Читаем Мама – глубина – источник онлайн бесплатно


Мама – глубина – источник

Сборник стихотворений современного кипрского поэта Михалиса Пиериса посвящен воспоминаниям о матери, о детстве, прошедшем на Кипре в 50-е годы, об исторических событиях той эпохи, размышлениям о связи прошлого и настоящего страны. Книга также включает две академические статьи, посвященные творчеству автора, и фотографии из личного архива. Издание выполнено параллельно на двух языках, греческом и русском, и может быть интересно всем небезразличным к Кипру, к греческому языку в его диалектном многообразии, и просто к современной мировой поэзии. Для широкого круга читателей.

Михалис Пиерис

Поэзия / Зарубежная поэзия
<p>М. Пиерис</p><p>Мама – глубина – источник</p>

Памяти Андроники Александру Пиери

<p>Предисловие переводчика</p>

Кипрский поэт Михалис Пиерис известен российскому читателю по книге стихов «Метаморфозы городов», вышедшей в 2003 году в переводе Ирины Ковалевой. И если первый сборник на русском языке был посвящен теме странствий и поиска красоты в разных городах мира, то этот, второй, волею судеб гармонично уравновешивает первый, ибо посвящен теме противоположной – родной земле, источнику памяти о детстве и ранней юности, о глубинах собственной души, единых с топосом и исторической памятью народа. Мне, как переводчику с греческого, этот сборник был интересен прежде всего тем, что он является живым поэтическим свидетельством о стране, мною горячо любимой – о Кипре. В современном мире количество источников информации неисчислимо, и каждый может получить об интересующем предмете самые разнообразные сведения, однако всякий исторический текст является конструктом и объективность его может быть подвержена критике, а документальные кадры часто окружены либо немотой, либо пустой риторикой средств массовой информации, и в конечном счете все эти сведения – фрагментарные, сомнительные, противоречивые – сводятся к медиаклипу, затрагивающему наше сознание даже не по касательной, а наоборот, по не-касательной, оставаясь в области, нас не затрагивающей, от нас отдаленной. Представляется, что знание в пост-информационном мире может быть получено только событийно, при личной встрече. Именно такой личной встречей с поэтом Кипра является данная книга.

Поэтический мир Михалиса Пиериса и прост и сложен одновременно: его поверхность кажется непритязательной, но глубина скрывает сложную и детально прочувствованную симфонию смысловых связей мифопоэтики, истории, литературы, психоанализа, личной памяти и метафизики письма. Детальный анализ второй части сборника приведен мною в послесловии – это статья греческого филолога Стаматии Лаумджи «Рассказ» Михалиса Пиериса как эпос памяти. В качестве приглашения к чтению хочется отметить, что концепция сборника заложена в его названии. С образа мамы как источника – жизни и памяти – начинается погружение в глубину воспоминаний, грез, радости и горечи, в глубину живой жизни души. Погружение в чтение становится здесь в буквальном смысле спуском в глубину, где невидимый с поверхности, скрытый мир души приобретает все большую детализацию, достоверность реального опыта жизни, в которой действительность кровно связана с культурной памятью, с мифическим миром языка, с непостижимостью эроса и смерти. Так первый образ – погружение в источник собственного рождения, а значит, и смерти – разворачивается в поэтическое произведение как источник знания и вдохновения для жизни будущего. Прошлое, настоящее и будущее в стихах Михалиса Пиериса являются тремя измерениями единой полноты времени, ставшего вечностью в единстве поэтического мифа.

Примечания к сборнику составлены на основе устного общения и переписки с автором. Мне хотелось сделать комментарий как можно более подробным, чтобы как можно больше рассказать читателю о любимом Кипре, но тогда поэтический сборник неминуемо превратился бы в научный трактат, поэтому я ограничивала себя, чтобы оставить как можно больше пространства голосу автора.

Лидия Арданова<p> </p>

« » 2003 Irina Kovaleva. , , ( ’ ) : , , . , – . , , , , . , – , , – mediaclip, . post-information society – .

. , , , , , . « ». , , (concept) . – – , , , . , , , , , , , . – , – ’ . , , .

. , , , .

Lidia Ardanova<p>M ’</p><p>Часть первая</p><p>M </p>M . ’ ( . .)N .N .N .<p>Мама – глубина – источник</p>Мама, глубокий источник мой,я наг и спускаюсь.За стенки крепко держусь,внизу под ногами родник,и дно сердца трепещет.(Вдруг голос –это далекий отец.Отравой стала вода,столько стараний даром!)Утащишь теперь меня вниз в темноту,дурной час, черный сглаз,страх ночной, ужас дневной,затянешь меня, драконихав петлю, в силки памяти.Упаду в тебя, захлебнусь.И захлопнется сверху плитанеподвижного неба.<p>X</p>M . K . · ’ .K .M . .<p><strong>Смертица</strong><a l:href="#n1" type="note">1</a></p>Смерти мама свою дочку завелав темный переулокровно в час как к свету та стопы повернула.Обняла ее и стала напевать.Будь со мной, дитя мое,рядом оставайся,будешь доченькой моей,что тебе скитаться.Маму крепко обними,спи-усни со мною,будет рядом нам тепло,знать не будем горя.Коль уйдешь и повернешько скорбям и болии придешь потом худой,ледяной, бессонной,знай, тебя я не примуи не приласкаю.Брошу в подпол за гумномили запру в сарае.<p>T </p>

, . . .

’ ’ .K ’ ’ , ’ .K K ’ ’ .<p><strong>Кладовая</strong><a l:href="#n2" type="note">2</a></p>

Память отдушина моя, память мой теплый приют…

В потайной глубине, где царила ночь,и хранилось все, что нужно для жизни,вдоль корыта, где замешивали хлеб ее бабушкаи прабабушка,по горшку бездонному с белым пшеном,по стене меж вкусных вяленок мяса,рука моя, дрожа, проскользнула несмело,ухватила в ладонь кусочки копченыеи ее юную грудь.В непроглядной, густой темнотенагой и исступленной я видел тебя,глазами закрытыми видел, одним осязанием,в горячке пульса чувствовалтвою влагу, твое тело в жарком поту.И когда донесся издали гул воскресенья(отче наш, песнопения),я, вдыхая жадно благоухание осязаемыхвещей, утопая в аромате вин,пряном духе приправ соленого имаринованного мяса,склонился и поцеловал твой станнецелованый.<p> </p> · . . . ’ .<p><strong>Лейла ти гома</strong><a l:href="#n3" type="note">3</a></p>Египет, вечер пятницы,мир движется в ритмесекса заслуженногои предсказуемого –– такой казалась мненаступающая ночь нашей встречи.К чему угодно готовый, я ждалпосреди дождя, вслушиваясьв цвет твоего аромата.Запах глины, которой мамамазала створку печи4 поутру в воскресенье.Теперь ты пропала из жизни моей,и мама далеко на чужбине.<p> </p>

M

’ . . . ’ . . . , . . . . . - . . . . .<p><strong>Возвращение покинувшего родину</strong><a l:href="#n5" type="note">5</a></p>

Миха лису Гана

Я вошел в дом со двора,где когда-то держали скотину.Услышал голоса издалека.Тихие шепоты Мира Мертвых.Все поросло травойвысокой, до самого пояса.Бочонки, горшки и кувшинызастывшие и тоскливые.Дом слепой, печь холоднаяпустая, темная. Та самая, в которой пеклихлеба в деревянном лотке и сухарики.В комнате огляделся.Пыль нежилого покрыла меня,замуровала внутри меня душу.Друг скоблит ногтем старые вещи,будто не видя белесый,нестираемый смерти налет.Пусть рухнет все здесь в бездну безмолвия.Станет костями, стихамии музыкой. В воздухе вея.Лишь произнес это – зашипела змея.6Пошел посмотреть на нееи зашел в кладовую.В темноте мерцали глаза мертвецов.<p> </p> . E . . , , . , . . ’ , ’ , . . . . . .’ ( !) . . . . , . . M, X , , . K, M . , , . M . Z . , . , , , , , . ’ . , , , , , , : , M B M , .<p><strong>Мойры</strong><a l:href="#n7" type="note">7</a></p>Однажды утром нас собрала Андроники,сказала: все здесь. Права на собственность,договора. Что мы имеем,откуда получили это, какразделим. По справедливостисначала сделаем пять равных долейи после бросим жребий –пускай что выпадет кому, то выпадет.Я так хочу. Не так, так делали отеци дед, отписывая каждомучто им самим хотелось, как если бывсе им принадлежало, все они создали.Это пришло к нам. Так было угодно мойрам.Каждому из вас должна достатьсяпо праву доля. Нас много.Мы большая яблоня.Поэтому до нас дошло (столькоколен и долей!) хорошее наследство.Благодаря ему мы чувствуем в землекрепкие наши корни. Теперь послушайтенаш перечень имущества.А после бросим жребий.Вас пятеро – и будет пять долей.Один надел8 в Сиркане ив Скутеллин один. В Дальнем Сирканев Монастырке, в Хрисомильес,в Ливадке – всего двенадцатьшкал и три простадия, и достаются каждомупочти две с половиной шкалы. В Кармири,в Маври Сикья и в Пигадивсе сорок шкал у нас и четырепростадия. Дальше за Лаккон, задеревней, и в Алонии – прекрасныеземли садовые с водой проточной,двадцать пять шкал. В точности поровнуна пятерых. Среди полей Запфирыво Фракти имеются еще у нас деревья.Оливы и рожковые деревья,десять и пять корней.В Пофу, в Тератсон и в Ркачидес,и в Халазиес имеются участки,шкал каждому не меньше двадцати.В Антусии пять саженцев миндальных,каждому по одному. В Сирихе,и в Лифкьян, и в Аи Йорки,и в Деисин, и в Герампельянкогда-то были наши земли, но потеряли ихиз дедов ваших те, кто были нерадивы.И мой отец, не наделенный даром вестихозяйство, отдал наш старый виноградникДимитрию, сыну Стратура, а Михаилис,сын Саломии, взял Котчиною,отец Василий Лаксиян взял Ставрину,а Бенардис, критянин, наш самый красивыйсад – тот, что вблизи Алонии.<p> </p>

(, 25 1926 – , 15 2010)

. ’ , . . , , , , ’ . , « », , « ». , , , , , , , . « », , « , , ’ ’ ».<p>Андроник и Александру Пиери</p>

(Эфтагонья, 25 декабря 1926 – Сидней, 15 июля 2010)

Похожие книги