Читаем Зарождение семейства Блад (СИ) онлайн бесплатно

Карфаген! Город чудес, днем по его светлым и очищенным от различной швали улицам чинно прогуливались дамы с миленькими собачками. Высокие дома, не менее трех этажен каждый, были выполнены в одном архитектурном стиле, все сплошь из белого камня, непременно в колоннах и увенчанные шпилями, уносящимися вверх, в небеса.

Вдали, в самом центре этого замечательного города, виднелся собор Солнцеликого, единого божества, что почитали в этом мире. Огромный, с острыми, словно пронзающими небо шпилями, он, казалось был построен с целью внушить обывателю чувство собственной неполноценности и мелочности пред божественным могуществом.

— На колени и молись жалкая тварь! — Вопил внутри столь великого храма священник. Любой не обделенный умом или могуществом человек, при взгляде на эту тушу в белой, обшитой золотом рясе испытывал невероятную брезгливость. В интеллигентных кругах высшего общества даже ходило поверие, что Верховный священник пытается размером своей туши догнать храмовые ворота, чтобы в один день просто не войти в них. Но жалок этот боров был лишь на первый взгляд. Мало кто знал, но за этими свиными засаленными глазенками скрывался расчетливый и даже жестокий разум. Впрочем, еще меньше с этим знанием выживали и имели долгую жизнь. Патриарх имел важную в его профессии привычку, немедля избавляться от людей, польза которых не соответствовала приносимой ими пользы.

Видно и сейчас пришло время сделать нечто подобное. Перед Патриархом Ромулом на коленях стоял непримечательного вида человек средних лет. Одет он был в серую рясу и, вытирая блестящие залысины платочком, спешно докладывал, мямлящим, лебезящим голосом.

— Ваше первосвятейшество, да славятся пред Солнцеликим дни ваши. Сегодня, как только Солнцеликий показался на небосвод, шестой группой захвата было выжжено до тла гнездо этих грязных язычников Ренских. К сожалению эти твари подготовились, видно кто то им доложил. В ходе столкновения с колдунами погибло 18 паладинов, в том числе 5 первого ранга..

— Заткнись, жалкая тварь. Меня не волнуют потери, главное дело сделано? Отвечай сейчас же тупая скотина. Что с близнецами этой щлюхи Ренской? — Патриарх в ярости пнул скрючившегося пред ним человека. Тот слегка отлетел, но тут же подполз обратно и еще сильнее вжался в пол.

— Смилостивитесь о великий. Ренских предупредили, но мы все же смогли захватить герцогиню Ренскую, великого князя к сожалению захватить живым не удалось и он погиб, забрав с собой 13 наших паладинов, в том числе всех пятерых высших. — Тут мелкий слуга замолчал и попытался еще сильнее вжаться в мраморный пол храма. — Близнецы, так и не найдены, сгинули.

Стоило ему замолчать, как затихающее эхо подхватило обрывки последней фразы. Затем, на храм опустилась гнетущая тишина.

Ты хочешь сказать, что единственная цель, которая у тебя была обязательной, не выполнена? — Вкрадчиво спросил патриарх Ромул. — Постой, не отвечай, это риторический вопрос.

Ромул отвернулся от слуги и подошел к алтарю, вокруг которого стояли массивные золотые подсвечники.

— Нет! Какая тварь! Жалкий червь! — Патриарх в ярости схватил подсвечник и метнул его в слугу. — Один! Приказ! Ублюдок!

Каждое слово сопровождалось хрустом опускаемого подсвечника на распростертое тело слуги. Лишь когда тело несчастного почти превратилось в ошметки, Патриарх успокоился и жестом подозвал жмущихся в страхе служек.

— Уберите тут, скоро утренняя служба. И передайте Сципиону, пусть пришел ко мне главу стражи, необходимо перекрыть ворота и прочесать трущобы.

Патриарх повернулся и грузно зашагал в свой кабинет. Все пошло не по плану, но жалким детям и паре слуг не за что не выбраться из Карфагена, а уж внутри городских стен, от него ничего не укроется.

А над прекрасным городом Карфагеном загорался алый рассвет, окрасивший его улицы мрачным светом, будто утопив реках крови. И каждый, кто мог его наблюдать наполнялся изнутри дурным предчувствием.

Артур не помнил кем он был раньше, до попадания в это тело. Но он точно был кем-то, а это уже не мало что значило. Первые искорки разума начали разгораться в нем когда он был еще в утробе матери. Не было ни ощущения тела, ни дыхания или движения, но четкое понимание, что ранее его настигла смерть. Внезапная и болезненная. Он еще помнил ощущение сдавленности за грудной клеткой и тяжелую боль при попытке засунуть в себя хоть немного воздуха. Головокружение, потеря сознания и медленная, мучительная смерть. Сначала в реанимации, затем в коме. Странно, как он мог видеть заплаканные лица своих родичей, будучи в коме. Видно не врали про души и прочую лабуду.

Артур помнил долгие годы, проведенные в бессмысленном существовании. Со временем ему надоело просто висеть духовной оболочкой над умирающим бренным телом. Тогда, он начал думать и вспоминать все возможные техники и способы развития своей души и духовного тела. Многомесячные медитации ничего не приносили, лишь возможность крепко обдумать свою бесполезную жизнь.

Со временем тело старело, родственники приходили все реже. В результате приходить стала только мать. О, как же сильно она постарела, Артуру было невыносимо больно смотреть на ее старое морщинистое лицо и понимать, что за всю его жизнь он так и не сказал как сильно он ей благодарен за все что она для него делала, особенно за эти посещения, что не давали ему скатиться в почину отчаяния и трусости.

Затем, успокоив сознание и смирившись со смертью он решил найти способ положить конец бренному существованию, ведь муки причиняемые земному телу, передавались и телу духовному. Тогда он обратился от медитаций и разглядывания внутренностей духовного тела к внешнему миру. Времени у него был много и когда тело уже начало окончательно дряхлеть Артур заметил тончайшие нити, повисшие в воздухе еле видимой взвесью.

За попытками взаимодействовать с ними прошли годы, но ему все же удалось закономерности в движении этих нитей. Те из них, что пронизывали поврежденные части его тела, особенно сердце, и грудную клетку были сильно повреждены и часто прерывались, заканчиваясь безобразными лоскутами на местах разрывов. Те же линии, что пронизывали его мозг наоборот, светились насыщенным и ярким светом. Наверное это результат его многогодового развития. Попытки соединить разорванные каналы к сожалению ни к чему не привели, Артур чувствовал, что ему не хватает какого то основополагающего знания, что то он делал не так. При попытках перевести энергию из мозга к сердцу энергия поддалась и охотно потекла по каналам, но дойдя до разрыва, энергия начала неконтролируемо выплескиваться и заполнять пространство между каналами.

За мигал какой то аппарат и в палату вломились медсестры, начали кричать про сердечную недостаточность и инфаркт. Прибежал врач и начал делать массаж сердца. Артур отметил это лишь краем сознания, так как основная его часть заходилась в резких и болезненных судорогах.

— «надо срочно что то делать, рано умирать»- подумал он и усилием воли перекрыл канал из которого текла энергия это немного ослабило боль и он начал подгонять энергию в том русле, что она текла до начала экспериментов.

Ситуация стабилизировалась и вспотевший врач выбежал из палаты, видимо к другому страдальцу.

Останавливать эксперименты Артур не собирался, но теперь он посылал к поврежденным участкам не поток энергии, а мелкие частицы. Впрочем особых результатов это не приносило, ведь восстановить канал у него никак не получалось. Частицы, покидая пространство внутренних каналов начинали вести себя неконтролируемо и каждый раз вызывали приступы сильной боли.

Со временем перестала приходить мать. Артур вспомнил, что в последний раз она выглядела крайне скверно, жаль он практически не воспринимал информацию из внешних источников, она что то ему говорила, но он не мог понять что. Он старался не думать, что станет если последний человек удерживающий его в этом мире пропадет и лишь усерднее изучал энергию.

Спустя некоторое количество экспериментов, Артур обнаружил, что именно духовная оболочка собирала энергию и передавала телу. Излишки ее, что не мог принять организм, ранее просто выплескивались в окружающую среду. Теперь он начал их собирать и накапливать внутри духовной оболочки. День ото дня духовное тело становилось все плотнее, того и гляди он скоро сможет воздействовать на предметы. Станет эдаким больничным полтергейстрм.

Так и продолжалось день за днем, он все продолжал накапливать энергию и вскоре уже мог слегка двигать предметы и передвигаться по территории палаты. Кто знает, к чему бы это привело, ели бы не случилось то, чего он боялся больше всего. В момент, когда он развлекался передвигая непонятно зачем оставленный на тумбочке стакан, Артур почувствовал как сзади резко уплотнился энергетический поток. Резко обратив внимание на эту точку, он увидел как в ней возникает энергетическое тело.

Оно было очень слабым и едва видимым, энергетические нити почти не прослеживались. Спустя еще мгновения тело приобрело форму и Артур с болью узнал свою мать. Он застыл в тупом оцепенении, пытаясь принять тот факт, что последний ценный ему человек перестал существовать. Дух меж тем, подплыл к нему и на остатках энергии его мать улыбнулась и провела призрачной рукой по его едва видимой так же призрачной щеке.

— «Будь счастлив сынок.»- Услышал он посыл, видимо это было последним усилием, сродни тому, когда матери выбрасываются из горящих домов в обнимку новорожденным ребенком, и отдают все, лишь бы он остался жив. После этого духовное тело его матери начало стремительно тускнеть. Артур попытался передать свою энергию ей, он обнял ее и попытался пустить энергию внутрь ее духовной оболочки, но было поздно, ведь то, что дарует нам сознание, самый центр духа уже распался на бессвязные клочки энергии и затерялся среди другой энергии мира.

В этот момент Артур отчетлив понял, что нечего ему больше делать в этом мире. Он резко, одним волевым усилием выкачал всю энергию, что не позволяла материальной оболочке умереть окончательно, закрылся в духовном теле и скользнул внутрь самого толстого жгута энергии. Напоследок Артур почувствовал как его подхватывает неудержимый поток мировой энергии и сознание его померкло.

В следующий раз Артур осознал себя от легкого эмпатического прикосновения. Он почувствовал эмоции среди которых превалировали любопытство и безумная нежность.

— «Кто это, что за существо?»- Артур не ощущал ни тела, ног и в состоянии духовной оболочки он не находился, хотя и ощущал ее. Он ответил на эмоции с благожелательным любопытством и толикой нежности, ведь эта безответная преданность была сродни той, что передавала ему мать перед окончательной смертью. Артур почувствовал что соседний разум заснул и углубился в изучение духовной оболочки. Обратившись внутрь себя он увидел то, что немало его удивило и даже слегка испугало. От его духа остались жалкие ошметки, пожалуй только ядро осталось в целостности. Хотя нет, примерно десятая часть откололась и присоединилась к духовному ядру существо по соседству. Он точно что то потерял, но понять что, ему было не дано.

Так и проходили дни, в изучении оболочки и попытках а так же беседах, если это можно было так назвать, с существом по соседству. Постепенно он начал принимать тот факт, что существо это ни кто иной как зарождающийся человек. Как ровно и он сам, так вот к чему привело его путешествие по внутри мировым рекам. Он попал в тело человека еще на стадии зародыша, а рядом с ним не кто иной как его близнец, с которым он разделил пусть и малую, но часть своего сознания. Точнее близняшка, его сестра начала потихоньку расти и стало понятно что она девочка.

Так и проходили месяцы, когда сестра бодрствовала, он общался с ней, сначала простейшими эмоциями, затем мыслеобразами. Он учил ее, и просто болтал, все же долгие годы без собеседника заставили ценить простейшее общение. В кой то веки, он почувствовал что не один. В моменты же когда сестра спала, он продолжал восстанавливать энергетическую структуру духовного тела. Точнее он просто закачивал в нее собранную энергию, а восстанавливалась она сама. Впрочем делал он это очень аккуратно, ведь не известно как его манипуляции повлияют на организм матери. Этого самого организма, он впрочем совсем не видел. Его восприятие, на пике покрывавшее несколько этажей больницы, ныне не могло пробиться за границы их нынешнего местоположения, матки видимо, Артур никогда не разбирался в этом вопросе.

В годы студенчества ему хватало начальных знаний о процессе делания детей, так далеко он благо не заходил ни разу, оставил бы детей сиротами.

Проходило время, он с сестрой уже совсем оформился и с облегчением понял, что они все же люди. Не хотелось бы очнуться разумной амфибией или инопланетянином с кучей щупалец.

Общение с сестрой совсем наладилось и теперь они могли часы на пролет обсуждать многие вещи. Все еще мыслеобразами. Артур пытался научить сестру речи, но вдруг осознал, что и сам не помнит язык на котором говорил в прошлой жизни, видно это была одна из тех вещей что он потерял при переходе. Так и общались он рассказывал ей события прошлой жизни, давал знания из своего мира, его всегда удивляла та жажда знаний, что она излучала. Эмоции нежности и преданности со временем передались и ему, они еще не родились, но Артур уже понимал, что во всех мирах у него не было человека ближе и роднее. Пусть он и не знал, какой мир их ожидает, но он знал людей, а у тех в природе жестокость холодность и тяга к насилию. А значит ему придется защищать сестру. И сейчас, он к этому был не готов и чувство беспомощности наполняло Артура отчаянием и холодной решимостью.

Наконец наступил тот самый день, которого Артур ждал с нетерпением и опаской. Начались схватки и его с сестрой начало выдавливать их этого уютного мирка. От сестры пошли волны паники, он ответил уверенным спокойствием и обещанием защитить. Сестра успокоилась и вскоре в его легкие хлынул кислород. Боже, как непривычно и больно было дышать, понятно почему дети так орут при рождении, ему приходилось усилием воли через боль заставлять диафрагму работать. Артур родился первым и тот час, как преодолел боль в легких потянулся сознанием к сестре и с облегчением понял что с ней тоже все хорошо. Он попытался оглянуться, но глаза работали очень плохо, Артур видел лишь неясные образы и яркий, режущий глаза свет. Попытки перевернуться или закрыть глаза ни к чему не привели, тело совсем не слушалось. Резь все усиливалась и Артур начинал злиться.

— «Да в выключите уже наконец свет, я же гребаный ребенок.»- Рявкнул про себя он и почувствовал как вся накопленная духовным телом энергия изливается во внешний мир и принимает желаемую форму. Вокруг него и видимо, ошарашенных родителей сформировался теневой шар.

— «Какой же я блять дурак, надеюсь предки меня за это не пристукнут»- подумал Артур и отключился.