Читаем Японская гравюра –"искусство быстротекущего мира онлайн бесплатно
Малая, дай на пиво!
Посвящается Brittani Yopp
"...жить лишь дарованным тебе мгновением, наслаждаться, любуясь луной, цветением вишен, осенними листьями кленов, петь песни, пить вино и развлекаться, ничуть не заботясь о нищете, вызывающе глядящей нам в лицо, бездумно отдаваться потоку, подобно тыкве, бесстрастно влекомой течением реки - это то, что мы называем укиё."
Пролог
Летом 2015 года, катаясь на велике по окрестностям, я вдруг решил сделать остановку возле «Борисов-Арены».
Устало присев на лавку и вставив «капельки» в уши, я наслаждался тягучим как ликёр Бейлис, голосом Ланы Дель Рей.
Июльский вечер медленно подкрадываясь с Запада, поднимал одеяло сумерек с прогретого за день асфальта.
Я вдруг вспомнил слова одного, полного иронии и сарказма престарелого любителя всяких интересных веществ:
-Сумерки, это трещина между мирами.
Понимание, что мне больше не нужно никуда идти и нечего больше искать, вдруг невидимой волной затопило меня.
Больше не было вопросов, а ответы не требовали расшифровки.
Я мгновенно понял, что имел в виду Керуак, когда сказал: «Мне внезапно стало ясно, что я никого не должен учить тому, что понял сам».
Посидев ещё минут пятнадцать и провожаемый неярким багрянцем заката, повернув бейсболку назад козырьком, я покатил домой.
Глава I
И увидел Бог все, что Он создал, хорошо.
Пробуждение было ужасным.
Еще до конца не вынырнув из сна, и словно в калейдоскопе кружащихся лиц каких-то б***й, стробоскопических пульсаций ночного клуба и оскаленной физиономии Остапа, который танцуя без майки выглядел как вурдалак в поисках Селин из «Другого мира», я уже с тягучей тоской которой позавидовал бы преданный читатель Достоевского незамедлительно и беспросветно понял - этот бодун будет для меня последним.
Один глаз медленно, как луч Хищника в поисках старика Арни, начал обшаривать стены и кровать, на которой раскинув свои беспомощные копытца лежало моё отравленное «Аквавитой» тельце.
Fuck, как мне было плохо.
Пересохшим от сушняка языком я попытался позвать:
- Зубастый!
Мне казалось, что мы вчера вернулись домой вместе.
Тишина была страдальцу ответом.
Скосив голову влево и от напряжения чуть не блеванув, словно ржавый капот старины «Крайслера», найденного рейнджером в Большом Американском каньоне, я открыл второй глаз. И пожалел.
Тошнота накатила так быстро, что даже чуваки ожидающие девятый вал на хлипком плоту от удивления открыли бы рот. Судорожно хватая воздух и издавая громкие рыки, впрочем, блевать было нечем, я даже нашел в себе наглость приподняться над кроватью и в полумраке комнаты слегка оглядеться.
Словно акула, почуявшая капельку крови незадачливого пловца в прибрежных водах, истерзанное похмельем сознание мгновенно вырвало из мельтешащих мурашек перед глазами недопитую бутылку сорокаградусного дерьма на кедровых орешках.
Теперь надо было во что бы то ни стало, добраться до священного Грааля.
Шаг первый - плавно, без лишних движений сесть вертикально. Так! Я сказал без резких движений! Посидели, отдышались...
Шаг второй – медленно, словно циничная профессионалка из порно, опускаемся на коленки, и как грациозная, но постаревшая кошка, на четвереньках подползаем к столику где и стоит пузатый сосуд с соком, за который Мишки Гамми продали бы почку.
Шаг последний и самый главный - берем трясущимися руками (сегодня еще даже очень ничего), бутылочку с содержимым, за которое в некоторых не вполне приличных компаниях могут запросто пробить голову, и стуча по краешку рюмки наливаем половинку.
Вся «Вьетнамка» знала, что Американец пьет половинками, поэтому ничуть не презирая себя берем во вторую руку остатки запивона, и жжахх! Быстрым движением руки, брюки превращаются..., впрочем, о чем это я?
Пойло, могущее посоперничать с напалмом в силе воздействия на боевую силу противника, проваливается куда-то в бренное тело, и сразу же запив остатками «Бела-колы» лекарство, которое в идеале излечит нас получше некоторых Средневековых лекарей, ждём прихода.
Этта всегда философский вопрос в течение нескольких секунд - пойдет или не пойдет. Даже дядя Данзас на дуэли великого поэта был вероятно менее взволнован чем дядя Вова сейчас.
Ccууккааа! Волна первобытного ужаса, словно чужой из живота бедняги Кейна нахлынула, и запустив пульс как «Шаттл» выбитый под жопу с мыса Канаверал, к удивлению успокоилась. Про-ва-ли-лось!
Гыыы. Подышав глубоко ртом для приличия, можно уже сесть на пол и оглядеться вокруг. Инвентаризация содержимого столика привела к невеселым размышлениям. Четверть бутылки настойки, ноль запивона, полпачки «Кэмел Лайт», зажигалка, крышка от маринованных огурчиков креативным мозгом бухариков переделанная под пепельницу, смятые деньги, с покрасневшими от стыда нуликами признающиеся что за них не купить даже бутылки пива. Всё. Здесь было место для эмотикона обозначающего грусть.
Три рюмки, два стакана для запивона, и тарелка с сиротливо лежащим малосольным огурчиком. Цепанув его рукой, пожевав и тут же выплюнув обратно (чуть опять не блеванул), я впал в прострацию, но тут же словно космопилот увидевший в рубке голубой шарик на котором живет его милая Мэгги, с воодушевлением подтянул левой рукой снятые, перед тем как отрубиться, джинсы.
Я точно знал, что деньги должны оставаться. Слегка в лихорадке, как Остап Бендер перед вспарыванием очередной жертвы мастера Гамбса, я засунул руку в передний карман.
Shit! Пусто. Так, спокойно! Медленно, боясь спугнуть удачу лезем в задний карман, и представляя себя штандартенфюрером Гансом Ландой громко говорим: «Бинго!». Есть!
Достав оставшуюся после вакханалии смятую, прям какую-то тощенькую пачечку налички с вялым удовольствием начинаем её пересчитывать. Мда, здесь надо бы сделать Мхатовскую паузу и заключить с нездоровым прищуром глаз:
-Могло бы быть и хуже!
НО. САМОЕ. ГЛАВНОЕ. НА. ОПОХМЕЛКУ. ХВАТИТ! Вот-так, ребята-октябрята.
Теперь надо одеться. Медленно, оооочень медленно поднимаем свой мешок с мясом и костями вертикально над столом, и начинаем натягивать джинсы. Теперь я понимаю малолетних дурочек, которые ложась на спину и плача от бессилия пытаются натянуть узенькие джинсики. Потому что это просто б***ь какое-то колдовство. Джинсы не хотят налазить.
Нахер джинсы. Мы люди простые и Сорбонну не оканчивали, с нас и шорт хватит. Благо поздняя весна, и грачи, которые куда-то там прилетели, наверное, от сумасшедшего дома, творящегося вокруг, уже эмигрировали на Таити. Хотя фиг знает с их орнитологической стороны, какие страны им милее. Однако господа, это все лирика! Есть ли у нас чистая маечка? Ой как здорово! И даже почти не мятая.
Слегка пошатываясь выходим в прихожую. Так, надо зайти в туалет для короткого Пит-стопа. И вот, словно катану в ножны, вбив ногу в сланцы выходим на улицу. Лифт. Только лифт! С бодуна делать резкие движения, как-то спуск по лестнице, строго НЕ рекомендовано!
Подъезд ухмыльнувшись отеческой улыбкой разбитых почтовых ящиков, словно говорит
- Ну, Ну.
Домофонная кнопка, посверкивая дьявольским глазом пригласила меня на выход. Звуки весеннего двора накатили катком.
Все еще балансируя между желанием упасть без сознания и проснуться в Абу-даби, в окружении европейских шлюх с призывной улыбкой держащих позолоченный поднос с запотевшей бутылкой чего-нибудь холодненького, и отрешенным желанием чтобы все поскорее закончилось, мои, довольно кстати грязноватые, ноги потопали в сторону магазина.
Невесело достав мобилу из кармана, и убедившись, что до открытия магазина осталось 10 минут, я словно старый дед прошаркал мимо арки. Проводил глазами аппетитную Лолиту, явно спешившую в хабзу, подивился на висевший на березе чей-то рваный свитер, и уже издали увидел братву возле девятнадцатого подъезда.
Диспозиция братвой была выбрана идеально. Подъезд находился как-раз напротив магазина.
Бьюсь об заклад, что ни Винт, ни Лесун даром не ведали о «Афганской засаде», оперативно-розыскной работе или тактике ведения слежки, но чутье у них было не хуже пресловутых двортерьеров работающих на Сингапурской таможне.
Еще оставалось метров сто до логова бухаббитов, а они уже расплывшись в улыбках, которые привели бы в трепет того фраера, который хотел скушать Кота в Сапогах, закричали с каким-то даже театральным надрывом в голосе:
-О, Американец!
Да, я Американец.
Не всамделишный правда, а так. Просто как говаривал Хэнк Муди, давным-давно я был Американцем.
То бишь жил в добрых, старых Штатах. Недолго правда. Но стыдно.
Потому что страну, которая позволила мне начать жить с чистого листа (а чистить было что), я отблагодарил так, что мексы живущие в West Chicago, 1217 Kings ct, с возмущением будут лопотать на своем звучном языке еще очень долго.
Впрочем, я не об этом. А о том, уважаемый читатель, вернее о тех, кого вы каждое утро видите на лавочках возле магазинов, продающих презираемое, но такое сладостное средство забыться, о котором Бодлер как-то сказал:
«Кто не изведал вас, глубокие радости вина? Каждый, кто чувствовал потребность заглушить угрызения совести, вызвать воспоминания пережитого, утопить горе, построить воздушный замок – все, в конце концов, прибегали к таинственному божеству, скрытому в глубинах виноградной лозы.
Как величественны зрелища, вызываемые вином и освещенные внутренним солнцем! Как неподдельна и как жгуча эта вторая молодость, черпаемая из него человеком! Но вместе с тем, как опасны его молниеносные восторги и его расслабляющие чары!»
Дааа! Вот это был человечище. Шарил получше многих. Ну и что? Думаете перевелись певцы «бырла» и поэты «пластикового стаканчика» в «синеокой», а по цивильному, у такой роднай краiне как Беларусь?
Вы жестоко ошибаетесь!
Выезжая со двора на сраном ведре десятилетней давности, спеша на работу, на которой вы будете изображать вид что работаете, а директор будет изображать вид что вам платит, зависая в «Одноклассниках» и играя в тупорылые игры, вместо того чтобы почитать книгу, высирая гневные комменты о тех, кто хоть чуть-чуть отличается от вас заработком, внешностью или мировоззрением, вы пытаетесь подчеркнуть, что вы «НОРМАЛЬНЫЕ».
По крайней мере не хуже других. Ведь у вас есть любимая работа, дети, семья, любимый корчваген, ну кому вообще повезло, ежегодный трип на море по программе «всё включено».
А самое главное вы не «бухаете».
Ведь бокальчик красного вина после трудового дня, или немного водки за праздничным столом никак нельзя назвать «буханием».
Сморщив намазанные тональником носики, вы начинаете раздражаться, увидев возле входа в магазин даже не бомжа, а просто мужичка, чей наряд кричит на всю округу что у него проблемы с «зеленым змием».
Или смотрите с презрением на ещё довольно молодых мужчин в спортивных штанах и нелепых свитерах, которые изредка подходят к вам чтобы стрельнуть сигаретку.
Как написала одна молодая дама в комментариях по поводу «мудрого» и «дальновидного» закона о «тунеядцах» принятого в моей родной стране:
-Государство приравняло жену-домохозяйку, мать двоих детей, женщину в возрасте, человека со стажем, вчерашнего школьника с алкашами, бомжами и зеками. Как же это унизительно... Разве эти люди заслужили оскорбление?!
Ага. Я просто поражён этим криком души. Какие люди? Зеки, бомжи и алкаши что ли?
А ничего, что среди зеков, бомжей и алкашей полно тех, кто совсем еще недавно был женами, мамами, пенсионерами и вчерашними школьниками.
Или алкаши, бомжи и зеки растут и живут где-то в параллельной вселенной, и лишь изредка, проваливаясь по прихоти судьбы в пространственно-временной континуум, затем с ошалевшим видом стоят под магазином и пытаются настрелять денег на обратный билет.
Нет, мой уважаемый читатель! Алкаши, зеки и бомжи — это ваш непутевый сын, который собирался поступать в институт, а ввязавшись в глупую драку получил пять лет «строгача».
Это отец, человек с «золотыми руками», с которым благодарные клиенты расплачивались накрытым «Дастарханом» после мастерски сделанной работы.
Это муж, который открыв успешный бизнес средней руки, начал на глазах превращаться из весёлого, поджарого парня, в психопата с вытаращенными глазами на пьяной, собачьей харе.
А может молодая соседка, чьи шутки доводили вас до коликов в животе, но которая поверила в россказни о быстрых заработках в Москве или Стамбуле, а вернувшись превратилась в тень без имени и лица.
Даже навскидку я могу припомнить футболиста на пике хорошо оплачиваемой карьеры, порвавшего мениск и начавшего пить из-за непреходящей депрессии, майора вооруженных сил от которого ушла жена с любимой дочурой, и человек нашёл утешение только в гранёном стакане, за что и был уволен с «волчьим билетом», воспитательницу детского садика у которой убили дорогого для неё человека, и после этого потерявшую связь с реальностью и распробовавшую вкус мимолётного забвения.
«Но ведь не все бухают», с умным видом возразите вы. «Вот я не бухаю, и никто с моего круга тоже не бухает. Так, иногда расслабляемся на выходных или по праздникам».
Точно! А еще робота «Кьюриосити» захватили в заложники Марсианские фундаменталисты, и требуют от Земли перестать влезать в марсианские дела, в противном случае пригрозив оторвать ему головную камеру.
А вот заведующий научным отделом наркологии РНПЦ психического здоровья утверждает: Из тех, кто плотно познакомился со спиртным до 18 лет, около 80 процентов впоследствии становятся алкоголиками.
И почему в таком случае, практически в каждой семье есть ближний или дальний родственник, который всё глубже и глубже погружается в бездну алкогольного безумия, выбраться из которой могут только единицы?
Почему только по официальным данным, в стране 265 тыс. страдающих алкогольной зависимостью; среди последних – 41 тыс. минчан. Реальное же количество, по мнению наркологов, как минимум в 5 раз больше, а на профилактическом учете по употреблению алкоголя состоят 18 тысяч молодых людей до восемнадцати лет, и по рекомендациям ВОЗ, чтобы узнать реальную цифру, официальную надо умножить на четыре.
Почему практически в каждом подъезде многоквартирного дома, есть те, чьи крики и музыка от которой хочется заткнуть уши, разрывает напополам ночную тишину и будит людей, уставших после работы?
Хотя да, вы, наверное, и правда лучше, быстрее, выше, сильнее и что там, мля, дальше?
Ведь в любых жизненных перипетиях вы также стойки, как и «боевой пловец» из команды SEAL, и ваш стальной стержень внутри не сможет переломать даже апокалипсис, который наступит в 2012, 2100 или фиг-знает-в-каком году.
А позвольте-ка мне в этом усомниться, и припоминая одного, спокойного как удав, плотника из Назарета напомнить вам: «Не судите, да не судимы будете».
И ещё что-то там про брёвнышко.
