Читаем Вместо волшебницы (СИ) онлайн бесплатно

* * *

«Крис украла Тимура».

Это от Ульки, одной из двух моих лучших подруг. Я, она и Крис — еще со школы, «навеки вместе».

«Мы расстаёмся, Марго. И… мне очень жаль». Это Тимура, моего любимого мужа.

«Прости»… а эта… от Крис. Да. От неё.

Три сообщения в моём телефоне. И все три я пропустила перед тем как в блаженном состоянии уселась в самолет после совсем короткого, трехдневного, отпуска на Мальдивах.

Все три сообщения об одном. И каждое — как приговор.

Все три от самых близких людей, из которых двое уже, похоже, стали чужими.

Хочется выпрыгнуть из самолета, потому что ждать еще несколько часов пока мы долетим и сядем в Москве, пока можно будет написать, позвонить… кажется невозможным.

— Вы в порядке? — на отличном английском интересуется стюардесса. — Вы такая бледная.

Бледная?

Она бы еще сердце моё послушала — скорее всего оно уже не бьётся.

— Всё хорошо, — пробую широко улыбнуться в ответ. — Просто немножко боюсь летать.

Она понимающе улыбается и успокоенная отходит.

Вот и правильно — эти несколько часов я буду умирать наедине с собой.

Дайте мне пистолет с очень большой пулей. Одной, но очень большой пулей… и мне не придётся страдать эти несколько часов в неизвестности.

* * *

Ульяна встречает меня на выходе из аэропорта. В руках — ключи от моего «порше». Приехала на нём — своей машины у неё нет.

Лицо белое.

Бледное.

У меня, думаю, такое же. Зато жива — потому что никакой пули, даже маленькой в самолете мне не выдали.

— Прости, — она жмёт меня к себе рискуя раздавить.

— Крис — сука? — просто спрашиваю я.

Кивает.

Так. Один пункт уточнила. Идём дальше.

— Что с Тимуром? Он тоже? Снова кивает.

Ясно. Приятных сюрпризов не ожидается.

— Ко мне? — спрашивает она выпуская меня из объятий и заглядывая в глаза.

Нет. Только не к ней. У неё муж и очень сложные отношения дома. И мать там же. И отец. Целый табор. Ладно хоть детей пока нет.

— Нет. У меня рейс через три часа.

У меня и правда ещё один рейс, который я отменить не могу. Не могу даже если весь мой мир превратится в пыль.

Я обещала. Это важная встреча для самого важного дела в моей жизни.

— Посидим в кафешке?

Киваю. Единственное на что я пока способна — сидеть в кафе с единственным человеком который меня не предал.

* * *

— Сначала она пропала. На два дня. Просто не отвечала на звонки и сообщения, — Улька выпускает изо рта трубочку от коктейля. — Я испугалась. И поехала к ней. Приехала, позвонила в дверь и она открыла. Думаю, она ждала доставку — поэтому открыла. Не ожидала увидеть меня.

Представляю кислую физиономию Крис.

— А дальше?

— Он… Тимур… в одном полотенце рядом с открытой дверью в ванную. В двух шагах. Жопа. Это была жопа. — Улька делает большие глаза.

— И как они?

— Офигели.

— Сильно офигели?

— Сильнее чем ты думаешь. Но Крис обрадовалась. Сначала испугалась. Очень. А потом обрадовалась — это было видно.

— Может она ждала тебя? Может это был…

— План? — Улька мотает головой так, что я начинаю бояться за её шею. — Не, она испугалась сначала. Почернела от ужаса.

— А он?

— Он тоже испугался. Застыл. Даже не поздоровался.

— А дальше что?

— Она дверь закрыла.

— Как закрыла? — не поняла я.

— Просто закрыла. Молча.

— Просто взяла и закрыла?

— Да. Не поздоровалась. Не попрощалась. Просто тихо закрыла дверь.

— Вам еще что-то? — официантка смотрит на мой пустой стакан — я опустошила его сразу как только села за столик. Раньше чем задала Ульке первый вопрос.

Теперь мне легче. Немного легче.

Почти хочется жить.

— Повторить, — я тычу пальцем в стакан.

Забирает и исчезает как тень. Молодец.

— Может одумается?

— Кто? — не понимаю я.

— Тимур. Ну перепихнулись, берега немного потеряли… но ты же жена.

Ненавижу слово «одумается». Какое-то оно допотопное. Из моего детства. Или даже раньше. Бабушкино какое-то.

Достаю телефон, нахожу последнее сообщение от мужа и показываю его Ульке.

Читает.

Качает головой.

Вздыхает.

— Да я бы всё равно не простила, — пытаюсь успокоить себя я.

— Что теперь?

Отличный вопрос.

— Через…, — кошусь на часы, — два с половиной часа Боливия. Там чудная встреча с очень талантливым художником, которого я искала целый год. Послезавтра я снова вернусь в Москву. У меня есть два дня чтобы придумать свою новую жизнь. Разве этого мало?

— Ты сильная, — Улька касается моей руки.

— Угу. Вот только рано мне быть сильной. Двадцать четыре всего.

* * *

— С вами всё в порядке?

Это уже другая стюардесса и другой самолёт. То же самое только моё бледное лицо. В том, что оно бледное — я не сомневаюсь. Успела увидеть в зеркале туалета.

Ответить забываю, как и улыбнуться, и она уходит.

Кроме мужа я еще кое-что теряю.

«Академия Чудес»

Проект, с которым я вожусь уже год. Остров посреди огромного озера в Подмосковье. Остров, на котором будет построен волшебный город.

Как Дисней Ленд. Только маленький. И гораздо более волшебный.

Я сказала — будет построен? Нет. Должен был быть построен. Теперь всё кончено.

Целый год жизни.

А еще там должен был открыться маленький детский дом. Детский дом который бы выглядел как магическая академия. Разве это не круто? И первые двадцать детей… они уже ждали. Ждут.

И даже художник на встречу, с которым я сейчас лечу — он тоже ради всего этого волшебства. Он должен был превратить там на острове всё в сказку.

Блин. Зря лечу.

Тимур не оставит мне «Академию». Даже если очень сильно попросить — не оставит. Это же целый остров и миллионы, миллионы которые в него еще нужно вложить.

Чёрт… Марк и Дина — они брат и сестра и двое моих единственных сотрудников. Их придётся уволить. Так жаль — для них всё это тоже было очень важным.

Печаль-тоска.

Самолёт вдруг встряхивает и я закрываю глаза. Я всегда закрываю глаза на воздушных ямах… потому что и правда боюсь летать.

Снова трясёт — на этот раз сильнее.

— Пристегнитесь, пожалуйста, — голос стюардессы спокоен.

Хорошо что спокоен.

Потом про ремни повторяют по радио. Рядом начинается испуганная возня. Открываю глаза и пристёгиваюсь.

Только не авиакатастрофа. Только её мне не хватало. Это даже не смешно — мир не должен рушиться весь и сразу.

Треск. Сначала тихий, потом громкий.

Сердце мой начинает нехорошо биться. Испуганно. Снова закрываю глаза.

— Пожалуйста, пристегните ремни, — снова где-то неподалёку повторяет стюардесса. Сейчас у неё голос уже не такой спокойный… или мне так кажется?

Что-то трещит и вроде бы ломается. Сзади. Теперь никакая сила на свете не заставит меня открыть глаза.

Запах гари — почти сразу. Противный запах гари.

Снова треск. Звон разбитого стекла.

Рядом, кажется, кто-то падает. Нет, не кажется — точно падает. Я не вижу, но уверена.

Кто-то вскрикивает. Сзади. А потом — детский плач. Такой страшный плач что я открываю глаза. Открываю их вопреки своему страху. Самолет будто подбрасывает и начинает крутить.

Все кричат и я, кажется, тоже. А еще — всё вокруг начинает падать. Всё, что не приковано ремнями к креслам. Я смотрю в иллюминатор и вижу крыло… то, что осталось от крыла. А еще я вижу как мир за окном вертится с бешеной скоростью.

Океан, небо, облака, океан, небо, облака, океан, небо…

Я снова закрываю глаза — иначе меня стошнит. Или стошнит или умру от страха.

Мы падаем.

* * *

Солнце прокрадывается через закрытые ресницы настойчиво стараясь разбудить. Приснится же такое. Тимур которого украла Крис, самолёт который рухнул…

Под пальцами горячий песок, на ноги мягко накатываются ласковые волны…

Ну вот да, приснится же такое.

Прежде чем открыть глаза облегчённо выдыхаю и пробую вспомнить какой сейчас день. Если совсем близко шелестит море — значит я еще на Мальдивах. Значит… пора поторопиться. Как бы не проспать рейс домой.

Сажусь. Резко и почти испуганно. Я боюсь слишком крепко спать — боюсь что не успею куда-нибудь. Последние два года моей жизни слишком быстрые, слишком суматошные. Даю глазам привыкнуть к солнцу, а затем осматриваюсь.

Нет.

Это не мой пляж.

И бунгало моего нет. Вместо него отвесная скала закрывающая кусочек песка, на котором я спала, а теперь сижу. Отвесная скала которая прячет меня от всего мира.

И океан — его много. До горизонта. Лазурный, прекрасный и, конечно, не успевший надоесть за короткие три дня.

Вскакиваю на ноги чуть не утонув в песке и оглядываюсь…

Незнакомое место. Совсем незнакомое. Ту часть острова в которой находилось моё бунгало я немного изучила… и такой огромной, как стена скалы там точно не было.

Начиная слегка паниковать осматриваю себя. То же самое платье, короткое платье в котором я садилась в самолёт… вот только самолёт мне приснился.

Или не приснился?

И сообщения от Тимура, Ульки и… Крис… они тоже не приснились?

И…

Бред какой-то.

Зачем-то тру глаза — наверное, привычка из раннего детства — если с миром что-то не то, потри глаза. Вдруг всё вернётся на место.

Крохотный пляж окружённый со всех сторон скалой. И океан. Всё. Слишком мало для меня.

— Эй! — прикладываю ладони рупором ко рту и кричу. Кричу в никуда. Инстинкт самосохранения — если появится рядом хоть кто-то живой он сможет ответить на мои вопросы.

Вернее, на один но очень важный вопрос — где я.

Где я, черт возьми?! — Эй! — слышу свой голос в страх в нём тоже слышу.

Начинают предательски дрожать руки. И поджилки.

Что если это… всё. Смерть. Я же не знаю как она выглядит. И никто не знает. Что если самолёт и правда рухнул и я… всё? Умерла. Вдруг ад так и выглядит — океан и скала.

— Эй! Кто-нибудь! — ору я как сумасшедшая.

В ответ тишина. Только шелест океана.

На всякий случай щипаю себя. Щипаю безжалостно, за бок, а потом глотая слезы от боли жду когда всё-таки проснусь.

Песок. Шелест лазурного океана, скала.

Всё.

Кажется, я в беде.

* * *

Сначала обыскиваю весь пляж. Ищу… ищу хоть что-нибудь. Лучше всего, конечно, найти мой телефон. Он бы решил большую часть проблем. Я бы просто позвонила… куда-нибудь. Кому-нибудь. Не знаю кому и куда. Но придумала бы.

Вместо телефона нахожу огромный синяк на плече и правом боку.

И вот в этот момент я вспоминаю. Вспоминаю как самолёт долго снижался. А потом ударился об океан. А потом подпрыгнул и развалился… а потом я грохнулась плечом о воду. Плечом и боком.

Тихонько касаюсь синяка и тут же боль подтверждает: да, всё что ты вспомнила — правда.

— Нет, — шепчу я враз высохшими губами. — Только не это.

Шепчу, а потом вскакиваю и бегу к скале. Нужно просто забраться на неё — и там будут люди. Я найду там людей… потому что сейчас не бывает необитаемых островов.

Только не необитаемый остров — это ужасно. Это даже хуже чем смотреть ужастик ночью в пустом доме с открытой дверью.

Хватаюсь за уступы и пробую залезть повыше. Получается. Метра на два получается… из десяти.

Слишком мало.

Слишком отвесная скала.

— Помогите! — ору я по очереди на трех языках, которые знаю.

Воюю со скалой еще долго, добавив несколько новых синяков, а потом сдаюсь. Сдаюсь, еще раз обыскиваю свой крохотный пляж… сажусь и плачу.

Мне сейчас можно — всё равно никто не видит.

* * *

Лодка! Лодка на фоне гаснущего за горизонтом солнца.

Вскакиваю, машу руками, прыгаю и ору как сумасшедшая. Лучше выглядеть сумасшедшей чем сдохнуть на необитаемом острове.

Ору всё подряд, всё что приходит в голову, волны сбивают с ног, накрывают с головой, но я выныриваю и снова ору. Отсюда, с моего пляжа не разглядеть, но, кажется, там на лодке заметили меня — она разворачивается и вроде бы приближается… ну или мне хочется верить в то, что она приближается.

Да. Они точно заметили. И развернулись, и гребут быстрее и показывают в мою сторону!

И быстро так плывут! Наверно, им волны накатывающиеся на берег помогают.

Наконец-то могу их разглядеть.

Широкие шляпы, широкие ремни, ленты на поясе… Старинная одежда.

Аниматоры! Аниматоры в костюмах пиратов! Супер. Значит ничего страшного не случилось. Если поблизости есть аниматоры — значит и отели тоже рядом. А значит и цивилизация.

Нет никакого необитаемого острова! Ура!

— Ребята, я так вам рада! — кричу им на самом чистом английском на который только способна. Радости столько, что я не удерживаюсь на ногах, падаю в воду и сижу радостно разглядывая через набегающие волны приближающуюся лодку.

Я спасена!

Фух. А испугалась-то как!

Вылезаю из воды на песок и еще раз торопливо обыскиваю пляж — как я попала на него пока не помню, но вдруг каким-то чудом телефон остался жив вместе со мной… и валяется где-то здесь.

Нет.

Похоже, мой телефон — всё. На дне океана. Знакомится с акулами.

Почти у самого берега аниматоры перестают грести, а вместо этого начинают разглядывать меня.

Разглядывают молча и долго. Понятно дело — не каждый день на соседнем пляже спасаются выпавшие из утонувших самолётов.

— Катастрофа, — кричу им я. — Самолёт. Мой самолёт упал. В океан. Кажется, все погибли. Это ужасно. Только я жива.

Продолжают молча разглядывать меня.

И друг на друга косятся.

— Я вас отблагодарю, — на всякий случай сразу сообщаю им.

Надо будет в ближайшем банке карту восстановить. Или Тимуру позвонить. Блин, уже успела забыть что сон про мужа который загулял с подругой… это не сон.

Хорошо, Ульке позвоню. У неё ситуация нелёгкая, но немного денег найдёт.

Смотрю на загорелые, не слишком чистые лица пиратов и не понимаю — что их не устраивает во мне. Что мешает просто взять и спасти.

Поняла! Не хотят в воду спрыгивать — костюмы испортятся! — Я сама! — кричу им и бултыхаюсь в воду. Плаваю я хорошо — в детстве из бассейна не вылезала.

Плыву и поглядываю на них. Почему-то моя инициатива их не слишком сильно обрадовала — облегчения на загорелых лицах не видно.

Против волн плыть не очень удобно, но я стараюсь как могу. Да и убраться с этого дурацкого пляжа хочется поскорее.

Опять же — весь мир уже должен знать что мой самолёт рухнул. Представляю как везде показывают списки погибших.

И в этих списках — я.

Брр.

Я везунчик. Скорее всего, выжила одна.

Кое-как доплываю до лодки и хватаюсь за борт. Аниматоры удивлены — это факт. Почему? Пока не понять. Может слишком хорошо плаваю?

— Помогите же! Ближайший, с перевязанным черной полоской глазом — ну, типа, одноглазый — вскакивает со своей лавки и подхватывает меня.

Залезаю и тихонько присаживаюсь на ближайший кусок лавки.

Обтекаю…

Они почему-то разглядывают мои ноги. Что, блин, с моими ногами не так? Сломала и не заметила?

Лодка огромная. В ней легко умещаются десяток аниматоров и я. И еще кого-нибудь можно спасти по пути к отелю.

— Можем плыть, — говорю, — там больше никого нет.

И показываю на пляж.

Сидят, не трогаются и всё так же разглядывают мои ноги.

— Я всё проверила. Там точно никого нет.

Они когда-нибудь оторвутся от моих ног? Они стройные, длинные и всё такое… но слишком много внимания это не очень хорошо. Слегка смущает.

— Вы, наверное, торопитесь, — захожу я с другой стороны.

— Леди Финч? — вдруг спрашивает одноглазый аниматор. Ну, то есть никакой он не одноглазый конечно. Просто нацепил повязку чтобы быть похожим на пирата-головореза.

Леди Финч?

— Маргарита Самбур, — представляюсь я. Самбур — это фамилия Тимура… и моя — вот уже два года как.

— Леди Финч? — одноглазый смотрит на типа в широченной чёрной шляпы сидящего напротив.

Тот молча пожимает плечами.

— Да, — говорит кто-то. — Похожа.

Похожа?

Что происходит. И говорят они на английском. Хорошо я его знаю, да и вообще не зря заканчивала ин-яз. А если бы не знала? Что они себе тут позволяют!