Читаем Я с тобой развожусь, предатель онлайн бесплатно

— Анечка хорошо покушала, все пюре съела и вот уже спит, — говорила мама, показывая по видеосвязи мою спящую булочку.

Доченька сладко посапывала в моей детской кроватке, с которой мама за много лет так и не захотела расстаться и вот теперь та пригодилась.

— Перестань уже названивать, Маша. Это даже как-то обидно. Ты что родной матери не доверяешь?

— Мам, ну что ты такое говоришь? Конечно же я тебе доверяю и очень благодарна, что ты согласилась присмотреть за Анечкой.

— Вы же моя семья, — проговорила мама. — Как там соте? Готово? Попробуй. Оно должно быть сладковатым, Маша. Если кислое, то добавь сахара и протуши дополнительно пять минут.

— Готово. Не кислое, мам, я же все по твоему рецепту сделала, — сказала я.

— Ты пробовала его или считаешь так потому, что “по рецепту”?

— Конечно пробовала, мам. Я же сама заинтересована в том, чтоб блюдо вышло вкусным.

— Ладно тогда. Я кладу трубку, а ты давай-ка в порядок себя приводи. А то муж скоро с работы приедет, а ты как чунька.

— Мам…

— Все-все!

— Если что, сразу звони, — начала было я, но в трубке уже были только короткие гудки.

Сделав глубокий вдох, я приказала себе успокоиться. Мама меня вырастила, у нее опыт. И она во внучке души не чает. А значит все будет хорошо. Отложив телефон, шагнула к обеденному столу. Тот был уже накрыт. Белая скатерть, изящная посуда, натертые до блеска приборы и пузатые бокалы. Свечи.

Убедившись, что все идеально, направилась в ванную комнату. Быстренько приняв душ, нанесла на все тело увлажняющий парфюмированный лосьон. Надела красивое кружевное белье, купленное специально к случаю. Взгляд зацепился за бирку на бикини. Размер на ней был на два больше, чем тот, что я носила до беременности. Увы, за те десять месяцев, что прошли с родов, я не успела полностью вернуть прежнюю стройную фигуру. Все свободное время уходило на малышку и дом, заниматься собой было некогда. Ну, ничего. Дан меня любит, у нас замечательная дочка и счастливая семья. А фигура — это так, мелочи. Похудею со временем, никуда не денусь.

Сегодня девять лет со дня нашего знакомства. С ума сойти, как бежит время.

Именно по этому поводу я и решилась впервые оставить дочку на ночь с мамой, чтоб приготовить любимому мужу сюрприз. Романтический ужин, а потом ночь любви. Мы в последнее время редко с ним… А вот сегодня отличная возможность все наверстать. Внутри тоскливо царапнуло от того, что любимый, кажется, забыл про годовщину. Утром ни слова не сказал и традиционный букет белых роз и подарочек не подарил.

— Он весь в делах, Маша, — пробормотала себе под нос, расчесывая волосы. — Из кожи вон лезет, чтоб нас обеспечить.

У мужа станция технического обслуживания. Небольшая, конечно, но зато своя. Долгие годы усердной работы и моя поддержка привели к такому результату — наличию собственного дела.

Высушив волосы, я завила их мягкими волнами. Они красиво обрамляли лицо и спускались до лопаток шелковистой золотисто-русой пелериной. Подчеркнув карандашом от природы густые брови, я тронула тушью ресницы, а на губы нанесла капельку блеска с перламутром. Ух, давно не красилась. Как-то не до этого было. Прошла в комнату, открыла шкаф, где уже ждало платье. Нежно-голубое, с завышенной талией и глубоким декольте, оно красиво подчеркивало грудь и отлично скрывало проблемные места. Не зря я на него четыре месяца понемногу откладывала.

Одевшись, я любовалась собой в зеркале. Как же здорово чувствовать себя снова красивой молодой женщиной, которая уделяет время уходу за собой.

Вернувшись в кухню, посмотрела на часы. Восемь вечера. Любимый должен приехать с минуты на минуту.

Я посмотрела в окно. За ним залитый лучами вечернего солнца двор. Весь в зелени, уютный и современный. Много тени, скамеечек, детская площадка. Совсем скоро мы с Анечкой сможем играть там.

Вспомнила, как мы с Даном познакомились. Я была студенткой, примерной домашней девочкой, а Дан — стритрейсером. Стоит ли говорить, что я потеряла голову от любви? Но и он не “поматросил и бросил”, как пророчила мама, а всего через год после начала нашего романа сделал предложение. Словно наяву я снова увидела красивую летнюю террасу ресторана, огромный букет алых роз и любимого на одном колене у моих ног. Услышала дрожь в его голосе и почувствовала как теплый обруч кольца охватывает мой безымянный палец после сказанного сквозь слезы “да”.

Подняв правую руку к свету залюбовалась тем, как лучи вечернего солнца играют в камушке на кольце. Вот уже восемь лет оно на моем пальце вместе с обручальным… А мама отговаривала от этого брака. Твердила, что ненадолго все с таким, как Дан.

Половина девятого… Интересно, что же его задержало? Может быть заехал в магазин, чтоб купить мне букет цветов? Значит, все-таки вспомнил…

Таймер на мультиварке пискнул, оповещая, что разогрев закончился и я снова запустила его. Прошлась по квартире, заглянула в детскую. Сердце защемило от того, что малышка не здесь. Захотелось сорваться, поехать и забрать ее. Но я вспомнила слова моей подруги Карины о том, как важно проводить время вместе с мужем наедине чтобы из отношений не исчезала романтика. Анечка с моей мамой. Все будет хорошо.

Девять. Половина десятого. Стало тревожно. Вдруг что-то случилось? Взяв телефон, я позвонила мужу. Трубку он взял не сразу. На заднем плане громко играла музыка.

— Алло, Дан! А ты где?

— Машуль, мы с пацанами решили по стаканчику пропустить, — весело отозвалась трубка. — Ты не жди, ложись спать.

Горло сдавило от обиды. На глаза навернулись слезы. Забыл! Он забыл о нашей годовщине.

— Хорошо, — выдавила я и положила трубку.

Посмотрела на накрытый стол, на свое платье… Стало очень горько и обидно. Я столько готовилась, а он… Просто взял и забыл! Пошел отдыхать с друзьями в пятницу как ни в чем ни бывало! Захотелось поехать и забрать дочку, но уже поздно. Да и мама пристанет с вопросами… Нет, не стану этого делать!

Дан приехал в три часа ночи. Я не спала, не смогла уснуть. Лежала в постели слушая, как он ходит по квартире. Кухня, ванная… Потом Дан зашел в спальню и улегся возле меня в постель. Повернулся спиной и почти сразу уснул. Запах геля для душа от него смешивался с неприятным запахом спиртного. Смотрю, стаканчиком там не обошлось… Надеюсь, он на такси приехал…

Сердце сжималось от обиды, слезы скользили по вискам и падали на подушку. Было ощущение, что Дану плевать на меня, на Анечку. Он даже не заметил, наверное, что ее нет.

В какой-то момент я забылась, а разбудила меня какая-то возня и запах роз. Открыв глаза, сразу увидела перед собой огромный букет, а над ним виноватое и слегка помятое лицо Дана.

— Я полный идиот, детка, забыл, — сказал он. — Все из-за работы этой. Прости меня, ладно?

Склонившись, клюнул в губы очень коротким поцелуем.

— Дан…

— Что ж ты не сказала, когда звонила мне, м? Я бы примчался сразу, — продолжал он, заглядывая в глаза. — Анечка у мамы?

— Да, — выдавила я.

— Ах, детка, — он качнул головой, — нужно было сказать. Ну что за детское поведение и глупые обиды, а? Взрослые люди же.

Я лишь пожала плечами. Аргументы, которые рвались с языка показались глупыми и детскими. Ну забыл. Неприятно, конечно, но это бывает. Дан очень занятой, у него много задач и ему не до моих сентиментальных праздников. А я разобиделась и из-за этого вечер оказался испорчен.

— Ладно, после завтрака ее заберем, — выдохнул он. — А потом погуляем, сходим куда-нибудь… Я весь день освободил, чтоб с вами побыть. Что скажешь?

— Хорошо, — стараясь не разрыдаться от счастья, сказала я.

— Я там нам завтрак приготовил, идем?

— Иди, я сейчас, — сказала я, чтоб дать себе пару минут справиться с накатившими эмоциями.

Завтрак. Не помню, когда Дан последний раз готовил нам завтрак. Несколько лет так точно он этого не делал. Сердце сладко щемило. Смахнув набежавшие слезы, я обняла букет, сунула в него нос и глубоко вздохнула. Розы не пахли. Потому, что они большие, как деревья. Миниатюрные не так эффектны, зато пахнут. Но это и не важно. Дорог не подарок, а внимание.

Взяв телефон с тумбочки, я разблокировала его. Там было сообщение от мамы, что с Анечкой все в порядке и еще одно с незнакомого номера. Ответив маме, что мы скоро приедем и заберем дочку, я открыла второе сообщение.

DinaKarelyna: “Думаю, тебе стоит узнать, где был твой муж прошлой ночью”.

А дальше было короткое видео. Полутемная комната, широкая кровать. Лицо какой-то девчонки — молодой, едва за двадцать с распущенными по голым плечам волосами. А в обнимку с ней на подушке сладко спящий Дан…

— Что там, детка? — сквозь застучавший в ушах пульс прорвался голос мужа.

Меня окатило жаром. Сердце барабанило так сильно, словно хотело пробить грудную клетку и сбежать. Спастись. Спрятаться от боли.

— Машуль? — обеспокоенное лицо мужа вспышками перед глазами. — Что-то случилось?

Я судорожно схватила ртом воздух. Мозг отказывался соображать, отказывался генерировать какие-то слова. Он лихорадочно искал причину, по которой увиденное не может быть правдой. Искал изо всех сил и не находил.

— Что это, Дан? — чужим, сиплым голосом выдавила я и развернула к нему экран смартфона.

Карие глаза мужа шокировано расширились, чувственные полные губы приоткрылись от рваного вздоха.

— Ну, что ты молчишь? — мой голос сорвался. Наполнившие глаза слезы покатились по щекам

— Машуль, это…. Так, давай я тебе все спокойно объясню, — затараторил он выставив вперед открытые ладони.

— Что ты объяснишь? Что-о? Что тут можно объяснить? — крикнула я, содрогаясь от всем телом от нервной дрожи.

— Это не то, что ты подумала. Все не так!

Сквозь слезы я смотрела в его карие глаза. В его лицо смотрела. В любимое, столько лет любимое лицо. На губы смотрела. Которые столько раз целовали меня, столько раз говорили слова любви. Раньше… А теперь собирались солгать.

Дан метнулся в сторону, взъерошил пальцами свои густые, русые волосы. Снова посмотрел на меня, застывшую, как истукан, с телефоном в руках.

— Это фотошоп, Машуль. Эта девка… Случайно познакомились пару месяцев назад по работе и с тех пор она прохода мне не дает. И вот…

— Фотошоп? Фотошоп на видео, да? — я отшвырнула телефон. — Ты думаешь, я совсем идиотка?

Он глубоко вздохнул. Вскинул голову, посмотрел в потолок. Молчал. Молчал и слушал, как я рыдаю, зажав рот рукой, чтоб сдержать рвущийся словно бы из самого сердца вой.

— Маша… Маш, взгляни на меня, — обхватив меня за плечи встряхнул, а я дернулась, вырываясь.

Его прикосновения, от которых я млела столько лет, сейчас заставляли содрогаться от гадливости.

— Не прикасайся ко мне!

— Слушай, это… Она для меня ничего не значит. Это так, минутная слабость, порыв… Я тебя люблю! Только тебя, Маша! Тебя и Анечку! Вы — моя семья! А это так…

— Любишь и поэтому спал с другой? Как классно!

Метнувшись к шкафу, я вытащила из него первые попавшиеся брюки и футболку. Руки дрожали, глаза то и дело застилали слезы.

— Маша, давай сядем и поговорим, я тебя прошу, — он шагнул ко мне, но, к счастью, не стал притрагиваться.

— Нам не о чем говорить! Ты мудак, понял?! Я ненавижу тебя!

Толкнув мужа плечом, бросилась в ванную. От одной мысли переодеться перед ним становилось гадко. Заперев дверь, сдернула с себя футболку, в которой спала, и кое-как натянула шмотки. Хотелось уйти отсюда. Стены нашего дома словно душили меня. Хотелось к Анечке…

— Маш, не глупи. Я никуда тебя не отпущу в таком состоянии, — сказал Дан, когда я выскочила из ванной и направилась в прихожую.

— Не смей ко мне приближаться!

Он шагнул почти вплотную, попытался обнять, а у меня сдали нервы. С криком я стала колотить его открытыми ладонями куда попадала. Колотить, конечно, сильно сказано. Дан меня на голову выше и он настоящая гора мышц, фанат спорт-зала.

— Успокойся! Успокойся, я сказал! — рыкнул он до боли крепко обхватив меня руками поперек плечей.

Ноги подкосились, я с рыданиями повисла на руках у мужа. Он буквально отнес меня в гостинную, усадил на диван. Сбегал на кухню, принес воды. Те несколько секунд, что я его не видела, словно бы вернули мне какие-то силы. Я ударила рукой по протянутому стакану и муж от неожиданности выронил его. Вода расплескалась по полу…

— Ты что творишь?

— Я ухожу, — я вскочила на ноги. — Видеть тебя не могу и не хочу! На днях заберу наши с Анечкой вещи, а потом подам на развод.

Анечка…. Наша дочка. Как он мог? Как мог предать нас? Как мог променять нашу семью на…. На что?

— Ах вот как? — вдруг бросил он со злой насмешкой, — Ну-ну!

Обогнув его, я надела кроссовки, подхватила сумку.

— Я так понимаю, ты сейчас к матери. Не настолько же крышей поехала, чтоб бросить своего ребенка… Сутки тебе даю успокоиться, а потом приеду и поговорим как нормальные люди.

Своего ребенка…. Своего!

— Приезжай когда хочешь. Буду рада не открыть тебе дверь, — выплюнула я и выскочила из квартиры.

Громко хлопнула дверью, хоть так давая какой-то выход своему отчаянию и ужасу, которые разрывали грудную клетку. Сбежала по ступенькам вниз. В глазах потемнело и пришлось схватиться за стену, чтоб не потерять равновесие. У меня всегда так, при сильном стрессе падает давление. Заставила себя глубоко дышать. С трудом заставила потому что грудь словно железные тиски сдавили.

Вышла на улицу. Достав телефон, вызвала в приложении такси. Редко себе такое позволяла, ведь Дан купил новое оборудование для своей станции и сейчас выплачивал за него кредит, потому “лишних” денег не водилось. Или на самом деле водилось, но тратились они не на меня и не на Анечку…

Как долго это продолжается? Как долго?

Из глаз снова брызнули слезы и я зажала рот рукой. Повернула голову, взглянула на наши окна. Дурацкая часть меня надеялась, что Дан смотрит. Или что выбежит сейчас следом, чтоб остановить. Скажет что-то такое, как-то объяснит… Окажется, что на самом деле не было никакой измены и все снова будет по-прежнему.

Но он не смотрел в окно. И за мной во двор не выбегал.

Приехало такси. Водитель, поджав губы, покосился на меня, но ни слова не сказал. Я не любитель бесед с чужими людьми в общем и таксистами в частности, но сейчас так бы хотелось хотя бы такой поддержки. Чтоб кто-то пожалел… Но нет.

К маминому дому мы добрались быстро. Жили ведь недалеко, да и дорога свободна. Суббота же.

Всю недолгую дорогу я пыталась взять себя в руки хоть как-то. Не хватало еще плакать при Анечке, пугать ее. Расплатившись с водителем, вышла на улицу. Зеленые деревья, жаркие, жизнерадостные солнечные лучи. Лето. Такое же, как было вчера. В мире ничего не изменилось. Он как жил, так и живет и будет жить, что бы там не случилась у рандомного человека. А вот мой собственный разрушен. Сожжен до пепла, который носит теперь ледяной ветер.

— Господи, Машенька… Что случилось? — ахнула мама при виде меня.

Она держала на руках Анечку. Мою малышку, мою булочку. Счастливо улыбаясь, она потянула ко мне пухленькие ручки.

— Ма-ма!