Читаем Величайшая подводная битва. «Волчьи стаи» в бою онлайн бесплатно

Эта книга — о Битве за Атлантику — самом грандиозном морском сражении Второй мировой войны. Оно продолжалось 44 месяца — с сентября 1939 по май 1945 года. То была ожесточенная и изматывающая борьба за коммуникации в Атлантическом океане между фашистской Германией и ее главными противниками на Западе — Великобританией и США. Главная цель Германии заключалась в подрыве экономики врага путем срыва его морских перевозок. Гитлер считал, что это позволит вывести Великобританию из войны.

Решающую роль в Битве за Атлантику играли германские подводные лодки — «волчьи стаи» гросс-адмирала Карла Дёница — и противолодочные силы союзников по антигитлеровской коалиции.

О том, чем является Битва за Атлантику для западноевропейцев и американцев профессор Нью-Йоркского университета Дэвид Сайретт пишет так: «Битва за Атлантику была решающим морским сражением Второй мировой войны. Без победы западных союзников на море, вполне вероятно, что Великобританию вынудили бы выйти из войны. Немцы властвовали бы над Западной Европой. Средиземноморье могло превратиться в „озеро Оси“, не было бы никакой помощи России, вторжение во Францию в 1944 году оказалось бы просто невозможным для союзников, следовательно, они не могли бы нанести поражение германским армиям в Западной Европе. Поражение западных союзников в этом сражении привело бы к катастрофическим последствиям». С утверждениями Сайретта трудно не согласиться.

Главная цель фашистской Германии на этом театре заключалась в подрыве экономики Великобритании и США путем нарушения морских и океанских перевозок союзников. Для этого она использовала подводные лодки, часть авиации и надводных кораблей.

Различают три основных периода в Битве за Атлантику. Они обусловлены коренными изменениями в расстановке сил и развитием войны в целом.

Первый период (сентябрь 1939 — июнь 1941) характерен тем, что вначале с обеих сторон на атлантических коммуникациях действовали незначительные силы. Однако атаки даже малого количества немецких подводных лодок были эффективными из-за слабости противолодочной обороны англичан. Со второй половины 1940 года германское командование ввело в действие не только субмарины, но также крупные надводные корабли и авиацию. В результате было потоплено судов и кораблей союзников и нейтральных стран общим водоизмещением 7,6 миллиона тонн. Из них на долю подводных лодок приходилось 53,4 %, авиации — 18,7 %, надводных кораблей — около 12 %, мин — 11,8 %, по неизвестным причинам погибло около 4 %. Германский флот потерял за это время 43 подводные лодки.

Второй период (июль 1941 — март 1942) характеризуется тем, что противоборствующие стороны наращивали силы на атлантических коммуникациях. Причем германское командование решающую роль в борьбе с судоходством противника отвело подводному флоту. К концу второго периода немцы имели в Атлантике 100–130 подводных лодок, против которых союзники задействовали около 3 тысяч кораблей разных классов и 2700 самолетов. Временами германским подлодкам удавалось достичь серьезных успехов за счет совершенной тактики и локальной слабости противолодочной обороны союзников. За время второго периода они уничтожили транспортов и боевых кораблей общим водоизмещением около 10 миллионов тонн, из них 80 % — подводные лодки. Но совершенствовалась и противолодочная оборона. Германский флот потерял 115 подлодок.

В третий период (апрель 1943 — май 1945) в боевых действиях в Атлантике наступил перелом. Количественное и качественное превосходство противолодочной обороны союзников резко снизило эффективность германского подводного флота, потери подводных лодок стали катастрофически расти. За этот период было потоплено судов союзников общим водоизмещением 3 миллиона тонн, а потери составили 361 подлодку. В среднем немцы теряли 15–16 субмарин в месяц и в конце концов проиграли войну н Атлантике, которая, безусловно, неотделима от общего хода Второй мировой войны.

Битва за Атлантику изобиловала драматическими моментами. С самого начала она приобрела характер неограниченной подводной войны Кригсмарине против всех судов, которые шли к Британским островам. Германия отбросила в сторону статьи международного соглашения о правилах ведения подводной войны. Германские подводники часто действовали, попирая и нормы общечеловеческой морали, придерживаясь принципа «Топи всех!». Впрочем, не только они. Так стали действовать и их противники, бывший командующий подводными силами ВМС США на Тихом океане адмирал Чарльз Локвуд не постеснялся вынести этот жутковатый и циничный девиз в название своей книги воспоминаний — «Топи их всех!».

В Битве за Атлантику участвовали сотни тысяч человек: военные моряки противоборствующих сторон, моряки тортовых флотов Великобритании, США, Франции и других стран — участниц антигитлеровской коалиции, ученые и конструкторы — создатели кораблей и различных видов вооружений, рабочие-судостроители, разведчики, политики, направлявшие действия военных; в нее оказывались вовлечены даже женщины и дети, на свою беду оказавшиеся пассажирами торговых судов, подвергшихся нападению германских субмарин. И каждый из них видел и переживал эту битву по-своему.

Данная книга не претендует на полное описание такого масштабного события, как Битва за Атлантику. Автор ставит перед собой задачу рассказать лишь о ключевых событиях этого самого продолжительного морского сражения XX века, о судьбах, личных переживаниях и впечатлениях людей, волею Истории ввергнутых в войну, о кораблях, на которых эти люди сражались.

В середине августа 1939 года радисту подводной лодки U-30 Георгу Хегелю здорово повезло. Командир субмарины обер-лейтенант Лемп отпустил его в увольнение домой в Мюнхен. И это несмотря на ожидавшееся на флоте объявление полной боевой готовности в связи с обострившейся, из-за территориальных претензий Германии к Польше, политической обстановки в Европе. Впрочем, Лемп предупредил Хегеля: «Быть может, вся эта заварушка в Польше так ничем и не закончится… но обещай, что связаться с тобой можно будет в течение двух часов».

Хегель вспоминал: «Ну, я и отправился в увольнение. Приехал домой утром в среду. И вот в субботу, после завтрака, кто-то позвонил дверь, и моя мать пошла встречать нежданных гостей. Когда она вернулась, руки ее дрожали. То была телеграмма от командира: „Возвращайся в Вильгельмсхафен 21 августа, не позднее полуночи“. Тогда я сказал отцу: „Ну, началось!“»

19-летний моряк добрался до причала вовремя. Экипаж готовил подлодку к выходу в море. Хегель встретил на пирсе товарища-матроса и спросил его, что же, в конце концов, происходит.

«Мы уходим в четыре».

«А что за груз? Мины или торпеды?»

«Торпеды».

Ранним утром 22 августа 1939 года U-30 выскользнула из гавани. Уже два дня командование подводных сил Кригсмарине вело развертывание подводных лодок в Северном море и западнее Британских островов. К 27 августа на позиции ожидания вышли 39 субмарин.

U-30 шла в Северную Атлантику. Путешествие было ничем не примечательным, за исключением одного момента, вызвавшего неприятные ощущения у подводников. Как-то ночью вахтенные увидели мрачную черную громаду. Хегель вспоминал: «Мы срочно погрузились, а затем опять всплыли и лишь потом разглядели, что это всего-навсего скала. То, что мы поначалу приняли за гигантский пароход, оказалось каменной скалой, торчащей из океана у побережья Шотландии. Кажется, ее называют Роколл»[1].

Потянулись сутки тягостных ожиданий, U-30 скрытно патрулировала в предназначенном ей районе примерно в 470 километрах северо-западнее Шотландии. В это время года Северная Атлантика редко балует моряков хорошей погодой. Вот и 3 сентября подводников изматывала качка; волны то и дело перекатывались через палубу, разбивались об ограждение рубки и гигантским фонтаном окатывали вахтенных, находившихся на мостике. Весь экипаж ощущал уже предельную степень волнения и напряжения. Начнется или нет? Наконец утром поступила срочная радиограмма: «Британия и Франция объявили войну Германии. Полная боевая готовность». Эту весть ждали, но она все равно оказалась неожиданной.

«Я спал на своей койке после вахты, — вспоминал Хегель, — пришли мои товарищи и растолкали меня. Говорят: „Вставай Георг, Англия нам войну объявила“. Я посмотрел на часы. Одиннадцать утра, значит, в Германии сейчас полдень… Было даже отчасти и любопытно и интересно, да только никакого энтузиазма».

U-30 принадлежала к самому распространенному в годы Второй мировой войны типу германских подлодок — VII серии. Построенная на верфи «Везер» АГ в Бремене в 1936 году полуторакорпусная субмарина, длиной почти 65 м, шириной около 6 м, с осадкой около 4,5 м, имела надводное водоизмещение 626 т и подводное 915 т. Несмотря на скромные размеры, она несла мощное вооружение: четыре носовых и один кормовой 533-мм торпедные аппараты с запасом 11 торпед, вместо которых могли приниматься 22–33 мины (в зависимости от их типов, выставлялись они через трубы торпедных аппаратов). На верхней палубе, перед ограждением рубки, стояло 88-мм неуниверсальное орудие, а на рубке располагался 20-мм зенитный автомат.

Два дизеля фирмы МАН мощностью около 3000 л.с. позволяли подводной лодке развивать надводную скорость до 16 узлов; дальность плавания экономичным ходом (10 узлов) составляла более 6000 миль. Для движения под водой использовались два электродвигателя мощностью по 370 л.с., питаемых аккумуляторными батареями. Их емкости хватало на 120 миль при скорости хода 2 узла; максимальным ходом в 8 узлов лодка могла идти под водой в течение часа. Поэтому U-30, как и все субмарины того времени, не являлась подводным кораблем в полном смысле этого слова: скорее это было «ныряющее» судно.

Стальной прочный корпус позволял лодке погружаться на глубину до 100 м. Срочное погружение выполнялось за 30 секунд. Лодка отличалась надежностью бортовых систем и механизмов, хорошей маневренностью и управляемостью. Вот только длительное пребывание в «стальной трубе», как называли свою субмарину подводники, не доставляло большого удовольствия.

Внутреннее пространство прочного корпуса, разделенное переборками на шесть отсеков, конструкторы подлодок VII серии плотно напичкали вооружением и боеприпасами, системами, механизмами, аппаратурой; даже для работы людей почти не оставалось места, а о том, чтобы стопроцентно отдохнуть, и думать было нечего — одной койкой пользовались обычно два человека. Теснота, и без того страшная, становилась просто невыносимой, когда в лодку перед походом загружали продовольствие и различное имущество. Экипаж же состоял из 4 офицеров и 40–56 унтер-офицеров и матросов.

Безопасность плавания и безопасность всякой подводной лодки зависит от того, насколько весь ее экипаж, каждый подводник знает вверенную ему материальную часть, может быстро и точно выполнить команду, так как нерадивость, недисциплинированность одного способны погубить всех. Команда на U-30 была отменно вышколена.

На лодке «царь и бог» — командир. Фриц-Юлиус Лемп с 18 лет служил на флоте и, несмотря на свои 26 лет, уже год командовал субмариной. Командование ценило его как знающего моряка, хладнокровного и решительного офицера. Моряки уважали обер-лейтенанта и доверяли ему. Хотя на лодке сохранялась строжайшая дисциплина, Лемп умел по-человечески относиться к подчиненным, имел он и чувство юмора — со «стариной Лемпом можно было и посмеяться».

Впрочем, 3 сентября 1939 года стало совсем не до шуток — U-30 находилась на морских путях и каждую минуту могли появиться корабли противника и тогда…

Еще перед выходом в поход все командиры германских подлодок получили приказ действовать в рамках международной конвенции, регулирующей ведение военных действий на море. И если с боевыми кораблями, военными транспортами, торговыми судами, следующими в охранении боевых кораблей, командиры субмарин должны были поступать в соответствии со сложившейся обстановкой, то в отношении торговых судов — согласно так называемому «призовому праву». Это означало, что подводная лодка должна действовать фактически как надводный корабль. Требовалось остановить торговое судно независимо от его национальной принадлежности, обыскать. Если это судно противника или нейтральное, но перевозящее военный груз, предназначенный для противника, — обеспечить безопасность команды (дождаться, пока она пересядет в спасательные шлюпки, если близко находится берег; переберется на нейтральное или иное судно и т. д.) и лишь после этого топить. Разрешалось атаковать торговое судно, явно участвующее в военных действиях или оказывающее сопротивление досмотру.

Около 14 часов первого дня войны радист U-30 Георг Хегель принял радиограмму командующего подводным флотом Кригсмарине Карла Дёница с напоминанием об этих ограничениях и передал ее обер-лейтенанту Лемпу. А примерно в 16 часов 30 минут 4 сентября 1939 вахтенные доложили командиру U-30, что на горизонте обнаружен дым. Судя по курсу, судно двигалось от Британских островов.

Лемп начал преследование. Вскоре в оптику можно было разглядеть большой пароход. Хегель вспоминал: «Пока командир не принял окончательного решения, мы держались на расстоянии, но так, чтобы неопознанное судно постоянно виднелось на горизонте. Он ждал наступления темноты, после чего мы подошли ближе».