Читаем Шарик Даша онлайн бесплатно

Зима выдалась суетливой. Первыми начали носиться по дому родители. Они наперебой кому-то звонили, целыми днями бродили по комнатам и прикладывали рулетку то к шкафу, то к дивану, то к стенам. Что-то рисовали в папином голубом блокноте, но почему-то настрого запрещали второкласснице Даше в него заглядывать.

«Это книжка для секретов», – сообразила Даша. – «Там точно должно быть написано про новогодние подарки!»

Но, когда ей всё-таки удалось заглянуть в блокнот, в нём оказались только длинные цифры и папины каракули. Ничего не разберёшь.

– Даже не прикасайся к нему! – ахнула тогда мама.

И зачем он Даше, раз внутри нет ничего интересного или секретного? Вот странные.

В декабре начали носиться все: и родители, и бабушка с дедушкой, и Даша. Иногда ещё приезжал дядя Олег и тоже начинал бегать по квартире с какими-то коробками. Дело было в том, что приближался переезд. А сразу за переездом – Новый год. Наверное, от этого родители суетились ещё больше.

– Я не хочу встречать праздник на чемоданах в коридоре! – иногда начинала причитать мама.

– И что я могу сделать? – отвечал ей папа. – Я же говорил, надо праздник встретить на старой квартире, а потом уже переезжать. Сейчас даже грузчики уже толком не работают!

– Да кто же на старой квартире Новый год встречает? Если жить собираешься в новой, то и отмечать давай в новой!

Папа обычно ещё что-то бурчал в ответ, а потом звонил дяде Олегу, и снова начиналась беготня. Даше тоже приходилось несладко. А ведь сначала она было решила, что переезд – это весело.

– Иди в свою комнату. Сейчас грузчики приедут, зашибут ещё.

– Даш, посиди пока на кухне.

– Не доставай игрушки, их уже упаковали.

– Не путайся под ногами.

И так каждый день, целую зиму. В декабре даже уроки приходилось делать за обеденным столом. Мебель-то всю уже увезли, а учебники почему-то упаковывать не стали! И почему на время переезда нельзя взять какую-нибудь справку, чтобы не делать домашнее задание? Как на физкультуру – принес бумажку, и гуляй!

Потом, наконец, начались каникулы, но веселее от этого не стало. Родители, дядя Олег и даже дедушка целыми днями где-то пропадали – готовились. А Даша, оставшись с бабушкой Алёной, слонялась по пустым комнатам, потихоньку отковыривала краешки старых обоев и пела. Ведь в квартире появилось эхо, будто в театре. Зато пропали и книжки с игрушками, и телевизор. Всё увезли, остались только Даша, бабушка да эхо.

Через несколько дней приехала мама.

– Одевайтесь, – сказала она с порога. Даже ботинки не сняла.

– Всё успели разобрать? – спросила бабушка, натягивая шубу. Шуба эта Даше очень нравилась, она была какая-то кудрявая и зеленоватая. Правда, пахла, как ковёр, когда уткнешься в него носом.

– Только мебель расставили, – сказала мама. – А ведь завтра уже Новый год! Надо хотя бы посуду распаковать, одежду…

– И ёлку! – добавила Даша.

– Конечно, и ёлку, – мама погасила свет.

Другой конец города, куда они приехали, Даше очень даже понравился. Было уже темно, валил снег, но всё вокруг так сияло фонариками и гирляндами, что уходить с улицы совсем не хотелось.

– Пойдём-пойдём, – уговаривала Дашу бабушка. – Завтра погуляем, а сегодня надо ещё ёлочку нарядить!

– Успеем! – захныкала было Даша, но тут же вспомнила, какая у них была чудесная ёлка. Обычно она пряталась в коробке на балконе и казалась настоящей малюткой – не выше Даши. Но, когда папа собирал её и расправлял пушистые мягкие веточки с шишками, она становилась просто огромной, почти до потолка. И совсем-совсем настоящей. А игрушки для неё были – просто загляденье! Золотые и серебряные шарики, резные деревянные фигурки, куколки, снеговики, санки и олени, ангелы, колокольчики и банты, блестящие снежинки и даже пара волшебных носочков. Их, разумеется, никогда не носили, а только вешали на нижние ветки. Иногда внутри можно было найти парочку конфет или пряник.

Правда, сразу заняться ёлкой Даше всё-таки не разрешили. Она и не настаивала, ведь в квартире их встретил такой дивный тёплый запах, что у всех тут же заурчали животы.

– А мы, пока вас ждали, решили пиццу заказать! – крикнул папа из кухни. – Пока кастрюли найдём, пока приготовим, так все с голоду и помрём!

– Вот, лучше бы как раз кастрюли поискали, – проворчала мама, но всё-таки с аппетитом потянула носом. – Одно баловство с вами.

Чтобы уместиться за большим овальным столом на новой кухне, пришлось для начала раздвинуть к стенам горы коробок. Ими было просто завалено всё вокруг, и комнаты напоминали какую-то огромную игровую площадку. Единственным, что папа с дедом успели найти и поставить на место, оказался телевизор.

– Такой район хороший! – наконец перестала сердиться мама после чашечки кофе. – И бабушка с дедушкой теперь недалеко от нас будут, и школа тут вон какая. Не школа, целая гимназия!

Казалось, вечер удался. Настроение у всей семьи было приподнятое – даже дед иногда посмеивался над папиными шутками. А может быть, он просто так кашлял. Когда Даша расправилась со своими кусочками пиццы – и с грибным, и с сырным, и с колбасным – за столом стало скучновато. Она потихоньку выскользнула в коридор и отправилась искать коробку с ёлкой. Через полчаса она вернулась на кухню и пропищала сквозь слёзы:

– Ма… Пап… А ёлки-то… Нету нигде!

– Да ты что, не плачь! Просто не нашла ты её, не расстраивайся! – тут же заголосили бабушка с дедом. Мамины брови поползли вверх, а рука с недоеденным кусочком пиццы – вниз, к тарелке. Она взглянула на папу.

– Ты же ёлку забрал? – спросила она.

– Погоди, почему это я? Вместе же вещи собирали. А носили грузчики, – запротестовал папа и вдруг задумался. – Хотя знаешь… Не помню, чтобы она попадалась мне на глаза.

– Ну, здравствуйте! – выскочила из-за стола мама. – Высокая зелёная коробка! Ёлочки ещё нарисованы на ней!

– Я знаю, как она выглядит, спасибо! – вскочил вслед за ней папа, и оба они кинулись в коридор. Искать ёлку.

Искали так долго, что уже и Даша успела успокоиться.

– Ну ничего, – приговаривала бабушка. – Даже если потерялась ёлочка, ничего. Можно новую купить. Ещё лучше будет, чем старая.

– Ёлку купить можно, – согласился папа, вернувшись на кухню. – Только завтра. А заодно и все игрушки.

– Что, и игрушек нет? – простонала Даша.

– Нет, – папа покачал головой. – Волшебство какое-то… Какое-то неправильное. Ну как же это, прямо перед Новым годом потерять и ёлку, и игрушки?

– Так ведь завтра утром, значит, подарков не будет! – снова заревела Даша. – Куда же их Дед Мороз положит, раз ёлки нет?

– Так может быть, сейчас купить? – настаивала бабушка.

– Бог с вами, Алёна Дмитриевна, где? В одиннадцать вечера?

– В круглосуточном магазине.

– Это где же я вам возьму такой круглосуточный? Нет уж, – отмахнулся папа. – Завтра днём съездим и купим. А подарки, – голос его стал строгим, – подарки, значит, позже будут. Всё. Теперь быстро мыться и спать! Полотенца мама уже нашла.

В ночь перед Новым годом Даша всегда засыпала плохо. Но обычно не спалось ей от радостного предвкушения. Ещё чуть-чуть, и под нарядной ёлочкой она увидит пёстрые коробки и свёртки с подарками. Будут блестеть ленты, шуршать цветастая бумага – красота! Но в этот раз утром не наступит никакого праздника. От этой мысли у Даши снова и снова наворачивались слёзы. Нос тут же переставал дышать и принимался противно булькать, от чего становилось ещё обиднее. Бабушка с дедом давно ушли домой, а Даша ещё долго вслушивалась в тихие голоса родителей. Наверное, они тоже так расстроились, что не могли уснуть. Потом Даше показалось, что в дверь постучали. Кажется, кто-то пришёл.

«Если это Дед Мороз», – подумала Даша, – «он увидит, что ёлки нет, и не станет оставлять подарки».

Даша проснулась в темноте и не сразу поняла, где это она. Когда под рукой не нашлось выключателя от ночника, жёлтого щекастого месяца, она вспомнила и о переезде, и о коробках, и о потерянной ёлке. Даша снова всхлипнула, забулькала носом и встала. Раз проснулась, надо хотя бы высморкаться и попить.

Даша прошлёпала босыми ногами к двери, выскользнула из детской и оказалась в комнате родителей. В темноте она различала очертания пухлого дивана, всё тех же надоедливых коробок, папиных огромных тапок на полу и чего-то ещё. Это что-то напоминало то ли лохматый ёршик, то ли… Ёлку!

Даша едва не взвизгнула от удивления. Она подбежала ближе через лабиринт коробок, нахмурилась и чуть отодвинула на окне тяжёлую занавеску. Свет уличного фонаря пробрался в комнату. И что же это такое? Нет, странный ёршик на самом деле оказался ёлкой. Да вот только совсем не той! Старая была другой – разлапистой, мягкой на ощупь, высокой-превысокой и самой красивой. А вот новая была какой-то неказистой. Даже уродливой! Во-первых, вместо того, чтобы стоять на полу, как полагается нормальной ёлочке, эта для чего-то забралась на небольшой столик. Росла она не из подставки, а из странного белого сугроба, вовсе не похожего на снег. На ощупь сугроб был волосатым и пах почему-то школьным медпунктом. «Да это же вата, фу-у-у!» – догадалась Даша и поморщилась. Даже взобравшись на стол, ёлка казалась совсем маленькой. И ненастоящей! Какая-то голубоватая, твёрдая и колюче-пластмассовая. Вся замотана блестящим, но спутанным дождиком. Никогда-никогда они с родителями не вешали на свою ёлку дождик! Но самым странным оказались игрушки. Ни одного тебе бантика, ни одного колокольчика или ангела! Шарики, и те стеклянные, кривые какие-то. Тронь – и разобьются! Даже гирлянды стеклянные, будто длинные бусы. Но все равно некрасивые – потертые, битые, бусинок то тут, то там не хватает. Про остальные игрушки вообще говорить нечего! Ракеты, звери непонятные, кукуруза, даже баклажан! Ну кто станет украшать ёлку баклажаном?

Папа на диване заворчал что-то во сне, и Даша отскочила от занавески. Она была готова снова расплакаться. И что же это такое? Откуда взялось здесь это страшилище? Разве станет Дед Мороз под такую ёлку подарки класть? А как с такой сфотографируешься? Лучше бы вообще без ёлки, чем с такой!

Даша рассматривала куцые ветки, и тут её сердитый взгляд остановился на одной из игрушек. Это был ни то клоун, ни то циркач в широких штанах и с дудочкой в руках. Красный колпак на его голове был отколот. И вместо того, чтобы висеть на петельке, он сидел прямо на ветке, уцепившись за неё прищепкой. Его чёрные капельки-глазки смотрели прямо на Дашу. Та рассердилась ещё пуще и притопнула ногой. Только тихо, чтобы никого не разбудить.

– Ах вы! – прошептала она и ткнула в клоуна пальчиком. – Что вы делаете у меня дома? Папа завтра купил бы новую красивую ёлку и новые красивые игрушки. А теперь не купит! И что, весь Новый год на вас смотреть? Да вы же все старые, битые. На себя гляньте, кому вы такие понравиться можете?

Только Даша перестала шептать, как с комнатой что-то произошло. Диван, стол, ёлка, коробки – всё закрутилось перед глазами, поплыло, полетело, словно Даша превратилась в маленький смерч. Перед её глазами стало черным-черно, пусто и очень страшно.

– Стойте, стойте, что происходит?! – крикнула она, и тут вихрь прекратился.

Мир перестал вращаться, остановился. Но остался таким тёмным, что ничего не разглядишь.

– Где я? – прошептала Даша и забулькала носом. – Мама?.. Папа?!

– Да тише, чего бушуешь? – раздался тонкий голос у нее под боком.

– Я двинуться не могу! – захныкала Даша. – И ты вообще кто?

Голос тихонько засмеялся, зазвенел:

– И зачем тебе двигаться, ты же шарик! Лежи спокойно, поблёскивай. Тогда нас обязательно купят.

– Я не шарик, я девочка! – возмутилась Даша.

– Девочка, ха-ха, – снова засмеялся голос. – Ничего себе придумала!

Вдруг стало светло, и над Дашей склонились два лица. Дяденька в смешной шапке и девушка, замотанная в шаль. Кажется, Даша их уже где-то видела.

– Какие же они красивые! – ахнула девушка.

– Да уж, – протянул дяденька.

– Может… возьмем их?

– Хм-м, может. Женщина! А по чём игрушки ёлочные?

– Девяносто копеек, – услышала Даша ещё один голос. Это, должно быть, была продавщица.

– Ну, скажете! – дяденька махнул рукой. – За такие деньги можно целый набор для ёлки-малютки взять! Игрушек тридцать разом. И причём новый!

– Товарищ, – возмутилась продавщица. – Так это же большие игрушки. Чего же вы сравниваете. И пусть, что не новые. Зато целые все, даже коробка не мятая. Берите, не пожалеете.

– Митенька, давай возьмем? – зашептала девушка в шали. – Ну нам одной этой коробочки на всю ёлку хватит.

– Ну куда там, хватит, – нахмурился дяденька. – Это надо ещё… Дождика. Или бус каких.

– Так вот, товарищ, взгляните, – оживилась продавщица. – Тут и дождик у нас есть. Новый, не открывали ещё. Пятнадцать копеек. А вот, поглядите, бусы из стекляруса. Тут потёртые немного, так что двадцать копеек будут.

– Митенька, смотри, как хорошо! – взмолилась девушка. – Один разок в жизни купим украшения, а потом каждый год любоваться ими будем. А Алёнка как обрадуется!

– Вот, верно ваша жена говорит, товарищ, – поддакнула продавщица. – Всё вместе за рубль двадцать вам отдам. Внуки ваши ещё эти игрушки увидят.

– Как же, стекло столько не проживет, – пробурчал дяденька, но всё-таки улыбнулся.

– А вы аккуратненько, товарищ, аккуратненько! Ваткой дно простелите.

– Простелем, простелем обязательно, – засмеялась девушка и закрыла коробку, в которой лежала Даша, большой картонной крышкой.

Снова стало темно. Снаружи слышались голоса, шум улицы и музыка. Потом их подхватили и куда-то понесли – Даша чувствовала, как она тихонько катается по картонному дну. Иногда она сталкивалась с кем-то бочком, и тогда раздавался тихий «дзинь»! Неужели она и вправду превратилась в шарик? Куда же её несут? Кто эти люди? И как может целая коробка игрушек стоить девяносто копеек? Даша была уже довольно взрослой, разбиралась в деньгах и понимала, что на девяносто копеек даже леденец в школьной столовой не купишь. А тут – столько украшений! Что за ерунда!

Сколько Даша пробыла в темноте, она не помнила. Поначалу было очень неуютно, тряско и хотелось домой. Потом коробку положили, Даша перестала кататься с боку на бок и услышала новые тоненькие голоса – соседей-игрушек. Вскоре она с ними всеми познакомилась. Здесь были ещё два шарика, космонавт, помидор, лимон, звезда, мишка, огурец, ракушка, баклажан, Дед Мороз, кукуруза, клоун, сосулька, шишка и ракета. Вместе стало намного веселее. Даша чуть позвякивала от любопытства – ей уже хотелось, чтобы их поскорее достали и дали осмотреться кругом. Хоть одним глазком взглянуть бы на ёлку! Забавно, пусть они и лежали в темноте, настроение уже становилось волшебным и праздничным. Может быть, у новогодних украшений всегда такое настроение?

Наконец, коробку открыли, и снова стало светло. Над ними склонилась раскрасневшаяся с мороза девушка. Шаль, которую та носила на улице вместо платка, теперь лежала у неё на плечах.