Читаем Пугачевский атаман Иван Белобородов онлайн бесплатно

Крестьянская война 1773–1775 годов под руководством Емельяна Пугачева была наиболее мощным восстанием крестьян против крепостного гнета. Она потрясла всю Российскую империю и вошла как одна из замечательных страниц в историю освободительного движения народов нашей страны.

Причиной восстания крестьян было усиление их эксплуатации и крепостного гнета, так как помещики в условиях роста в стране товарного производства стремились получить от крепостных как можно больше доходов.

В восстании под руководством Емельяна Пугачева, кроме русских, принимали участие башкиры, татары, мордва, удмурты, чуваши, марийцы и казахи. Крестьянская война 1773–1775 годов соединилась с освободительным движением угнетенных народов царской России и превратилась в общенародное движение против феодально-крепостного строя.

Хотя в крестьянской войне под руководством Емельяна Пугачева и были элементы организованности, она носила в основном стихийный характер. Разрозненное крестьянство не имело настоящих руководителей, которые могли бы довести его до победы над феодалами — помещиками. Таким руководителем могла быть или буржуазия или пролетариат. Но русская буржуазия XVIII века была слабой и трусливой. Она боялась выступать против самодержавия и крепостного права. Она стремилась получить дворянские привилегии и войти в состав дворянства. В это время еще не было в России пролетариата; он лишь зарождался и поэтому не мог оказать братской помощи восставшим крестьянам и близким им по своему положению заводским людям Урала. Во главе восстания встали яицкие казаки, вышедшие из крестьян. Оно шло под флагом борьбы за хорошего царя.

Восстание уральских заводских людей во главе с атаманом Иваном Белобородовым было частью общенародного движения, но вместе с тем оно имело и свои особенности, связанные с развитием горнозаводской промышленности.

Урал середины XVIII века — самый крупный центр горнозаводской промышленности России. Своим развитием он был обязан крепостному труду.

В борьбе за рынки сбыта, как внутри, так и вне страны, и в особенности за Англию, куда Россия отправляла почти половину всего добываемого железа, заводчики стали усиленно эксплуатировать заводских рабочих. Вследствие этого на Урале резко обострились классовые противоречия.

В восстании, возглавленном Иваном Белобородовым, главной движущей силой были закрепощенные горнозаводские рабочие. Элементы организованности в нем были более сильными, чем у крестьян земледельческих районов, но и оно носило в основном стихийный характер.

Борьба закрепощенных рабочих Урала, так же, как и борьба крепостных крестьян, была направлена против феодально-крепостнического строя и создавала условия, благоприятные для развития нового, более прогрессивного тогда, капиталистического строя. Но заводские люди, особенно наемные, не ограничивались борьбой только против крепостного гнета. Они мечтали о свободном и счастливом строе без угнетателей и угнетенных.

В очерке рассказывается о деятельности Ивана Белобородова — одного из самых крупных и талантливых атаманов крестьянской войны 1773–1775 годов, а в связи с этим и о борьбе рабочих Урала против эксплуататоров.

В XVII веке на Урале были широко распространены крестьянские железные промыслы. Одни из них носили «домашний» характер, были неразрывно связаны с сельским хозяйством и обслуживали личные нужды земледельца. Другие выделились из сельского хозяйства и стали самостоятельными ремеслами. Некоторые ремесленники изготовляли железные изделия лишь на заказ. Большинство же ремесленников работало на рынок, продавая железо не только для местного населения, но и в другие города.

Железные промыслы были особенно развиты на реках Нейве, Железянке, Сысерти, Суксуне. В одном Кунгурском уезде в конце XVII века насчитывалось более 45 «мужицких» заводов. Железную руду при помощи древесного угля и ручных кожаных мехов плавили или в обыкновенных кузнечных горнах или в горнах с несколько поднятыми стенками. В сутки на подобном заводе (домнице) выплавляли до пяти пудов мягкого железа, известного под названием крицы. На «мужицких» заводах вся работа выполнялась вручную самим хозяином — кузнецом и его сыновьями. Наемные рабочие использовались лишь на некоторых домницах.

Мелкое товарно-ремесленное производство «мужицких» заводов являлось первой ступенью капиталистической промышленности. Второй ступенью является капиталистическая мануфактура, все оборудование и строения которой принадлежат капиталисту, использующему труд, наемных рабочих. Основой производства в мануфактуре служит также ручной труд, но для поднятия его производительности капиталисты вводят широкое разделение труда с использованием разнообразных орудий производства.

Переход мелкого товарного производства «мужицких» заводов на новую более высокую ступень капиталистической мануфактуры наблюдался в XVII веке в Московско-Тульском и Карело-Олонецком промышленных районах. Там возникло несколько металлургических заводов мануфактурного типа, но и на них скоро стал господствовать крепостной труд. На Урале, ввиду отсутствия свободных капиталов и малочисленности рабочих рук, такого перехода тогда не произошло.

В XVII веке Россия, по сравнению с передовыми западноевропейскими странами, была отсталой страной. На Западе крестьянство сбрасывало с себя цепи крепостного права и становилось свободным. Капиталистическая мануфактура процветала. Она стояла на пороге превращения в крупную машинную индустрию.

Со второй половины XVII века в России стал остро вопрос о ликвидации отсталости народного хозяйства. С ростом общественного разделения труда, с ростом городов, с увеличением потребности государства в военном снаряжении появился усиленный спрос на железные изделия. Мелкие «мужицкие» заводы, а также железные заводы мануфактурного типа, расположенные в Московско-Тульском и Карело-Олонецком промышленных районах, были не в состоянии удовлетворить его.

В начале XVIII века, когда Россия вела длительную и тяжелую войну со Швецией за выход в Балтийское море, экономическая отсталость стала угрожать существованию самого Русского государства и интересам господствующего класса — дворянства. Чтобы устранить грозную опасность, Петр I и его преемники проводят ряд мероприятий по созданию сильной отечественной горнозаводской промышленности мануфактурного типа и прежде всего на Урале, богатом рудами, лесом и водой. Царское правительство вкладывает казенные капиталы в горнозаводскую промышленность на Урале, оказывает покровительство частной промышленности, приписывает к заводам государственных крестьян, разрешает заводчикам покупать крепостных крестьян, направляет на Урал опытных мастеровых с московско-тульских и олонецких заводов и иноземцев, вводит высокие таможенные пошлины на железо и т. п.

Промышленная политика правительства нашла яркое отражение в Привилегии о рудах и минералах 1719 года и в Берг-регламенте 1739 года.

Рост внутреннего и внешнего рынка и покровительственная политика правительства оказали положительное влияние на развитие горнозаводской промышленности в России и особенно на Урале. В 1700 году в России выплавлялось 150 тысяч пудов чугуна, а в 1766 году — более 4,5 миллиона пудов, в том числе на Урале более 3 миллионов пудов. Успешно развивалась и медная промышленность, причем почти вся выплавка меди происходила на Урале.

Русское, преимущественно уральское, железо не только полностью обслуживало внутренний рынок, но и в большом количестве шло за границу. В шестидесятых годах XVIII века Россия по выплавке чугуна перегнала Германию, Англию и Францию и встала на второе место в мире после Швеции.

Уральские заводы были крепостными мануфактурами. На них применялся главным образом крепостной труд. Верховным собственником заводов являлось государство в лице царя. На мануфактурах было введено широкое разделение труда с разнообразными орудиями производства. В качестве движущей силы применялась энергия падающей воды. Она нагнетала воздух в домны и в горны, поднимала тяжелые молоты, дробила руду и флюс. Она приводила в движение станки, вальки, рычаги и лесопильные рамы.

В шестидесятых годах XVIII века в горнозаводской промышленности России произошли крупные сдвиги. Россию охватили крестьянские волнения. Волновались помещичьи и монастырские крестьяне, а также особенно сильно государственные крестьяне, приписанные к уральским заводам. Под влиянием этого Петр III и Екатерина II запретили фабрикантам и заводчикам покупать помещичьих крестьян, предлагая им «довольствоваться вольными наемными людьми по паспортам за договорную плату». Правительство стало отказываться от приписки государственных крестьян к заводам простых купцов, приписывая их лишь к казенным заводам и к заводам знатных людей. В это же время в Англии, куда главным образом вывозилось уральское железо, цены на железо резко понизились.

Напуганное крестьянскими волнениями, обеспокоенное как новой промышленной политикой правительства, так и падением цен на железо, русское купечество стало воздерживаться от вложения новых капиталов в уральскую горнозаводскую промышленность. И прежние заводчики Урала почти приостановили строительство новых заводов. Зато владельцы заводов принимали меры, чтобы поднять производительность труда, уменьшить себестоимость железа и тем самым с лихвой покрыть убытки от снижения цен. Они вводили некоторые технические усовершенствования, но, главное, усиливали эксплуатацию рабочих.

На заводах Урала во второй половине XVIII века работало три группы рабочих: крепостные и наемные рабочие и приписные государственные крестьяне. Плавкой руд, выработкой железа и меди, изготовлением железных и медных изделий занимались, как правило, крепостные рабочие. Подсобные работы (копка и возка руды, рубка дров, заготовка и возка угля, проводка железных караванов и т. п.) выполнялись приписными крестьянами и наемными рабочими. Крепостные рабочие выходили из помещичьих и государственных крестьян, из рекрутов, солдат, беглых ссыльных, казенных мастеровых, преступников и т. п. Труд крепостных рабочих применялся почти на всех заводах Урала. Общее их количество (считая собственных и посессионных) достигало, поданным 1771 года (Крамаренкова), 56 283 человека мужского пола.

Крепостные рабочие прикреплялись к заводчику или заводу и обязаны были в принудительном порядке работать на заводе. Наиболее опытные из них назывались мастеровыми, а остальные — работными людьми.

В пятидесятых-шестидесятых годах XVIII века заводчики, напуганные массовыми волнениями уральских рабочих, стали наделять крепостных рабочих Урала земельными наделами (до этого наделы давали лишь некоторые казенные и частные заводы). «Сим способом, — писал оренбургский губернатор Д. Волков в 1763 году в Сенат, — заводские жители будут любить свое состояние и свое жилище. Тем [самым] останутся они во всегдашнем повиновении; тем [самым] каждой завод будет на случай нужды составлять нарочитую и довольно безопасную крепость… Сим же способом можно будет избежать разволочку [уход] государственных крестьян… кои… потеряли крестьянское домостроительство и сделались сперва бродягами и бурлаками, а наконец, и возмутителями».

Крепостной рабочий Урала, имея свое небольшое хозяйство, был обязан за небольшую плату работать на заводе. Заводская работа превращалась для него в своеобразную барщину. Подобное положение было выгодным заводчику; он мог нещадно эксплуатировать крепостных, которые боялись потерять свои хозяйства.

Как на казенных, так и на частных заводах рабочие находились в тяжелых условиях. Земельный надел был недостаточен, чтобы обеспечить семью продовольствием. Не хватало для этого и получаемого жалованья. Мастеровые и работные люди Мотовилихинского и Ягошихинского заводов, например, в своем наказе в комиссию по сочинению проекта нового уложения писали в 1767 году, что многие из них получают «малое» жалованье (12 рублей в год), и, имея семью в 6–8 душ, они «с великою нуждою и убожеством» выплачивают подушные деньги.

В Кунгурском уезде, где находились Мотовилихинский и Ягошихинский заводы, пуд ржаной муки в то время стоил десять копеек. Рабочая семья в шесть человек затрачивала на покупку муки, считая по 18 пудов в год на человека, почти одиннадцать рублей. Если прибавить сюда уплату подушных денег (в среднем за три человека по 1 рублю 70 копеек), то на полученное жалованье в 12 рублей действительно можно было жить лишь «с великою нуждою и убожеством».

Рабочий день летом продолжался по четырнадцать часов в сутки, а зимой — по десять часов.

Бесчеловечная эксплуатация поддерживалась палочной дисциплиной. Начальники казенных заводов и заводчики сами судили и наказывали рабочих. Они штрафовали их, остригали. волосы до половины головы, секли розгами, били кнутом, сажали на цепь, заставляли работать скованными, ссылали на поселение и на каторгу. Не имея права убивать открыто, заводчики тайно бросали неугодных им рабочих в домны, топили в подземельях.

В одной старинной песне так описывается расправа над рабочими на заводах Демидовых:

В тяжелом положении находились государственные крестьяне, приписанные к заводам. Общее количество их на Урале доходило до 142 тысяч мужских душ. Труд приписных крестьян применялся главным образом на Среднем и Северном Урале и лишь отчасти на Южном. До приписки к заводам государственные крестьяне занимали промежуточное положение между свободными людьми и крепостными. Они жили на земле, которую сами подняли и полили своим потом и кровью. Они признавали ее «царевой», но «нашего владения», а тем самым не проводили разницы между своей и казенной землей. Царская же власть считала землю государственных крестьян своей собственностью, а их самих — зависимыми людьми. Она облагала их подушным окладом в денежной форме и некоторыми натуральными повинностями, в частности, перевозкой грузов и людей по почтовым трактам.

Приписав государственных крестьян к заводам, правительство «отдало» их, как писал гвардии капитан-поручик Савва Маврин в своем донесении Екатерине II от 21 мая 1774 года, «совершенно в жертву заводчикам. А оные хищники ни о чем другом не помышляют, как о своем прибытке и алчно пожирают все крестьянское имущество».