Читаем Вопреки забвению онлайн бесплатно

Я бегу. Тяжело дышать, я бы даже сказал очень трудно. Мысли путаются в голове, да и ноги с трудом я переставляю. Взгляд мой устремлен в одну точку, только что это именно – я понять не могу. Да, близорукость никогда мне не помогала. Очки еще как назло забыл, где то.

Что это за узкий коридор, застеленный облаком тумана. Руки в стороны развожу, и не могу нащупать ничего особенного, только лишь их холодит это облако, когда я ими дотрагиваюсь до него. Впереди словно тоннель, прорубленный в нем, и я должен идти по нему, так как все что за моей спиной, мгновенно поглощается облаком. И если я ступлю назад, то сиюминутно могу быть заморожен или отравлен, ведь я не могу знать, какие тайны несет в себе этот зловещий туман. Но, по крайней мере, находясь в этом коридоре, я не ощущаю каких-либо неприятных запахов.

Сознание тоже словно затуманено. Я не могу вспомнить кто я: свое имя, возраст, расовую принадлежность. Как-то все перемешалось в моей голове, и я не могу порой даже сформировать правильно свои мысли, забываю слова. Странно, правда? Когда хочется сказать что-то, а подобрать слова для своей мысли не получается. Это все немного напоминает детство, когда показываешь пальцем на какой-то предмет, не зная, как он называется, и ждешь реакции родителей на твои указания, а они в ответ говорят истинное название интересующего тебя предмета или явления. Только сейчас я не ребенок, и мне явно уже не пятнадцать лет, да и не вижу я рядом родителей или друзей, которые могли бы подсказать мне, как правильно выразить свои мысли. Да, совершенно один в этом коридоре страха.

Бежать я настолько устал, что не могу больше передвигать ноги, и решил присесть. Туман остановился вместе со мной. Он не продвигается вперед, а просто замер – словно моя тень, которая останавливается в тот момент, когда останавливаюсь я. Кстати, я и тень то свою не вижу, да и свет вокруг меня какой-то тусклый. Но, не смотря на яркость освещения, тень должна быть, я ведь не призрак, и должен отбрасывать на поверхность земли, или что там у меня под ногами, ее обязательно. Странно. Но не буду пока что задумываться об этом, первоначальная моя задача сейчас – это понять где я нахожусь и как отсюда выбраться.

Я медленно посмотрел назад, но увидел лишь этот преследующий меня туман, и ничего больше. У меня вертелись на языке некоторые вопросы, которые я хотел задать ему, и если бы я знал точно, что он сможет ответить на них, я непременно это бы сделал. Но туман – не живой, и разговаривать уж точно не умеет, поэтому я просто подумал про себя: «Ну, ты и придурок, что вздумал разговаривать с облаком тумана!». И в придачу еще посмеялся сам над собой, вытирая слезы с глаз, появившиеся от смеха.

Сидеть на непонятной поверхности было не очень удобно, но зато тепло. По-крайней мере своей пятой точкой я не ощущал того холода, который можно было ощутить сидя например на бетоне или на железе. По ощущениям, эта поверхность была похожа на ковер, только какого-то невидимого цвета: и сидеть было мягко, и руками водить приятно. Невольно в моей голове начали возникать какие-то воспоминания: я маленький мальчик, светловолосый, мне наверно годика три или четыре от роду, и я сижу в комнате, залитой светом на полу, который устлан ковровым покрытием. Вокруг меня разбросаны многочисленные игрушки: машинки, плюшевые зайчики и медвежата, различные мозаики. И я, играя со всем этим миром счастья, руками прикасаюсь к полу – ковру. Ощущения точно такие же. От этого даже мурашки по коже пробежали.

Забавно, правда!? Когда в мыслях пустота, и ты находишься, будто в абстракции, и при этом не понимаешь, что с тобой происходит. Балаган мыслей и круговорот обломков чувств, ведь ты полностью не можешь понять, какие эмоции испытываешь: толи это страх, толи самозащита от внешнего Мира. Но я могу точно сказать, что со мной происходят какие-то очень необычные вещи, и порой, в обыденной жизни, хочется просто сбежать от всех именно в такое пространство, которое не имело бы видимых границ, а ограничивалось лишь рамками собственного сознания.

В принципе, находясь в этом неизведанном для меня, пока что, Мире, я начинал понимать его суть, ну или правильнее будет сказать смысл его существования: это место, где можно уединиться и остаться наедине со своими мыслями. И пребывая там, невольно начинаешь задумываться каких размеров этот воображаемый Мир, имеет ли границы, в какой части вселенной находится, вообще реалистичен или нет. Можно даже попытаться расширить грани сознания и представить его обитателей, климат, законы и порядки. Забавно было бы видеть, к примеру, как животные разговаривают с людьми, или как духи умерших существ могут обитать в нем и общаться со своими близкими «живыми». Ну, в общем, выдумать можно все что угодно.

Но на данный момент я видел только длинный, тускло освещенный коридор, в котором не было стен, а ограничивался он по бокам и сверху лишь туманными заслонами, которые словно отстраняли от себя своим холодом.

По настланному ковру, на котором я сидел, мне уже надоело водить руками, и вспоминать годы моего детства. Порой мне было даже страшно возвращаться в эти воспоминания, ведь я не хотел жить заново, и меня полностью устраивала нынешняя жизнь. Ну а если бы я попробовал прожить снова эти годы своего детства и своей юности, то совершенно точно знаю, события могли бы развиваться по другому, и могли бы привести к иному исходу.

Сижу я, и вставать даже не хочется. Желание спать не отпускает меня из своих цепких лап, как будто они держат меня и выпускают небольшими дозами специальный газ, который расслабляет и клонит в сон. Вдруг, краем глаза я замечаю чей-то силуэт, который стоит вдали по тоннелю, и я понимаю, что этот кто-то смотрит прямиком на меня. Я не знаю, что все это значит и поднимаюсь на ноги, но они словно набиты сеном, и подкашиваются. При этом я пытаюсь сделать несколько попыток сделать шаг, и в окончательном результате иду навстречу к нему. А он будто бы испугался, и мгновенно развернувшись, пошагал от меня прочь. Я пытаюсь ему закричать вслед, а рот-то мой не открывается: такое ощущение складывается, что он просто либо зашит, либо его зацепили прищепками, и двигать губами больно.

Это ощущение беспомощности меня пугает еще сильнее, при этом самое мизерное, что я мог бы сделать в этой ситуации – закричать, у меня не получается. Да, конечно кричать в пустоту это глупо, да и вряд ли кто-то придет мне на помощь, но попытаться же все-таки стоит? Или нет?

Ну вот, я потерял его из вида. Он шел намного быстрее меня, и успел скрыться в глубине этого тоннеля, который захватил меня в свою ловушку. Да и в тот момент, когда этот человек, ну или не знаю, кто это мог быть, ускользнул от меня, я смог разжать зубы и разомкнуть губы. При этом мой вдох-выдох были такими глубокими, что я чуть не потерял сознание.

«Да что, черт возьми, происходит?» – подумал я, и, остановившись на месте, схватился руками за лицо. Мне становилось страшно, ведь секундой назад я не мог даже и слова сказать, а сейчас все стало с точностью да наоборот: мне хотелось кричать, и в голове, словно сверчки жужжали. Поэтому, оглохнув от их стрекота, я заткнул руками уши и, приземлившись на колени, громко закричал.

–Ааааааааааааааааааааа……

Я упал в обморок.

Сколько я был в обморочном состоянии, не помню. Но когда я очнулся, то находился все в том же тусклом тоннеле. При этом дискомфорта я не ощутил, ведь отчасти он уже стал привычным для меня, ну или частью моей жизни. В конце концов, даже один день, проведенный в нем – это часть моей жизни, пусть и один день, но это так. Я ведь жил и испытывал какие-то эмоции, пусть конечно эти эмоции не принесли мне счастья или морального удовлетворения, но они принадлежали мне. Отчасти я мог даже гордиться тем, что это событие было в моей жизни, потому что не у каждого случается подобное, и их существование в Мире – просто бытовуха. И они не знают ничего кроме как выполнить элементарные действия, повторяющиеся в их жизни ежедневно: проснуться рано утром, умыться, позавтракать, отправиться на работу, провести весь день в делах, вернуться вечером домой, покушать, принять душ и лечь спать. Разве это жизнь?

Пусть я и не до конца понимал всей ситуации, в которую я попал, но это начинало мне нравиться. Невольно в моей голове всплыли воспоминания о неизвестном силуэте человека, который я видел в конце тоннеля, еще до обморока, и решил все-таки последовать вперед. И вновь, как только я начинал идти, туман сзади меня сгущался, и я уже не видел ничего сквозь него. Мне даже было не страшно, ведь он не причинил мне вреда, когда я находился в состоянии отключенного сознания, а поэтому и не причинит мне вреда сейчас.

Ну вот, пройдя, по меньшей мере, пару километров, ну мне так показалось, я увидел перед собой какую-то дверь. За ней, в щели между косяком и самой зверью виднелся свет, яркий свет. Внутри меня мгновенно возникло желание открыть ее, но при этом я не знал, что меня там ожидает. Но я подошел к ней уже настолько близко, что туман совершенно не оставил мне никакого выхода, ведь возвращаться было некуда, а расстояние метр на метр было очень мало для меня. Паника меня не накрыла, даже и намека на нее не было, но я не переставал думать об этом ярком свете, который ну уж точно был за дверью. Торопить я не стал, и все же решил сосредоточиться на том, что имел: а именно на расстоянии, которое меня окружало – буквально метр на метр пространства. Я присел попой на ковровое покрытие, руками оперся на него со стороны спины, и задрал подбородок вверх. Серый туман, находившийся над моей головой медленно, словно множественными потоками, хаотично гулял по траекториям, и завораживал меня. Я как под гипнозом наблюдал за ними, и заметил что они словно знак бесконечности, вращаются под разным углом.

В каких-то углах туманности можно было увидеть более светлые пятна, и наоборот – более темные. Скорее всего, это зависело от интенсивности скопления частиц, из которых он состоял. Я, конечно, не могу точно ответить на вопрос, из чего состоит этот туман, но то, что он был холодным – это являлось неоспоримым доказательством. Всматриваясь в это непонятное облако, я представил небо в грозовой день, когда тучи пролетают мимо тебя, и рисуют на небе неизведанные узоры. В своем большинстве, это были просто клубы частиц, которые хаотично сталкивались друг с другом, образуя при этом массивные скопления, стреляющие на землю сотнями молний. Порой были видны на нем дивные животные и монстры, описанные в легендах Древней Греции: единороги, тролли.

Как заколдованный, я начал мысленно рисовать на туманном потолке картины. И хоть эти воображаемые листы были не белоснежными, а имели серые тона, рисунки все равно получались красочными. Я пытался сначала нарисовать свое отражение, как в зеркале, но у меня ничего не получалось. Ну да, я никогда не отличался художественным мастерством. Для меня даже нарисовать квадрат-то – было уже испытанием. Натюрморты я рисовал не с первого раза, и то, если прибегать к помощи друзей или черчения. Про пейзажи и портреты я вообще предпочитаю молчать. Да, конечно образы всплывали в моей голове, но этого было мало. Мне даже казалось, что я пальцами руки начинаю рисовать свои узоры. Со стороны наверно это выглядело забавно, когда парень бессознательно поднимает руки вверх и пытается вычерчивать что-то. При этом, если у него не получается, он усиленно начинает стараться двигать руками, судорожно напрягая пальцы. Движения повторяются часто, что воздух, словно накаляется и становится горячим. Единственное наверно, что не происходит – что за этим никто не наблюдает, и воздух совершенно не горячий, поэтому обжечься невозможно.

После безрезультатных попыток я очнулся лежа на ковролине, свернувшись калачиком. Глаза были так широко открыты, что даже страшно стало. Возникало ощущение, что я проснулся с распорками между веками, которые не позволяют их прикрыть или закрыть. Даже слизистая оболочка начала высыхать, и желание моргнуть росло с каждой секундой. При этом, я со скоростью света вскочил на ноги, и у меня закружилась голова от резких движений. Я попытался руками опереться на что-либо, но смог нащупать только дверь, находившуюся прямо передо мной, и случайным образом толкнул ее вперед…. Она открылась, и я не ошибался, думая, что за ней находится ярко освещенное помещение. Вспышка света ослепила меня в миг, ведь я долгое время находился в тоннеле, довольно таки тусклом и темном.

Боль в глазах. Жжение и желание тереть их бесконечно, до слез было сильнее меня. Я хотел лишь, чтобы они смочили зрачки, которые сузились до точки. В этот момент на меня словно из прожектеров со всех сторон лился яркий свет, и я будто видел, как мои уши просвечиваются насквозь. Правда, я не совсем понимал, как можно самому увидеть просвет своего же уха, но именно такое впечатление у меня складывалось.

Я руками натер глаза докрасна, и наконец-то выдавил из них пару капель слез, которые попав на зрачки, привели их в рабочее состояние, и я прищурившись, как бы скрываясь от ярких лучей, смог рассмотреть обстановку вокруг себя. Я находился в небольшом помещении, которое было полностью белым: стены, дверь, потолок и пол. Эти грани моего небольшого Мира, которым в данный момент являлась эта комната, словно сами излучали свет, и напоминали мне лампочку с матовым покрытием, на которую смотреть можно часами, и глаза не слепнут от этого. Но устают. Так вот, мои устали уже. Осматривая комнату все внимательнее, я не видел второй двери, которая бы была выходом из комнаты, а та, в которую я вошел, открывалась вовнутрь, и ручки у нее не было. Конечно, можно было попытаться ногтями подцепить ее снизу или сбоку, но так как я имел привычку всегда обстригать ногти на руках практически под корень, мои попытки могли оказаться тщетными. При этом в потолке я увидел небольшое отверстие, которое напоминало мне лузу в бильярдном столе, но в тот момент я не понимал для чего оно нужно. Пролезть в нее я точно не смог бы, да и чтобы достать до потолка, понадобилась бы как минимум лестница.