Читаем Журнал «Рассказы». Ложный след онлайн бесплатно
Журнал «Рассказы». Ложный след
В мире нет ничего важнее информации, и с каждым годом её цена растет. В далеком будущем раскопать истину под слоем лжи, ухищрений и ошибок можно или случайно, или обнаружив себя марионеткой в чужой игре. Киборгизация, проекции утопической реальности, неостановимый технологический прогресс… и, конечно, столкновение интересов людей с разными взглядами и мотивами. Перед вами сборник рассказов, сочетающий жанры научной фантастики и детектива.
Серия: Крафтовый литературный журнал «Рассказы»
Михаил Ковба , Тихон Стрелков , Александр Сордо , Юлия Асланова , Анна Шикова , Артем Эмануэль
Фантастика / Городское фэнтези / УжасыКрафтовый литературный журнал «Рассказы» 32
Анна Шикова, Артем Эмануэль, Михаил Ковба, Юлия Асланова, Тихон Стрелков
Литературное редактирование Александр Сордо
© Крафтовая литература, 2024
© Коллектив авторов, 2024
– Injoner79
Блим!
По распахнутым глазам цвета «ff1493» пробежала едва различимая рябь пиксельных помех. Этот взгляд ― каждый раз одинаковый. Испуганный. Немного обиженный. Возможно, даже с упреком. Вирусы могли имитировать самые разные паттерны поведения, но этот последний взгляд ― один и тот же, всегда.
Риша глубоко вдохнула, вскидывая пистолет со снятым предохранителем, и прицелилась. Тысячи операций проводились в эту самую секунду, анализируя, подсчитывая, корректируя возможную траекторию выстрела. Рише казалось, что она чувствует бегущий под кожей ток знаков точно так же, как чувствует шероховатость и холод металла, тяжелое, похожее на шум помех дыхание противника, кислый запах побочного цифрового следа.
Девушка спустила курок ― один раз, а за ним ― второй и третий, всаживая деактиваторы в информационный массив вируса.
Тварь дернулась и протяжно завизжала, перебирая тональности, точно клавиши на испорченном синтезаторе. По ее виртуальной коже побежали неоново-зеленые трещины взломанного кода. Трещины ветвились и разрастались, разбивая вирус на сегменты, а их ― на еще меньшие фрагменты, которые, загораясь зеленым, тут же растворялись в воздухе.
Досматривать Риша не стала: отвернулась, касаясь сенсора в наушнике.
– Деактивация завершена, ― прежде всего отчиталась она и лишь затем, бдительно оглядевшись, добавила: ― Я тут все.
– Умничка, Риша! ― после секундной заминки бодро выдал динамик голосом ее оператора. ― Я уже выслал чистильщиков. Полиция сейчас тоже подъедет. Заполнишь пока отчет?
Риша заворчала, протянула руку к всплывающему перед ней окну отчетной формы и приложила ладонь к иконке загрузки.
– Всегда ты торопишься. Доступ разрешен.
– Подключаюсь!
Пальцы защекотало, а по пустым прежде полям побежали данные прошедшей операции. Риша в очередной раз мысленно поблагодарила систему за возможность разделываться с нудной документацией, просто подключая отчетное окно к своей памяти.
– О, просто я был уверен, что у этой мерзости нет ни единого шанса против нашей Риши, ― хохотнул тем временем оператор. ― Все-таки ты самая продвинутая охотница.
– После Такеши и Широ, ― на автомате ввернула девушка.
– После Такеши и Широ, ― неохотно признал собеседник, но тут же добавил: ― Послушай, ну ты с кем сравнила? С японцами! У них вообще языки программирования уже на другом уровне…
– И Джеймса, ― добавила Риша.
– Вот американский сегмент даже не упоминай, пожалуйста, ― упавшим голосом проворчал оператор. ― Я тебя вообще-то похвалить пытался.
Риша хихикнула, решив не напоминать, что, согласно последнему опросу, ее серия получила чуть ли не последнее место в двадцатке.
– Благодарим за ваш отзыв, пользователь, ― добавив голосу дребезжащей электронной модуляции, ответила она. ― На-а-адеемся, вы продолжите сотрудничать с нашей компанией.
– Какой умник додумался обучить тебя иронии?
– Я сама научилась, ― уже обычным голосом отозвалась Риша, заслышав, как застучали поблизости гулкие шаги. ― Службы прибыли, отключаюсь.
Она вновь коснулась сенсора, закрывая канал связи, и повернулась к входу в складское помещение, куда загнала вирус в ходе преследования. Перед взломанными рольворотами стоял невысокий, крепко сбитый мужчина средних лет, облаченный в серый плащ; на плече служащего неярко светилась лицензионная нашивка.
Риша заспешила к полицейскому.
– Здравствуйте, офицер! ― Она остановилась в нескольких шагах, поправляя растрепавшуюся прическу. ― Зачистка проведена успешно, человеческих жертв нет, отчет уже отправлен в центр, ваше отделение может подать запрос на… ― девушка запнулась и смолкла, натолкнувшись на неприязненный взгляд из-под густых бровей.
Некоторое время полицейский молча изучал Ришу, особенно уделив внимание ее собственной нашивке: голографическому ромбу с серийным номером и иконкой охотничьего подразделения.
– Прога? ― вместо приветствия наконец уточнил он.
– Я? Да. ― Девушка с готовностью кивнула. ― Охотничья самообучающаяся программа «Мария», ― она приложила руку к груди, ― серийный номер…
– Понял, заткнись, ― Мужчина презрительно скривил рот и оттеснил ее плечом, чтобы осмотреть место деактивации вируса.
Риша растерянно закрыла рот. Затем глубоко вдохнула, досчитала до десяти и обернулась.
– Это было грубо вообще-то.
Полицейский, присевший на корточки перед раскуроченным полом, даже не удосужился обернуться.
– Свободна.
Девушка запыхтела от возмущения, но, немного повычисляв, решила не начинать перепалку: фыркнула и, развернувшись на каблуках, быстро покинула помещение.
Через брешь в рольворотах уже залетали служебные программы, призванные устранить причиненный ущерб. Вскоре весь склад наполнился мягким голубоватым сиянием их датчиков.
Рише нравился жилой сектор. Было в нем что-то… исконно людское. Возможно дело было в причудливой архитектуре, рожденной из синтеза старых, материальных, и новейших, программных решений. В первое десятилетие оцифровки застройка велась за счет переносимых в киберпространство зданий. Разработчики писали, что данная процедура необходима для смягчения периода адаптации человеческого сознания к этому чуждому миру. Со временем перенос стал слишком дорогим и прекратился, но старые, некогда материальные здания так и остались стоять, постепенно обрастая новостройками, как рифы ― ракушками.
Риша свернула с узкой улочки, ныряя в людской поток. Обостренный слух тут же обрушил на нее какофонию звуков переполненного проспекта: разговоры, звуки уведомлений, фырчание двигателей и гудение телепортов. Девушка поморщилась, движением пальца снизила громкость, затем подумала и немного прибавила уровень зрительного восприятия. Яркие краски проспекта стали еще насыщеннее, почти ослепляя своим неоновым свечением. Риша двинулась вдоль рекламных экранов, вглядываясь в лица плывущей навстречу толпы. Молодые, как правило, привлекательные лица. В киберпространстве необязательно тщательно ухаживать за кожей, чтобы выглядеть младше положенного числа циклов ― достаточно обратиться к хорошему программисту, который согласится переписать визуальный код. Уже в первые пять лет после переселения индустрия виртуальной косметики почти полностью исчезла, уступив место специалистам по исправлению заложенного природой кода.
Мучают акне? Иди к кодеру.
Болит зуб? Иди к кодеру.
Потерял руку при телепортации? Обратись в страховую компанию, их кодер все исправит.
В киберпространстве не было ни одной проблемы, которую не мог бы решить грамотный программер. Другой вопрос состоял в том, сколько стоили услуги подобных «грамотных специалистов». Настоящие виртуозы брали за свою работу баснословные деньги, а обращение к подпольным спецам-самоучкам было чревато багами в личном коде.
Вот и сейчас мимо Риши прошел изящный, на восточный манер красивый юноша, болтающий через наушник. По его тонкому, голубоватому от уличного освещения лицу то и дело пробегала зыбкая пиксельная рябь, наверняка причиняющая симпатяге серьезные головные боли.
Внезапно шум улицы стал еще тише, а в наушнике прозвучал мелодичный перезвон. Рекламный экран рядом с девушкой побелел, привлекая взгляд.
– Осторожно! Вирусы! ― произнес хорошо поставленный мужской голос прямо ей на ухо.
Все экраны проспекта одновременно сменили свой цвет на глубокий розовый. Изображение тут же отдалилось, превратившись в прищуренный глаз с яркой радужкой оттенка «ff1493».
– Обновленным постановлением текущего года любые нелицензионные программы признаны незаконными на территории киберпространства и подлежат деактивации, ― продолжал глас официального вещания. ― В случае обнаружения вредоносной программы, пожалуйста, сообщите об этом в ближайшее подразделение государственного контроля через электронную форму.
Экраны снова побелели, визуализируя инструкцию.
– Будьте бдительны, берегите себя и пользуйтесь только аккредитованными программами!
На билбордах высветился голографический ромб с иконкой охотничьего подразделения, прямо как тот, что красовался на Ришином плече, но никто из прохожих уже не обращал внимания на экраны.
Девушка вздохнула, вновь подкручивая громкость, и уже было шагнула дальше, когда другой, женский синтезированный голос равнодушно оповестил:
Риша вздрогнула, мгновенно настораживаясь; рука сама по себе потянулась к спрятанному под плащом служебному пистолету, но в следующую секунду охотница расслабилась, приметив направленный на нее жалобный взгляд характерно-розовых глаз.
«Каждый человек имеет право на пребывание в киберпространстве», ― гласил первый закон. Иными словами: каждый человек вне зависимости от статуса, финансового состояния, религиозных или политических воззрений имел право на лицензию. Таков был самый справедливый закон системы, положенный в основание Истинного кода. Это было основанием и Ришиного кода тоже.
Но что касалось остальных? Животные, растения, здания и даже ландшафтные объекты вроде гор и озер могли быть признаны нелицензионными, и тогда с ними случалось то же самое, что произошло с напугавшей девушку дворнягой.
– Ну, привет. ― Охотница присела на корточки перед собакой, которая жалобно заскулила и неуверенно замахала хвостом, надеясь на подачку. Скорее всего, псина вышла из приплода домашней питомицы, хозяева которой поскупились на лицензию для новорожденных.
– Отключить системные уведомления, ― раздраженно приказала Риша, протягивая руку, чтобы потрепать дворнягу за ухом. Та доверчиво подставила лохматую головуи еще немного поскулила. ― Ну, и что же мне с тобой дела… ать?!
Чье-то колено врезалось в плечо девушки, чуть не опрокинув ее на асфальт. Прохожему повезло меньше ― потеряв равновесие, пешеход растянулся на земле, прозрачные очки-экран слетели с его головы.
– Твою мать!
Он тут же встал на четвереньки, поднял гаджет и, нацепив очки обратно, сердито обернулся к Рише.
– Ты чего тут расселась?!
Девушка поморщилась, потирая плечо ― больно! ― и медленно поднялась. Незнакомец тоже вскочил, откидывая от лица упавшую челку цвета фуксии. Очки с многочисленными бликами немного искажали изображение, но глаза у него оказались тоже вызывающе-розовые.
Риша внутренне усмехнулась: бунтарь, значит. Некоторым людям нравилось нервировать других, устанавливая визуальные дополнения. Особенным шиком считалась цветовая коррекция радужки «под вирус» ― за довольно умеренную плату код глаз переписывался под разные розовые оттенки. Если бы Риша не обладала обостренным зрительным восприятием, позволяющим автоматически соотносить цвета с RGB-кодированием, то наверняка бы повелась.
Близко. Не идентично.
– А. ― Грубиян тоже ее рассмотрел, как и все, прежде всего изучив нашивку на плаще, и ухмыльнулся. ― Прошу прощения, мисс программа. ― Он насмешливо отдал честь. ― Вижу, вы при исполнении? ― парень кивнул на дворнягу, которая, не ощущая накаляющейся атмосферы, продолжала крутиться рядом. ― Деактивируете опасный вирус?
– Иди куда шел, ― огрызнулась Риша.
– Ой-ой, а разве программы не обязаны быть вежливыми? ― хмыкнул незнакомец.
– Только в ответ на вежливость. ― Девушка отряхнула плащ и, засунув руки в карманы, недобро взглянула на хама.
Да, когда-то давно программы обязаны были оставаться корректными в любой ситуации. У программ не было права на речевые ошибки и слова-паразиты, не было права на усталость и раздражительность: от ей подобных требовалась безупречная, вежливая работа. Однако с переходом в киберпространство и распространением самообучающихся программ, выяснилось, что людям некомфортно общаться с извечно правильным собеседником, который остается холодным и расчетливым, даже когда ситуация выходит из-под контроля. Эффект «зловещей долины» на несколько лет стал ключевой проблемой кибермира, до тех пор, пока программисты не додумались позволить им самостоятельно развивать эмоциональный интеллект.
Это открытие дало начало первому поколению автономных «сентиментальных» программ. Но некоторые до сих пор относились к ним так, словно те ничего не ощущали.
Собеседник неожиданно улыбнулся, поднимая руки в примирительном жесте.
– Прошу прощения, мисс охотница. ― Он хмыкнул, поправляя очки. ― Ну, мне пора.
Он развернулся и, насвистывая, присоединился к толпе. Риша проводила его долгим взглядом, а потом заторопилась дальше.
― Один острый суп-лапшу с морепродуктами, пожалуйста. ― Девушка взобралась на барный стул, смахивая в сторону всплывшее было окошко меню. Немного подумала и добавила: ― И еще миндальное пирожное… и чай.
Светодиод рядом с ее местом засветился желтым, показывая, что заказ принят в обработку. Риша сцепила руки в замок и вздохнула, роняя на них голову.
