Читаем Смысл существования онлайн бесплатно

В этом мире ничего не меняется. Он словно застыл в затянувшейся предсмертной агонии. Хотя мира, по сути, нет. Он-то уже умер, и только люди, отчаянно цепляющиеся за своё жалкое существование, продолжают его последний сон. Мне давно уже опостылела эта бессмысленная борьба за каждую минуту сердцебиения, но против инстинкта не попрёшь. А самосохранение – один из самых сильных, чтоб его…

Куда вот я иду? Нет, направление понятно – в город, как там его тамошние жители обозвали? Не помню, давно в карту не смотрел. Она тут особо не нужна, оттого и названия не задерживаются в памяти. Куда ни глянь, – пустыня, редкий сухой кустарник, да разломы в земле. Глазу не за что зацепиться для ориентира. Только по тусклому диску солнца направление определяешь и чешешь, пока не дойдёшь. Промахнулся? Определяй заново и иди назад. Пока не дойдёшь или не сдохнешь, окончательно заблудившись.

Хотя, как пишут в книгах, раньше здесь был густой лес, свежий воздух и даже иногда бывало холодно. При чём чаще, чем тепло. А сейчас что? Да я даже не знаю, что такое лес. Только на картинках видел, когда историю читал. Там ещё говорили, что человечество придумывало множество ужасов на своё же будущее. Инопланетяне, ядерные войны, катаклизмы всякие, астероиды и прочая хрень. Даже религии целый ассортимент кончины мира предлагали. А в результате? Увлеклись техническим прогрессом, не обратили внимания, что зелени на планете всё меньше. На космос смотрели. А природа терпела, кряхтела, а потом внезапно так жахнула, что до сих пор не можем посчитать, сколько с тех пор лет прошло. Как учёные утверждают, всё произошло очень быстро. Землетрясения перекроили планету за считанные дни, высыхали океаны, извержения вулканов заполнили атмосферу таким слоем пепла, что до сих пор солнце еле видно. А природа вымерла. При чём практически полностью. Того, что осталось, еле-еле на кислород хватало, чтоб убийцы её подышали ещё немного. Ходят слухи, что это испытание какой-то новой хрени вызвало, поэтому ещё и стрелять друг в друга ядерными боеголовками начали. Правда это или нет – уже неважно. Может и докопаются когда-нибудь до истины, да только теперь от этого легче не будет – нет больше мира. Люди заново с пещер начинали. Да и сейчас жизнью это назвать трудно…

Выжили конечно. Человек хуже плесени за жизнь цепляться умеет. По знаниям предков, что добыть удалось да уразуметь, возникли Ведущие-за-собой. Оно и понятно – после того хаоса, что творился, люди и дьяволу поверили бы, лишь бы объяснил, как жить дальше. А они подсуетились, помозговали, да и выдумали – станций для выработки и хранения драгоценного кислорода натыкали повсюду. Хотя, мне кажется, это тоже миф. Я ещё ни разу не встречал кого-либо, кто этих Ведущих в глаза видел. Скорее всего, восстановленная технология Старого мира слухами обросла, да и всё.

О! Ты смотри-ка, не промахнулся. Дымок над руинами цивилизации виден вдали. Точно город, машины в пустыне не так чадят. Это заводы.

Человек шёл, вязнув в неглубоком рыхлом песке. Шёл уверенно, даже немного упрямо. Так обычно люди идут, когда им деваться некуда, они себе какую-то блажь в голову вобьют и чешут вперёд. Стараясь не слушать внутреннего голоса, который вопит: "Зачем тебе это надо?".

Внешний вид сразу выдавал в нём человека бывалого. Потрёпанная, но практичная одежда, подобранная явно под ведение боя и выживание в условиях пустыни. Небогатый скарб в рюкзаке за плечами, в руке – длинная палка, чтоб в зыбучку не попасть, да от мелочи зубастой отбиться. Из-за плеча виден ствол винтовки, на поясе револьвер в кобуре и чуть ниже дробовик к ноге приторочен. Непримечательное обветренное лицо в большей степени скрыто короткой всклокоченной бородой, хотя былые шрамы всё равно проглядывают отчётливо.

В общем, когда чуть поодаль показалось явно недружелюбное багги совершенно разбитого вида, человек лишь остановился, насмешливо глядя на них. Разве что палку в песок вбил, а рука на дробовик легла. Те оттормозились, поразмыслили, да свернули в сторону, подняв облако песка от перегазовки. Поняли, что не по зубам им эта добыча. И неизвестно ещё кто из них добычей, а кто охотником окажется.

Город понемногу вырастал холодной тёмной громадой на фоне серой пустыни, нещадно дымя трубами заводов. Обрывок уцелевшего остатка дороги, который уже метрах в пятистах скрывал свои куски асфальта под слоем серой пыли, упирался в мощное укрепление на въезде. По кругу город был обнесён стеной из серых бетонных плит, похожих на гигантские кирпичи, высотою метров под шесть. Для человека, который здесь уже бывал, это не покажется удивительным – именно бетонным производством тут и живут. Благо и цементные заводы есть, и песчаный карьер неподалёку. Впрочем, песка теперь везде в изобилии…

Кругом было пустынно и в переносном смысле. Не пылили к городу грузовики с товаром, не было видно людей. Тяжёлый гул нарушал звенящую тишину, явно подчёркивая индустриальность местной жизни. Только размеренный шаг одинокого человека и его невнятное бормотание, когда он сам отвечал своим же мыслям, нарушали зловещее однообразие этой местности.

Близко… Уже близко. Один из новых оплотов человечества. Посмотришь на него – и жить-то расхочется. Чёрная кость, торчащая из высохшей серой кожи. Стеной обнеслись… Хе-хе, как будто она их спасёт, случись серьёзное нападение. Да и башня кислородная-то вон она – от города километрах в трёх. Грохнуть её – и все труды. Сами в своей цементной крошке задохнутся.

Впрочем, мне-то что. Я сюда ненадолго. Дух перевести, да справки навести. Патронов купить бы надо. Оружейники здесь так себе… Никак скорее. Но уж на это, надеюсь, способны.

Когда я в прошлый раз здесь был, перед городом базар был. При чём немалый – вагонов пятнадцать стояло. Куда делись? Видно налёт был. Отсюда и стену отгрохали. И у башни броня стоит, аж две штуки. Точно кто-то их пощипал, надо бы поспрошать…

Вот тоже, кстати, вагоны эти самые. Кто их так назвал? Ведь не похоже ж ни хрена. Корыто ржавое на колёсах. То ли округлое, то ли квадратное. Мне Библиотекарь показывал фотографии из старых архивов – они раньше вообще для перевозки людей использовались, автобусами звались. Окна по кругу и лавки рядами внутри. Правда зачем автобусу такая проходимость хорошая? Этого я не дотумкал, жаль времени мало было расспросить.

Ладно, леший с ними. Вагоны, так вагоны. Мне плевать, что сжигать, если придётся. Пока не приходилось – их только торговцы и используют. Уж больно таскать много могут – больше двух с половиной тонн, говорят. А караваны грабить меня нужда пока не заставляла. Но разузнать надо. Барыга человек такой – если не торгует здесь, значит опасность реальная и осязаемая. На базаре-то пришлые были, местные только бетон мешать, да пить дрянь всякую умеют. Если учесть уже возведённую стену, налёт был не вчера и не месяц назад, но торговцы не вернулись. Хотя чёрт его знает, может с другой стороны стены и нет ещё, отсюда стройки не видно. В любом случае, мне рисковать не надо, тем более сейчас. Не хватало ещё по такой глупости нарваться.

Вот и КПП. Спите вы там что ли? Открывай свою банку бетонную. Я ж сейчас вам уже могу гранату в окошко кидать. А, вижу, два снайпера на стенке. Уже целятся. Что ж, молодцы…

Когда человек подошёл к укреплению на въезде в город, никакой суеты это не вызвало. Снайпера с четырёх точек его давно держали на прицеле, а пулемёты за первой линией ворот уже смотрели на вход крест-накрест. Поэтому, когда он подошёл почти вплотную и окликнул постовых, никакой неожиданной паники это не вызвало. Откинулось небольшое окошко на пешеходной калитке, оттуда выглянул боец охранения. Автомат висел за спиной, в своём прикрытии он был уверен.

- Чего забыл здесь? – Спросил он, не тратя время на приветствия.

- В прошлый раз не допил пару кружек пива. – Усмехнувшись, ответил человек.

- А чего так? Выгнали? – Не растерялся дежурный. – Так и сейчас не пущу.

- Да нет. Ваше дерьмо расхлёбывать поспешил. Я тебя тут ещё не видел, молодой что ли? Кто вами сейчас командует? Всё ещё Прохор бессменный?

Боец минуту смотрел незнакомцу в глаза, и только после этого ответил:

- Убили Прохора. Так ты кто будешь-то?

На лице человека не отразилось ни единой эмоции от этой новости, но шутить сразу перестал. Достал из кармана карточку идентификации личности и протянул в окошко.

- Наёмник я. Широкого профиля. Бродягой кличут. К вам мимоходом – передохнуть, да запасы пополнить.

- Проверим, с списком неугодных сверю, жди. – Буркнул парень и захлопнул люк.

Эта процедура была рутинной и стандартной. В каждом городе хранились списки «неугодных лиц». Убил, украл или просто дебоширил в кабаке – всё туда попадает, с комментариями. Если замечен будешь – тут уже от тяжести проступка. Могут просто от ворот поворот дать, а могут и пристрелить без разбора.

Человек отошёл к стенке, привалился плечом и закурил. Потом поднял голову к стене и крикнул снайперу наверху:

- Хорош лазером слепить. С такого расстояния с рогатки навскидку попасть можно.

Оттуда послышалось гыгыканье, но лазерный прицел отключили.