Читаем Кто всё решает онлайн бесплатно

Каждый из нас предан. Кому-то или кем-то.

Ф. Достоевский

Гомоновы

– Самое главное в жизни – быть честным перед самим собой! – сказал Семён Игнатьевич, наливая себе рюмку водки выше краёв, – Вот я: никого никогда не обманул, ничего нигде не украл, но «гол, как сокол», ну и что? Главное, сплю спокойно и людям смотрю в глаза открыто и честно.

– Ладно, пап, всё понятно, – ответила Даша, – Давай не будем маму расстраивать, ложись спать.

–Моя маленькая, моя хорошая, я тебя больше всех люблю, сбегай для отца ещё за одной, пока Кирилл не вернулся с работы, он меня совсем не понимает. И мать и Маша – все такие правильные, а что в душе у меня – знаете? Кто-нибудь интересуется вообще? Вот вы собак развели, а вы думаете, это игрушки? У них тоже есть душа, они чувствуют! Смотрят-то как преданно! Иди, что ли, выгуляй их. И, ладно, пивка купи. Деньги дам.

– Пап, да хватит тебе, пожалуйста, деньги дома нужны, ты же сейчас без работы, когда заказ ещё дадут? А у мамы и у меня зарплаты маленькие, я же ещё и учусь, хватит, прошу!

– Ладно, но как проснусь, чтобы пиво было. Хорошо?

–Хорошо, ложись.

Даша надела ошейники собакам и вышла во двор.

«Гармошки-матрёшки», – крикнул соседский Ванька и забежал за угол дома. Догнать его было нереально, да и не было никакого смысла. Разве объяснишь глупому мальчишке, что её маленький рост – это совсем неплохо и что нельзя судить о человеке по внешности. Как часто, применяя пословицу: встречают по одёжке, а провожают по уму, люди не доводят её до конца, то есть до ума. А только встречают и сразу провожают по одёжке. Потому что в наше время все куда-то спешат: спешат жить, любить, а мимо проносятся самые важные, самые нужные именно этому человеку жизненные ценности. А он в погоне за своим комфортом и благополучием не замечает этого, а что-то вернуть и изменить – увы, порой уже невозможно.

Даша и Маша Гомоновы родились в обычной рабочей семье. Обе невысокого роста, милые, добрые близняшки. Их часто дразнили, но они никогда не обижались. Старший брат Кирилл, как и их отец, Семён Игнатьевич, работал на судостроительном заводе, но по-прежнему, жил с женой и родными жил в трехкомнатной квартире, полученной отцом от предприятия двадцать лет назад. Квартира находилась на первом этаже пятиэтажного дома. Окна кухни и самой большой комнаты выходили во двор, а из окон маленькой комнаты и зала открывался прекрасный вид на балку, раскинувшуюся за домом. По утрам в приоткрытое окно доносились крики петухов с ближайших дач. И в душе пробуждалось особое, волнующее чувство тепла, уюта от нахождения в родном доме.

Наверное, каждый человек знает и помнит запах родного дома, его невозможно забыть. Когда надолго приходится уехать, то при возвращении душу заполняет особая теплота и разливается по всему телу. Входишь в дом – и чувствуешь себя защищённым от всех житейских невзгод. А как хорошо за дружным семейным столом обвести всех родных взглядом, и, мысленно обняв всех, глубоко вздохнуть и сказать: «Спасибо, что вы у меня есть!»

Девочки избрали другой путь, чем их родители и брат -Маша выучилась на медсестру и работала в больнице, а Даша поступила на заочное отделение экономического факультета местного университета. А пока подрабатывала дворником. Совсем ещё девчонки, неяркие с виду, в себе они несли чудесные миры, готовые открыться для искренних и глубоких чувств. Прекрасно и таинственно это первородное чувство любви, которое каждый человек может реализовать, но вот когда наступит это время, никто не знает.

Весь океан любви, бурлящий в сердцах, они выплеснули на животных. Три собаки породы карликовый пудель – две суки и один кобель – ухоженные, облюбленные. Собаки, как вечно маленькие, не взрослеющие дети, требуют к себе внимания, заботы. И всё им прощается, и ради одного невинного детского взгляда их глазок-бусинок так и хочется их гладить и баловать.

День за днем, месяц за месяцем жизнь семейства тянулась без особых взлётов и падений, но в постоянном ожидании какого-то важного события, предчувствия чуда, особого предназначения.

На дворе завывала метель, первый месяц зимы – декабрь -решил проявить себя во всю силу. Снег в Крыму явление нечастое, но этой ночью он лег на траву, на скамейки и на машины тонким слоем. Свет фонаря ловил маленькие белые мушки, летящие с неба…

«Вот и утро, пора вставать, – в сонной неге раскрыла глаза Даша, – а Машке везёт, хитрая, берёт отпуск всегда зимой и нежится в теплой постельке. Ладно, пусть нежится, люблю её».

Даша быстро оделась, застегнула ошейники своим питомцам, которые, немного повизгивая, послушно ждали её у двери.

– Тихо, не будите никого.

Осторожно прикрыв за собой дверь, она вывела всю собачью компанию в холодный и мокрый мир. Мелкий снежок сыпал с неба, ветер резкими порывами бросал в лицо колючие снежинки. Руки быстро замёрзли, стало покалывать кончики пальцев.

«Ах, ну почему я не надела перчатки? Всё спешка, спешка, так и простыть недолго… А какие собачки у меня красивые! Я их недавно сама подстригла, кучу денег сэкономила, а дополнительная копейка лишней не будет никогда»,– размышляла Даша.

Вдруг залаяла Альма.

–Тише, тише, разбудишь людей, иди сюда!

Но собака не унималась и уже начала захлебываться от собственного лая.

–Что там такое? Ох! Человек! А ну ко мне, быстро!

Животом на скамейке, лицом вниз, лежал человек. Даша сразу узнала дядю Колю из соседнего подъезда. Это был невысокий, видимо, в молодости очень привлекательный, но уже полноватый мужчина предпенсионного возраста. Он нередко прикладывался к бутылке, всё же оставаясь добрым и весёлым дядькой. Даша помнила, как в детстве он часто угощал их конфетами, и даже мог с получки купить несколько порций мороженого на всю дворовую ораву. Правда, его жена, тётя Маша, очень сильно бранилась – деньги-то из семейного бюджета, но как-то без зла, по-хорошему ругала. Своих детей у них не было, так и жили вдвоём: работа, дом, работа, иногда ходили на дачу. Последнее время дядя Коля сильно сдал, под глазами появились синяки, началась одышка. Его взгляд стал тусклым, а всегда опущенные уголки рта выражали глубокую душевную грусть.

Даша сильно испугалась, её сердце бешено заколотилось. Она отвела в сторону собак и привязала к дереву. Вернувшись к дядьке, осторожно тронула его за руку. Рука была тёплая. «Фу, слава Богу, живой!»

– Дядя Коль, дядя Коль, вставайте, как же вы так, давайте я вас домой провожу!

В ответ послышались какие-то булькающие звуки. От мужчины несло свежим пивным перегаром, брюки, ботинки были грязные. Вероятнее всего, он всю ночь просидел в пивной, а под утро просто немного не дошел до дома. Работяга, он вкалывал на том же заводе, где и её отец, только в другом цеху – кузнецом. От громкого молота он стал плохо слышать, поэтому постоянно переспрашивал, и при этом добавлял обязательно: «Что, что, моя хорошая?» – или,– «Что, мой хороший?». На него просто невозможно было обижаться.

Даша начала поднимать соседа за плечи.

– Вставайте, вставайте, ведь замёрзнете же. Боже, какой же вы тяжёлый! Миленький, поднимайтесь!

Он послушался и сел на лавке. Глаза его были закрыты, а губами он что-то пытался сказать. Но получался стон и тягучее: «Хорошо, хорошо, хорошо, хорошо…».

Дядька вытянул две руки вперёд, и когда Даша потянула за них, то он, покачиваясь, поднялся, но его глаза оставались закрытыми.

– Пойдёмте, пойдёмте, тётя Маша, наверное, волнуется.

Она залезла ему подмышку и, обхватив двумя руками за талию, мелкими шажками стала постепенно продвигать его к подъезду. Ей повезло – подняться надо было только на второй этаж. Даша позвонила в дверь. Тишина. Второй раз позвонила -никто не открывает. Она стала ощупывать карманы дяди Коли – из одного вывалились деньги: несколько бумажек по тысяче рублей и мелочь. Девушка аккуратно всё подняла и сложила обратно в карман. Другой карман был пуст.

– Где же ключи? Ах, ну где же тётя Маша?

– В сумочке на поясе, – ответил Николай Иванович, не открывая глаза и сильно пошатнувшись.

Даша еле успела перехватить руку и не позволила ему упасть. На поясе у него висела черная кожаная сумочка. Даша умело открыла молнию, достала ключи. Одной рукой удерживая соседа, другой открыла дверь. Проводив до ближайшего дивана, уложила его в одежде, только обувь сняла. Зашла на кухню, там царил полный порядок. На плите стоял казанок, а на столе лежала записка. «Котик, кушай плов, не забудь поставить в холодильник, вернусь в среду. Целую, Маша».

Вероятнее всего, тётя Маша уехала к своей престарелой матери в деревню. Но с какой любовью и заботой была написана записка!

«Надо же, столько лет вместе, и дядя Коля совсем не ангел, а любовь жива! Вот бы мне встретить такую любовь, чтобы везде вместе, за руку держась, преодолевать трудности. Чтоб любил меня, на руках носил, целовал. Чтобы Бог дал нам деток, красивых, умных. Ах, как я этого хочу!», – размечталась Даша, и приятное тепло подкатило к её сердцу. Она взяла пластиковую бутылку с минеральной водой из холодильника и поставила рядом с диваном. Дядя Коля, посвистывая, уже храпел на всю квартиру. Даша вышла и захлопнула дверь.

Собачки, поскуливая, ждали её, поочередно подгибая озябшие лапки. Девушка тихо зашла в свою квартиру, вытерла лапки питомцам и стала собираться на работу.

2.       Коваленко

А на другом конце города жила девушка, словно абсолютно из другого мира. Вот так, сплошь и рядом, живут люди на одной планете, в одном городе, но совершенно разными жизнями. Высокая, стройная брюнетка Светлана с детства росла в любви и в роскоши. Узкий овал лица, прямой нос, высокий лоб придавали её внешности аристократический вид. Она рано осталась без матери, но её отец с лихвой, как ему казалось, восполнил этот недостаток материнской ласки и любви.

Отец Светланы, Фёдор Иванович Коваленко,– влиятельный, широко известный в городе человек. Высокий, широкоплечий, кареглазый мужчина средних лет, он занимал высокую должность в городском департаменте по земельным и имущественным отношениям. Свою ненаглядную дочь он пристроил работать в канцелярию, и теперь его душа немного успокоилась. Он очень тяжело пережил потерю матери Светланы, Ольги. Бедняжка, она умерла от онкологии, когда их малышке было всего три года.

Многократные попытки друзей познакомить его с хорошенькой женщиной не увенчались успехом. Закоренелый вдовец, влюблённый только в свою дочь, он, как неприступная крепость, стоял на страже своих чувств. Фёдор даже не смотрел в сторону противоположного пола. Бережно храня любовь и память о своей умершей супруге, он не находил места в своей душе для кого-нибудь другого.

Как же он был рад, когда Света и Игорь – сын его хорошего знакомого – стали встречаться. А сколько приятных хлопот принесла их свадьба, выбор квартиры, ремонт! Просторная двухкомнатная квартира молодожёнов на четвертом этаже новостройки, обставленная самой современной мебелью и новейшей бытовой техникой, сияла свежим евроремонтом. Большая гостиная и тёплая, уютная спальня в белых тонах, прекрасная панорама на город и бухту из окон кухни.

Свету все считали везунчиком. Она получила прекрасное образование, престижную работу, удачно вышла замуж. Её муж Игорь – капитан дальнего плавания, с машиной, квартирой, был и заботливым, и симпатичным – высоким, атлетически сложенным молодым человеком. Он с детства занимался греблей на байдарках. Ещё тогда, полюбив море, все силы приложил, чтобы выучиться и получить желаемую профессию. Целеустремленный, серьёзный, он безумно любил свою нежную лебёдушку – Светочку. Всё, казалось, было бы хорошо, вот только взаимности чувств в этом союзе не хватало. А ведь сердцу не роскошь нужна, сердцу нужно душевное тепло. И родную душу не заменят никакие сокровища мира, конечно, если у человека у самого душа чистая, добрая и ищущая… Поэтому не всё было безоблачно в их обеспеченной и, казалось, такой безбедной жизни…

Проводив мужа в рейс на шесть месяцев, Светлана погрузилась в тоску. Дом – работа, дом -работа. За окном метель, а в душе пустота. В очередной выходной день, ближе к полудню, в дверь кто-то позвонил. Света ещё нежилась в постели. «Кого там чёрт принес в такую рань!», – ругнулась девушка. Она гибко, по-кошачьи, потянулась, подняла ноги вверх, сделала упражнение «велосипед». Затем не спеша встала, подошла к двери. В глазке улыбался папа.

– Папа? Зачем так рано пришёл?

– Светочка, как же, я знаю, что ты одна и даже не завтракала, правда? Вот я тебе творожок принёс, как ты любишь, с клубничкой. Давай, давай, умывайся и есть, – тебе надо.

Он быстро перемешал творог со свежей клубникой, немного присыпал сахаром и присел на табурет. Света вышла из душа и шаловливо, почти по-детски, улыбнулась.

– Ой, спасибо, папуль, балуешь ты меня!

– Потому что люблю. Родная, я так хочу, чтобы ты была счастлива, я всё для тебя сделаю. Скажи: хочешь на своё 25-летие новый AUDI? Только скажи!

– Почему бы и нет, папочка, конечно, хочу! – пробормотала с набитым ртом дочка.

– Я открыл тебе счёт в банке, на двадцать пять тысяч, как подрастёшь, снимешь,– улыбался отец.

Света вскочила со стула и, громко чмокая, несколько раз поцеловала отца. Фёдор сиял.

– Ну ладно, ладно, я побегу, работы много, пара встреч сегодня. Ты на корпоратив новогодний пойдёшь? Дать на новое платье?

– Не, спасибо, папуль, у меня всё есть. Люблю тебя!

Проводив отца, Света подошла к окну, одёрнула занавеску, громко зевнула: «Ну и скукота… Снова маникюр, что ли, сделать? Надо себя держать достойно. А то встретят меня друзья Игоря, да и решат, что у него жена не следит за собой. Интересно, а он действительно меня любит или повёлся на деньги моего папашки? Скоро год, как мы поженились, и вроде всё у нас хорошо, и всё у нас есть, но скучно всё-таки. Обязательно надо куда-то съездить. Может, в Турцию, может, в Египет… Ммм… У папы денег попрошу, он даст, он добренький у меня. Татушку хочу модную. В Инете надо глянуть, вот Игорь удивится… Но какая же скукотища… Ленке позвонить, что ли?»

– Алло, Ленчик, привет! Рада тебя слышать, как ты? Давай сегодня вечером в клуб сходим. Как одеть нечего? Вообще не вопрос, заходи, найду что-нибудь для тебя. Да не парься ты – деньги тоже есть. Да отдашь когда-нибудь, когда разбогатеешь. Ладно, ладно, улыбаюсь… Жду.

Её подруга детства, Лена, жила в соседнем доме с мамой и двумя младшими братьями-близнецами. Тонкая, открытая душа, она искренне дорожила дружбой со Светой и очень радовалась, когда та вспоминала о ней и приглашала в кафе или просто посплетничать. Лена была немного ниже ростом, её большие карие глаза всегда вселяли доверие. Девушку очень любили все дворовые бабушки и дедушки: всегда поздоровается, поможет донести сумку до квартиры, сбегает в аптеку или в магазин. Для Лены это было нетрудно. Она всегда улыбалась, а на благодарности отвечала: «Да что вы, не за что! Берегите себя!»