Читаем Повесть о настоящей девочке онлайн бесплатно

Нет ничего сокровенного, что не открылось бы,

и тайного, что не было бы узнано

Евангелие от Матфея (гл.10, стр. 26)

Конец марта 2020 года. В России объявляют «режим самоизоляции». Люди послушно закрылись в своих жилищах. COVID-19 гремит по миру, но еще так неведом ни Наташке, ни её окружению. Наташка с семейством самоизолировались в своей квартире. Хорошо, что работа экономиста позволяет работать в удалённом режиме. Наташка всегда мечтала о работе на удалёнке. И вот, это случилось. Как ни странно, но процесс пошёл как надо, в конторе было всё под контролем. Пару раз в месяц съездить в офис для работы с документами, но куда без этого, это необходимость.

Первые дни было в новинку, и интересно. С утра накормить всех завтраком, потом работа, параллельно старшую отправить делать уроки, сварить обед, снова работа, проверить уроки, ужин, сходить в магазин за продуктами. В промежутках развлечь младшенькую. На сон уходило часа четыре в сутки. Наташка только поняла, что она теперь работает и на своей работе, работает и учителем начальных классов, и воспитателем в детском саду, а еще и поваром, ну а уж уборщицей – это – само собой разумеется. Однажды она наткнулась на популярный в тот период мем – на фото бабулечка-божий одуванчик с безумными глазами и усталой улыбкой и подпись: «У нас все хорошо, мы дома с детьми. Альбина, 32 года». «Не превратится бы в такое же существо», – отрезвляюще подумала Наташка.

В начале апреля Наташке исполнилось сорок четыре года. И не было ни сил, ни времени поразмыслить много это или мало. День шёл за днями, все дни похожи один на другой. Постепенно стресс первых дней самоизоляции сошел на нет. Жизнь вошла в обычное русло. Только обычное стало новым. Все сидят дома, разбрелись по своим углам и занимается каждый своим делом. Благо просторная квартира семьи Наташки позволяла каждому члену семьи иметь свое собственное пространство и не особо мешать друг другу. И как-то постепенно это пространство стало заполняться какими-то вещами, разбросанными игрушками. Если дела хоть как-то делались, например, отчёты по работе к определённому сроку нужно сдать, или старшая дочь делает уроки, потому как нужно сдать дистанционные задания в обозначенное время, то домашнее пространство заполнялось без видимых причин, просто так.

Наташке вдруг захотелось навести радикальный порядок хотя бы в своих вещах, уж не до детских кругом разбросанных игрушек. Она даже изучила систему уборки Мари Кондо. Столь радикально еще не готова была к разбору всех категорий вещей, но кое-что взяла на вооружение. Например, как удобно можно расположить детские вещи и бельё в выдвижных ящиках комода. Многие вещи, не первой необходимости, так и оставались лежать в перевозочных коробках, которые она просто составила в шкаф после переезда три года назад. Наташка занялась оформлением коробок для хранения, благо Интернет пестрил всевозможными мастер-классами. Неожиданно нашлось много времени и, самое главное, желания на такую работу. Разбирая очередную коробку, она наткнулась на альбомы с фотографиями. Вот её детский альбом – черно-белые фотографии.

Фотографий было немного, несколько конца семидесятых и побольше школьных – восьмидесятые и самое начало девяностых. Годовалый пухляш с серьёзным лицом, трехлетка с огромным Карлсоном на коленях, пятилетка, играющая на тёткином баяне. А вот и первый класс – осень восемьдесят третьего. На фотографии у Наташки растрёпана прическа, она даже помнит, как её фотографировали. Они бегали со своей «бандой» в коридоре, но вышла учительница и накричала на них, чтоб шли фотографироваться немедленно, так как весь класс уже сфотографировался, одни они остались. Наташка первая быстро подбежала к фотографу. Так и осталась запечатлена с растрёпанной прической и озорным лицом, но пытающемся быть серьёзным. А потом была новая школа, фотографий тоже немного, но помнит лишь одну, восьмой класс, значит год 1990, на улице за школой выстроен на лестнице их класс. Наташка опять с растрёпанной прической, но в тот раз растрепал специально её прическу Наташкин мучитель Толиков. И Наташка на той фотографии с растрёпанной прической и очень недовольным лицом.

Вдруг подумалось, что она не помнит годы учебы ни в седьмом, ни в восьмом, ни в девятом классе, странно… Перелистнула страницу фотоальбома, вот последний звонок девятого класса. Наташке вспомнилось, как же она ждала этот последний звонок, она знала, что Толиков выпускается из школы и собирается учиться в каком-то училище. А Наташка собиралась в десятый класс. С выпускного вечера нет фотографий, да и выпускной сам плохо помнит. Но помнит, как Толиков объяснился ей в любви, а её это никак не тронуло. А ведь в следующем году будет 30 лет их выпуска из школы. Интересно, будет ли юбилейная встреча одноклассников? Вечером Наташка засела в социальные сети и стала искать своих бывших одноклассников. Кто-то из них даже был формально в друзьях в «Одноклассниках», но туда она заходила крайне редко. Поэтому ни с кем из них не переписывалась. Одноклассники знали, что она уехала из их города, и теперь живет в областном городе. Кто-то из них периодически писал сообщение, что ожидается очередная встреча одноклассников, на которую и её приглашают. Но Наташка всегда вежливо отписывалась отказом.

Стало интересно, а как же выглядит сейчас Толиков, как у него дела? Недолгий поиск и социальная сеть выдала фотографию лысого мужчины с бородой. Узнала она его только по улыбке на другой фотографии. Да, точно он. Лысый и бородатый мужик за сорок. Ну, себя-то она каждый день в зеркале видела, а тут спустя тридцать лет, конечно, же мужчина за сорок, как иначе. Но его лицо показалось очень знакомым. Она понимала, что она его где-то видела, совсем недавно… Через несколько дней она внезапно вспомнила одну историю в садоводческом магазине ее родного города и обомлела, точно, это был Толиков, а она даже и не поняла.

Года три назад Наташка с семьёй приехали к родителям в её родной город. Обычно они приезжали к родителям зимой на новогодние праздники и летом на дачу. Дачей родители называли шесть соток и небольшой садовый домик в садоводческом товариществе. В тот раз было лето. Еще по дороге к родителям Наташкиному мужу поступил звонок от потенциального клиента. Муж договорился, что подъедет через определённое время. Это был садоводческий магазин, поэтому, по приезду тёща с удовольствием поехала показать зятю дорогу до этого магазина, объявив, что магазин хороший, содержит семейная пара, ну и заодно прикупить что-нибудь необходимое. На следующий день муж предложил Наташке вместе съездить в тот магазин забрать какой-то документ. Наташка с радостью согласилась, заодно купить для мамы понравившейся всем сорт садовой клубники. А ещё и просто развеяться. Это было счастье, хоть с кем-то оставить детей и в тишине просто прокатиться по родному городу.

Наташка с мужем зашли в магазин, муж поздоровался с владельцем, Наташка тоже, и из вежливости улыбнулась ему. Но его реакция поразила Наташку, он посмотрел на неё, соскочил и резко стал искать что-то под прилавком, потом ушел вглубь комнаты. Мужчина показался Наташке не знакомым: лысая голова, борода, нет не знаком. Наташка углубилась в изучение каталога клубники в поиске нужного сорта. Она слышала только шёпот:

– А ты что такой?

– Это ОНА.

– Кто она?

– Она, ну я тебе рассказывал…

– И что?

– Придётся ехать домой, я с ней не поеду.

Вышла приятная женщина, она была слегка взволнованна, и объяснила, что нельзя сейчас купить усы клубники, так как они работают по предзаказу, для начала эти усы нужно выкопать, а уже потом к определённому времени их привезти. Наташка поняла и решила отступить, уж очень это сложный процесс для неё и пусть мама сама решает, нужно ли ей что-то покупать. Она спросила у мужа:

– Ты здесь всё?

– Нет ещё.

– А ещё долго?

– Сам не пойму.

Наташка обернулась. Лысый бородач сидел и смотрел на неё, оглядывая с ног до головы. Наташке стало не по себе. Она поняла, что, скорее всего, дело в ней. Возможно, она здесь мешает.

– Слушай, я подожду тебя в машине, – сказала она мужу и вышла из магазина.

На улице солнечно и пустынно. Только две фигуры стояли чуть в отдалении, мужчина и женщина в возрасте и о чём-то разговаривали. Мужчина не знаком Наташке, но назовём его Василием. Наташка прошлась вдоль здания, рассматривая дома на противоположной улице. До неё долетали некоторые фразы пожилых людей, к которым она не прислуживалась.

– Интересно, что это она делает в наших краях? – спрашивала женщина.

– Ну, видишь ведь, садоводческий магазин, видать по саду матери что-то покупают.

– Она ж вроде редко приезжает совсем.

– Ну да. В сад и приезжает только. Я б на ее месте не ездил бы вообще, но видать хоть немного родины посмотреть хочется, да и детей бабушки лишать не хочет. По мужу-то совсем никакой нет, – отвечал мужчина. Помолчав, он добавил:

– Эх, жалко мне его. Она его так упрашивала, так упрашивала, а он ни в какую. Воспитывать её надумал, видите ли. Вот и воспитал. Теперь ходит кругами вокруг неё, дядь Вась, помоги… А что тут сделаешь теперь. А с сыном твои она пошла от безысходности, я это точно знаю. И что же он сделал с ней такого, что её так воротит даже от воспоминаний о нём?

– Да ну уж прям, скажешь, забыла уж всё тоже, – ответила женщина.

– А ты подойди и спроси. Вон же она! Ну иди, подойди и спроси!

– Да что уж спрашивать, всё дело минувших дней. Всё у обычно было, как у всех.

– Ага боишься! Знаешь, что не рада будет. И это она не знает, что после расставания с ней он устроил. Ну да, обычно как у всех. Я своими глазами видел, как её передернуло только упоминания о первых отношениях.

– Василий, ну ты и скажешь, как ты видел-то?

– Так и видел. Он как раз телефон включил на видео. Он через коллегу разговаривал, та её показывала в тот момент как раз. Он так с ней и общается. Всегда через кого-то.

– А сам не может с ней напрямую поговорить?

– Пытался. Она его не помнит, а потом даже этот разговор с ним забывает. Несколько раз пробовал. Вот так её долбануло. Тот её сломал, а твой сын её доломал.

– Ну ладно, что вы все на него набросились? Он и так редко сюда приезжает, и каждый раз, когда приезжает, ему кто-нибудь и напомнит об этом, а он потом переживает. Ему и так сейчас плохо из-за этого развода.

– А вот не надо было влезать ему в это дело! Глядишь и ему бы повезло. А то всё же видел своими глазами. Перед ним же всё разворачивалось. Шушукались всё время с этой шмарой. Она его подначивала всё. Вот и наказал Бог их обоих. Шмару эту наказал так наказал, уж глаза бы мои её не видывали, и сыну твоему не последнее слово ещё скажет.

– Ну тебя, Василий, куда ещё хуже. Он совсем один остался, ладно пойду, я… Хотя нет, на мужа её посмотреть хочу.

– Ну смотри, вон как раз вышли, курят стоят. Ну лысый, понятно, из магазина этого. А второй её муж.

– Так и на сына моего похож, – уверенно сказала женщина.

– Ага, ростом разве что, – подъел мужчина.

– Ну да, на того похож больше, – согласилась женщина.

К Наташке подошёл муж и сказал:

– Сейчас съездим куда-то в район Пушкино.

– Пушкинский посёлок может?

– Может, я не знаю, за ним поедем.

Лысый бородач вышел из магазина, шел быстро, резко сел в машину. Тронулся дёргано, по всему видно, что он очень нервничает.

– А что он так нервничает, не знаешь?

– Не знаю, вчера, вроде, нормально разговаривали.

Наташка сидела и думала, почему опять какие-то странности? Почему в этом городе всё так странно и не понятно? Как же ей было тяжело жить в этом городе, хотя здесь прошли её детство и юность. Почему?

Подъехали к частному дому. Мужчина вышел из машины и вошёл в дом. Спустя некоторое время вышел. Муж Наташки вышел из машины, закурил. Мужчина подошёл к нему и отдал какую-то бумагу. Наташка даже и не пыталась выйти из машины, занялась изучением одного из родительских чатов в телефоне. Но лысый бородач подошёл к машине с её стороны, ей даже пришлось открыть окно, и начал говорить:

– У нас тут ремонт…

– Ну и хорошо, – Наташка подняла голову, посмотрела на мужчину, потом на дом.

– Баня ещё была, но она сгорела, – продолжал мужчина.

– Печально, – резюмировала Наташка, уже недоумевая, зачем ей это было знать? Муж сел в машину. Наташка попрощалась. Мужчина отошел. Муж спросил у Наташки:

– Ты его знаешь?

Наташка внимательно посмотрела на мужчину: лысый, бородатый, лет сорока. И очень внимательно и печально смотрел на нее сквозь лобовое стекло. Нет, она его видела впервые. И ответила:

– Нет, не знаю, в-первый раз вижу. А что?

– Да нет, просто при тебе так изменился. Ладно поехали.

Точно, это был Толиков, а она его не узнала тогда. Она даже и не подумала, что это может быть кто-то из прошлого. Интересно, Наташка тогда в детстве очень хотела ходить в школу, чтобы учится, но не хотела общаться с одноклассниками. А сейчас её одиннадцатилетняя дочь страдает от отсутствия общения с друзьями, но при этом заявив, что дома с мамой так все понятно по учебе, нежели с учительницей. Наташка задумалась, почему же она тогда в детстве не хотела общения…

Ответ пришел неожиданно и внезапно. Наташка вдруг вспомнила обморок на уроке физкультуры. А почему он случился? Так, была драка, Петров, Димка Петров, её первая школьная любовь, наподдавал-таки Толикову, её обидчику. Получается, что для Наташки это стало три года анабиоза и, потом, ещё тридцать лет амнезии. Наташка не поверила себе, конечно же. Ну не может так быть. Позвонила родной сестре Лене. Лена уже больше двух лет с семьёй жила в Германии. У них в это время был очень жёсткий локдаун. Они с семьей тоже «заперты» дома, поэтому поболтать она всегда была рада. Но тему драки, обморока и прошлого, очень неожиданно для Наташки, она даже не хотела обсуждать. Уводила тему в сторону. Наташку это очень неприятно поразило. Конечно же, она не стала настаивать, но впечатление, что сестра что-то знает, но скрывает, осталось.