Шпионские игры? Отнюдь. Деньги - вот что правило этим миром. Виконт пока только не знал, какие новости принес ему мистер Бэрроу - сделку или что-то, что могло пролить свет на старое дело.

- С чем вы пришли? - Рейфорд приподнял бровь. - Я вас не видел уже довольно давно.

- Вы знаете, что я не люблю оставлять дела незавершенными, милорд, - прошелестел голос его собеседника. - Мне есть, чем вас порадовать.

Он положил несколько исписанных листков бумаги на стол. Виконт заинтересовано взял их и вчитался в мелкий подчерк осведомителя:

"Лейтенант Норман Флеминг, тридцать два года. Отец Тревор Флемнг - сквайр, скончался в 1812 году. Мать - Розалинда Флеминг, в девичестве Уолтон, скончалась в 1790 году при невыясненных обстоятельствах. Братьев и сестер нет. После смерти отца Норман проигрывает почти все в карты и быстро обрастает долгами. Он вынужден продать небольшое поместье и рассчитаться с кредиторами. Тетка со стороны матери - Кристина Престон покупает для племянника офицерский патент лейтенанта легкой пехоты. На большее у нее не хватает средств. В скором времени Норман Флеминг отбывает на место службы, а также принимает участие в Бельгийской компании. После победы над Наполеоном подает в отставку и возвращается в Англию, некоторое время сорит деньгами, а после исчезает, как только заканчиваются средства.

По отзывам соседей с детства был склонен к насилию, мучил кошек и щенят. По слухам, вынудил свою тетку потратиться на него, угрожая ей расправой. Согласно отзывам со службы: спокоен, но выходит из себя, если ему перечат, издевался над подчиненными, на его счету несколько драк, порой из-за женщин. Спустя год службы его проступки неожиданно прекращаются, а он заводит дружбу с некоторыми солдатами. При Ватерлоо ничем не отличился.

В настоящее время обитает в дешевой ночлежке и постоянно пьет в одном из притонов на окраине Лондона. Чем конкретно зарабатывает на жизнь неизвестно, но поговаривают, что берется за любую грязную работу".

- Вы уверены, что это он? - Рейфорд отложил отчет и тяжело посмотрел на осведомителя.

- Уверен, милорд, - мистер Бэрроу достал из кармана небольшой мешочек, перевернул его и вытряхнул на стол кольцо, которое виконт не мог не узнать.

Грэм быстрым движением схватил украшение, на мгновение сжал, а потом внимательно осмотрел его:

- То самое. Ошибки быть не может, - виконт заговорил глухо. - Как оно к вам попало?

- Воры. Флеминг не собирался с ним расставаться. Он носил его на шее и говорил, что это его талисман, который приносит ему удачу. Якобы прекрасная леди вручила его ему, когда он спас ее во время кампании Веллингтона. Возможно, так оно и было или это совпадение: ему везло в карты, женщины баловали его своим вниманием... Но в один момент, когда он был пьян от выигрыша воры поживились за его счет - украли все ценности и деньги. С тех пор, его дела пошли под откос, а Флеминг шлет проклятия на тех, кто похитил его талисман.

Рейфорд поднялся, обошел стол и остановился возле осведомителя, а затем резким движением руки сжал его горло:

- И как давно кольцо попало к вам, Бэрроу? - он дождался, когда собеседник захрипит и ослабил хватку. - Вы знали, что я хочу получить сведения немедленно. Так в чем дело? Вы явно потратили не одну неделю, чтобы узнать все это. Сначала поиски вора, потом Флеминга, потом информации о нем. Решили, что можете решать, что стоит мне скармливать? Не опасаетесь, что на корм пойдете вы?

Рейфорд пристально изучал взгляд своей жертвы - полог отрешенности слетел с осведомителя и он пытался разжать руку виконта, отчаянно глотая воздух. Грэм еще немного ослабил пальцы, чтобы Бэрроу мог заговорить.

- Простите, милорд. Я умоляю, простите. Больше такого не повторится.

- Правильно, Бэрроу, не повторится. Вы ведь знаете, что я не предупреждаю, а убираю сразу, - виконт улыбнулся, заметив, как задрожал, осведомитель. - Но для вас, за прошлые заслуги, я сделаю исключение. Живите.

Грэм разжал руку, усмехнулся и вернулся на свое место, наблюдая, как откашливается его собеседник.

- Налейте себе, - виконт качнул головой на графин с бренди и достал тяжелый кошелек из верхнего ящика. - Наличные, мистер Бэрроу, как вы предпочитаете. И вся сумма, которой вам не придется делиться, как вы и хотели.

Осведомитель вздрогнул и дрожащей рукой поднес бокал к губам, делая щедрый глоток обжигающего напитка.

- Я учел свои ошибки, милорд. Благодарю вас за предоставленный шанс себя оправдать.

- Не стоит, - Рейфорд потянулся. - Теперь вы знаете, что вас ждет. А пока забирайте свои деньги и проваливайте.

Виконт пронаблюдал за тем, как Бэрроу поднялся, суетливо взял кошелек и, поклонившись, удалился, поднимая воротник повыше. Рейфорд потер подбородок и закончил писать две записки. Какие наивные люди его порой окружают. Он никогда не давал второго шанса, тем более тем, кто столь много знает и столь ненадежен. Вот только зачем ему труп в собственном кабинете?

Несколько часов спустя виконт остановился возле одного из множеств притонов восточной части Лондона. Сейчас вряд ли бы в нем признали лорда. Одежда была добротной, но не привлекала к себе излишнего внимания. Он производил впечатление любителя острых ощущений, вышедшего ночью на охоту. Таких предпочитали обходить стороной, не желая связываться. Рейфорд вполне мог себя защитить: два ножа, которыми он мастерски пользовался и заряженный пистолет, а также несколько человек подкрепления, сейчас стороживших снятых лошадей. Он знал, кого брать с собой. Тех, кому стоило давно выстроить виселицу, и кто был должен ему столь многое. Они никогда ничему не удивлялись и не задавали вопросов. Мастера своего дела. Рейфорд коснулся кольца, спрятанного под курткой и, наконец, вошел внутрь.

Несколько секунд его разглядывали, изучая, кто он такой. Виконт оскалился, и все тут же вернулись к своим занятиям: картам, дешевой выпивке и визгливым проституткам. Ночь была в самом разгаре. Нужного ему человека Рейфорд заметил сразу: он единственный был в давно нестиранной форме военного, сидел в углу за барной стойкой и потягивал местное пойло. Флеминг еще не был достаточно пьян, но это исправляется просто. Настало время поговорить.

- Норман? Ты ли это? - Рейфорд хлопнул его по плечу, требуя внимания.

- Простите? - Флеминг мутно осмотрел его, пытаясь вспомнить.

- Как? Ты не помнишь меня? Это же я, Джон Милтон. Мы одно время служили вместе, пока нас не перебросили в другое место. Тогда знатно гуляли - дамочки, выпивка, карты. Эх, славные были денечки.

- Джон? - Норман явно не мог вспомнить его среди той череды лиц, с которыми пил в первые годы своей службы, но не хотел показаться невежливым. - Кажется, припоминаю. Прости, у меня не лучшие времена.

- Ничего, - Рейфорду оставалось доиграть эту сцену. - Эй, толстяк, неси нам лучшего пойла, что у тебя есть. Я угощаю. И поставь от меня ребятам, я встретил старого друга.

Хозяин резво для своих габаритов поставил перед ними по кружке с выпивкой, а сзади раздался одобрительный рев, когда завсегдатаи получили свою порцию. Теперь, даже если что-то всплывет, они все будут утверждать, что Норман ушел отсюда в обществе своего старого друга.

- Почти пришли, - Рейфорд усиленно изображал пьяного, поддерживая шатающегося Флеминга. - Правда, мне пришла в голову замечательная идея продолжить вспоминать прошлое у меня?

- Отличная, - Норман говорил заплетающимся языком. - А самое главное, что ты обещал мне работку.

- Конечно, - виконт похлопал его по плечу, краем глаза наблюдая за тем, как его люди следуют за ними. - Ты будешь в восторге от нее, незабываемо.

Они подошли к заброшенному зданию, которое уже очень давно было выкуплено подставным лицом, и Рейфорд ловко затащил своего несопротивляющегося собеседника внутрь. Если бы Флеминг не был столь пьян, он бы обратил внимание на наглухо заколоченные окна и слишком явную тишину вокруг. Виконт давно переоборудовал тут все. Ход на второй этаж заколочен, пространство расчищено, но сейчас его интересовало не это, а добротный подвал, который он тут обнаружил.

- Где у тебя свечи, Джон? - Флеминг пошатнулся, но устоял.

- Идем, мой друг. Я тут временно живу, - виконт увлек его к подвальной двери. - Спускайся, там светло. Я устроился здесь, когда начал скрываться.

Норман послушно пошел вниз, придерживаясь за стенку. Виконта поражало, что Флеминга ничего не смущает. К этому времени, он планировал уже затаскивать его, сопротивляющегося туда, а эта мразь шла туда, как корова на скотобойню. Впрочем, не ему на это жаловаться. Рейфорд задвинул засов и начал спускаться вниз, на ходу снимая куртку. Он обнаружил Флеминга рассеяно озирающегося посреди пустого подвала, освещенного дюжиной свечей.

- Как ты здесь живешь, Джон? - Норман явно недоумевал. - И где выпивка?

- Знаешь, - Рейфорд бросил куртку на мешки с песком и закатал рукава рубашки, - я не Джон.

Флеминг обернулся, впервые встречаясь с ним прямым взглядом.

- А кто? - он некрасиво икнул и попятился на несколько шагов.

- Мое имя не имеет значения, - виконт достал из-под ворота цепочку с кольцом. - Узнаешь?

- Мой талисман! - Флеминг дернулся, но вовремя остановился, не решаясь подойти. - Это ты! Ты украл его и мою удачу!

- Нет, Норман, - Рейфорд достал один из ножей и коснулся лезвия. - Я вернул его. Оно принадлежало моей жене.

Флеминг побледнел и протрезвел от ужаса.

- Я не понимаю о чем ты, - он сжал губы.

- А я думаю, понимаешь. Конец июня 1815 года, Шарлеруа. Красивая одинокая женщина на черной лошади с белыми носочками. Каштановые волнистые волосы, зеленые глаза, белая кожа. Она просила ее отпустить, но у нее ничего не было, кроме этого, - виконт помахал перед лицом Флеминга цепочкой. - И ты решил, что она рассчитается с вами по-другому.

- Она мертва, - Норман сделал еще шаг назад, вжимаясь в стену. - Французская шлюха мертва. Это ложь.

- О, нет, Норман, - Рейфорд почти промурлыкал. - Она жива. И я знаю все, что там произошло. Твоя смерть будет долгой-долгой. И ты мне расскажешь все. Кто там был еще и где мне их искать. За это я убью тебя чуть быстрее. Каждое имя будет приближать твою смерть, и ты будешь рад этому. И кричи, Норман, кричи. Тут тебя никто не услышит...

Спустя несколько часов Рейфорд вышел из дома, неся на плече мешок. Будет сложно опознать в этом куске мяса Нормана Флеминга. Когда он рассказал все, что знал о своих старых дружках, Рейфорд, наконец, позволил себе получить удовольствие от того, что почти разделал его на части. Этот ублюдок поверил, что откровенностью приблизит свою смерть. Нет, Рейфорд не собирался так просто его отпускать. В конечном итоге он умер от ран, нанесённых в живот и от потери крови. Долго и мучительно. Той смертью, на которую он обрек его жену.

Виконт перекинул мешок через седло и вскочил на лошадь, направляясь к Темзе. Его молчаливые спутники разделились. Первый зашел в дом, чтобы убрать кровавый песок и потушить свечи, второй ехал следом за ним. Когда они прибыли к реке, виконт спрыгнул и подошел как можно ближе к воде, развязал веревку, стягивающую горловину, и осторожно вытряхнул в воду тело Флеминга, наблюдая, как его подхватывает течение.

- Его найдут нескоро, милорд.

- Знаю, - Рейфорд кивнул головой. - Поехали к тебе. Мне нужно переодеться.

Виконт вернулся в седло и тронул лошадь с места. Остались незначительные детали: сжечь всю одежду и отмыть от крови лошадиный бок. Он не чувствовал спокойствия, так как считал, что Флеминг заплатил недостаточно. Если бы виконт мог его воскресить и убить снова, потом снова и снова, пока не решит, что хватит... Но Флеминг был уже мертв, в отличие от двоих из его дружков. Другие сдохли раньше, чем Рейфорд успел до них добраться. Очень жаль. Он думал, что стоит предпринять для начала поисков и неожиданно услышал бормотание своего спутника:

- А что хотел этот подонок получить? Он перешел дорогу дьяволу...

Глава II.

Согрей меня. Я так хочу снова согреться.

Из писем Ариан к Рейфорду

Апрель, 1816 год.

Зима в этот раз была слишком холодной, а, может, мне просто так казалось. Я скользила в те дни, подобная тени самой себя. Тихие шаги, бесцветная речь. Тогда, когда Рейфорд отказался меня отпустить, я надеялась попробовать снова. Может быть, через несколько недель решиться и нанести ему визит, чтобы поговорить. Ведь так долго мы просто не говорили. Произносили слова, не понимая друг друга. Хотя, вероятно, так было с самого начала наших отношений. И мне некого было винить в этом, только себя - когда-то наивную, глупую и импульсивную. Мое воспитание и покойный родитель так ничему и не научили меня.

Жаль, но и этой малой надежде не суждено было исполниться. Спустя неделю, после получения ответа от виконта мне неожиданно пришло письмо от Ричарда, графа Холланда. Мы не переписывались с тех пор, как я уехала в Европу, а по возвращению я не могла позволить себе написать ему или его жене. Я не стоила их внимания.

Ричард писал, что сожалеет, если чем-то обидел меня, так как я не ответила ни на одно из его писем. Интересовался моим здоровьем и выражал надежду на мое выздоровление, передавал привет от своей очаровательной супруги и делился радостной вестью о том, что стал отцом маленькой леди. А потом аккуратно сообщил, что, похоже, мой супруг вернулся к своим старым привычкам и посещением тех мест, куда добропорядочные мужья не ходят.

Конечно, граф выразился очень завуалировано, но я не первый год знала Ричарда и не впервые слышала о привычках супруга. Значит бордель. И судя по всему сразу же после получения моего письма. Что ж, я не имела права упрекать его в чем-либо, когда сама отказалась от его любви. Просто в тот момент мне стало холодно.

Я замерзала всю зиму и начало весны, кутаясь в шаль, скользя по комнатам майоратного поместья, когда наносила туда редкие визиты для проверки. Дрожала от холода в своей спальне, глядя на яркие языки пламени. Чувствовала свои ледяные пальцы, убирая белую прядь волос от лица. Я замерзала, а потом у моего дома остановилась карета Рейфорда.