Читаем О произведении В.И. Ленина «Очередные задачи Советской власти» онлайн бесплатно

Работа В.И. Ленина «Очередные задачи Советской власти» появилась весной 1918 года. В ней намечалась программа социалистического строительства, обосновывались принципы экономической политики пролетарского государства в переходный период от капитализма к социализму. Только что родившаяся Советская республика прокладывала неведомые, непроторенные пути в формировании нового, социалистического государства, нового общественно-экономического и политического строя.

Социализм, о закономерной неизбежности которого как о первой стадии коммунизма писали Маркс и Энгельс, впервые в истории человечества переходил из области книжной теории в живую практику. В ряде работ, статей, писем, документов 1917 – 1918 годов Ленин развил учение Маркса и Энгельса, обогатил его разработкой конкретных путей к социализму и коммунизму и первым опытом строительства социализма в 1918 году.

Особенно полно намечены Лениным конкретные пути к социализму в работе «Очередные задачи Советской власти».

Великая Октябрьская революция вывела страну на дорогу социализма. За время триумфального шествия революции (октябрь 1917 – февраль 1918 года) по всей стране была создана власть Советов, установлена диктатура пролетариата и начаты широко задуманные социалистические преобразования. Первые революционные шаги Советской власти – декреты о мире, о земле, положение о рабочем контроле над производством, овладение командными позициями в народном хозяйстве подрывали силы и экономическую мощь русской буржуазии.

Судьба революции, однако, находилась в опасности – не был решен один из основных вопросов: о выходе Советской республики из империалистической войны. Без мира нельзя было провести в жизнь завоеваний революции, прочно приступить к строительству основ социализма.

Переговоры о мире начались в Брест-Литовске еще в декабре 1917 года, но они затягивались из-за аннексионистского характера условий мира, предъявленного немецкими империалистами, и из-за начавшейся острой борьбы внутри партии по вопросу о мире.

В противовес ленинскому требованию заключить даже самый тяжелый мир с Германией ради сохранения пролетарской диктатуры как оплота международной революции, группа так называемых «левых коммунистов» отстаивала преступно авантюристскую позицию революционной войны. Передышка нужна была стране для социалистического строительства, укрепления союза пролетариата с крестьянством и организации Красной Армии для отпора империализму. «Левые» считали передышку невозможной. Они призывали начать революционную войну против капиталистического мира, даже если бы эта война привела к гибели Советской республики.

С особой позицией, близкой к «левым», выступил председатель советской мирной делегации в Бресте Троцкий. После предъявления немцами ультиматума он огласил декларацию: «Мира не подписываем, войну не ведем, армию демобилизуем». Заявление Троцкого поставило Советскую республику в катастрофическое положение. Германские империалисты начали наступление по всему фронту, захватили в короткие сроки ряд городов советской территории, угрожая Петрограду.

Буржуазно-кадетские, правоэсеровские, меньшевистские газеты – «Речь», «Дело народа», «Новый луч» – захлебывались от восторга, смакуя предстоящее свержение Советской власти. «Сумерки „богов“ наступили. Политическое банкротство мужицко-солдатско-анархистского правительства Ленина не подлежит сомнению», – торжествующе сообщали по поводу наступления немцев меньшевики в своем органе «Новый луч» 22 февраля 1918 года.

Оппортунистический план Троцкого, на первый взгляд как будто отличавшийся от лозунга немедленной войны, был таким же «левым» отрицанием договора о мире. И Троцкий, и «левые коммунисты» не верили в победу социализма в одной стране, были убеждены, что гибель пролетарской революции неизбежна, если международная революция не наступит в ближайшее время. Они считали, что социалистическая революция в одной стране вообще не имеет перспектив для развития, отрицали возможность построения социализма в России без помощи победившего пролетариата Запада. Пролетарская революция, заявлял на VII съезде партии Троцкий, пришла слишком рано. Советская власть для революционного пролетариата является слишком тяжелой ношей[1].

Борьба внутри партии по вопросу о заключении мира была острой и продолжительной. Наконец, 3 марта 1918 года был заключен Брестский мирный договор с Германией. По вине Троцкого и «левых коммунистов», всячески срывавших подписание договора, немцами были предъявлены Советской республике значительно худшие, чрезвычайно тяжелые, хищнические условия мира. Немецкие империалисты оставляли, за собой Эстонию, часть Латвии (Курляндию и Лифляндию), Литву и Польшу, где помогли восстановить буржуазную власть, свергнутую революцией; обязывали вывести советские войска и Красную гвардию из Финляндии; восстанавливали на Украине власть контрреволюционной рады, превращая Украину в немецкую колонию; отдавали Турции города Закавказья – Карс, Батум и Ардаган; кроме того, взыскивали огромную контрибуцию с нашей страны якобы за возмещение убытков буржуазии Германии и ее союзников от экспроприации земельной собственности, концессий и т.п. и за уплату процентов по обязательствам царского правительства.

«То, что я предсказывал, наступило целиком: вместо Брестского мира мы получили мир гораздо унизительней, по вине тех, кто не брал его» [Л: 36, 19], – возмущался Ленин. Фразистые доводы «левых» против мира и передышки Ленин назвал недостойными революционера, недостойными марксиста. А политику Троцкого в Бресте, отказавшегося подписать договор на менее тяжких условиях, – пособничеством немецкому империализму. «…Теперь вы помогаете немецкому империализму, потому что отдали свои миллионные богатства, – пушки, снаряды… Мы оказались добычей неприятеля в несколько дней» [Л: 36, 20].

Преодолев сопротивление троцкистов и «левых коммунистов», VII съезд партии подтвердил решение о заключении Брестского мира. Партия получила возможность вывести страну из губительной войны, завоевала передышку для проведения социалистических преобразований.

Международное и внутреннее положение Советской республики оставалось, однако, очень напряженным. Буржуазия и помещики, потерявшие свои богатства в революции, искали помощи у иностранного капитала, пытаясь восстановить свое господство. Империалистические державы, не признававшие Советскую власть, активно помогали российской контрреволюции. После подписания мира враги революции, стремясь сорвать передышку, повели разнузданную кампанию против Ленина, против партии. Положение Советской республики осложнялось тяжелым состоянием народного хозяйства. Подорванное четырехлетней империалистической войной, оно находилось в состоянии жесточайшего кризиса. Государственный бюджет на 1918 год был сведен с огромным дефицитом в 6 миллиардов 543 миллиона рублей[2]. Курс рубля быстро падал. Заводы не работали, не хватало сырья, топлива; железнодорожный транспорт был разрушен. По неполным данным фабричной инспекции, с марта по декабрь 1917 года было закрыто 824 предприятия. Многие заводы разрушались, выводились из строя саботажниками-капиталистами. Число безработных, зарегистрированных на биржах труда, достигало в 1918 году 800 тысяч человек. До разорения было доведено войной и сельское хозяйство, и без того отсталое, раздробленное. Огромное количество пахотных земель пустовало: не хватало тягловой силы, инвентаря, сельскохозяйственных орудий, семян. Наиболее богатые хлебные районы – Украина, а позднее и Сибирь – были отрезаны.

Хлебный паек населению Москвы и Петрограда весной 1918 года был доведен до четверти, а потом и до восьмушки фунта в день. «С понедельника 29 апреля хлебный паек в Петербурге сокращается до одной восьмой фунта на человека»[3], – сообщала Центральная продовольственная управа.

Но выдача и этой мизерной нормы часто задерживалась. Были недели, когда рабочие Москвы и Петрограда вовсе не получали никакого пайка. В центральной и местной печати публиковались сообщения о катастрофическом положении с продовольствием в столицах и на местах.

«Нет ни хлеба, ни денег. Началось частичное голодание»[4], – жаловались рабочие Нижне-Салдинского завода.

Подобные сведения приходили также из сельскохозяйственных областей. «Хлеба нет не только на обсеменение полей, но и на продовольствие»[5], – писали из Самарской губернии.

Маршрутные поезда с продовольствием для голодающих центров скапливались на железных дорогах из-за отсутствия паровозов, топлива. Зажиточная часть деревни, имеющая запасы хлеба, продовольствия, продавала его по высоким ценам, спекулировала и захваченным у помещика национализированным имуществом, инвентарем.

Бывшие царские чиновники, контрреволюционное офицерство, а вместе с ним меньшевики, эсеры, анархисты всячески старались дезорганизовать хозяйство, усилить разруху и голод в стране. Внутри страны то тут, то там вспыхивали кулацкие восстания.

Американские, англо-французские и германские империалисты, вооружая и финансируя контрреволюцию, поднимали ее на ожесточенную борьбу против Советской власти. Они поддерживали бандитизм, саботаж, организовывали мятежи и заговоры. Бежавшие во время революции на Дон и Северный Кавказ царские генералы Алексеев, Каледин, Корнилов, Краснов формировали с помощью иноземных империалистов белогвардейскую армию.

В этот сложнейший момент при чрезвычайно тяжелом внутреннем и международном положении Ленин обосновал обязательную для Советской страны тактику: с одной стороны, принимать все меры к тому, чтобы сохранить мир, выжидать, оттягивать схватку с международным империалистическим хищником, избегать боя с ним в невыгодных для нас условиях. С другой стороны, крайним напряжением сил использовать мирную передышку для залечивания тягчайших ран, нанесенных войной, для экономического подъема страны, повышения ее обороноспособности, создания социалистической армии. Ленинская тактика, гибкая и единственно правильная, помогала сохранить пролетарскую диктатуру как оплот международной революции, укрепляла позиции социализма.

Передышка от войны была непрочной, неустойчивой. Но она давала возможность сосредоточить внимание на организационно-хозяйственных задачах. Вопрос о путях и методах социалистического строительства в стране с огромным преобладанием мелкокрестьянского хозяйства, в условиях послевоенной разрухи, голода и крайнего истощения сил трудящихся глубоко продумывается Лениным. Записать свои мысли, сделать их достоянием народа он не может – «огромное бремя работы» не оставляет времени даже для сна. «У меня есть только одна мечта, отдохнуть хотя бы полчаса» [Л: XXXVII, 67], – отвечает Ленин на вопрос о своем здоровье корреспонденту шведской газеты «Фолькетс дагблад политикен»[6]. Крайне переутомленный, Ленин соглашается на уговоры близких – выехать на несколько дней за город: втайне он надеется там написать, изложить продуманное в спокойной обстановке.

23 декабря 1917 года (5 января 1918 года) Совнарком предоставляет Ленину «отпуск» на три – пять дней. Вместе с Н.К. Крупской и М.И. Ульяновой он проводит четыре дня (24 – 27 декабря 1917 года) (6 – 9 января 1918 года) в Финляндии, в изолированном домике санатория «Халила», и здесь, среди других работ, пишет статью «Как организовать соревнование?» [См. Л: 35, 195 – 205][7]. В ней Ленин ставит практически вопрос о социалистическом строительстве.

Одной из основных проблем нового переустройства страны Ленин выдвигает задачу развития инициативы трудящихся в творческой организационной работе.

Ленин смело бросает вызов старому, капиталистическому обществу с его отжившими «нелепыми», «дикими» предрассудками, будто управлять государством могут только «высшие», буржуазные классы или люди, прошедшие школу этих классов.

Ленин требует разбить «гнусный», «мерзкий» предрассудок, который поддерживается «гнилой рутиной, заскорузлостью, рабьей привычкой, а еще больше грязной корыстью капиталистов, заинтересованных в том, чтобы управлять грабя и грабить управляя» [Л: 35, 198]. Ленин призывает рабочих и крестьян к учету и контролю за количеством труда и за распределением продуктов. В этом, и только в этом, утверждает он, лежит путь к победе социализма, к победе над эксплуатацией, нуждой и нищетой.

Через два дня после VII партийного съезда, подтвердившего решения правительства о подписании мира на тяжелых для Советской республики условиях, Ленин вновь возвращается к вопросам социалистического строительства. 11 марта 1918 года в вагоне, при переезде правительства из Петрограда в Москву, он пишет волнующую статью «Главная задача наших дней».

Статья открывается эпиграфом из слов любимого Лениным поэта – Некрасова:

Ленин высказывает твердую уверенность, что временно побежденный народ, только что сделавший один из самых великих и трудных поворотов в истории человечества – из бездны страданий, голода к светлому будущему, – этот великий народ не погибнет от ударов врага. И Ленин призывает не падать духом от поражения, не унывать, не впадать в отчаяние, а работать не покладая рук над созданием дисциплины и самодисциплины, над укреплением организованности, порядка, деловитости. Ленин требует собирать камень за камнем для прочного фундамента социалистического общества и добиться во что бы то ни стало того, чтобы наша страна стала в полном смысле слова могучей и обильной. Она может стать и станет таковой, убеждает Ленин, потому что имеет простор и природные богатства, чтобы снабдить каждого если не обильным, то достаточным количеством средств в жизни. Она имеет и запас человеческих сил, и прекрасный размах, который дала народному творчеству великая революция.