Читаем Экология онлайн бесплатно

- Урок окончен. Игнатьев, подойди, пожалуйста. Остальные свободны,- строго сказала учительница истории и по совместительству классный руководитель 9Б класса Мария Аркадьевна Кивалова, когда прозвенел звонок.

- Игнатьев, я надеюсь, ты понимаешь, что тебе светит исключение из нашей школы, если ты не сдашь «Основы бдительности, добропорядочности и сотрудничества». Даже не знаю, какая школа тебя примет после этого. Я уж и не говорю о твоей дальнейшей судьбе. Учиться тебя никуда не возьмут, даже до экзаменов не допустят. Ты этого хочешь?

- Нет,- спокойно ответил Алеша, не поднимая взгляда.

- Ты вообще готовишься? - спросила учительница и, не дав ответить, сразу продолжила:

 - Ты безобразно себя ведешь, Игнатьев!

- Почему? - удивился Алеша.

- Не знаю, почему. У твоих родителей надо, наверно, спросить. Все твои одноклассники имеют сложившееся негативное мнение о тебе. Ребята подходят ко мне и говорят об этом, жалуются на тебя: ты мешаешь учебному процессу, ты не ладишь с классом.  Что происходит?!

- Ничего,- ответил Алеша.

- В следующем месяце у нас общегородские военно-патриотические сборы. И оценивать нас будут не за красивые глаза, и в том числе мою работу будут оценивать. Это наша общая, очень важная, работа. Ты собираешься, вообще, участвовать? - раздраженно проговорила учительница и, не давая ответить, продолжила: - А там обязательно будет кто-то из руководства города, а может и области. Понимаешь? Я тебе не позволю позорить наш класс и нашу школу. Слышишь?! Не позволю!

И, немного успокоившись:

- Я уже устала с тобой мучиться. На следующей неделе пойдешь на комиссию. Будешь перед комиссией рассказывать свои сказки, которые ты мне тут сочиняешь: что ты учишь, как ты учишь. И только попробуй не подготовиться к сдаче ОБДС[1]. Все, иди, смотреть на тебя противно!

Девятиклассник Алеша Игнатьев медленно шагал по скрипучему снегу в сторону дома. Идти было недалеко, но он знал, что дома его не ждут, и всегда выбирал более длинный путь, обходя стадион и огороженное колючей проволокой спецучреждение. Он не знал, что это за учреждение. И, казалось, никто не знал. Мать иногда пугала Алешу, что если он будет плохо учиться, то попадет туда и обо всем пожалеет.

Однажды, когда Алеша шел мимо спецучреждения, в него чуть не попал камень, прилетевший из-за забора. После этого случая он стал осторожнее проходить это место и еще несколько раз замечал, что кто-то кидает камни из-за забора. Потом это прекратилось.

Проходя мимо поблекших и посеревших от пыли и копоти многоэтажек, Алеша вглядывался в лица прохожих. Он думал о том, каким станет сам во взрослой жизни. Может, похожим на этого спешащего человека в серой куртке с подпрыгивающей походкой, лицо которого было странно напряжено, но ничего не выражало, а глаза бессмысленно смотрели вперед.  Или, может быть, станет таким как этот охранник возле магазина, задумчиво провожающий взглядом выдыхаемый им сигаретный дым. Он часто размышлял таким образом, рисуя в воображении картины будущего, но почему-то они никогда не казались ему достаточно реалистичными.

Наконец, Алеша пришел домой. Он открыл дверь в квартиру своим ключом и увидел грязную обувь и разбросанную как попало, еще со вчерашнего дня, одежду. Он понял, что и  мать, и отец дома, и что они никуда не выходили. Отца недавно в очередной раз уволили, а мать работала в супермаркете. Значит, сегодня в ночную смену,- подумал Алеша.

Родители не слышали, как он вошел, в комнате громко работал телевизор. Шел очередной выпуск программы «Настоящий Гражданин». Из телевизора доносился уверенный, несколько приторный и тягучий, хорошо поставленный голос ведущего, который четко ставил ударения в словах, немного растягивая их. «Страдание – не пустой звук для всех без исключения жителей нашей страны. Сколько бед нам было уготовано, сколько уроков нам пришлось выучить… Страдание уже давно является, ни много, ни мало, основой нашей духовности. Осознайте эту простую, но важную мысль: страдание – основа нашей духовности… И жертвенность. Ради великой цели мы не должны колебаться, когда потребуется отдать жизнь...»

Алеша прошел на кухню и закрыл за собой дверь.

На плите стояла кастрюля. Алеша поднял крышку. На дне кастрюли в остатках вчерашнего супа вокруг большой ложки, как кувшинки на болоте, плавали кругляшки жира, а также кусочки размякшего хлеба. Алеша заглянул в холодильник. Холодильник был пуст. Только на верхней полке одиноко лежала смятая пачка с остатками прогорклого масла, как выброшенный в мусорную корзину скомканный лист бумаги.

Алеша вскипятил воду, достал использованный чайный пакетик из стоящей на столе чашки с темно-коричневым налетом на стенках, налил кипяток в стакан с пакетиком, соскреб ножом с расправленной блестящей пачки остатки заменителя сливочного масла, имеющего темно-желтый цвет, намазал на кусок хлеба и стал медленно пить горячий чай, прихлебывая, чтобы не обжечься.

На стене, напротив стола, висели часы, на которых Алеша на несколько секунд остановил взгляд, о чем-то задумавшись.

Вдруг он услышал неотчетливый посторонний звук и понял, что звонят в домофон. Быстрым шагом Алеша подошел к входной двери и снял трубку.

 - Кто? -  спросил он.

- Откройте. Экологическая безопасность, - быстро и как будто весело ответил незнакомый голос.

Алеша нажал кнопку домофона и, повернувшись, увидел подходящего к нему отца, который тоже, по-видимому, услышал звонок домофона.

- Ты почему не в школе? - буркнул отец. И, не дожидаясь ответа, спросил, показывая глазами на домофон: - Кто там приперся?

- Не знаю,- ответил Алеша.

Телевизор замолчал. Мать тоже вышла из комнаты, заинтересованная шумом в коридоре.

- Дома уже?- удивилась она. - А мы думали, ты сегодня позже придешь.

Через минуту позвонили в дверь. Отец открыл.

На пороге стоял человек среднего роста и рыхлого телосложения, с несколько одутловатым лицом и маленькими птичьими глазами.

- Добрый день. Инспектор по экологической безопасности Стадников. Игнатьевы - Денис, Светлана и Алексей - здесь проживают? - произнес он, несколько растянуто перечисляя имена и заглядывая в какой-то лист, будто встречая эти имена впервые в жизни.

- Да,- ответил отец, напрягшись и как бы передразнивая манеру речи инспектора.

Мать выглядывала из-за спины отца, слабо улыбаясь.

- Значит, эт самое, я ваш новый инспектор по экологической безопасности,- сказал человек и уверенными шагами, не разуваясь, прошел вглубь квартиры, оттесняя родителей.

Они неуверенно молчали.

Мать, опомнившись, пролепетала: - Проходите. Проходите, -  и быстро закрыла дверь.

- Почему не на работе?- спросил инспектор.  И, не давая ответить, сразу сказал: - Впрочем, это хорошо, что все на месте.

- Как вы, наверное, слышали, недавно утвердили новые нормы экологические, так сказать,- сделав серьезное лицо, сказал инспектор. 

- Предприятиям, значит, выбросы надо снизить, но и для населения тоже некоторые меры есть. Никому послабления, так сказать, не будет. Значит, населению нужно на пятнадцать процентов снизить выбросы от автотранспорта в атмосферу и сократить потребление кислорода на пять процентов от норматива по категориям граждан,- сказал инспектор. 

- Куда еще снижать-то,- удивилась мать.

- А есть куда,- сказал инспектор. - Несознательный народ-то у нас, не соблюдает ни постановления, так сказать, ни законы. Живут, как хотят, мусорят везде, уже дышать нечем в городе.

- Для чего все делается – для вас же и делается. Раньше надо было меры принимать, ужесточать этот закон. Расслабились все,- бойко произнес инспектор, как бы отбивая удар.

- Машин сколько в городе! А людей? Еще больше. Все друг на друге сидят - и довольны. Парки и скверы повырубили. Дышать нечем, пыль одна и зимой и летом.

 Куда ни глянь - горы мусора, да и жгут еще эти свалки. А там и зараза всякая, и собаки бродячие потом разносят всю эту гадость,- все более расходился инспектор.

- Не мы же все это сделали,- неуверенно сказала мать.

- Не мы,- повторил инспектор. - Намусорили, насвинячили, а отвечать никто не хочет. Пора, как говорится, и честь знать. Весь цивилизованный мир за экологию борется. Спасать надо, как говорится, планету, - сказал инспектор более спокойно. - Дикие животные в лесу - и то всё чуют, вымирают массово. Ну, ничего! Уже сейчас, как взялись за дело, пошли вверх показатели–то, очищается воздух. И опросы говорят, и замеры. В конце концов, у нас все ради прогресса делается, так что будет и экология, и хлеб по три рубля. Вы даже не сомневайтесь.

- Автотранспорт имеется у вас личный? - закончив свою тираду, спросил инспектор.

- Нет, не было никогда, - ответил отец таким тоном, как будто был доволен тем, что не имел личного автомобиля. Он действительно был рад, что его не коснутся ограничения, связанные с личным транспортом.

 - Хорошо,- сказал инспектор. - Ходите пешком – вносите вклад в улучшение экологической обстановки.

- Да уж,- сказал отец и вспомнил слова знакомого: «Пока с работы до дома на машине доедешь, все деньги с карты спишут, как будто и не было. То новый перекресток неожиданно платным сделают, то штраф за неполный салон возьмут. Пожалел, что взял эту колымагу».

- Значит, давайте свои паспорта, и вот здесь расписывайтесь у меня за ознакомление с нормами, - сказал инспектор и сунул родителям лист для подписи.

- Так, хорошо. По мусору давайте - поверку счетчиков вовремя делаете? - спросил инспектор и посмотрел в свой планшет.

- Да, все нормально. Трое прописанных, семь килограммов на человека, ваша норма - двадцать один килограмм мусора в месяц на квартиру. Это понятно, да? - уточнил он.

- Как семь, вроде же пятнадцать килограммов на человека?! - встрепенулась мать,  вспомнив развешанные в подъезде и на площадке с мусорными контейнерами плакаты с новыми нормами.

- Ну, для кого-то, может, и пятнадцать, а вам семь. За новую норму по мусору сейчас тоже расписаться надо будет,- спокойно сказал инспектор.

- Ответственность административная, а при повторном нарушении ряд мер предусмотрен. Посмотрите, я вам распечатку оставлю. Бумагу, вообще-то, мы очень экономим, но так и быть, вам оставлю, чтоб не было недопонимания потом,- сказал инспектор.

- Значит, по вашей категории норма - семь килограммов на человека. А вы что думаете, я просто так к вам пришел не по графику? Вот список у меня таких, как вы, - инспектор потряс перед матерью Алеши списком, состоящим из нескольких листов.

Крупным шрифтом в верхней части листа было набрано: «Список лиц, отнесенных к категории «Неблагонадежный элемент».

- Вот здесь распишитесь за норму по мусору,- сказал инспектор и дал лист, на котором в правой части уже было несколько подписей.

- Сейчас посмотрим, что тут у вас,- сказал инспектор. - Здесь все есть, ничего не скроешь.

Он похлопал тихонько по задней стенке планшетного компьютера, на которой блестящими буквами было выгравировано «Элвектор 1».

- Наша разработка, - похвалился инспектор.

 Он приложил большой палец руки к экрану, несколько раз нажал, что-то набрал на экране и сказал: - Вот, штраф неоплаченный у вас…за политическую безграмотность, по ТПЗ Гражданина неважные оценки, по ипотеке просрочки были, за продукты в «Копеечке», смотрю, у вас кредит не выплачен, просрочки идут.

- Да вон муж не может нормальную работу найти,- с упреком сказала мать. - Опять выгнали.

- Ну, так если работы нет, можете в ополчение пойти экологическое. Работать, конечно, там придется, стараться. Туда и работающие граждане вступают, на общественных началах, так сказать. Трудятся после основной работы, помогают стране. Талоны за это дают, да и денег немного, если будете полный день работать. Ну и где нужно, конечно, увидят, что вы делом заняты, это тоже плюс. Может, из списка получится выйти,- рассказывал инспектор.

- А чем занимаются там? - неуверенно спросил отец.

- Порядок наводят. Мусора вон горы везде, убирают, вывозят его. Сортировкой мусора занимаются. Ну и, конечно, естественные цвета восстанавливают в городе. Сейчас вон, видите сами, весь год все серое, что зимой, что летом. Надо, чтоб как раньше - зимой все белое, летом зеленое. Вот, значит, зимой снег чистый подвозят, они посыпают везде. Видели ведь, наверно? Ну, а если машин не дают, то приходится вручную, белой краской снежок опрыскивать, подкрашивать. Елочки зеленой подмазать – милое дело. Не везде, конечно, на все краски не хватит. Ну и летом тоже, ограждения, заборы, скамейки освежить, травку зеленой краской подкрасить, и - красота. Граффити, опять же, нужно закрашивать, если появляются. Не все еще поумнели, встречаются индивидуумы, которые стены портят своими художествами бессмысленными. Много чего еще делают ополченцы экологические . Большое дело, в общем! - подробно объяснил инспектор.

Отец Алеши еще не решил, будет ли вступать в экологическое ополчение.

- Узнаю на днях,- сказал он.

Его интересовало, дают ли там талоны на водку, но спрашивать было как-то неудобно.

- Узнайте, узнайте,- советовал инспектор.

- Так, что я там смотрел? - сказал инспектор и приложил палец к потухшему экрану планшета.

- А, вот. Профилактика пониженного потребления кислорода. Отметки есть. 

Не жульничали? Выполняете процедуру? - спросил он.

- Да, все выполняем,- сказала мать Алеши.

- Сейчас расшифровки ваши поглядим,- продолжал инспектор.

- В телефонах все нормально, мало совсем общаетесь. Посмотрим, что дома. А дома у нас совсем другая картина,- неодобрительно сказал инспектор.

- Новостные передачи плохо комментируете, до плана не дотягиваете. Ссоры какие-то были, нецензурные выражения. Эмоции у вас негативные превалируют, недостаточно улыбок.

И соседи на вас активно жалобы подают,- закончил инспектор.

- Ну, все понятно по вам. У меня нету вопросов, почему вы попали в список. Вопросов нету,- сказал инспектор.

- А какие соседи?- спросил отец с выражением злобы на лице. - Грылёвы, что ли?

- Не положено говорить,- сказал инспектор. - И так много вам рассказал.

- Точно Грылёвы. Вот ссс…,- сдавленно произнес отец, еле сдерживая мат.

- По маскам медицинским помним, что запрещено даже дома их носить?  - уточнил инспектор.

- Никогда не носили мы маски, - ответила мать Алеши.

- Пломбы на окнах не трогали? – спросил инспектор.

- Нет, - негромко ответил отец.

- Сейчас проверим,- сказал инспектор и сразу пошел по квартире проверять окна.

Он был рад, что наконец-то занялся делом, так как не очень любил возиться с документами и отчетами.

- А то смотрите,- угрожающе сказал инспектор. - Имущество государственное. А если не дай Бог механизм повредите, то в жизнь не расплатитесь.

На одном из окон был установлен механизм, автоматически открывающий и закрывающий створку для проветривания несколько раз в день. Сигнал подавался удаленно, из технологического центра. По требованию экологической службы такая система была установлена во всех квартирах, «для защиты здоровья граждан от воздействия негативных факторов окружающей среды в связи с неблагоприятной экологической обстановкой». Игнатьевы уже год не могли расплатиться за установленную в рассрочку систему, хотя платеж был небольшой.