Читаем О вечном. Избранная лирика онлайн бесплатно


О вечном. Избранная лирика

Пьер де Ронсар (1524-1585) — французский «принц поэтов», оказавший влияние на английскую, голландскую, польскую поэзию, вдохновлявший крупнейших композиторов своего времени. В двадцать восемь лет он уже был на вершине славы даже за пределами Франции. Многие его произведения стали классическими и вошли в золотой фонд французской поэзии. Незаслуженно забытый, Ронсар был вновь оценен спустя почти триста лет благодаря деятельности Ш.-О. Сент-Бёва, известного историка литературы и критика. В России Пьер Ронсар стал известен с XVIII в. В нашем столетии этот прекрасный поэт и философ вновь заблистал в работе прекрасных переводчиков. Сборник составили три любовных цикла, посвященные Кассандре, Марии и Елене, а также оды, гимны, элегии, поэмы и стихотворения разных лет.

Пьер Ронсар

Поэзия
<p>ПЬЕР РОНСАР</p><p>О вечном</p><p>Избранная лирика</p><p>АВТОБИОГРАФИЯ</p>(Послание к Реми Белло)Хочу, о мой Белло, чтоб ведал ты о том,Кто связан волей муз с тобой тугим узлом,Откуда он и кто: чтоб правнукам грядущим,Что будут счет вести векам быстро бегущим,В Ронсаре и в Белло не различать двоихИ знать, что общее стучало сердце в них.Так, родом предок наш из тех краев, — мы знаем, —Где с хладным Фракия соседствует Дунаем,Пониже Венгрии, где солнце — редкий дар, —Именовался ж он маркизом де Ронсар.Людьми и золотом, землей и городамиБогатый, сын его, прельщаемый боями,Отряд из юношей составил удалыхИ, бросив родину, стал капитаном их.Прошел он Венгрией и Нижней Алеманьей,Прошел Бургундией и пышною Шампаньей,И, храбрый, стал служить Филиппу де Валуа,Что против англичан войною шел тогда.И было Франции таким его служенье,Что дал ему король обширные именья,Где протекает Луар; и, позабыв совсемСвоих и родину, во Франции затемЖенился он и стал того семейства предок,От коего и я родился напоследок.Отец мой у Анри когда-то правил дом,Рожденного Франсуа, великим королем, —Тому же стольником в испанской был неволе.Не должно ль, чтоб слуга усердствовал тем болеПред повелителем, не изменив себе,Его изменчивой сопутствуя судьбе?И материнскою я стороной не низок:Тут род де ла Тримуй и дю Бумаж мне близок,Руо и Шадрие тут родственники мне,Что славной доблестью блистали на войнеИ Марсом доблесть ту в бессмертье утвердили,Там был и предок мой, и улица однаПо имени его теперь наречена…Но ежели желать имеешь представленьеТы не о роде лишь моем, но и рожденье,Вот, мой Белло, тебе об этом правда всяПро год и день, когда на свет я родился.Когда король Франсуа был в Павии захвачен,Субботний в сентябре был Богом день назначенОдиннадцатого родиться мне числа:Тут Парка нить мою чуть-чуть не порвала. [1]Я не был первенцем. В семье отцовской былоУж несколько детей; мать пятерых вскормила.Два рано умерли, а на других троихЯ вовсе не похож в обычаях своих…Лет девяти меня в коллеж определили,Но там лишь полгода, не более, томилиПреподаванием регента де Вайи.Так отбыл, не развив познания свои,Я в Авиньон, — а там сбиралась той пороюРать короля Франсуа с австрийским Карлом к бою,И Орлеанского тут герцога я сталПажом; впоследствии в Шотландию попалИ в свите короля шотландского народаЯ пробыл в Англии тогда три полных года.По возвращении меня вновь герцог взял,Но долго на корму подножном не держал,Послал во Фландрию, в Зеландию и сноваВ Шотландию, когда в конце пути морскогоНаш с Лассиньи корабль — немного б — и валыУ брега Англии разбили б о скалы!И не могла три дня затихнуть буря злая,Нам градом и водой и громом угрожая,И, в безопасности достигнув берегов,Разбился в гавани корабль на сто кусков.Мы в порте. Убыли и не было б меж нами,Когда бы не судно, покрытое волнами,Да кладь, которая, разбита по частям,Носилась по ветру игрушкою волнам.Когда шестнадцать мне минуло, тогда же,В сороковом году, отправился с БаифЯ в Алеманью, с ним в соседстве изучивМощь доблести; болезнь тогда-то, пав на ухо,Бог весть какой судьбой меня лишила слуха,И был так тягостен постигнувший недуг,Что от него хожу поныне полуглух.В апреле через год в Блуа Кассандры взорыСвершили надо мной Амура приговоры;То имя подлинно иль нет, — его следаНа мраморе души не в силах смыть года.В то время, подойти желая к знанью ближе,Учеником Дора я сделался в Париже.В латинском, в греческом, и там-то началасьТа дружественная впервые наша связь,Которая в душе моей хранима вечно,Как дружба и с Баиф, в ней будет бесконечна…<p><emphasis>ПЕРВАЯ КНИГА ЛЮБВИ</emphasis></p>Кассандра<p>ОБЕТ</p>Там, где кастальские струятся воды,И там, на склоне геликонских круч,Где под копытом конским хлынул ключ,Водил я, Сестры, с вами хороводы.То были дни ученья и свободы,И стих лился, раскован и певуч,Поэзии тогда блеснул мне луч,Святилищ ваших озаряя своды.Так пусть не медь, не бронза, не гранит,А этот купол вечный сохранитСлова мои, на сотни лет, быть может:«Одной богине верен был Ронсар,Свои стихи принес он музам в дар,А сердце на алтарь любви возложит!»* * *Кто хочет зреть, как Бог овладевает мною,Как осаждает он и как теснит в бою,Как, честь свою блюдя, он губит честь мою,Как леденит и жжет отравленной стрелою,Кто видел, как велит он юноше, героюБесплодно заклинать избранницу свою,Пускай придет ко мне: стыда не утаю,Обиды сладостной от глаз чужих не скрою.И видевший поймет, как дух надменный слабПред яростным стрелком, как сердце — жалкий рабТрепещет, сражено его единым взглядом.И он поймет, зачем пою тому хвалу,Кто в грудь мою вонзил волшебную стрелуИ опалил меня любви смертельным ядом.* * *Гранитный пик над голой крутизной,Глухих лесов дремучие громады,В горах поток, прорвавший все преграды,Провал, страшащий темной глубиной.Своим безлюдьем, мертвой тишинойСмиряют в сердце, алчущем прохлады,Любовный жар, палящий без пощадыМою весну, цветущий возраст мой.И, освежен, упав на мох зеленый,Беру портрет, на сердце утаенный,Бесценный дар, где кисти волшебством,О Денизо, сумел явить твой генийВсех чувств родник, источник всех томлений.Весь мир восторгов в образе живом.* * *Любя, кляну, дерзаю, но не смею,Из пламени преображаюсь в лед,Бегу назад, едва пройдя вперед,И наслаждаюсь мукою своею.Одно лишь горе бережно лелею,Спешу во тьму, как только свет блеснет,Насилья враг, терплю безмерный гнет,Гоню любовь — и сам иду за нею.Стремлюсь туда, где больше есть преград.Любя свободу, больше плену рад,Окончив путь, спешу начать сначала.Как Прометей, в страданьях жизнь влачу,И все же невозможного хочу, —Такой мне Парка жребий начертала.* * *«В твоих кудрях нежданный снег блеснет,В немного зим твой горький путь замкнется.От мук твоих надежда отвернется,На жизнь твою безмерный ляжет гнет,Ты не уйдешь из гибельных тенет,Моя любовь тебе не улыбнется,В ответ на стон твой сердце не забьется,Твои стихи потомок осмеет.Простишься ты с воздушными дворцами,Во гроб сойдешь, ославленный глупцами,Не тронув суд небесный и земной».Так предсказала нимфа мне мой жребий,И молния, свидетельствуя в небе,Пророчеством блеснула надо мной.* * *

Похожие книги