Читаем Серебро лунного света (ЛП) онлайн бесплатно

Серебро лунного света

Описание:

Энкерайт – полукровка, застрявший между своими двумя сущностями: и не волк, и не человек. Преследуемый и презираемый, он пытается выжить, пряча свою истинную натуру и отсиживаясь среди людей. К несчастью, нюх оборотней не так-то просто обмануть, и беглеца находит Коул – чистокровный оборотень. Энкерайт смог сбежать с территории Коула, только наткнувшись на земли других оборотней.

И он был очень удивлён, когда Линден – своенравный и мерзкий волк, который когда-то был противником Коула – спас его

Примечания:

Все герои принадлежат автору, переводчик не имеет никаких коммерческих целей)

1

Он сбегал под покровом тьмы, петляя по тёмным переулкам города, и каждый раз, когда сворачивал, замечал рисунки на стенах, насмехающиеся над ним. Запах страха – одновременно тягуче-сладкий и вызывающий отвращение – щекотал нюх, дразнил тем, что был его собственным. Хищник внутри боролся со здравым смыслом, отчаянно вырываясь на свободу, желая победить в этой погоне, стремясь обернуться и поохотиться, а не убегать. Волк его жаждал силы и жестокости, побуждая стоять на своём и атаковать, но Энкерайт усмирял его, прекрасно понимая, что всё это было бы тщетно. Пусть полная луна уже взошла над городом, волк в его теле не мог освободиться никогда, поэтому Энкерайт продолжал бежать, игнорируя зверя, голод и жажду крови.

Отчаяние пронзило одновременно с пониманием, что всё же за ним вновь охотились. Работая в маленьком книжном магазинчике в захудалом, можно сказать, криминальном, районе, парень уже было думал, что, в конце концов, спасён. Его не могли найти три года, и это взрастило в душе самодовольство. А сейчас, не желая верить и отказавшись бороться с действительностью, парень вдруг вновь оказался найденным. Он был полукровкой, которого легче загнать и убить, потому что не принадлежал полностью ни к миру людей, ни оборотней.

Дыхание тяжело вырывалось из измученного горла – боль незначительна, когда в действительности сталкиваешься с угрозой смерти, – а кровь, толчками продвигающаяся по венам, отзывалась ударами в висках. Бежать, бежать, жить, убегать, выжить, жить, охотиться, повернуть, атаковать, убить… Тряхнул головой, стараясь освободиться от неистового зверя внутри, но битва была проиграна, даже не начавшись. Его захлестнул резкий, пряный запах собственного страха, вырывая из горла уродливый вой – звук, проходивший через человеческие голосовые связки, был слабым и изменённым.

Сообразив, что этот вой мог привлечь внимание преследователей, Энкерайт вновь свернул, петляя, отчаянно надеясь отвязаться от волка, преследующего его, и отчаявшись, лишь когда оказался перед развалинами старой фабрики. Больше негде было прятаться. Огромная площадь, сплошь покрытая громадными булыжниками и обломками, которые, казалось, нужны были, чтобы помешать его попыткам сбежать. Но звуки погони подстёгивали, заставляя направиться в развалины. В голове билась единственная мысль: бежать.

Тусклые тени плясали на бетоне, подчёркивая заброшенность и разорение. Очертания окружающих предметов расплывались, сливаясь в калейдоскоп правды и лжи, его разум был полон паники и не мог отличить безопасность от угрозы. В момент безумия парень не заметил, как наткнулся на острую зазубренную трубу, выглядящую, к сожалению, слишком безобидно в отличие от окружающих руин. Он заскулил, боль пробивала насквозь, жадно захватывая все чувства и заставляя упасть на землю. Металлический аромат свежей крови повис в ночном воздухе. Раздался победный вой, когда хищник, преследующий Энкерайта, завернул за угол и заметил его – беззащитного и страдающего от боли.

Серебристый свет луны, выплывшей из-за туч, отразился в янтарных глазах, засиявших мощью такой же дикой и древней, как сам мир. Бурый волк, охотящийся на парня, остановился на мгновение, в зрачках его, казалось, читались насмешка над Энкерайтом и знание, что сейчас парень беззащитен перед хищником.

Энкерайт напрягся, когда их взгляды встретились. С пугающим очарованием он смотрел, как волк готовится к прыжку. И никакая опасность не могла остановить это восхищение перекатывающимися под кожей волка мышцами; каждое движение было как произведение искусства. Желчь подступила к горлу, наполняя рот горьким вкусом поражения, приглушая мысленного зверя, всё ещё желающего вырваться за границы человеческого сознания. Невозможно было сбежать, и жажда битвы исчезла, оставив после себя пустое чувство горького понимания, что он не в силах что-либо изменить. И лишь когда волк пришёл в движение, Энкерайт зажмурился, готовясь к боли, которая должна была обязательно последовать за острыми зубами, разрывающими его на части.

Парень подметил ужасный громкий рык охотника, но пару мгновений спустя он был прерван звуком прорывающих плоть зубов. Напряжение прошлось по телу Энкерайта, резкая боль в продранном трубой бедре накатывала волнами, казалось бы, вместе с тяжёлым дыханием. Но не было новой боли и горячего дыхания на коже, а также вгрызающихся в его плоть зубов. Любопытствуя, парень открыл глаза глубокого голубого цвета, в которых был такой же дикий блеск, как и у охотящегося на него волка, и кое-как подавил удивлённый вздох. Пред взором разразилась битва, смертоносное столкновение жаждущих мощи и господства. К первому волку присоединился второй, лунный свет играл на его серебристом меху, в то время как зверь наскочил на янтарноглазого хищника в диком танце тела, зубов и крови.

Энкерайт не мог отвести взгляда, все мысли о возможном в этот момент побеге вылетели из головы, когда он посмотрел на серебристого волка, медленно, но верно приблизившегося к бурому, рванувшего его за брюхо, прежде чем вновь отступить, но лишь для очередного прыжка. На мгновение туча скрыла луну, и свет её потух, очерчивая тёмные силуэты противников. Два волка пред ним продолжали сражаться, поглощённые только друг другом. Когда луна вновь явила свой лик, битва была окончена. Серебристый волк завис над своим бурым противником, прикусив его за горло.

Энкерайт моргнул, когда бурый волк засветился, линии его тела размылись и стали почти незаметными. Спустя пару секунд парень уже был уверен, что глаза его подводят. Тряхнув головой, Энкерайт удивлённо уставился на побеждённого мужчину, лежащего на земле. Хоть он и знал всё об оборотнях, сейчас впервые был свидетелем перевоплощения. И пусть зубы серебристого сжимались на горле мужчины, Энкерайт мог видеть, что бурый оборотень всё ещё пытался бросить вызов удерживающему его в ловушке – в глазах плескалось неповиновение, едва ли не граничащее со смелостью позволить второму убить себя.

Серебристый волк предупреждающе зарычал, прежде чем тоже принять человеческую форму, и перехватил рукой шею побеждённого оборотня, предприимчиво упершись коленом ему в живот.

– Коул. Я говорил, что убью тебя, если вновь без предупреждения зайдёшь на мою территорию, – у Энкерайта по спине пробежали мурашки от этого тёплого, глубокого голоса, пусть и полного решительности и стремления убить.

Удивлённый собственной реакцией, Энкерайт получше пригляделся к человеческой форме оборотня, подмечая широкие плечи, стройность, рельефные мышцы и почему-то тот факт, что он, конечно же, оказался полностью обнажён. У оборотня были светлые волосы того же серебристого оттенка, что и волчья шерсть, отражающие лунный свет.

– Я охочусь.

В тоне Коула слышалось возмущение. Очевидно, побеждённый волк был раздосадован сложившейся ситуацией. Энкерайт не особо понимал, что происходило, но он ощущал направленную друг на друга враждебность этих двух оборотней и видел – Коул не желал принять тот факт, что его охота была прервана не самым лучшим образом. Где-то на задворках сознания Энкерайта промелькнуло удивление, почему серебристый волк, казалось бы, ему помогает; полукровка не желал верить в чьи-либо хорошие намерения. Парень напрягся, когда этот мужчина обернулся и взглянул на него, и собственный волк внутри радостно задрожал, приветствуя, заставляя самого Энкерайта смущаться. Лунный свет танцевал в зелёных глазах оборотня, которые, казалось, пронзали насквозь, до самой души, разыскивая в ней все секреты парня. И именно это добавляло ощущений, что Энкерайт уже знал его.

2

Энкерайт задрожал. Этот взгляд… из-за него парень чувствовал себя беззащитным, обнажённым… Голод и жажда крови, тугим кольцом свернувшиеся у полукровки в животе, ещё сильнее ощущались из-за появившегося напряжения. Его волк вновь решил показаться и вступить в борьбу за контроль над разумом. Жар проходил по телу, просачивался сквозь кожу, принося с собой боль и желание получить отклик в этой сексуальности мужчины, которую он уже практически чувствовал. Внешне невозмутимый, серебристый оборотень отвернулся, отталкивая этим от себя Энкерайта гораздо более явно, чем могло бы сделать любое физическое проявление отказа, да заставляя волка внутри парня рвать и метать в негодовании.

– Я вижу, – беззаботно ответил серебристый оборотень. – Но факт остаётся фактом: ты появился на моей территории без предупреждения, и у меня есть право убить тебя здесь и сейчас.

– Ты настолько пал, Линден? – резко бросил Коул, глаза его зло вспыхнули. – Ты убьёшь меня за то, что я не отказался от права на добычу, когда она сбежала на твою территорию? Конечно, даже ты не можешь отрицать право волка на свободную охоту, – в голосе Коула слышалась явная насмешка над Линденом, но тот остался невозмутим, лишь внимательно всмотрелся в лицо вторгшегося на его территорию оборотня.

Энкерайт даже восхитился выдержкой Линдена, мечтая так же, как и он, встречать своих врагов лицом к лицу.

– Ты на моей территории, – повторил Линден.

Вздох застрял в горле, внимание парня было прочно приковано к разыгрывающейся перед ним сцене. Голос Линдена смягчился, но по какой-то странной причине таким он казался ещё более смертельным.

– Всё потому, что моя добыча сюда сбежала, – рыкнул Коул, не обращая внимания на предупреждающие сигналы, что прекрасно подмечал Энкерайт. – У меня есть право преследовать добычу, пока я её не поймаю.

– Но не на моей территории, – прорычал Линден, склоняясь ближе, его пусть и человеческие зубы потянулись к горлу Коула в смертельном оскале.

Энкерайт неосознанно скопировал это движение, не в силах противостоять себе. И если бы не болезненный запах угрозы в воздухе, данная сцена казалась бы почти что эротичной и сексуальной: два обнажённых мужчины на земле, и один из них склонился, желая попробовать на вкус кожу другого. Сама эта мысль приводила внутреннего волка в дикую ярость, пробивающую хрупкие барьеры сознания Энкерайта. Боль расцвела в висках, вырвав скулёж из горла прежде, чем полукровка смог его остановить. Зелёные глаза сверкнули, когда мужчина глянул в сторону парня, но лишь на короткий миг, после которого он вновь обратился к пойманному оборотню, главной задаче.

– Всё, находящееся на этой территории, принадлежит мне.

– Я первый нашёл эту жертву на своей земле, – рыкнул Коул в ответ. – По закону оборотней она принадлежит мне.

– Он, – Линден выделил голосом это местоимение, – теперь на моей территории.

По коже полукровки пробежали мурашки, предостерегая, когда голос Линдена ещё сильнее смягчился и казался сейчас спокойным и почти душевным. Призраки прошлого мелькали в сознании, возвращая Энкерайта в детство к другому внешне доброму мужчине.

Формально Сэм был нанят в качестве его телохранителя. Но на самом деле мужчине полагалось следить, чтобы Энкерайт всегда оставался в фамильном особняке. Никто не должен был узнать, что парень не такой, как все. Но кое-что родители не просчитали – дружбу. Ощущая себя виноватым перед Энкерайтом, Сэм помогал ему тайно выбираться на улицу, даря вкус свободы.

Это случилось на одной из таких прогулок. Они столкнулись с компанией уличных грабителей. Даже сейчас Энкерайт может вспомнить нотку мягкости в голосе Сэма, предшествующую дальнейшим разрушениям. Пожалуй, не стоит уточнять, что именно эти грабители больше никогда и никого не побеспокоили.

– Он, – Коул, передразнивая Линдена, выделил это слово, и его голос вернул Энкерайта к реальности, – нарушитель. Прятался на моей территории, не удосужившись раскрыть себя, и за свою наглость должен заплатить жизнью. Ты знаешь законы. Или предпочтёшь их преступить, чтобы защитить какого-то нарушителя?

Мурашки пробежали по телу. Этот концентрированный яд в тоне Коула подталкивал Энкерайта к действию, напоминая, что нужно сбегать, а не пялиться, будто очарованному ребёнку. Но стоило полукровке двинуться, раненое бедро вспыхнуло болью, заставившей остаться. Рваное дыхание коснулось холодного воздуха.

– Независимо от того, какое наказание было выбрано тобой, оно отменяется. Согласись, он сейчас на моей территории, – возразил Линден, но тон его голоса был по-прежнему мягок. – Это больше не твоя забота. Пусть хочешь воспользоваться моментом и добиться выгоды для себя, но пойми, ты тоже преступил границы моей территории и должен подчиняться тем же законам, по которым судишь свою жертву, – Линден поднялся, отходя от Коула. Мужчина остановился в трёх шагах, движения его были резки и холодны. – Тебе стоит убраться с этой земли, прежде чем я досчитаю до десяти. После, если всё ещё будешь здесь, я с радостью исполню так "любимые" тобой законы и устрою охоту. Раз.

Энкерайт безучастно смотрел на Коула, стараясь игнорировать направленную в его сторону ненависть. Замерев, полукровка наблюдал, как Коул поднимается, и едва смог сдержать удивление, когда Линден будто бы случайно оказался между ними.

– Два.

Коул бросил взгляд на оборотня и презрительно усмехнулся:

– Ты слишком мягок. Это ничтожество, возможно, собирается прибить тебя. И я лично справлю нужду на твоей могиле, когда это произойдёт.

Энкерайт всячески старался унять страх, вызванный мерцающим взглядом Коула. Он практически видел, как крутятся в голове этого оборотня мысли-шестерёнки, замечал сообщение в его глазах. Коул хотел убить свою ускользнувшую добычу. Игнорируя боль в бедре, Энкерайт попытался отползти назад.

– Три.

Коул продолжал сверлить парня взглядом, казалось бы, бурый волк проигнорировал предупреждение Линдена. Несмотря на то, что сейчас оборотень был в человеческом обличии, всё равно было очевидно, что он считает Энкерайта своей добычей.

– Четыре.

Линден схватил Коула за подбородок, принуждая взглянуть на себя.

– Пять, – оборотень выделил голосом это слово, оскалился, показывая острые клыки. Глаза его стали волчьими, негодование сквозило в каждом движении. – Шесть. Семь…

Только когда Линден досчитал до восьми, Коул развернулся и бросился прочь, гордо подняв голову. Добежав до угла он ещё раз обернулся и вызывающе зарычал, а потом исчез в темноте ночи.