Читаем Хотбол: смертельный пас онлайн бесплатно

Единорожица стучала белыми металлическими копытами по тротуару Та-Понг-стрит, скача в сторону дома номер 105б. Её сочно-зеленая синтетическая кожа была единственным ярким пятном среди зимней городской застройки. Лимонный нейлон гривы блестел на солнце, клетчатая сумка болталась на поясе как будто пустая. Это была Мама Лайма – самая популярная модель робота телеприсутствия для анимации на праздниках в этом году.

Дети, которые иногда встречались и в этом деловом квартале, оглядывались, подбегали и махали руками, но единорожица их игнорировала. Один малыш расплакался, и мама его утешала: «Да ты чего, Мама Лайма же на автопилоте, идёт домой. Видишь, и сумка с подарками пустая, а значит, с праздника она».

Подрысив к нужному дому из дымчато-синего пластобетона, она встала на задние копыта и, наклонив голову, чтобы белый рог не уперся в косяк, процокала внутрь.

Охранник на ресепшен лениво поднял бровь, изображая удивление.

– Апартаменты две тысячи сорок пять, – отрешенным голосом отчиталась роботизированная лошадь и поцокала к лифтам, не дожидаясь реакции. Впрочем, охраннику было настолько всё равно, что он и не собирался отвечать, только раздражённо цыкнул вслед.

Эту модель Мамы Лаймы грациозной никто бы не назвал. Движения были рваными и рублеными, выдавая дешёвые сервомоторы в конструкции и желание производителя сэкономить на амортизации. Взять в прокат такую на праздник в самом бюджетном агентстве по карману любому. Если аниматор хороший, дети будут в восторге и не заметят, что единорожица не всегда попадает в узкий дверной проём с первого раза, а в толпе топчется на месте от растерянности, потому что неуклюжая, а на ногу никому наступить нельзя.

Всем этим сполна насладились жители дома номер 105б, столкнувшиеся этим утром у лифта с Мамой Лаймой. Она и сама зайти туда не могла, и другим не давала, пока кто-то сердобольный не пропустил ее вперед и не вытолкал на нужном этаже. Процокав на двух ногах к двери с надписью «Мистер Шон Риттер», единорожица постучала, не соизмерив силу. Получилось чересчур: на громкий стук выглянул сосед, а на дешёвой пластиковой двери остались вмятины.

Хозяином апартаментов оказался высоченный, ростом выше косяка, худощавый молодой мужчина, кудрявый и лохматый. Он посмотрел на робота почти из-под потолка большими серыми глазами и пошире распахнул дверь.

Апартаменты представляли из себя просторную, по местным меркам, кухню-гостиную четыре на шесть метров, но без окна и с двумя дверьми: в спальню и душевую. Посередине стоял рабочий стол с мониторами. От кухни в комнате были только холодильник и раковина. От гостиной – зеленый диван напротив стола. Одну из стен выкрасили белой краской, на противоположной висел проектор – вот и вся скромная обстановка.

Шон молча показал на диван, и единорожица послушно села. Для робота её вес был весьма скромный: из металлического только копыта и сервомоторы и ещё кое-что по мелочи, остальное – прочный пластик. И всё же зелёный диван скрипнул от натуги и подозрительно прогнулся. Хмыкнув, детектив сел в своё видавшее виды коричневое офисное кресло с анатомическим «обёртыванием» и отодвинул один из мониторов на край стола.

Робот сидел в режиме ожидания, хлопая ресницами.Дешевые стразы блестели в свете единственной лампы на потолке. Не видя активности, Шон подключил очки дополненной реальности и покрутился в кресле, но ничего не изменилось. Скрестив руки, он терпеливо ждал минуты три, пока оператор сообразит выйти из офлайна. И вот, повращав головой влево и вправо, проверяя управление, единорожица заговорила. Синтетические губы и язык изо всех сил старались подражать натуральной мимике лошади, но получалось плохо и выглядело дёшево.

– Детектив, я расскажу вам одну историю, произошедшую во время отборочных соревнований по хотболу, – чеканил робот, демонстрируя блестящий пластик идеально ровных белых зубов. В синтезированном голосе не было ничего общего с нежным тоном и игривыми интонациями мультяшной Мамы Лаймы. – Эта игра сейчас на пике популярности, и вы, уверена, в ней разбираетесь. Выслушайте меня внимательно и не перебивайте. После я задам вопрос, за ответ на который вы и получили полный аванс.

Детектив кивнул и наклонил голову к правому плечу, прищуриваясь. Он знал, что яркая лампа дневного света прямо над диваном (вынужденная мера в комнате без окна) очень кстати заставит стекла-хамелеоны потемнеть. Не очень гостеприимно, но клиент и сам решил спрятаться за маской робота-аниматора. Даже голос его или её был смоделирован – Шон хорошо знал этот популярный бесплатный софт.

– Итак, полгода назад, во время отборочной игры Всегалактической Олимпиады, наши фавориты встретились на своей орбитальной станции с «Белыми Сестарми». Это слабая малоизвестная команда, исход матча был очевиден. В конце пятого тайма, разыгрывая мяч, левый нападающий, мистер Джугаши Нунди, был оттеснён от кольца, но всё равно прорвался, когда на таймере до «взрыва» оставалось чуть больше секунды, – единорожица открывала и закрывала рот, как будто жевала, как и полагается лошади, и хлопала глазами. Однообразием движений и скудностью мимики она на любого нагнала бы тоску, но Шону не было скучно ни капли. Он весь превратился в слух и подался вперед, барабаня длинными тощими пальцами по столу в такт словам. Очки оказались кстати: тема разговора ему совсем не понравилась, но показывать этого не хотелось.

– В такой ситуации игроки часто «раскручивают» мяч, выбрасывая его в центр поля, – продолжала жевать слова лошадиная голова. – Но у «Боевых носорогов» другая тактика. Их второй нападающий, Ли Ким, входит в десятку самых быстрых игроков. Он умеет бить в корзину с рекордно низким временем удержания мяча в руках. Успех этойкомандыво многом держался на их с Джугаши Нунди слаженном дуэте.

Лаймовая кожа лошади странным образом перекликалась с цветом обивки дивана. Это такое совпадение, много ли детских мультяшек зеленого цвета? Если сильно прищуриться, они сливались в один комок, и только белый рог блестел, как шпиль на башне. Думая об этом, детектив мрачнел.

– Но в эту игру вмешался случай, – слова слетали с лошадиного языка, как солдатики на марше. – Ли Ким не успел бросить мяч и получил «выбывающий» электрический разряд, вот только мощность его была гораздо выше установленной олимпийским комитетом. Он чудом не умер. Сезон для него был окончен. Победу «Боевые носороги» в этом матче всё равно одержали, и так играли вполсилы. Вышли в первый отборочный тур, а там уже слились.

Шон смотрел на говорящую единорожицу в очках дополненной реальности, и те подбирали ему подсказки и определения, помогая понять, о чём идёт речь.Ссылки кружились вокруг морды робота. Любую можно было развернуть и прочитать подробности. Самые важные были открыты сразу.

«Хотбол – спортивная командная игра, в которой мяч забрасывают руками в кольцо соперника. Играют две команды, в каждой из которых по десять человек.Спортсменыперемещаются на роликовых коньках по специальным трекам, в невесомости используют магнитные ролл-ботинки. Мяч оснащен таймером на две минуты, которые идут, пока мяч касается человеческого тела, а во время пасов хронометр останавливается. Игрок, в чьих руках истёк таймер, получает небольшой электрический разряд и выбывает. Если мяч был заброшен в кольцо, счётчик обнуляется», – подсказывала всегалактическая энциклопедия. «Раскручивание – специальный приём хотбола в невесомости: мяч сбрасывается в поле с большой силой и летает до тех пор, пока кто-то не решится его забросить в кольцо или взять в руки», – из профильного сообщества. Подключились и заголовки из новостных лент: «Смертельный хотбол: как развлекаются в зонах особой юрисдикции Демократической Республики», «Ли Ким, правый нападающий «Боевых единорогов», до сих пор проходит реабилитацию», «Вины производителя мячей тут нет» и всё в таком роде. Нашлось и видео самого эпизода, оно без звука крутилось в маленьком окошке над правым лаймовым ухом робота.

Но все эти подсказки детективу Риттеру были ни к чему, он так и не открыл ни одной ссылки. Всё, о чём говорила эта лошадь, Шон знал. Очки были нужны, только чтобы скрыть всё более хмурый взгляд, и он был рад, что так кстати надел их заранее.

– Первым делом страховая компания попыталась взыскать компенсацию с производителя мячей.В нашей стране всего одна такая фирма, мячи одинаковы и для спортивных игр, и для развлекательных версий хардкор, где выбывают навсегда. Разница лишь в базовых настройках. Логично предположить, что просто предохранитель слетел? – единорожица зачем-то сделала паузу, кокетливо хлопая яркими лимонными глазами. Но Шон никак не отреагировал на этот риторический вопрос. –Увы, эта фирма, «Гоу-гоу-хот», заказала независимую экспертизу, которая показала, что, во-первых, таймер сработал раньше, чем должен был. А во-вторых, неисправности не было, кто-то специально сбросил настройки. Вот так сюрприз!

Синтетические лошадиные губы расплылись и растянулись у щек, а над зубами вдруг надулись, имитируя улыбку, заботливую и нежную, по задумке создателя. «Ты для меня один большой сюрприз»,– подумал Шон, устраиваясь поглубже в кресле, анатомические механизмы которого, заботливо отремонтированные,«обернули» спину хозяина в своих объятиях.

–Завели уголовное дело. Однако территории спортивного комитета, включая орбитальную станцию «Боевых носорогов», как вы, конечно, знаете, – зона особой юрисдикции. В таких случаях, когда нет пострадавших среди граждан других стран и никто не умер, у негоесть право самому вести следствие. Юристы комитета открыли тендер и наняли молодого детектива, предложившего самую низкую цену.

В очках Шона появились новые заголовки: «Спортивный комитет хочет замять дело», «Разборки среди команды», «Кому выгоден наш проигрыш в этом сезоне». Но ему была интересна только личность клиента. Для этого поверх ссылок пришлось открыть окошко программы, которая включилась и на компе. Она анализировала движения робота, регистрируя возможные задержки или обрывы связи с оператором. Кто сидит там, за этой лаймовой пластиковой мордой с милыми до тошноты лимонными глазами? Они часто моргали, демонстрируя жёсткий нейлон черных густых ресниц, в котором, по задумке, как капельки росы, должны были блестеть дешёвые стразы. Единорожица двигалась мало: наклоняла голову, открывала рот, изредка переставляла ноги. Пока ни одной видимой задержки, а значит, оператор рядом. Или живёт на этой планете, или специально сюда прилетел. Что ему нужно? Этого мистер Шон пока понять не мог, но уж точно не грошовая консультация.

– Проверили всех, кто имел доступ к мячам до игры. Выяснилось: менеджер команды, отвечавшая за закупки спортивного инвентаря, некая Розали Дитрих, встречалась с мистером Кимом. Но эти отношения у неё не сложились, зато удались с мистером Нунди. Нарисовался какой-никакой, а возможный личный мотив.

Заголовки вокруг лошадиной головы опять изменились: «Третий лишний: на поле дружба, в жизни война», «Любовь, ревность и смертельный пас – нешуточные страсти нового сезона». Пока что этот аноним (а детектив был уверен, что его клиент именно мужчина, хотя ничто на это прямо не указывало) не сказал ничего, что не было бы известно широкой публике.

– Версия, что мисс Дитрих или мистер Нунди как-то замешаны, казалась надуманной. Во-первых, девушка тут же с ним поссорилась и была неоднократно замечена в больнице, где проходил реабилитацию мистер Ким. Позже они объявили о помолвке, а в прессе стали осторожно говорить –это она из чувства вины перед ним согласилась. Спортивному комитету эта версия понравилась, но пострадавший предъявлять обвинения невесте, конечно, отказался. Не было и главного: доказательств. Как, где и когда перенастроили мяч? Первую половину игры он отработал нормально. А может, это случайность и жертвой мог стать любой?– лошадиная голова перестала оставлять паузы после вопросов, как будто и сама вошла в раж от собственных слов. – А то, что мистер Нунди ревнив, часто ругался с другом из-за девушки, а после игрыо ней не вспоминает –ну так и что, бывает. Какие перспективы у такого дела, которое все, включая прессу, хотят скорей забыть? Но наш молодой детектив оказался на редкость въедливым. Изучая все видео со злополучной игры, и любительские, и с охранных камер, и другие, с участием этой пары нападающих, он, как и мы, обратил внимание на необычное поведение Нунди. Давая пас, он как будто замялся. То, как он держал мяч, как перестукнул пальцами, прежде чем бросить, – вроде и ерунда, на которую не обратили внимания ни спортивный комитет, ни тренер. Но это и странно. Всё-таки каждая миллисекунда на счету. Движения профессионального спортсмена такого уровня отточены до совершенства. С чего бы вдруг ему импровизировать? Почему тренер не сделал за это втык? Доподлинно нам известны только две вещи: дело закрыли, так как потерпевший написал отказ от претензий, а детектив получил в двенадцать, а точнее, в двенадцать целых пять десятых раза больше оговоренного тендером гонорара. Роскошная надбавка за отсутствие результата, не так ли? Дальнейшую цепочку событий мы выстроили по собственным соображениям, которые примем как верные.

Прошло едва ли больше пяти минут разговора, а Шон уже вспотел и раскраснелся. У него и раньше с этим были проблемы – близко расположенные к поверхности капилляры, или как там это правильно называется, даже при лёгком волнении заставляли чувствовать себя перезрелой сливой, и естественная неловкость в такой ситуации только усиливала эффект. Нелепая особенность для детектива. Корпорация DNA это легко исправит, выпотрошит и перекроит заново, но на это нужны деньги, которых нет. Есть дешёвые таблетки, но их надо было выпить заранее.

Он и подумать не мог, что эта предоплаченная анонимная консультация, которая была для него обычным делом, окажется такой «жаркой». Ох,как не нравилось Шону это «мы» с их «соображениями», а «двенадцать целых пять десятых» – ещё больше. Информацию о гонораре на новостных сайтах не найти. Он был уверен, что этот «мистер оператор», который сам так любит звать всех «мистерами», и названия банков с номерами счетов назовёт, если спросить.