Читаем Остров затерянных онлайн бесплатно

Читателю любого возраста известно имя американского писателя XIX века Джеймса Фенимора Купера, автора романов о лесном охотнике и зверолове Натти Бампо, Зверобое, Следопыте, Соколином Глазе, Длинном Карабине и Кожаном Чулке. Но мало кто знает, что в штате Нью-Йорк, в городе Куперстаун, расположившемся на берегу неоднократно описываемого Купером озера Отсего, до сих пор живут его потомки. Автор настоящей книги — правнук Джеймса Фенимора и продолжатель литературной семейной традиции (умер 18 января 1970 года). Его перу принадлежат книги для детей, пользующиеся успехом у юного американского читателя. Купер был большим любителем советских детских книг. На полках его библиотеки немало советских изданий русских детских сказок. Пол Фенимор знал русский язык, увлекался произведениями А. С. Пушкина и Л. Н. Толстого.

В семействе Куперов свято чтят память о знаменитом романисте. Достаточно сказать, что у Куперов принято давать прямым потомкам писателя его второе родовое имя. Пол Фенимор является создателем мемориального музея, где собрано все значительное о Куперах. В Куперстауне находится могила Последнего из Могикан, бережно охраняется на озере скала «Проспект Рок», неоднократно упоминавшаяся в рассказах Джеймса Купера.

Предлагаемая читателю книга, изданная в Нью-Йорке в 1961 году, обращена к взрослому читателю. В ней рассказывается об овеянных романтикой полярных путешествиях XVI–XIX веков вдоль северных берегов Америки с целью отыскания Северо-Западного прохода — морского пути из Атлантического океана в Тихий, о героических подвигах отважных землепроходцев. И это не может не вызвать живой отклик у советских читателей, в особенности у молодежи, которой свойственно мечтать о подвигах и больших делах. Вместе с тем в своем труде П. Ф. Купер не прибегает к воображению, не живописует. Это по существу вольный пересказ, основанный на солидной документальной базе многочисленных исторических событий, связанных с многовековыми поисками морского пути из одного океана в другой, с географическими открытиями на Канадском Севере. И все же, несмотря на хроникальный характер изложения, книга читается с большим интересом, благодаря прежде всего самому материалу.

В центре изложения находятся три полярные экспедиции Джона Франклина, совершенные знаменитым английским моряком в Арктику в 1819–1822, 1825–1826 и 1845–1847 годах. Последняя экспедиция из-за плохой организации стала для него и его спутников роковой: все 138 моряков и два судна — «Эребус» и «Террор» бесследно исчезли. Десятки кораблей и сотни людей были направлены Английским адмиралтейством и частными лицами на поиски Джона Франклина, но, результаты оказались незначительными. Были найдены лишь некоторые вещи, могилы погибших моряков, записки, вложенные в гурии по пути следования на юг от покинутых в дрейфующих льдах кораблей. Эти находки помогли приподнять завесу над тайной исчезновения экспедиции Франклина, но не раскрыли ее до конца. Зато сами по себе поисковые экспедиции принесли много новых сведений о Канадском Севере. Были открыты десятки ранее неизвестных островов и проливов, выяснены условия плавания парусных судов, обследованы никем не посещенные участки побережья. В целом новый штурм Арктики, начавшийся с поисков экспедиции, завершился выдающейся победой — географическим открытием Северо-Западного прохода, по которому пытался пройти Франклин. Все это позволило в ближайшие после гибели экспедиции десятилетия осуществить первое плавание из Атлантического океана в Тихий вдоль северного побережья Американского континента. Такое плавание в две навигации выполнил известный путешественник Руал Амундсен в 1905–1906 годах на судне «Йоа».

Загадка гибели экспедиции Франклина не перестает волновать людей и по сей день. Свидетельством этого является поисковая операция 1967 года, организованная канадскими вооруженными силами. Кроме испытания новых вертолетов и высадки десанта, предполагалось продолжить поиски документов, вещей и могилы Франклина, по преданию захороненного в забетонированной нише в скале на одном из островов. Но и на этот раз ничего важного обнаружено не было, хотя с вертолетов и с помощью водолазов удалось обследовать значительный район[1].

Видимо, интерес, все еще проявляемый к трагедии франклиновских кораблей и их экипажей, стал одной из побудительных причин написания настоящей книги.

Кажется необычным сюжетное построение книги: это рассказ об острове Короля Вильгельма — одном из островов Канадского архипелага, на котором свыше ста двадцати лет назад разыгрались заключительные эпизоды истории отыскания Северо-Западного прохода в период господства парусного флота. Сам по себе остров не занимает важного географического положения в архипелаге. Скорее наоборот; он ничем не отличается от десятков других и его не всегда легко найти на современной карте. Но по воле автора к острову, его населению, к, событиям происходившим на острове обращено главное внимание.

Автор начинает с рассказа об острове, о его легендарном населении — великанах-танритах, вытесненных эскимосами, и заканчивает краткими сведениями о современной жизни населения острова. А в центре находится повествование о том, как пришли на остров белые люди (это были участники фраклиновской экспедиции), и о том, как их потом искали. Поэтому книга и названа «Остров затерянных».

В связи с тем что автор неоднократно возвращается к характеристике жителей острова Короля Вильгельма, хотелось бы сказать несколько слов о его отношении к ним и вообще к народам Канадского Севера — об отношении белого человека к людям, находящимся на более низкой ступени социального и культурного развития. Правда, сам автор не осуждает эскимосов, но много раз цитирует дневники и высказывания участников экспедиций XIX века — американцев и англичан. Речь идет прежде всего о возлагаемой участниками спасательных экспедиций ответственности на эскимосов за гибель моряков с «Эребуса» и «Террора», точнее за гибель их передового отряда. Сначала эскимосы согласились выручить моряков продовольствием и действительно безвозмездно предоставили им часть своего запаса тюленьего мяса, а затем неожиданно покинули их. В предположении о причинах гибели франклиновской экспедиции, мне кажется, не все верно. Ведь эскимосов, которые поначалу приветливо встретили моряков, было несравненно меньше. Четыре эскимосских семьи вряд ли могли прокормить в течение нескольких недель, а может быть и месяцев, сорок изголодавшихся мужчин. К тому же сами моряки, свидетельствует автор, по крайней мере их парламентеры, довольно бесцеремонно обошлись с эскимосами. Они не удовлетворились тем, что им дали, а стали без разрешения обыскивать эскимосов и возбудили их подозрение. Поэтому, снабдив голодных людей всем, чем могли, утром следующего дня эскимосы покинули передовой отряд. Можно ли осуждать их за это? Виноваты в том, что не был достигнут желательный контакт, сами моряки.

Характеристика и других поступков населения острова Короля Вильгельма — присвоение вещей, оставшихся на брошенных кораблях, — также вызывает недоумение. Эскимосы брали из трюмов и кают приглянувшиеся им предметы. Часть их была взята с судов, затонувших после гибели всей экспедиции. Ведь фактически никому не принадлежащие вещи утонули бы вместе с кораблями. Кстати, все взятое с судов было сохранено и возвращено поисковым партиям, благодаря чему и стали известны многие подробности о последних днях франклиновской экспедиции.

Изложенные выше замечания автору нельзя понимать как упрек в великобелом отношении к малым народам Арктики. Этого в книге нет. Пол Фенимор Купер внимателен и справедлив к эскимосам, отмечает их заслуги и жизненный опыт. Приведенные примеры свидетельствуют лишь об авторской непоследовательности в суждениях о населении острова Короля Вильгельма.

В заключение хотелось бы пожелать книге Пола Фенимора Купера, теперь уже в СССР, доброго пути. Она вполне заслуживает этого, ибо пробуждает в читателе благородные чувства, зовет смелых и отважных на подвиги во имя достижения возвышенных целей.

Для эскимосов он навсегда останется Кикерктаком, то есть просто островом. Позднее белые пришельцы назовут его сначала Землей Короля Вильгельма, а потом — островом Короля Вильгельма. История этого острова, подобно сказке, начинается в те далекие-далекие времена, — когда ледниковый период подходил к концу. Необозримые пространства американского Севера превратились в безжизненную плоскую пустыню, тщательно выутюженную отступавшим ледником. Льды ушли, оставив сотни сверкающих озер, и огромный залив — память о том времени, когда океан ворвался на сушу. Новые могучие реки проложили себе дорогу сквозь тундру к Полярному морю, которое в те времена простиралось гораздо дальше на юг.

Освободившись от ледяного панциря, земля начала подниматься, отвоевывая у воды по шесть футов в столетие. Процесс шел медленно. Постепенно обнажались тысячи миль суши. На севере вдоль побережья возникло бесчисленное множество островов Арктического архипелага.

Среди островов был и Кикерктак. Он, как Афродита, поднялся из волн морских, но подъем этот длился тысячелетия. На острове и поныне встречаются следы моря: это и раковины, и побелевшие от времени кости китов, и морские террасы, образованные отступившим океаном.

Долгое время никто не знал о существовании этого острова. Травы и цветы покрыли остров, в прибрежных водах заплескались тюлени, а в реки и ручьи стала заходить рыба… Тысячи птиц поселились на острове. Пришли сюда и звери: олени, медведи, лисицы и лемминги. На остров вернулась жизнь, оттесненная когда-то ледником к югу. Не хватало только человека.

Примерно тысячу лет назад, рассказывает легенда, на остров пришло племя великанов-танритов. Они поселились на южном берегу и у самой воды сложили из камня дома, покрыли их дерном. Танриты нашли оленьи тропы и в определенных местах на пути оленей ставили каменные столбы. Олени, принимая столбы за охотников, пытались обойти их и падали в ямы-ловушки. Танриты знали, в каких местах олени переправлялись через озера и реки, здесь они, вооруженные копьями, настигали их и убивали. На реках и протоках, богатых рыбой, люди строили запруды. Прошло немного времени, и великаны завладели всем островом.

Жили танриты привольно: земля давала оленей, реки — рыбу, а море — морского зверя. Море вокруг острова было много глубже, чем сейчас, и нарвалы и белухи проплывали летом у самых берегов. На них-то и охотились танриты в своих каяках. Охотились они всегда азартно, не прекращая погоню даже ночью. Лишь изнеможение или какая-нибудь случайность могли остановить охотников. Если охота оказывалась удачной, у танритов было вдоволь мяса, ворвани и кости, необходимой для изготовления орудий труда, боевого оружия и утвари. Однако физически сильные великаны были глупы и легкомысленны. Они не умели обрабатывать шкуры и изготовлять непромокаемую обувь. К тому же они были очень нечистоплотны, спали на невыделанных тюленьих шкурах. Под одеждой они прятали мясо, которое съедали после того, как оно протухнет. Одетые в куртки и штаны из медвежьих шкур великаны казались еще больше и страшней. У танритов были весьма своеобразные методы врачевания. Когда у кого-нибудь начинала болеть голова, ему продалбливали отверстие в черепе. Считалось, что кровопускание должно облегчить страдания.

Танриты обладали огромной силой, в одиночку они могли поднять медведя и перекинуть его через плечо или вытащить из воды моржа. В скорости длинноногие танриты не уступали оленю, которого, настигнув, убивали острогой. Часто какой-нибудь разъяренный великан с такой силой бросал гарпун в скалу, что от нее отлетали осколки. Не менее искусно обращались великаны и с копьем — они ставили его тупым концом на ступню, а потом, с силой поддав ногой, посылали его в цель. Еще и сейчас рассказывают, будто один великан из племени танритов, бросив копье таким образом, убил бежавшую по берегу озера эскимосскую собаку.

Никто не знает, сколько лет жили танриты на острове. Известно лишь, что они первые поселились на острове, а эскимосы пришли позднее и отняли его у них. Доверчивые и беспечные танриты разрешили эскимосам поселиться на острове. Сначала все жили мирно, но вскоре начались распри. Эскимосы стали преследовать танритов, как охотник преследует зверя. Они отделяли двух-трех человек от общей группы, выслеживали их, а когда несчастные засыпали, убивали их ударом по голове. Танриты тем не менее пытались сохранить добрые отношения с эскимосами, чтобы остаться на Кикерктаке. Однако эскимосы становились все настойчивее и в конце концов заставили танритов покинуть остров. Некоторые из них бежали на север, другие — на восток. По пути им приходилось переплывать широкие реки и большие озера, и часто, достигнув берега, они в изнеможении падали на землю и умирали. Но даже и при этом танриты не утратили природной веселости.

После ухода танритов эскимосы стали хозяевами острова. Живут они там и поныне. Они называют себя кикерктамуитами, то есть островитянами. Они не знают, откуда и как попали на остров. Но им и незачем вдаваться в историю. Их вполне устраивает версия о том, что их прадеды победили танритов и прогнали с острова. И для нас пусть они будут кикерктамуитами, племенем, которое победило великанов и завоевало арктический остров, ставший их домом.

Много лет размеренно текла жизнь кикерктамуитов. Ничто не менялось, и жили они так, как жили их деды и прадеды. В январе, когда замерзало море, начинали они охоту на тюленя. Прямо на льду строили снежные жилища эти истинные дети Севера. И хорошо, если удавалось забить много тюленей. Тогда счастливые охотники и их семьи могли наесться досыта. Но иногда даже самые опытные возвращались ни с чем.

Пищи всегда было мало, поэтому собак держали только для охоты. Для перевозки тяжелой поклажи их явно недоставало. Покидая старые селения, эскимосы грузили весь свой скарб — одежду, шкуры, на которых спали, домашнюю утварь на нарты, и странная процессия двигалась в путь. Впереди в общей упряжке шли мужчины, женщины и собаки. За нартами следовали дети, умеющие ходить, а за ними, замыкая шествие, брели старики. И всякий раз, найдя пригодное для охоты место, эскимосы прямо на льду начинали жизнь заново.