Читаем Культ Крупного Рогатого Скота. Убей! Убей! (ЛП) онлайн бесплатно

Annotation

Странные вещи происходят в глуши Висконсина. И Кэтспоу как раз однo из таких мест.

После автомобильной аварии Ренни увидел, как его подругу Сэру утащили мужчины, использующие отрубленные коровьи головы в качестве масок. Он отправился за ними в заснеженные леса Висконсина и обнаружил там грязный и безумный мир злобных фермеров-каннибалов. Ренни стал свидетелем того, как Сэру съели заживо, она стала первой жертвой для воскрешения древнего Бога сельского хозяйства - Бовикраага...

И да, она будет далеко не последней жертвой...

МП Джонсон

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Бесплатные переводы в нашей библиотеке:

BAR "EXTREME HORROR" 18+

https://vk.com/club149945915

Purulent Emetic Literature Of Ugly Horrors

https://vk.com/club193372841

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ЭКСТРЕМАЛЬНОЕ СОДЕРЖАНИЕ. НЕ ДЛЯ ТЕХ, КТО ВПЕЧАТЛИТЕЛЬНЫЙ.

Это очень жестокая и садистская история, которую должен читать только опытный читатель экстремальных ужасов. Это не какой-то фальшивый отказ от ответственности, чтобы привлечь читателей. Если вас легко шокировать или оскорбить, пожалуйста, выберите другую книгу для чтения.

МП Джонсон

"Культ Крупного Рогатого Скота. Убей! Убей!"

Глава 1

Ренни выбрался из разбитой машины и, спотыкаясь, пошел по кровавому следу по скользкому ото льда шоссе № 29, моля Бога, чтобы тот не привел его к Сэре. Он все еще чувствовал тепло ее руки на своем бедре и все еще слышал то, что она спокойно сказала ему, когда машина неслась по грязной полосе висконсинского снега, прежде чем врезаться в дерево:

- Я люблю тебя, Ренни.

Что же он ответил? Он не мог вспомнить. Однако он помнил меховое пятно перед машиной, которое стало причиной аварии. Он сбил оленя. Вот что он найдет в конце этой алой полосы.

Но тогда где же Сэра?

У Ренни разболелась голова. Должно быть, он потерял сознание, но надолго ли? В лунном свете все было так спокойно, так тихо. Его серый "Понтиак" 94-го года выпуска, казалось, должен был стоять в канаве на другой стороне дороги, прижавшись передним концом к дереву, как будто он стоял там целую вечность, незначительный ориентир среди миль леса и замерзших кукурузных полей.

Несмотря на то, что картина происшествия была восстановлена, ему не стало лучше. Его тело все еще тряслось. Он не мог вспомнить, где находится. Они проехали мимо Торпа и его забегаловки, "Торпедо". Возможно, это было несколько минут назад. Возможно, это было несколько часов назад. Неужели Сэра пошла за помощью, пока он был без сознания? Куда она могла пойти? Звезды над головой казались такими же близкими, как заправочная станция. Может быть, она просто ушла, как и он, с сотрясением мозга. В висконсинский холод. Одна.

Когда он добрался до обочины на другой стороне шоссе, то не нашел там куска искромсанной оленины, как надеялся. Он не нашел растопыренных копыт и раздробленных рогов. Вместо этого кровавое пятно привело его к паре ног. Человеческих ног.

- Нет! - воскликнул Ренни, быстро отвернувшись.

Он не хотел этого видеть. Все внутри него превратилось в вакуум, и он подумал, что может снова потерять сознание. Ему пришло в голову, что это даже к лучшему. Он не мог с этим смириться.

Но потом он кое-что вспомнил. Сэра надела свои фиолетовые кеды, потому что у нее сломался каблук. Он оглянулся через плечо и увидел потрепанные черные рабочие ботинки, большие ботинки. Определенно не ботинки Сэры.

Он снова повернулся к телу. Это была не Сэра, а мужчина. Мертвый человек.

Человек с головой коровы.

Глава 2

Восторг Ренни от того, что он нашел не Сэру, быстро угас. Он понял, что убил человека. Или человека-корову. Или что-то типа того. Он решил не обращать на это внимания и вернуться к своей машине. Но вместо этого он наклонился, чтобы лучше рассмотреть странный труп, и уперся руками в колени. В его потрескавшиеся костяшки пальцев впился холод. Он попытался осмыслить все это, попытался собрать воедино потрепанные, окровавленные джинсы, обнаженный торс и скрюченные мускулистые руки.

- Это безумие, - прошептал он, глядя в мертвые коровьи глаза, которые закрывал спутанный рыжевато-коричневый мех.

Они смотрели мимо него в ночное небо, отражая падающие снежинки. Блеск покинул эти глаза навсегда. Ренни всегда замечал блеск в глазах коров во время поездок на близлежащие фермы еще в начальной школе. Несмотря на клетки, животные казались полными надежды. А потом он лежал без сна и строил планы, как освободить скот. Хотя, конечно, он ни разу этого не сделал.

Он просунул пальцы под обтрепанные края розового мяса там, где голова коровы соприкасалась с телом человека, и медленно потянул. Голова соскользнула, издав звук, похожий на чавкающий звук сапога, освобождающегося от лужи грязи. Маска. На мужчине была коровья голова, надетая, как маска. Под ней пряталась еще одна пара мертвых глаз, которые смотрели в никуда с человеческого лица. Сухие губы скривились на одну сторону, как будто мужчина начал хмуриться, но умер прежде, чем другая сторона его рта смогла закончить работу.

Мужчина был мертв, и его убил Ренни. Ренни сказал себе, что он ничего не мог сделать, чтобы избежать несчастного случая. Он был очень внимателен. Человек выбежал из леса, вероятно, едва видимый в маске коровы. Но почему? Ренни заставил себя придумать причину, что-то, что имело смысл. Кто-то перебрал с бухлом. Поспорил. Выбежал на дорогу на спор. Вот и все, что ему пришло в голову.

Все это можно было бы предотвратить, если бы он поступил так, как предложила Сэра, и подождал до утра, чтобы вернуться домой в Грин-Бей из дома ее приемных родителей в Меномони. Но ему ясно дали понять, что ее отец и небольшая армия приемных братьев и сестер не рады его приезду, шепчась о его возрасте – двадцать восемь лет, почти ребенок, но вполне приличный срок жизни, если не считать сорока одного года Сэры. Это было жестоко, и ему захотелось вернуться в подвал своих родителей, который он только недавно освободил. Несмотря на заверения Сэры и обильные поцелуи, он настоял на том, чтобы уехать, на самом деле вынужденный покинуть дом Дарнов из-за возникшего там напряжения. Если бы он этого не сделал, то сейчас лежал бы в постели рядом с Сэрой. Он не мог придумать, где бы ему еще хотелось оказаться.

Мимо проехал "пикап", не сбавляя скорости. Водитель увидел Ренни, но быстро отвел взгляд, словно делая вид, что ничего не заметил. Когда грузовик прибавил скорость, у Ренни возникло странное ощущение, что этот человек точно знает, что происходит. А может, водитель просто решил, что у Ренни есть мобильный телефон и все необходимые звонки уже сделаны. Но у Ренни не было мобильного телефона. У Сэры был мобильный телефон. Но где же она?

- Сэра! – крикнул он.

Ее имя превратилось в белое облачко в холодном воздухе и быстро исчезло, как будто не желая идти дальше в ночь.

Кончики пальцев Ренни онемели. Он засунул руки в карманы пуховика, пухлый синий гигант, который издавал шуршащие звуки каждый раз, когда он двигался. Сможет ли он добраться до ближайшей заправки? Он решил не делать этого. Слишком холодно. Слишком много миль пустой дороги. По крайней мере, он ехал по шоссе 29, а не по какой-нибудь проселочной дороге, так что вскоре можно будет увидеть еще одну машину, хотя было уже больше двух часов ночи. Он должен был быть более агрессивным, чтобы остановить следующую машину, которая проедет мимо.

Но он не мог просто уехать.

- Сэра! – закричал он снова. - Пожалуйста!

Внимание Ренни привлек звук ломающихся веток.

- Сэра? - спросил он, глядя в лес.

Из темноты смотрели глаза, но это были не милые зеленые глаза Сэры. Это были коровьи глаза. Эти глаза были так же лишены блеска, как и пара у его ног, а три головы, вмещавшие их, казались такими же бесплотными. По крайней мере, так было поначалу. Когда они выплыли из-за деревьев, Ренни увидел, что они действительно были прикреплены к телам – большим телам с волосатой обнаженной грудью и крепкими округлыми животами. Фермерские тела, - предположил он. Тела, которые были крепкими, в отличие от него.

Его охватил страх. Он едва не закричал. Это было неправильно. Хорошие люди не выходят из леса без рубашки в два часа ночи, одетые в коровьи головы.

Он поспешил к своей машине, говоря себе, что они, вероятно, пришли за своим другом, говоря себе, что ничего плохого не случится. Шаги позади него стали быстрее, и он тоже ускорился. Ему нужно было сесть в машину. Там он будет в безопасности. Неуверенно ступая по изрытому колеями льду и снегу, он двигался так быстро, как только мог, стараясь не упасть.

Подойдя к своей машине, он увидел отражение собственного испуганного лица в пассажирском окне, а совсем рядом было отражение коровьей головы. На самом деле это была бычья голова. Его мертвые глаза скрывали завитки угольно-черного меха. Белая полоса тянулась от носа к макушке, где заканчивалась спутанной короной между двумя длинными черными рогами. Белый мех стал желто-коричневым, как снег, а его нос разделял на два застывших розовых континента широкий шрам.

Ренни потянулся к ручке двери, но не успел. "Нос со шрамом" сжал свои узловатые кулаки и поднял их вверх, как будто собирался пробить череп Ренни, и Ренни приготовился к удару. Он попал ему прямо в спину. Падая, он вытянул вперед руки, хотя они не помогли смягчить удар о холодную землю. Его лицо ударилось о поздний зимний снег, твердый снег, который впитал грязь и соль, разбросанные по шоссе, в тщетной попытке убить его. Затвердевший снег порвал ему подбородок и грозил вонзить зубы в горло. Он почувствовал вкус крови.

"Нос со шрамом" обвил мускулистой рукой шею Ренни, притянув его голову к потному торсу. Жесткие волосы на груди попали в ухо Ренни, когда он пытался освободиться от захвата. Он схватил человека-корову за предплечье, его исцарапанные ладони горели тем сильнее, чем сильнее он сжимал их. Он чувствовал себя таким маленьким в объятиях "Носа со шрамом". Он был маленький, пять с половиной футов^[1] ростом, пухленький, похожий на игрушечного человечка, с розовыми щеками, одетый в пуховик, готовый разлететься вдребезги в тисках человека-коровы.

- Пожалуйста, - это слово проскрежетало сквозь сжатое горло Ренни. - Отпусти меня.

Все, что он мог слышать, это биение собственного сердца и шорох своей куртки, пока пытался освободиться от бетонной хватки "Носа со шрамом". Человек-корова смягчился. Затем он ударил Ренни лицом о "Понтиак" и отшвырнул его.

"Нос со шрамом" стоял над Ренни со сжатыми кулаками, не давая ему двинуться с места.

Ренни остался лежать. Если бы это было возможно, он зарылся бы в снег, чтобы оставаться еще ниже. Он не собирался вставать, пока не услышал знакомый голос, издающий звук, с которым он не был знаком, крик, который пронзил его насквозь.

Это была Сэра.

Он обернулся и увидел, что ее держат два человека-коровы. Она с трудом освободилась от пут, которые до этого момента сдерживали ее. Он попытался встать, но кулак "Носа со шрамом" отбросил его назад на землю. Он закрыл глаза и не двигался.

- Ренни! – закричала она снова, когда ее потащили прочь. - Помоги мне!!!

Он не ответил. Он тихо лежал рядом со своей машиной, желая, чтобы холод мог заставить его тело онеметь внутри так же быстро, как снаружи. Если бы только это могло заглушить все, что он чувствовал в тот момент – конфликт между его страхом перед этими людьми и желанием помочь Сэре.

Шаги затихли в лесу. Мольбы Сэры исчезли вместе с ними.

Лежа там, он вдруг вспомнил, что сказал перед тем, как они столкнулись с деревом, после того, как Сэра сказала ему, что любит его. "Мы сейчас умрем". Вот именно. А не "я тоже тебя люблю". Ничего подобного. Просто "мы умрем".

В то утро, лежа в постели, перед тем как они выползли из дома и неохотно отправились к родителям Сэры, Ренни спросил ее, любит ли она его. Она схватила его за голову и запустила длинные пальцы в густые черные волосы. Со всей фальшивой мелодрамой, на которую была способна, она сказала:

- Да, Ренни, я люблю тебя, я всегда любила только тебя.

Затем захихикала и стянула с него одеяло, начав перетягивание каната, которое закончилось тем, что они оба лежали голые на полу, дико смеясь.

Сэра отвечала положительно каждый раз, когда Ренни спрашивал ее, любит ли она его. Даже в тот первый раз, в тот летний день, когда они сидели перед Публичной библиотекой и читали друг другу детские книжки – они оба согласились на ту, про грызуна, который потерпел кораблекрушение на острове, далеком от любви всей его жизни, - она без колебаний сказала "да".

- Почему ты все время спрашиваешь? - cпросила однажды Сэра, не задетая этим вопросом, а из любопытства.

- Мне просто нравится слышать эти слова, - сказал он.

По правде говоря, внутренний голос с сомнением твердил ему, что она не была искренна. Она была слишком хороша. Он был слишком "выпускником колледжа" и "слишком домоседом". Он был в поиске своей первой настоящей работы. Она ездила по всей стране, занимаясь консалтингом. Не говоря уже о возрасте. Она бросит его, и он останется один. Ее семья определенно будет рада этому.

Но разве она не доказала это, просто находясь рядом с ним день за днем? У него не было причин сомневаться в ее любви, и теперь он был абсолютно в этом уверен. Они могли погибнуть, ударившись о дерево, и у нее была только одна мысль в голове. Он не может сомневаться в этом. Как может фраза "я люблю тебя", произнесенная перед лицом смерти, не быть искренней?

Теперь Ренни был уверен, но что насчет Сэры? Если у кого-то в их отношениях и должны быть сомнения, так это у нее. Какое реальное доказательство своей любви он ей дал?

Теперь у него был такой шанс.