Читаем Фарфоровые куклы онлайн бесплатно

Морган Стейси

Их лица – гладкий фарфор,

И алые губы нежны.

***

7-е апреля.

Сегодня впервые свершил задуманное. Господи, как долго я к этому шел. Мы снова были вместе. Я избавил ее от мук, и вновь сделал красивой.

Он вернулся в свою скромную обитель и тяжело рухнул на кровать. Эйфория сменилась гнетущим чувством тревоги и дискомфорта. Это раздражало – он не ожидал такого быстрого погружения в прежнее состояние, с которым итак приходилось жить и мучиться ежедневно.

Воспоминания прошлого нахлынули с еще большей силой. Не в состоянии сдержать чувства, он стал метаться по комнате, не зная, куда деть внезапно появившуюся энергию. Эти резкие колебания сводили его с ума. В конце концов, он сумел взять себя в руки и погрузился с головой в книгу, из которой черпал необходимые знания для своей работы.

6-е июня

Наконец, я решился с ней заговорить, когда она пришла в бюро во второй раз. У нас много общего. Недавно она потеряла мать и осталась совсем одна. Господь послал ей серьезные испытания. Она нуждается в моей помощи.

Последний штрих умелой кисти на застывших губах завершил дело. Образ, который навсегда сохранился в его памяти, воплотился в женщине, лежавшей перед ним на столе. Удовлетворение и покой обогрели тело и разум.

Он взглянул на свой шедевр, потянул за пулер и закрыл мешок.

***

В кабинете начальника отдела Ремса сидели Даггерт и его помощник Флинн.

– Дело Кэри Уайт. Ее труп обнаружили три месяца назад в одном из заброшенных тоннелей. Место безлюдное, в радиусе пары миль ни души, свидетелей нет. Убийца оставил тело поперек шпал в мешке для трупов, – Ремс протянул Даггерту папку с материалами дела. – Сегодня найдена еще одна жертва.

– Догадываюсь, почему вызвали нас, – произнес детектив.

– Почерк идентичный, – подтвердил Ремс.

– Лэнс на месте? – Даггерт взял папку, но не торопился в нее заглянуть.

– Проводит осмотр.

– Выходит, серия? – риторически спросил Флинн.

– Такой маскарад…, – начальник отдела встал из-за стола, подошел к окну и отогнул металлические жалюзи: за окном кипела деятельность полицейского участка Краун Бич, стоял гвалт и будничный аврал. – Без сомнений дело рук одного и того же убийцы, – вернувшись за стол, договорил Ремс.

– Что значит «маскарад»? – Даггерт с любопытством открыл папку, пролистал несколько файлов и стал перебирать фотографии трупа молодой женщины. Затем выбрал снимок лица жертвы крупным планом: едва заметная улыбка застыла на ее гладком лице, напоминавшим больше лицо куклы; светлые до плеч волосы отдавали шелковым блеском, каждая деталь посмертного грима была прорисована со зловещей педантичностью. О том, что грим был нанесен после смерти, детектив бегло прочитал в заключении.

– Стивенсон выехал на место первым. Он вел это дело, теперь оно ваше.

– Весьма признательны, – Даггерт ожидал более детального пояснения.

– Когда Стивенсон сегодня утром увидел труп, сразу все понял. Там что-то странное с их лицами и одеждой, – подробнее рассказывал Ремс. – Еще, на теле девушки обнаружены следы от двух инъекций.

– Инъекций? – переспросил Даггерт.

– Двух инъекций? – дополнил Флинн, но его вопрос остался без ответа.

– Быстрый этот ваш Стивенсон, – отметил Даггерт коллегу по цеху.

– Пока ты спал до обеда, полиция работала. – Ремс ткнул детектива указательным пальцем прямо в грудь. – Если бы Флинн до тебя не достучался…!

Ремс тщетно пытался пристыдить Даггерта, задним числом понимая, что это бессмысленно, поскольку тот вообще не имел привычки испытывать чувство вины хоть по какому-то поводу.

Даггерт был хозяином своей жизни и поступал всегда так, как считал нужным, из-за чего окружающим и сослуживцам порой приходилось нелегко в общении с ним. Однако, он был хороший профессионал и с этим считались. К тому же, его независимость всегда вызывала уважение. В том числе у завистников. Впрочем, Ремс был не из их числа. Начальник по-своему любил Даггерта и чувства эти были взаимны.

– Спасибо, Флинн, – детектив похлопал младшего офицера по плечу.

– Не за что, – услужливо ответил Флинн. – Вид у вас был, конечно…

– Какого черта, Даггерт?! – взорвался начальник отдела. – Зачем тебе мобильник, если ты никогда на него не отвечаешь? У тебя даже звонок в квартире не работает.

– Простите, Ремс. На телефоне кнопки западают, со звонком такая же беда, – Даггерт издевательски улыбнулся.

– Боже, ты используешь мобильник с кнопками, – в отчаянии начальник развел руками.

– Мою жизнь это не портит.

– Черт возьми, я устал тебя прикрывать, – досадно произнес Ремс.

– И все таки, почему дело передают нам? – спокойным голосом смягчил ситуацию Флинн.

– Потому что Стивенсон не специализируется на серийных преступлениях, – с каждым дополнением Ремс жестикулировал активнее. – Потому что некому больше в отделе этим заняться. И потому что шеф департамента поручил расследование Даггерту.

– Как приятно, старина Богарт меня не забыл.

– Он тебя слишком переоценивает.

– Вы очень любезны, начальник.

– Почему не федералы? – Флинн знал ответ на вопрос, но все равно спросил.

– Пока без новых жертв и в пределах одного округа.

– Пока, – неохотно сказал детектив.

– Надеюсь, так оно и останется.

– А если будет третье убийство, тогда дело у нас заберут, – дополнил Флинн, которому очень хотелось принять участие в этом важном расследовании.

– Сомнений нет, он попытается снова, – вновь неохотно произнес Даггерт.

– Будем верить, что этого не случится, – здесь Флинн испытывал двоякие ощущения: человеческие и профессиональные. Безусловно, молодой помощник не желал новых жертв в прямом смысле.

– Боюсь, что ты прав, Даггерт. У меня такое же чувство, к великому сожалению. А чувства мои всегда подкреплены большим опытом, сам знаешь, – последнюю фразу Ремс договорил куда-то в пол и немного тише, затем несколько секунд помолчал и снова взбодрился. – Сейчас же выезжайте на место. Это заброшенное депо в двадцати милях на юге. Расследование возглавишь ты, Даггерт.

– Значит, мы имеем дело с серийным убийцей, – заключил детектив.

– Стивенсон уже покинул место преступления. Когда вернешься в участок, зайди к нему в кабинет, пусть поделится впечатлениями. И подробнее расспроси о первой жертве.

– Кэри Уйат, – произнес детектив, снова достал из папки фотографию и внимательно рассмотрел лицо жертвы. – Фарфоровая кукла, – задумчиво добавил он, положил снимок в карман и направился к выходу.

Флинн последовал за ним:

– Фарфоровая кукла? – удивленно спросил помощник, но его вопрос снова остался без ответа.

– Ничего существенного, – докладывал криминалист Лэнс. – Серьезных улик нет.

Лэнс и Даггерт стояли над телом, Флинн внимательно рассматривал жертву, иногда перемещаясь на корточках.

– По крайней мере, пока не проведем исследования той мелочи, что удалось найти, сказать особо нечего. Проверим в лаборатории, возможно, что-нибудь найдем.

Вокруг работали эксперты, полиция охраняла периметр.

– Следы? – спросил детектив.

– Обувь десятого размера. Могу с уверенностью сказать, что следы принадлежат человеку, который доставил тело. Это видно по тому, как проделан путь, – Лэнс провел пальцем, указывая на предполагаемые перемещения преступника с телом от входа в депо до места, где они сейчас стояли.

– Человеку? Он был один? – уточнил Даггерт.

– Посторонних мы не обнаружили, кроме следов бездомных, которые нашли труп.

– Бездомные?

– Забрели сюда в ночи, – Лэнс показал в сторону, где двое офицеров допрашивали напуганных нищих, записывая их показания в блокноты.

– Значит, убийство произошло в другом месте, – произнес Флинн.

– Совершенно верно, – подтвердил криминалист. – Смерть наступила около полуночи, тело привезли в районе трех. Снаружи также обнаружены следы шин автомобиля, на котором, как мы предполагаем, доставили жертву.

– Сколько времени уйдет на анализ?

– Несколько часов.

– Отпечатки? – поинтересовался Даггерт.

– Отпечатков нет.

– Одна обувь и шины мало что дадут.

– И тем не менее, хоть какие-то улики.

– Скажи, Лэнс, ты осматривал место преступления первой жертвы, Кэри Уайт? – детектив протянул папку криминалисту, тот пролистал пару файлов и ответил:

– Да, я проводил осмотр и давал заключение. Меня назначили главным криминалистом по этому делу.

– Похоже, тебе добавилась работа.

– Это я уже понял, – Лэнс вернул папку обратно.

– Что-нибудь новое с этой жертвой заметил?

– Ничего. Все в точности повторяется. Посмотри на ее лицо, – Лэнс присел на корточки, Даггерт сделал то же самое, затем криминалист потянул за пулер мешка вниз и приоткрыл его шире. – Грим сделан после смерти.

– Как же они похожи, – заметил Флинн. – Жутковато.

– Да, это удивительно, – Лэнс потянул за пулер еще ниже, почти до колен жертвы. – Взгляните на одежду.

Детектив внимательно провел взглядом мертвую девушку. Затем открыл папку с делом первой жертвы и снова бегло просмотрел фотографии с места преступления: одежда, цвет и атрибуты были одинаковыми, грим в точности совпадал, лица были невероятно похожи, и если не сильно всматриваться, то девушек можно было бы принять за одного и того же человека с расстояния пяти шагов.

– Интересно, что все это значит? – произнес Даггерт.

– Загадка, детектив, – пожал плечами Лэнс.

– Которую нам с Флинном придется разгадывать, – добавил, почти не шевеля губами детектив.

– Орудие убийства нашли? – спросил помощник.

– Нет. Но и так ясно, что это обычный медицинский шприц, – криминалист бережно взял левую руку жертвы и указал на локтевой изгиб, где виднелись два отчетливых следа от инъекций. – Причина смерти, по всей видимости, некий химический состав, введенный в кровь жертвы.

– Все повторяется, – произнес Даггерт, продолжавший рассматривать труп.

– Жертва не оказывала сопротивления, – сказал Флинн.

– Совершенно верно, – подтвердил Лэнс. – Следов сексуального насилия, при поверхностном осмотре, также не обнаружено.

– Без шприца можно как-то идентифицировать состав жидкости? – поинтересовался детектив.

– Точный химический состав, пропорции и нюансы установить невозможно.

– Выходит, лишь сам преступник поведает нам этот секрет, – констатировал Флинн.

– Совершенно верно. Дело за малым, вам только необходимо его поймать.

– Легко сказать.

– Какова технология процесса? – Даггерт продолжал внимательно изучать руки, одежду и лицо жертвы.

– Полагаю, такая же, как и в случае первого убийства: преступник ввел снотворное, за ним последовал смертельный укол.

– Можно ли как-то идентифицировать состав препарата по анализу органов, крови… или как там это делается?

– Думаю, это не сложно, если элементы препарата известны науке. К тому же, как мне представляется, состав этот базируется на распространенных, в определенной среде, конечно, компонентах.

– Вроде каких-нибудь барбитуратов?

– Совершенно верно.

– Осталось установить, каких именно, и каким образом убийца их добыл. Такие препараты, полагаю, не продаются в каждой аптеке по желанию и без рецепта.

– Ни в коем случае.

– Спасибо, Лэнс. Буду ждать результаты экспертизы.

– Со своей стороны сделаю все возможное. Фергюсон даст более детальное заключение после обследования трупа, это не по моей части.

– Что-то не видно старика, – детектив огляделся по сторонам.

– Уехал в морг. Сказал, что больше ему здесь делать нечего и у него много работы.

– Жаль, что не застал.

– А телом он непременно займется, когда его доставят к нему на стол.

– Хм, на стол…

После повторного допроса двух бездомных, который не дал ничего существенного, Даггерт и Флинн возвращались к своей машине, покидая заброшенное депо промышленной фабрики.

Детектив шел угрюмый, уставившись в землю и не упуская из виду ни одной травинки, ни одного камушка – такое внимание к предметам вокруг помогало ему анализировать детали в голове.

Это было третье серийное дело за все время службы в полиции, которое поручили расследовать Даггерту, после того как он перевелся в серийный отдел. Он имел большой опыт и раскрыл немало одиночных убийств. Дебютом же в серийных преступлениях стало успешное расследование нескольких убийств, совершенных руками двух изощренных и незаурядных маньяков, работавших, подумать только, в паре. Благодаря дотошной и профессиональной работе детектива, их отправили на электрический стул.

Иногда Даггерт спрашивал себя, какое наказание должно быть для таких преступников: электрический стул, виселица, смертельный укол, газовая камера или пожизненное заключение, что гарантировано в случае присуждения двухсот или трехсот лет отбывания в тюрьме? Даггерт считал глупыми такие сроки. Почему бы не давать просто пожизненное. Правда, жертвам такого шанса не предоставили. Но ведь и казнь не панацея. А скольких человек судебные ошибки отправили на тот свет? Невиновные люди, которые подверглись аду на земле, включая их несчастных близких, пока не выяснилась правда. Сколько же правды не выяснилось – мы вообще никогда не узнаем.

– К черту философию, – Даггерт прервал этот поток мыслей и сконцентрировался на убийствах, сопоставляя материалы первого дела и детали, которые изучил в машине, по дороге на место преступления.

– Философию? – переспросил Флинн, но Даггерт ушел в свои мысли.

– «Он тщательно готовится, – размышлял про себя детектив. – У него свой почерк. Находит эти забытые богом и муниципалитетом места – закутки из городских легенд, – изучает, следит, планирует. Больной, ясное дело. Но что нам это дает? Они все больные.

Борьбы и сексуального контакта не было. Почему? Он не может… и поэтому, из-за своей неполноценности, отрывается на несчастных девушках? Не факт. А этот посмертный грим? Безусловно, имеет сакральное значение. Оставляет жертву на рельсах уже второй раз. Совпадение? Куда он заманивает девушек? Приглашает к себе? Если так, то почему они соглашаются? Идет к ним сам? Тогда почему они его впускают? Как и где это происходит? Значит, жертвы знали своего убийцу до преступления? Возможно, даже продолжительное время. Как он знакомится? Кто он? А может она? Все может быть…», – эти мысли, словно рой назойливых пчел, не давали покоя Даггерту. Вопросов было больше, чем ответов, и эти вопросы его пугали. Пугали вероятностью новых преступлений.

Жертвой, которую сейчас осматривали детектив и помощник, была Трейси Кларк двадцати восьми лет. Ее оставили в черном мешке для трупов поперек шпал. Как и в случае с первым убийством, одежда, цвет волос и прочие детали посмертного «маскарада» совпадали. К этому добавилась еще одна примечательная деталь, которая не могла быть совпадением: обе жертвы имели одинаковый тип внешности, но все же были разными, не очень-то похожими. Тем не менее, после манипуляций с гримом, женщины стали выглядеть, практически, как две капли воды.

– «Сделать такое – искусство, требующее мастерского навыка?», – резюмировал про себя Даггерт.