Читаем Тень прошлого онлайн бесплатно

Аннотация:

На что способна одна одержимая местью и жаждой власти ведьма? Разрушить судьбу целого мира. Что может одна обыкновенная девушка, Случайностью занесённая из иной реальности? Решиться на отчаянную попытку спасти этот мир бок о бок с тремя верными друзьями. И, бросив дерзкий вызов могущественной Тьме, идти вперёд шаг за шагом, лелея единственное желание - однажды вернуться домой. Но только всегда ли мы до конца осознаём, чего же хотим на самом деле?..

Мы хотели б отбросить боязнь и сомненья,

Мы хотели б вперёд без оглядки идти,

Но встают стеной тёмной минувшего тени,

Возрождаясь из праха, на нашем пути...

I

Темнота... Густая, непонятная, будто заполнившая всё вокруг.

Мою спину неприятно холодило что-то шершавое, неуютное, отчего складывалось впечатление, будто я лежу на земле нагишом. Я поёжилась, и бок тут же больно укололо что-то острое. Это окончательно вырвало меня из обморочного состояния, и в сознание сразу же ворвался водоворот незнакомых громких голосов.

...- Рианнели, ты не права, мы должны сперва во всём разобраться!

...- Зачем? Я думаю, нам нужно не терять времени и как можно скорее избавиться от этого человека!

...- Но Рианнели, мы не можем принимать такие решения в отсутствие старейшины!

...- А я согласен с Ри, это дурное предзнаменование!

...- О небо, да что же это...

Шум становился всё громче, и я открыла глаза. Да, так и есть - я лежала на спине, широко раскинув руки, а высоко надо мной голубело бездонное летнее небо, по которому белыми барашками бежали пушистые облачка. Уютная летняя картина.

- Эй, Венеэль, глянь-ка сюда! - раздался прямо над ухом голос, и голубое небо исчезло из видимости, а вместо него перед моими глазами оказалось совершенно мне не знакомое лицо.

Неизвестный был на вид среднего возраста и очень худ. Большие, чуть раскосые серые глаза смотрели на меня с причудливой смесью опаски и острейшего интереса. Длинные волнистые волосы молочно-белого цвета спадали на лицо, мешая незнакомцу рассмотреть меня как следует. Он тряхнул головой, однако это не помогло; тогда он убрал волосы назад движением руки, и я невольно обратила внимание на его уши. По и без того замерзшей спине пробежал неприятный холодок. Уши были довольно крупные, чуть оттопыренные и, что самое главное, заострённые кверху наподобие кошачьих, с той лишь разницей, что находились не на макушке, а там, где мы все привыкли их видеть у людей. Я сглотнула образовавшийся в горле комок и несколько раз глубоко вздохнула, чтобы сохранить хотя бы видимость самообладания. Что-то подсказывало мне, что внезапная паника с моей стороны совсем не будет мне на руку.

- Да она же очнулась! - воскликнул второй длинноволосый и остроухий незнакомец, вслед за первым склоняясь надо мной.

Я скосила глаза насколько могла. Футболка к счастью была на месте, джинсы тоже, и это несказанно радовало, особенно если учесть, что двое товарищей, любопытно разглядывающих меня, были далеко не единственными участниками разыгравшейся под летним небом сцены.

Десятка три или четыре таких же странных существ (по непонятной мне самой причине разум категорически отказывался относить их к людям), образовав вокруг меня круг, с тем же замешанным на настороженности интересом наблюдали за происходящим. Все до единого они были невысокого роста, кажется, едва ли не на голову ниже меня, с одинаковыми же светлыми волнистыми волосами и большими глазами. Невысокий рост, в принципе, не убавлял им стати и некоего утончённого изящества, которое удивительно подчёркивалось грубоватой на первый взгляд одеждой. Она также не отличалась разнообразием: девушка, которая стояла против остальных и ближе всех ко мне, уперши руки в бока, как и все без исключения женщины в толпе, была одета в тканевые узкие штаны и атласную кофту без рукавов, походившую на завязанный узлами на плечах отрез ткани. Эта девушка почему-то сразу не понравилась мне. Она была статна и красива - точёное бледное лицо казалось фарфоровым, длинные до пояса светло-русые волосы спадали крупными локонами. Её руки украшало множество серебряных браслетов, витых и широких, простых и украшенных камнями, на высокой груди изящно лежал крупный медальон со сверкающим на солнце куском хрусталя в центре, а в волосы был вколот незнакомый голубой цветок, похожий на розу. Но на её лице отчетливо читалось высокомерие, а взгляд больших раскосых глаз был холоден, даже колюч, и её красота скорее невольно отталкивала, нежели манила.

Тем временем спор, прерванный моим внезапным пробуждением, возобновился.

- Очнулась! Мы только теряем время! - крикнула девушка, тряхнув волосами, так что вколотый голубой цветок едва не выпал из них.

- Нет, Рианнели, мы должны узнать, кто она, откуда, и зачем она появилась в нашем лесу, - возразил один из мужчин, стоявших поодаль.

- Ты не понимаешь, Феаннэл, - обратилась Рианнели к мужчине, перебившему её, - неужели ты и все вы забыли, сколько бед люди уже принесли эльфам?

Эльфы? А вот это было уже слишком... Да, я приехала на лето в деревню, к себе на дачу. Странно, но к этому месту я всегда была привязана куда сильнее, чем к городу, в котором жила. Будто невидимая нить связывала меня с раскинувшимися изумрудным полотном заливными лугами, с величавым сосновым бором и петляющей меж холмов узенькой речкой. Быть может, сказывалось то, что я родилась здесь: до моего предполагаемого появления оставался ещё целый месяц, и родители вырвались на выходные в деревню, объятые желанием сменить обстановку. Была по-августовски прохладная безлунная ночь, когда за окошком вдруг раздался тревожный гудок автомобиля - отца срочно вызвали на работу. Мать осталась одна в маленьком дачном домике, без электричества и телефона, и тут-то я и решила прийти в этот мир. Поэтому помогли мне в этом не привычные улыбчивые врачи-акушеры, а некие прохожие, случайно зашедшие в дом и покинувшие его впоследствии самым загадочным образом, "по-английски", оставив после себя как память только моё имя - Ирис, с которым я за свои двадцать два с хвостиком года уже успела с лихвой намучиться. Нет, весьма недурное имя, даже вполне нормальное для заграницы, но совершенно нетипичное для моих родных широт. С возрастом я научилась хитро обходить ономастическую истину, представляясь при знакомстве Ирой, но когда дело доходило до составления документов и заполнения бланков, делать нечего, приходилось-таки открывать правду. Но, в конце концов, если бы не те самые оригиналы, я вообще могла не пережить день своего рождения, а ради этого уже стоило потерпеть эти, в сущности, мелкие неудобства. И потому, вероятно, что маленький дачный посёлок с неласковым именем Чужаевка по иронии судьбы стал моей родиной, это место было для меня самым милым уголком во всей Вселенной, где я могла укрыться от невзгод и неурядиц, сполна насладившись уютной тишиной.

И вот теперь в какой-то миг я поняла, что не в силах долее выносить суетливую городскую жизнь с её вечными заботами и проблемами. Не в силах сопротивляться упрямо прорывающимся к моему разуму сквозь шум автомобилей и трамваев воспоминаниям о том, о чём вспоминать не хотелось. Наверное, я бежала от самой себя... Стоп, Ирис. Тебе нельзя об этом думать. Да, я отправилась на свою ежевечернюю прогулку в лес, где заблудилась. Кажется, это было дня два назад...

Я помню, что пыталась разыскать дорогу домой, но видимо только углубилась в чащу. Сосновый лес неожиданно сменился еловым, и я очутилась на незнакомой дороге. Впрочем, к тому времени уже стемнело, и мне могло лишь показаться, что я не знаю этого места... С трудом продравшись сквозь заросли боярышника, я оказалась на вершине крутого обрыва, и, не в силах больше сопротивляться усталости, опустилась на траву близ огромного чёрного валуна.

А утром я очнулась среди этих странных существ, которые в довершение ко всему вдруг оказываются эльфами, да-да, теми самыми, со страниц любимого фэнтези... И этот благороднейший народ сейчас решает, оставить меня в живых, или нет! От этой мысли меня невольно передёрнуло: а что, если и вправду убьют?

Я приподнялась на руках и села. Во всё происходящее вокруг, откровенно говоря, верилось с трудом. Я сижу на земле в совершенно незнакомом месте. Меня окружили десятка с два эльфов, которые в данный момент спорят, убить меня или отпустить с миром... Бред. Я ещё раз осмотрелась - нет, на галлюцинацию не похоже, да и не страдаю я ими... Определённо, реальность.

Между тем толпа начинала склоняться к мнению Рианнели. Сама она с довольным видом стояла чуть в стороне, скрестив руки на груди. Почувствовав мой взгляд, она оглянулась, и мне стало не по себе от ледяного взора её холодных серых глаз.

Тем временем от толпы отделился Феаннэл, тот самый мужчина, который поначалу возражал Рианнели.

- Наверное, ты права, Ри. Нам нужно поскорее избавиться от человека, пока мы не навлекли на себя новые беды. Хотя я по-прежнему считаю, что неплохо бы сначала всё выяснить.

Рианнели довольно ухмыльнулась, и уже открыла рот, чтобы ответить, но тут прямо сзади меня раздался твёрдый, уверенный голос:

- Нет.

Рианнели обернулась, и её лицо исказила презрительная гримаса.

- Виндэйелен! Приветствую, - она изобразила издевательский поклон.

Я тоже обернулась и увидела в двух шагах от себя другую эльфийку. Ростом она была чуть ниже Рианнели, но зато крепче сложена, волосы, видимо, когда-то были коротко острижены, а теперь неровно отрасли до плеч. Одета она была в такую же, как у Рианнели, кофту, но не маркого бежевого цвета, зелёные штаны, в нескольких местах порванные, и коричневые кожаные сапоги, а за её плечами висел лук и колчан со стрелами.

- Как видишь, Ри.

- Решила поиграть в благородство? - хмыкнула Рианнели, снова тряхнув своими длинными волосами.

Эльфийка не ответила. Подойдя ближе, она присела рядом со мной на корточки и повторила, обращаясь уже ко мне:

- Нет. Я не позволю устроить здесь самосуд.

Я натянуто улыбнулась в ответ.

Девушка пристально посмотрела на меня синими как небо глазами и спросила:

- Как тебя зовут?

- Ирис, - ответила я, рассудив, что сейчас-то как раз уместнее будет назвать истинное имя.

Не знаю почему, но с появлением моей новой знакомой, я почувствовала себя надёжнее. Её взгляд не был ни презрительным, ни холодным, и, кажется, она не собиралась меня убивать. Но тут снова заговорила Рианнели.

- Мы уже всё решили без тебя, Виндэйелен. Не нужно думать, что одно твоё слово изменит мнение большинства, только потому, что твой отец - старейшина селения.

Вместо ответа Виндэйелен взглянула на притихшую толпу.

- Как она попала сюда?

- Я нашёл её в лесу, - заговорил Феаннэл, - у валуна. Она была без сознания, и я принёс её в деревню.

- Хорошо. Нужно узнать мнение моего отца и Айзерса.

- Айзерс сейчас за сотни миль отсюда, - заговорила Рианнели с плохо скрываемым раздражением, - а ты, Винди, неужели забыла, сколько мы страдали из-за людей? Сколько люди причинили зла эльфийскому народу?

- Не забывай, Рианнели, - голос Виндэйелен по-прежнему оставался спокойным и уверенным, - мой брат - человек.

При упоминании о брате Рианнели чуть заметно вздрогнула.

- Твой брат наполовину эльф, Виндэйелен, помни об этом, - проговорила она чуть слышно, отвернулась и пошла прочь.

II

Тем временем я заметила, что со стороны леса, по тропинке, спускающейся по каменистому склону, к месту спора приближались двое мужчин. Издалека я не могла разглядеть их, но отметила, что один был гораздо выше другого, (что значило, что он, скорее всего, из людей), и был одет в длинную чёрную мантию, наподобие колдунов из книжек с картинками.

Заметив мой пристальный взгляд, Виндэйелен посмотрела в ту же сторону, и, резво вскочив, побежала к ним навстречу. Мужчины, увидев девушку, остановились, тот, что был ниже ростом, вытянул руки вперёд, и Виндэйелен бросилась к нему на шею.

Последний шёпот в толпе улёгся, воцарилась тишина, и взоры всех устремились к подошедшим.

Мужчина, который так радостно встретил Виндэйелен и теперь шёл с ней в обнимку, был эльфом. Невысокий и очень худой, он гордо и властно смотрел на толпу, и взгляд его синих глаз напоминал взгляд Виндэйелен - такой же смелый и независимый. Седые волосы падали ему на плечи, лицо было изрезано глубокими морщинами, так что на вид ему было около шестидесяти лет. Он был одет в простую белую рубаху с длинными свободными рукавами, жилет, видимо, сшитый из кож каких-то мелких животных, чёрные узкие штаны и высокие кожаные сапоги со шнуровкой. В руке он держал длинный деревянный посох с украшением в виде двух перевившихся в танце змей.

- Отец, - обратилась к эльфу Виндэйелен, указывая на меня, - эта леди попала в нашу долину, и теперь её хотят убить. Рассуди же!

Я невольно улыбнулась, наблюдая за эльфийкой. Такая твёрдость - а на вид не больше восемнадцати лет.

Старый эльф довольно долго смотрел на меня, а потом снова повернулся к дочери.

- Я не знаю наверняка, безопасно ли присутствие этой леди здесь, - проговорил он, - но я не ощущаю тьмы. Я не вижу лжи в её глазах, яда в её улыбке и движениях, но я не в силах узреть мысль. Каково твоё мнение, Айзерс? - обратился он к мужчине в чёрной мантии. - Закрепишь ли ты на этот раз слово старейшины?

Человек в мантии молчал. Казалось, он смотрел сквозь меня и совсем не замечал, что я внимательно его разглядываю.

Я дала бы ему не более тридцати лет, но взгляд его чёрных глаз был едва ли не столь же глубок и внимателен, как у его товарища - старого эльфа. Густые смоляные волосы неровными прядями спадали на лицо, доходили до плеч и сливались с причудливой мантией. Тонкие губы его были сжаты, а глаза чуть сужены - видимо, у него плохо получалось скрывать душевную тревогу, а может быть, он и не старался этого делать.

- Ты не слышишь меня, Айзерс, - окликнул его старый эльф. Это вывело человека из оцепенения.

- Прости, Ленеллард. Ты знаешь, что мысль моя сейчас далека отсюда.

Он повернулся ко мне и его глубокий взгляд встретился с моим, растерянным. Сердце глухо стукнуло, я хотела отвести глаза и почему-то не смогла. Странно, ведь сперва мне подумалось, что его взгляд непременно окажется колючим и неласковым, а на самом деле он был таким тёплым...

Оцепенение продолжалось с минуту, а может, ею мне показалась пара секунд. Я тряхнула головой и сделала вид, что увлечена разглядыванием своей левой руки, а он вновь повернулся к старому эльфу.

- Леди не маг, это наверняка, - услышала я, хотя он старательно принижал голос. - Я чувствую, что она не опасна. Я уверен в этом.