Читаем В приюте без уюта (СИ) онлайн бесплатно

Действующие лица

Пичугин Сергей Иванович - 50 лет, разорившийся помещик; худой мужчина среднего роста.

Серова Ольга Павловна - 45 лет, графиня, вдова; интересная женщина довольно пышного сложения.

Серова Анна Алексеевна - 18 лет, графиня, дочь Анны Павловны; красивая изящная девушка со светлыми волосами.

Федякин Карп Львович - 47 лет, князь; полный жизнерадостный мужчина.

Эберлинг Андрей Генрихович - 21 год, князь, племянник Федякина, нервный молодой человек непримечательной наружности.

Агафья - 40 лет, прислуга в приюте, коренастая невысокая женщина.

Участковый пристав Перевалов.

Городовой.

Место действия

Столовая дворянского приюта в губернском городе. Довольно просторное помещение. У стены направо от двери - десяток мягких стульев. На стене портреты попечителей приюта: великого князя Александра Михайловича (в военной форме) и помещика Евграфа Маркеловича Сухова - видного мужчины средних лет, с аккуратной бородкой-эспаньолкой. Между портретами - часы-ходики с боем.

В полутора метрах от стены стол со стульями на восемь человек - по три с каждой стороны и по одному с торцов. На столе солонки, перечницы, ложки, вилки, ножи и ваза с красными гладиолусами.

Картина 1

(Часы бьют пять раз. В столовую входит Ольга Павловна, с недоумением смотрит на стол, потом на часы.)

Ольга Павловна (вполголоса). Странно... Надо непременно сказать Агаше, чтобы маятник с гирьками от песка протерла. Тряпку и салфетку Сергею Иванычу с утра подавала, а про ходики и не вспомнила...

Анна (входя в дверь). Маменька, вы опять сама с собой разговариваете?

Ольга Павловна. Анечка, что происходит? Агаши нет, стол не накрыт.

Анна (неуверенно). Недавно, кажется, кричали где-то в доме. Проснулась из-за этого. Но до сих пор не поняла, во сне тот крик слышала или наяву.

Ольга Павловна. А я после дневной прогулки спала как убитая - давно так не получалось. Бог даст, за лето Евграф Маркелович все-таки отремонтирует второй и третий этажи. Переселимся повыше - от уличного шума чуть подальше...

Анна (зевая). На вас, маменька, не угодишь. Недавно вы говорили, что привыкли, без него уже заснуть днем не можете.

Ольга Павловна. Да, сегодня так и было. Минут десять только как проснулась. Зато ночью глаз не могла сомкнуть - мысли одолевали...

Анна. Ах, маменька, полно уже об этом! Не надейтесь - не вспомнит вас его императорское высочество. Тем более сегодня великий князь уже вряд ли приедет. И слава богу!

Ольга Павловна. Почему, Анечка?

Анна. Боюсь, Сергей Иванович встречу испортит. С него станется - начнет одолевать великого князя своими прожектами по японскому вопросу и корейским концессиям. Ведь великий князь морской офицер. А завтра, сказывали, Сергей Иванович уедет с утра на медицинское обследование в Москву. Дай бог, чтобы без него великий князь нас посетить соизволил. (принюхивается) Маменька, вам не кажется, что слегка дымом пахнет?

Федякин (входя в дверь; громко и бодро). Нет, не кажется! Милые дамы, похоже, вы все проспали. Графиня (целует руку Ольге Павловне), дневная прогулка пошла вам на пользу - вы теперь очаровательны как никогда! Голубушка (целует руку Анне), вот что значит молодость! Ваш крепкий сон мог бы иметь весьма плачевные последствия...

(Дамы усаживаются на стулья у стены, Ольга Павловна указывает на стул Федякину, и тот тоже садится.)

Ольга Павловна (нетерпеливо). Князь, вы говорите загадками! Что случилось?

Федякин. Пожар, милостивая государыня!

Пичугин (входя в дверь). Кто здесь сказал "пожар"? Карп Львович, вечно вы делаете из мухи слона. (с горечью) Подлинный пожар, когда в ночи полыхает имение - пламя до небес, и вы не в состоянии ничего поделать. Не приведи господь кому-нибудь из вас лицезреть такую картину! А у нас здесь жалкий огонек в кладовой.

Федякин. Возражаю, Сергей Иванович! Сей "жалкий огонек" запросто мог перекинуться на весь дом. Милые дамы, вы должны благодарить Сергея Ивановича - он наш спаситель. Первым прибежал на запах дыма и поднял тревогу. Как назло, Антипка выехал, Агашка непонятно куда делась... Тушить изволили втроем - Сергей Иванович, Евграф Маркелович и ваш покорный слуга. Дворяне a la пожарные. Дожили-с...

Пичугин (недовольно). Вы, Карп Львович, только место занимали и под ногами путались. В кладовой электричества нет, темно, а тут еще вы...

Федякин. Но не мог же я оставаться в стороне!

Ольга Павловна. Господи, страсти-то какие! Но теперь-то, слава богу, все в порядке?

Федякин. Не вполне-с... Портреты государя и великого князя Александра Михайловича, что на рукоятках, подверглись, так сказать, разрушительному действию пламени. Встречать нашего почетного попечителя с такими невозможно-с...

Анна. Господа, неужели его императорское высочество будет в обиде из-за портретов? Тем более, кажется, где-то в угловой комнате запасные есть.

(В дверь входит Эберлинг и удивленно смотрит на всех.)

Эберлинг. Дамы и господа, а по какому случаю нынче обед отменили? Неужто Агашка думает, что их императорское высочество нас сами угощать будут?

Ольга Павловна. Ах, князь, прислуга и господин попечитель про нас сегодня забыли. И вправду - остается только ждать милости от его императорского высочества. Бог мой, неужели с нашей встречи пролетело уже девять лет?

Анна. Маменька, на месте молодоженов я бы постаралась как можно быстрее забыть то злополучное падение экипажа в канаву...

Ольга Павловна. Анечка, ты меня никогда не слушаешь. Я же рассказывала, как своими глазами видела: великий князь смеялся, выбираясь из канавы. А я помогла великой княгине Ксении Александровне. Это было даже романтично: ночь, люди с факелами вокруг моста... Ксения Александровна даже хотела пригласить меня в Ропшинский дворец...

(В дверь вбегает Агафья, зевая и протирая глаза на ходу.)

Агафья. Ой, батюшки святы! Простите дуру старую, господа хорошие! Проспала все на свете. Не пойму, как сомлела. Чуток потерпите! (убегает).

Пичугин (со вздохом). Ну и денек! В кладовой портреты высочайших особ полыхают, а прислуга дрыхнет без задних ног. Давайте попросим господина Сухова нанять на кухню другую бабу, порасторопнее.

Ольга Павловна. Сергей Иванович, я предпочту немного потерпеть, но не расставаться с Агашей. Она как раз весьма расторопная и смышленая. А сегодня просто какое-то недоразумение.

Эберлинг (возмущенно). Ничего себе недоразумение! Пятеро дворян вынуждены томиться в голодных муках.

Ольга Павловна. Князь, вы же прекрасно знаете: сегодня Евграф Маркелович прочую прислугу распустил, чтобы глаза великому князю никто зря не мозолил. Иначе кто-нибудь Агашу непременно бы разбудил.

(В столовую быстро входит Агафья, ставит на стол блюдо с пирожками и графин с компотом.)

Агафья (поклонившись). Кушайте, господа хорошие, червячка пока заморите. Я обед разогрею и вскорости подам. Простите еще раз великодушно дуру старую!

(Убегает. Господа встают со стульев у стены и рассаживаются за столом: Пичугин и Ольга Павловна с торцов, Анна между Федякиным и Эберлингом. Не спеша едят. Анна, едва откусив, кладет пирожок на стол.)

Эберлинг. Беру свои слова обратно, Ольга Павловна. Агашины пирожки бесподобны! Анна Алексеевна, а вы почему опять не кушаете? Право же, вашему изяществу ничто не угрожает!

Анна (побледнев иборясь с дурнотой). Пустое, Андрей Генрихович. От запаха дыма у меня немного закружилась голова.

Эберлинг. A propos, кажется, все нынешние приготовления бесполезны. Думаю, великий князь к нам сегодня не пожалует. В полдень я стал невольным слушателем телефонного разговора Евграфа Маркеловича с начальником вокзала. Поезд опаздывает на несколько часов... Дамы и господа, что за шум?

(Слышатся приглушенные трели полицейского свистка, выкрики, отдельные слова: "Прочь... на местах... не входить...")

Пичугин. Не забивайте голову пустяками, Андрей Генрихович. (приподнимается за столом, пристально глядя в сторону, противоположную стене) На улице, вроде, спокойно. Какая-нибудь пьяная драка у двора за домом.

Федякин. Точно так-с. Быдло и хамы-с. A propos, я бы сейчас тоже водочки восприял рюмашку-другую. Но пока придется потерпеть.

Пичугин (насмешливо). Вы бы так, Карп Львович, со своими финансовыми прожектами терпели - не доживали бы век в приюте.

Федякин (с раздражением). Уж чья бы корова мычала, Сергей Иванович! Сами-то в бывшем своем доме из милости жить изволите. И тот господин Сухов после вашего хозяйничания до сих пор не отремонтировал до конца. Два верхних этажа в аварийном состоянии, нам на первом приходится ютиться. А я несчастной сестре, царствие ей небесное, чем мог помогал! Не моя вина, что муж ей непутевый достался! Извини, Андре, что я так о покойном...

Пичугин. Я сдавал сей дом, а не жил тут! Управляющий шельма оказался!

Ольга Павловна. Полно, полно, господа! Еще не выпили, а уже ссоритесь. Каждый из нас попал в беду - стоит ли бередить теперь раны? Ей-богу, сколько уже можно про долги, заложенное сгоревшее имение и разные авантюры? Завели бы лучше снова скучный разговор о корейских лесных концессиях. Ужасно, если из-за них вдруг начнется война с Японией...

(Агафья вкатывает в столовую столик на колесах. Расставляет тарелки с супом и закусками, графины со спиртным. Наливает дамам наливку, мужчинам водку.)

Федякин (поднимая стопку). Ну-с, приятного всем аппетита!

(Все чокаются, выпивают. Анна лишь притрагивается губами к бокалу. Агафья наливает еще и уходит. Все сосредоточенно едят первое.)

Пичугин (поднимая стопку). Как говорится, между первой и второй перерывчик небольшой. Ваше здоровье!

(Все выпивают, кроме Анны.)

Эберлинг. Сей суп решительно бесподобен! Нет, пусть Агашка служит здесь вплоть ad finem saeculorum!

Пичугин. До скончания веков, значит, князь? Мы-то с вашим дядюшкой уже пожили на белом свете, а вы человек молодой. И не совестно так на попечительских харчах всю жизнь?

Эберлинг (шутливо). После таких ваших слов готов поставить ее на кон! Но вы же не пойдете к барьеру, Сергей Иванович?

Пичугин. Из-за такого пустяка - нет. Собственно, о чем я? Яблочко от яблоньки... Заработай вы вдруг деньги - тоже спустите на бегах и в картишки.

Эберлинг (раздраженно). Сергей Иванович, вы переходите дозволенные границы!

Анна. Сергей Иванович, полагаю, вам следует принести извинения князю.

Пичугин (нежно глядя на Анну). Разумеется, графиня. Не пойму, что за приступ желчи у меня нынче. (Эберлингу) Примите мои извинения, Андре.

Занавес.

Картина 2

Занавес поднимается.

(Господа продолжают обедать. В коридоре становятся слышны шаги - все громче. В столовую входит участковый пристав в темно-зеленой форме. За ним нетвердой походкой ступает городовой. При виде портрета великого князя городовой останавливается и отдает честь. При этом слегка покачивается.)

Пристав. Извините за внезапное вторжение, дамы и господа. Обстоятельства таковы, что я вынужден сие сделать до прибытия господ из сыскной полиции. Моя фамилия Перевалов. Я участковый пристав.

Ольга Павловна. Господи, что еще стряслось?

Пристав. Большое несчастье, милостивая государыня. Евграф Маркелович Сухов несколько минут назад обнаружен мертвым.

(Все дружно вскакивают с мест. Слышатся восклицания: "Как?", "Не может быть!" Начинают креститься. В столовую вбегает Агафья.)

Агафья (приставу). Правду, что ли, Антипка брякнул? Или напутал чего спьяну?

Пристав. Да, господин Сухов мертв.

Агафья. О, господи! (крестится и плачет)

Пичугин. Но как такое могло случиться? Примерно час назад мы вместе с Евграфом Маркеловичем тушили маленький пожар в кладовой. Господин попечитель был абсолютно здоров!

Пристав. Он и умер здоровым. Просто имел несчастье весьма некстати выглянуть во двор из угловой комнатки - это которая у вас после кухни и лестницы. Зачем-то высунулся в окно, а сверху именно в этот момент кирпич - аккурат по затылку. Вроде как от карниза у крыши отвалился - раствор там, похоже, раскрошился. Дохтура еще не было, но, думаю, с полчаса или чуть больше назад сие приключилось. Тело совсем теплое...