Читаем Жизнь на острове. Часть 1 онлайн бесплатно

Посвящается верному другу

Как всегда, всё случилось крайне неожиданно. Прекрасный осенний день не предвещал каких-то значительных событий. Я обожала осень, наконец-то жара хоть немного спадала и можно было гулять по утрам и вечерам подолгу, наслаждаться морем, солнцем, воздухом и моей маленькой собакой. Про собаку скажу отдельно. Это йоршский терьер с очень необычной окраской и формой носа. Появилась она у меня случайно-неожиданно чуть больше трёх лет назад и стала для меня хорошим слушателем. Сначала я хотела назвать ее Лада, но каким-то образом в ветеринарной книжке написали Лапа, так и стала она для меня Лапочкой!

Лапочка для меня была больше, чем просто собака. Это был мой боевой друг, вернее подруга. Особенное хочу выделить её глаза-чёрные бусины… они были настолько внимательными и глубокими, а взгляд проницательным и умным, что меня частенько посещали мысли, что это я домашнее животное, а она – высшее существо. Вот уже четвёртый год мы жили вместе. Моя родня далеко – в России, а я в юные годы переехала жить в тёплые края. Выбрала для жизни остров в Средиземном море, это была моя детская мечта переехать жить в тёплую страну без снежных зим и желательно, чтоб море было в пешей доступности. Не именно этот остров я хотела, и не именно в Средиземном море, просто очень мечталось уехать в тёплые края, а мечты, как известно, сбываются. Мечтайте, друзья мои, это так здорово! Я живу у моря, одна в маленьком уютном домике, который сама достроила и которым очень горжусь, ну и собака со мной.

Итак, воскресенье, выходной, кайф, мы гуляли вдоль моря с моей любимой Лапочкой, я иногда спускала её с поводка, разрешала побегать и пообнюхивать интересующие её вещи, затем снова цепляла на поводок и расслаблялась, зная, что она рядом и никакие раздражители извне не смогут оторвать её от меня. Я вдыхала морской воздух, чему-то улыбалась и проговаривала какую-то очередную аффирмацию типа «Я любима и люблю, я богата и щедра». Добавлю в скобках, что аффирмации похоже работают, так как сейчас я богата, щедра, люблю и любима.. Бусинка иногда поднимала свою мордаху и так внимательно на меня смотрела, как будто знала обо мне, о мире или о всей вселенной что-то такое, чего не знала я. Порой меня эти её участливые взгляды повергали в состояние какого-то лёгкого шока, я пыталась себе объяснить, что собаки просто очень преданные существа и поэтому это их фирменный взгляд, говорящий о безмерной любви и верности, но временами эти объяснения переставали действовать, и я что? Да, я начинала разговаривать с ней, спрашивать, что же такое сейчас случилось во вселенной, что ты смотришь на меня так не по-собачьи ну и всякую подобную чепуху. Через какое-тио время моя псинка теряла к моим разговорам интерес и продолжала изучение мира, а я оставалась с открытым ртом и мыслями про себя, что, наверное, она думает, что я сумасшедшая тётка, которой давно пора бы в психотерапию, а лучше полежать в сумасшедшем доме пару месяцев.

Мы гуляли уже больше часа и развернулись в сторону дома, когда вдруг дрогнула земля. Нет, она содрогнулась! Лапуля оказалась у меня на руках в доли секунды, паника окутала меня до такой степени, что я готова была выть от непонятного чувства жуткого страха и ужаса. Мозги стали работать на повышенных оборотах: «это землетрясение и надо быстро домой за документами, деньгами, вещами на всякий случай, дом развалиться не может, он построен с учётом сейсмической зоны». Страх подгонял, вес собаки на руках не ощущался. Вот уже и дом. Бегу. Слышу жужжание вертолёта, голову поднимать и высматривать некогда, надо бежать. Вбегаю во двор, всё в порядке, ничего не повреждено, ничто не качается.. Успокаиваюсь, опускаю собаку, а она не хочет, снова на руки лезет – взяла. Отпираю дом, вхожу – всё на месте. Звоню своей подруге, очень близкой и родной. Она моя первая подруга после переезда на остров, вот уже 13 лет мы дружим, она помогла мне с работой, я крестила её дочь, и вообще она необыкновенная.

– Алё, Свет, привет! У вас было землетрясение? Или это у меня глюк какой в голове?

– Привет, Нат, это не глюк и не землетрясение! Произошёл мощный взрыв на севере острова, какой-то ядовитый газ из-за взрыва распространяется с бешеной скоростью и всех собирают срочно в центрах помощи, типа бункеров что-то, это в каждом городе в высотках, уже вывешивают указатели на дорогах. Мы с семьёй выезжаем минут через 15, собираем вещи. Давай подъезжай, это на набережной, сейчас локацию сброшу. Паркуйся подальше и пешком, чтоб не кружить искать парковку. Давай, до встречи.

– Ммм, эээ, ооокей, ага. Давай, пока.

Вот она такая всегда моя Света – собранная, готовая к действию, владеющая информацией и умеющая ею оперировать. А я стормозила – не позвонила больше никому из моих многочисленных друзей. И уже постфактум поняла, что как же так, почему я ни о ком не подумала! Эгоистка та ещё..

Собрала небольшой рюкзак личных вещей, еду и подстилку для собаки, упаковку воды на всякий случай, затолкала всё в машину – готова! Локацию от Светы получила – да я знаю это место, никакого бункера там и не видела. Городов на острове всего пять, всё компактно, ничего сложного в поиске места назначения нет, ехать недалеко.

Едем с Лапушей, вереница машин, скорость 80 км в час по трассе не нравится, свернула на старую дорогу, там поменьше машин. Доехала быстро, припарковалась, воду брать не стала, тяжёлая, добегу заберу потом, подстилку тоже не стала брать, собака и на кровати со мной может поспать (вот я наивная, какие кровати, Наташа?), двинула по направлению к высоченному зданию – откуда оно взялось? Я столько раз проезжала по этой дороге и никогда не видела этого здания! Как так? Стоим в очереди, Лапушу держу на руках и тут до меня доходит – к Ксюше же мама приехала в гости на несколько недель, вот и отдохнула, в отпуск съездила называется. Звоню Ксюше, ответила не сразу:

– Привет, Нат. Не знаешь, что случилось, куда все едут?

– Привет, Ксюнь! Потому и звоню, какой-то взрыв произошел, газ выделяется ядовитый, надол прятаться, других деталей не знаю, но всех сгоняют в высотки вместительные в городах. Стою в очереди.

– А зачем в высотки? Это типа бункеров, только ввысь, а не вниз?

– Да я хз, честно говоря. Мне Света сказала, что всех собирают здесь, сейчас локацию сброшу на WhatsApp.

– Хорошо, Нат, спасибо. Я с мужем обсужу и дам тебе знать, нас ведь много, знаешь, за час не соберёмся. Давай, на связи

– Пока, ага

В моменты, когда я разговаривала с подругами, у которых дети, я искренне радовалась, что у меня только собака, которая не требует столько заботы сколь требуют дети. Вот и сейчас подумала, ох как же хорошо, что я свободная и самостоятельная. Сбросила Ксюше локацию, не забыла, молодец! А то у меня бывало так – подумаю или скажу что-то сделать, заканчиваю разговор, и мысли перескочили куда-то ещё и всё, забыла что хотела сделать. В этих размышления подошла моя очередь, захожу внутрь, полицейский на входе фотографирует меня и не очень вежливо требует данные, имя, фамилия, год рождения, адрес проживания, семейный статус, номер телефона. Другой полицейских как-то незаметно для меня и очень аккуратно взял мой рюкзак, проверил содержимое, вернее просветил каким-то фонариком-сканером и повесил мне рюкзак обратно на плечо. Я отчеканила ответы на заданные вопросы, получила какую-то бумажку и со словами первого полицейского «не теряй её» иду дальше. Какой-то странный коридор с химическим запахом и автоматическими дверьми за мной и передо мной, второй коридор, третий, четвёртый! Да сколько можно! Выхожу из четвёртого коридора и попадаю в небольшую комнату с тремя лифтами. У лифта полицейский спросил бумажку – показала. Нажал на кнопку среднего лифта, знаком пригласил внутрь, нажал на пятерку, приложил свою карту и вышел. Понялась на пятый этаж, вышла из лифта и оказалась в огромной комнате на весь этаж с панорамными окнами практически по всему периметру комнаты, в середине комнаты что-то среднее между диванами и стульями. И много людей, сидящих на этих диванах, стоящих около окон. Когда я вошла, многие повернули головы в мою сторону и неожиданно с возгласом – Наташа!!! – подбежала моя крестница, обняла меня, прижала меня к себе и Лапулю заодно.

– О, и твоя Лапа с тобой! А что, сюда можно с собаками?

– Привет, красотуля моя! Не знаю, можно или нельзя, как видишь пропустили без вопросов!

– Пойдём к маме с папой, они места караулят, чтоб никто не сел – там удобно.

– Пойдём скорее.

– Привет, Свет, привет, Андреа.

Лапа принялась усердно лизать воздух – хотела дотянуться до Светы, у них сильная взаимная любовь!

– Есть какие-то новости, что происходит и как долго мы тут просидим? И можно ли отсюда выходить, и заходить обратно, знаете? Я забыла воду в машины, а пью я много, – улыбаюсь и продолжаю держать собаку на руках.

– Ничего не понятно, никакой конкретики, здесь какой-то базар-вокзал. Не совсем понятно где и как будем спать, где ужинать и где туалеты, дочь обошла всё помещение – туалетов нет.

– А давно вы здесь?

– Больше часа. Андреа пытался узнать у полицейских на входе как долго мы тут просидим, тот ничего ответить не смог – сам не знает.

– Надо в коридоре посмотреть туалеты, собака ж тоже должна куда-то ходить.

– Я была уверена, что с собаками сюда нельзя. – Света всегда была реалистом

– Может её не заметили у меня на руках.. Пойду поищу туалет в коридоре.

– Нат, ну какой коридор. Сюда на лифте поднимаемся и выход только в лифт!

– Странно. Что же делать? Под себя ходить? Неужели никто из присутствующих не хочет в туалет?

Тут я повнимательнее оглядела собравшийся народ. В основном все были по парам, дети тоже были, но относительно взрослые, около десяти и выше. Люди тихо переговаривались, смеялись даже, но опять же тихо, слышна была и русская речь. Но! Ни у кого не было никаких напитков, что странно для местных, они часами могут цедить фрапе или фрапучинно. Не было никаких снэков или пакетиков с едой, шоколадок и т.п. Мне всё стало казаться нереальным или очень просто сном.

Я попыталась расслабиться и почувствовать людей – какие у них эмоции, что они сейчас переживают, но мои разные практики на чувствительность к энергетическим потокам не сработали – я не почувствовала ничего, ни тревоги, ни беспокойства. Это было ещё страннее. Как будто у людей было холодное и равнодушное спокойствие внутри.

Лапа захочет пить, потом писать, затем есть и какать.. Это же нормальная цикличность для живого существа типа собаки или человека. Я смотрела на Свету и её мужа, таких всегда активных, а сейчас они тоже мне показались более спокойными и замедленными что ли.

Открылась дверь лифта, вошёл полицейский.

– Кто здесь с собакой? – спросил на английском. Люди не повернулись в мою сторону, как будто никто действительно не заметил, что я на руках держала собаку.

– Я с собакой, – ответила я спокойно.

Подошедший ко мне полицай был в очках, но без диоптрий, как мне показалось, и в маске, натянутой на рот и нос, маска как простая медицинская, но очень плотно облегающая.

– Вы должны отдать мне собаку, здесь нельзя с животными.

Света подошла очень близко и была подле меня, и я вдруг почувствовала её беспокойство. То есть чем ближе ко мне, тем больше я чувствую её, а стоит ей отдалиться от меня и всё, снова холодное спокойствие и равнодушие. Её муж к нам не подошёл, а я рассчитывала, что если он подойдёт, то как-то сможет договориться с полицаем, у Андреаса была такая классная черта – он мог найти общий язык с любым человеком, говорящим на любом иностранном языке или вообще на марсианском. А тут как будто он не хотел вмешиваться.

– Я уйду вместе с собакой, – я пыталась держать ровно свой голос и не сорваться на визг или крик.

– Хорошо, уходите.

Лицо Светы стало хмуро-белым, крестница обняла меня и заплакала. Она была всё время рядом, не отходила от меня. Она обожала Лапочку.

А для меня вдруг всё стало происходить как в замедленной съёмке. Вот Света отнимает руки дочери от меня, вот они втроём стоят и смотрят на меня с какой-то обреченностью. Мы возможно больше никогда не увидимся, но это казалось нереальным! Я зашла в кабинку лифта, всё ещё чувствуя взгляд моей любимой подруги, её дочери и мужа. Вот мы на цокольном этаже, нас встречает другой полицейский. Так как я иностранка и для местных мы, иностранцы, туповатые существа, которые априори не могут говорить на их языке, поэтому эти двое полицаев начинают шутить надо мной и моей привязанностью к собаке на своём языке, уверенные, что я их не понимаю:

– Она готова идти умереть ради своей собачёнки? – спросил встретивший нас полицейский своего коллегу.

– Она не в себе, явно умалишённая, хотя смотри какая симпатичная, – ответил сопровождающий меня.

– Да, ребята, вот такая я умалишённая, зачем мне торчать в этом бункере, если моя единственная радость в жизни будет не со мной? – сказала я на их языке, чем ввела в полное замешательство обоих.

– Так, тебе туда, выход с другой стороны, – строго указал на незаметную боковую дверь с красной ручкой-скобой встретивший полицай.

– Пошли, девочка, – сопровождающий меня знаком пригласил меня идти вперед, а сам за мной.

Я подошла к двери, взялась за ручку, оглянулась – сопровождающий отошёл от меня на пару метров и скомандовал: «Открывай дверь! Жми на ручку от себя!»

Я так и сделала. Открыла дверь от себя и вышла в стеклянный предбанник, металлический голос в динамиках сказал: «Захлопните дверь и пройдите к раздвижным дверям, нажмите на красную кнопку справа от стеклянной двери.» Фраза успела прозвучать на трёх языках, прежде чем дверь за мной захлопнулась и стеклянная разъехалась, душный воздух пахнул на меня, это было приятно после кондиционированного помещения. Запах моря и пыли – как же я люблю этот запах, подумалось мне. Я вышла с торцевой стороны здания и стала обходить бункер, чтоб выйти на дорогу и пойти к машине. Ничего плохого со мной не происходило. Я спустила Лапу с рук, жарко всё-таки её держать, достала из рюкзака поводок, пристегнула: «Ну что, любимая моя, пойдём к нашей Ромашке!» Ромашкой я называла свою машинку, я любила свои вещи и частенько давала им имена и разговаривала с ними. «Она не в себе» – многие так обо мне думали, но я не обижалась, мы же не можем быть все одинаковые, мне нравится вот так, а кому-то иначе, и это хорошо, что мы такие разные, ведь так интереснее жить.