Читаем Сказания о короле Артуре онлайн бесплатно

Удар. Выпад. Укол.

Шаг назад, разрыв дистанции, короткий вдох, после чего всё начиналось заново.

Деревянный меч со свистом рассёк воздух и с сухим стуком врезался в бок соломенной куклы. Из потрёпанного туловища вылетело несколько жёлтых стебельков, но сама кукла устояла. Её уже не раз приходилось набивать заново, поскольку за последние месяцы я основательно измочалил своего безмолвного противника. Удар сверху, перевод клинка, короткий выпад в условное горло. И всё сначала.

Ноги уже начинали ныть, ладони горели, а пропитанная потом рубаха неприятно липла к спине. Но я продолжал. Сэр Эктор не раз повторял, что настоящий воин должен отрабатывать основные движения до тех пор, пока тело не научится выполнять их без участия разума. Желательно даже после того, как сам разум решит, что с него хватит, и начнёт предлагать самые убедительные причины немедленно прекратить тренировку.

Я вернул меч в исходное положение, перенёс вес на переднюю ногу и снова атаковал. Удар сверху. Поворот кисти. Укол в горло. Отступление.

Позвольте представиться: Артур, воспитанник и ученик сэра Эктора.

Да, как вы уже, вероятно, поняли, я тот самый король Артур. Пока, правда, ещё не король. И даже не рыцарь. Всего лишь мальчишка с деревянным мечом, натёртыми ладонями и крайне сомнительными перспективами на будущее.

А ещё я попаданец.

В прошлой жизни я был самым обычным человеком из России. Закончил университет, получил диплом, устроился на работу и уже начал понемногу осваиваться во взрослой жизни. Казалось, впереди меня ждут годы рутины, кредиты, редкие отпуска, попытки накопить на собственную квартиру и вечные обещания начать следить за здоровьем с понедельника. Но судьба, видимо, решила, что это слишком скучный сценарий. Один несчастный случай, несколько мгновений боли и темнота оборвали мою первую жизнь практически на старте. Даже обидно. Столько лет учился, а диплом пригодился примерно никак.

В следующий раз я открыл глаза уже младенцем.

Первые два года своей новой жизни я провёл под присмотром Мерлина. Или всё-таки Мерлины? До сих пор не знаю, как правильно её называть. Для всех остальных она была мужчиной, загадочным придворным магом, советником и прорицателем, но на самом деле под этой личиной скрывалась молодая женщина.

Почему она притворялась мужчиной, я так и не выяснил.

Возможно, так ей было проще путешествовать и иметь дело с знатью. Возможно, подобный образ был частью какого-то сложного плана. А возможно, ей просто нравилось смотреть, как окружающие пытаются понять, чего ждать от странного мага с вечной улыбкой на лице.

Со мной она обращалась… своеобразно.

Мерлин регулярно поила меня зельями. Иногда сладкими, иногда горькими настолько, что после первого глотка хотелось немедленно покинуть собственное тело. Порой она чертила вокруг моей колыбели магические круги, прикладывала ладони к моей груди, проверяла пульс, зрачки и магические каналы, после чего с крайне довольным видом записывала что-то в свои свитки.

Что именно она со мной делала, я не знал. Спросить тогда не мог.

Тем не менее плохой опекуншей её назвать было нельзя. Я всегда был чист, накормлен и одет. Она следила за моим здоровьем, приносила игрушки и даже устраивала для меня небольшие представления с помощью иллюзий. Над моей кроваткой плавали крошечные драконы, светящиеся птицы и рыцари размером с ладонь, сражавшиеся друг с другом на деревянном бортике.

Скучать рядом с ней не приходилось.

Когда мне исполнилось три года, она передала меня сэру Эктору, велев ему воспитать из меня достойного человека и обучить всем воинским премудростям. По крайней мере, именно так это прозвучало при мне.

О чём они разговаривали после того, как меня увели слуги, я не знал. Но с тех пор сэр Эктор относился ко мне не просто как к воспитаннику. Он обучал меня лично, следил за моими успехами и временами смотрел на меня с такой тяжёлой задумчивостью, будто знал о моём будущем гораздо больше, чем собирался рассказывать.

Вот так пока и проходила моя новая жизнь.

Я снова ударил куклу мечом.

В этот раз по деревянному клинку пробежала тонкая полоса синеватого света. В месте удара солома почернела, а натянутая на туловище старая ткань лопнула. Отдача прошла по рукам вплоть до плеч, заставив меня поморщиться.

Чары на мече снова разрядились раньше, чем я рассчитывал. Я тяжело выдохнул и опустил оружие. Чего я хотел от этой жизни?

Для начала было бы неплохо получить хотя бы часть комфорта двадцать первого века. Совсем немного. Я не требовал интернета, смартфона или доставки еды. Хотя от интернета я бы, конечно, не отказался.

Чёрт возьми, вы вообще представляете, какая это мука, жить в Средневековье?

Здесь не было нормальной туалетной бумаги. Не было мягких кроватей, привычных лекарств, холодильников, горячего душа, электрического света и множества других мелочей, ценность которых начинаешь осознавать только после окончательной и бесповоротной потери.

Большинство дорог превращались в грязь после первого же дождя. Зимой из щелей в стенах тянуло холодом. Летом продукты портились с такой скоростью, будто участвовали в соревновании. А местные представления о гигиене зависели от достатка, воспитания и личного желания конкретного человека не пахнуть, как конюшня после жаркого дня.

Да, возможно, я был неженкой.

Но пусть любой, кто решит осудить меня, попробует несколько лет прожить без канализации, зубной пасты и возможности просто повернуть кран, чтобы получить чистую воду. После этого я с удовольствием выслушаю его мнение.

Я шумно выдохнул, сжал рукоять и начал новый цикл. Удар. Выпад. Укол.

На этот раз по деревянному клинку пробежало слабое золотистое свечение. В момент столкновения с куклой оно вспыхнуло ярче, и несколько соломинок разлетелись в стороны.

Магия у меня была.

Причём, судя по осторожным замечаниям Мерлина, её запас значительно превосходил норму даже для одарённого ребёнка. Я чувствовал её внутри себя как второе дыхание, как тёплый поток, скрытый где-то под рёбрами. С каждым годом он становился сильнее, плотнее и послушнее.

При должном обучении я, возможно, смог бы стать полноценным магом.

И временами эта мысль казалась невероятно заманчивой. Можно было оставить мечи, рыцарей и будущие войны кому-нибудь другому, запереться в башне, изучать чародейство и заниматься созданием полезных вещей.

Но существовала одна небольшая проблема. После смерти Утера, моего биологического отца, в Британии должна была начаться смута. А смута означала войну. Война же была худшим временем для развития науки, ремёсел и магических технологий. Когда вокруг горят деревни, лорды режут друг друга за землю, а на дорогах хозяйничают разбойники, людей мало волнует создание более удобной печи или системы водоснабжения.

Конечно, я не обладал полным набором знаний современного инженера. Я не смог бы по памяти построить электростанцию, двигатель внутреннего сгорания или завод полного цикла.

Зато у меня имелась магия. И знания как это долно работать.

Она могла позволить обойти некоторые конструкционные ограничения, заменить недостающие материалы и создать вещи, невозможные для обычного средневекового мастера. Даже простейшие зачарования могли изменить быт людей сильнее, чем десяток новых указов. Одни только руны холода нанесенные на шкаф спасали килограммы мяса у нас дома.

Но для этого требовались время, ресурсы и хотя бы относительная стабильность. А мне, судя по всему, предстояло сначала эту стабильность создать. Я нанёс последний удар и позволил мечу опуститься.

Золотистое свечение окончательно погасло. Вместе с ним исчезло и ощущение тёплого потока внутри. Я попытался вызвать хотя бы крохотную искру, но в ответ получил лишь неприятную пустоту и лёгкое головокружение. Отлично. Опять потратил весь запас. Упахавшись на тренировке до дрожи в руках, я отнёс деревянный меч к стойке и направился к колодцу. Нужно было набрать воды, умыться и привести себя в порядок до ужина. После таких занятий мне требовалось хотя бы обмыться. К счастью, одну небольшую победу над средневековым бытом я уже одержал: у меня получилось создать нормальное мыло.

Точнее, создал его не я, а Мерлин.

Я лишь подкинул ей идею и примерно описал, какой результат хотел получить. Она несколько дней экспериментировала с маслами, жиром, травами и какими-то магическими компонентами, после чего вручила мне аккуратный светлый брусок с приятным запахом.

Я попытался узнать состав. Она сказала, что некоторые знания опасны для неподготовленного разума. Подозреваю, ей просто нравилось издеваться.

Я опустил ведро в колодец. Верёвка заскрипела, скользя по деревянному вороту. Через несколько секунд снизу послышался плеск. Я начал вытягивать воду, напрягая уставшие после тренировки руки. Ведро поднималось медленно, а мышцы плеч неприятно ныли. Почти добравшись до края, я почувствовал, как чья-то ладонь легла мне на голову и бесцеремонно взъерошила мокрые от пота волосы.

Подобная привычка была только у одного человека. Подняв голову, я увидел Мерлина. Сейчас она находилась в своём привычном мужском облике. Светлые волосы, спокойное лицо, длинная одежда мага и неизменная улыбка, по которой невозможно было понять, пришла она с хорошими новостями или собиралась втянуть меня в очередной эксперимент.

Я до сих пор не знал, как правильно о ней думать. Он? Она? Сама Мерлин, кажется, получала от моей растерянности искреннее удовольствие. Она наклонилась, мельком посмотрела на мои ладони, затем перевела взгляд на потрёпанную соломенную куклу.

– Вижу, ты снова хорошо потренировался, – произнесла Мерлин, продолжая трепать меня по голове. – Чары на мече разрядил, куклу едва не уничтожил и даже собственный запас магической энергии опустошил почти полностью.

– Я рассчитывал, что заклинание продержится дольше, – признался я, ухватившись за край колодца. – В прошлый раз его хватило на пятьдесят повторений.

– А сегодня ты вложил в каждый удар больше силы.

– Значит, мне нужно научиться лучше её контролировать.

Мерлин слегка приподняла брови.

– Или научиться вовремя останавливаться.

– Это тоже контроль.

– Очень удобное толкование.

Я наконец вытащил ведро и поставил его на землю. Вода плеснула через край, обдав пыль возле моих ног тёмными каплями.

– Я должен стать сильным, – сказал я, растирая ноющие пальцы. – Так говорил сэр Эктор. Мужчина должен быть сильным.

– Сэр Эктор говорит много правильных вещей. Тебе стоит чаще вспоминать его слова когда творишь с другими мальчишками очередное хулиганство.

– Угу, но он все равно заставляет повторять их во время каждой тренировки.

– Чтобы ты не забывал.

– После сотого раза это сложно забыть.

На губах Мерлин появилась чуть более заметная улыбка. Она убрала руку с моей головы, но затем коснулась двумя пальцами моего лба. По коже пробежало прохладное покалывание, а тяжесть в висках немного отступила.

– Это похвальное рвение, Артур, – сказала она уже спокойнее. – Но сила заключается не только в том, чтобы бить сильнее и быстрее.

Я посмотрел на неё снизу вверх.

– А в чём ещё?

Мерлин на мгновение замолчала, словно выбирая между прямым ответом и очередной загадкой. Судя по блеску в её глазах, победила загадка.

Четыре года спустя

Звон металла разносился по тренировочному двору, отражаясь от каменных стен и деревянных построек. Наши клинки были учебными: металлическими, тяжёлыми, с затупленными лезвиями и закруглёнными концами. Убить таким мечом при должном старании всё ещё было возможно, но для этого пришлось бы приложить куда больше усилий, чем во время обычного спарринга. Зато они позволяли привыкнуть к настоящему весу оружия, отдаче от столкновений и неприятной вибрации, проходящей по рукам после каждого сильного удара.

Я шагнул вперёд и обрушил на Кая новую серию атак. Удар справа. Смена направления. Короткий рубящий сверху. Металл со звоном столкнулся с металлом. Кай отступил, едва успевая подставлять клинок под мои удары. Его лицо покраснело, дыхание сбилось, а руки после каждого столкновения опускались всё ниже.

— Кай, ты двигаешься, как беременная гусыня! — крикнул я, не снижая напора.

— Заткнись… — выдавил он сквозь зубы, с трудом отбивая удар в плечо.

Я не дал ему ни секунды отдыха. Металлический учебный меч вновь скользнул по его защите, с визгом прошёл вдоль затупленного лезвия и заставил Кая отступить ещё на шаг. Он был моим соучеником, старшим названым братом и родным сыном сэра Эктора. На четыре года старше, выше почти на голову и заметно тяжелее. Всё это должно было давать ему преимущество.

Должно было.

— А ведь утром так бахвалился своим походом, — продолжил я, целясь ему в бок. — Рассказывал, что стал настоящим мужчиной.

Кай едва успел опустить меч и принять удар на плоскость клинка. От столкновения его руки дрогнули.

— Я хотя бы… выходил за ворота поместья не только для тренировки!

— Да, я слышал. Весь дом слышал. Ты рассказывал об этом за завтраком, во дворе, в конюшне и даже кухарке, которая вообще не спрашивала.

— Она слушала с интересом!

— Она пыталась понять, когда ты наконец уйдёшь и перестанешь мешать ей готовить.

Кай раздражённо рыкнул и попытался оттолкнуть мой клинок своим. Я поддался, позволив ему ненадолго восстановить дистанцию. Он тяжело дышал, но всё ещё держал меч достаточно крепко. Несмотря на мою насмешку, Кай действительно стал заметно сильнее. Его движения были увереннее, чем год назад, а удары приобрели вес. Против обычного сверстника он, вероятно, выглядел бы превосходно.

К его несчастью, тренировался он со мной.

— Завидуешь, мелкий? — усмехнулся Кай, вытирая рукавом пот со лба. — Я уже могу ходить в походы со взрослыми.

— Конечно, завидую. Всю жизнь мечтал тащить чужие припасы, чистить лошадей и спать в грязи.

— Я сражался с разбойниками!

— Ты стоял рядом, пока сэр Эктор с остальными их связывали.

— Один из них на меня напал!

— Пьяный и без оружия.

— У него был нож!

— Который он уронил ещё до того, как добежал до тебя.

Кай стиснул зубы.

Я видел, как раздражение постепенно вытесняло осторожность. Он начал сильнее сжимать рукоять, его плечи поднялись, а взгляд сосредоточился уже не на моём мече, а на моём лице.

Именно этого я и добивался.

— Зато после этого похода я стал настоящим мужчиной, — выпалил он. — А тебе до этого ещё расти и расти!

— Судя по тому, сколько ты об этом говоришь, ты сам пока не до конца уверен.

Лицо Кая вытянулось.

— Ах ты мелкий ублюдок!

Он бросился вперёд. Слишком резко. Слишком прямолинейно. Кай нанёс размашистый удар сверху, вложив в него почти всю силу. Я сместился в сторону, пропустил его клинок мимо себя и коротким движением ударил своей гардой по его рукояти. Раздался звон. Пальцы Кая разжались, и металлический учебный меч, несколько раз перевернувшись в воздухе, упал на утоптанную землю.Не успел он опомниться, как закруглённый конец моего клинка упёрся ему в шею.

Кай перевёл взгляд с меча на меня, тяжело дыша. Несколько мгновений он молчал, словно пытался придумать достойное объяснение произошедшему.

Не придумал.

— Артур, ты скотина.

— А ты ленивая задница, — спокойно ответил я, убирая клинок от его горла. — Я младше тебя на четыре года и побеждаю в девяти спаррингах из десяти.