Читаем Опытъ Историческаго описанїя о началѣ города Москвы… онлайн бесплатно

Приступая ко исполненію данныхъ мнѣ повелѣніи предписующихъ сдѣлать Историческое описаніе о началѣ города Москвы, какъ и по какимъ причинамъ она основалась, кѣмъ и когда Престолъ туда перенесенъ? И отъ чего сей городъ получилъ тогда свое возвышеніе? И какъ еще Россія не была соединенною, а каѳедра Митрополита Всероссійскаго тутъ находилась, то отъ всѣхъ мѣстъ и Княжествъ дѣла по церкви въ Москву стекаясь не были ли главнѣйшей причиною какъ умноженія силы сего города, такъ и соединенія Княжествъ? Для всего того за нужное счелъ я ко предварительному свѣденію читателя предположить здѣсь слѣдующія обстоятельства: 1 е, въ древнихъ Лѣтописцахъ и слѣдовавшихъ имъ новѣйшихъ Историкахъ, изъ коихъ мнѣ какъ изъ Источниковъ, все вышепредписанное почерпать надлежало, многія изъ оныхъ а паче изъ первоположенныхъ причины о началѣ города Москвы и основаніи тамъ Великокняжескаго Престола ясно и прямо изображены, а другія для краткости лѣтописцевъ древнихъ, не входившихъ въ подробное и нужное повѣствованіе обстоятельствъ и причинъ, остались закрыты и не изъясненны; въ слѣдствіе чего и осталось мнѣ по примѣру новѣйшихъ Россійскихъ Историковъ доходившихъ до изысканія истинны въ разныхъ предлежностяхъ догадками, основывать мои разсужденія на бытіяхъ тѣми же лѣтописцами и Историками преданныхъ, и дѣлать изъ тѣхъ вѣроятныя заключенія. Почему и не осмѣлился я сіе сочиненіе назвать инако, какъ только опытомъ историческаго описанія. 2 е Слѣдуя порядку временъ и разности дѣяній, и чтобъ не привесть всего того въ безпорядокъ, за благоразсудилось и причины бытіи и предлежностей, раздѣлить, гдѣ только можно, на внутреннія, внѣшнія и церковныя. Внутреннія относятся къ Государямъ и подданнымъ Россійскимъ, къ приключеніямъ произшедшимъ въ Россіи, какѣ вообще, такъ и въ особливости каждаго удѣльнаго Княжества и каждаго Князя, внѣшнія проистекаютъ отъ чужестранныхъ Государствъ имѣвшихъ связь съ Россійскимъ въ разсужденіи браковъ, союзовъ, войны, торговли и прочаго. Церковныя зависятъ отъ Митрополитовъ Всероссійскихъ какъ вообще такъ и лично отъ каждаго, отъ Епископовъ другихъ Княжествъ, отъ дѣлъ церковныхъ стекавшихся въ сей городъ, какъ Столицу Великаго Князя и Митрополита Всероссійскихъ. 3 е_, Какъ сіе сочиненіе основано на повѣствованіяхъ, то и свидѣтельства повѣствователей, годы, названія сочинителей или сочиненіи, и листы книги означены на каждой страницѣ ниже текста сочиненія, а о нѣкоторыхъ бытіяхъ и самыя слова сочинителевы положены. 4 е, Лѣтописцы и Историки, коимъ я въ семъ сочиненіи по большой части слѣдовалъ, и коихъ имена и названія видѣть можно на каждой страницѣ, суть слѣдующія: 1, лѣтописецъ въ листъ подъ № 48. 2, въ 4 ю долю листа № 58. 3, въ 8 ю долю листа № 64 и 4, степенныя книги № 45 въ листъ. Всѣ какъ лѣтописцы такъ и степенныя типографской библіотеки рукописныя древняго письма. 5, Исторія Россійская въ 3 хъ Томахъ сочиненія Князя Щербатова. 6, Исторіяжъ Россійская въ Зхъ томахъ Г. Татищева. 7, Ядро Россійской Исторіи. 8, Степенныя въ дву томахъ, всѣ печатныя.

Основаніе и начало города Москвы нѣкоторыя повѣствователи приписуютъ Князю Олегу блюстителю Игореву. Но въ Несторовомъ и въ другихъ древнихъ лѣтописцахъ о томъ не упоминается.

Я не знаю, незаключили ли сіе чрезмѣрно приверженные къ своему отечеству писатели отъ туда, что Преподобный Несторъ даетъ честь сему Князю строенія многихъ городовъ въ Россіи[1]

Съ лучшею достовѣрностію полагается основателемъ сего города Великіи Князь ІОріи Владимировичь Мономаховъ прозванный Долгорукимъ[2]. Москва прежде сего бывъ простое поселеніе, состояла во владѣніи нѣкоего знатнаго и богатаго человѣка Кучка Ивановича. Почему и именовалось сіе поселеніе (по нѣкоторымъ лѣтописцамѣ) Кучковымъ[3], даже, какъ упоминаемый Великій Князь Юрье Володимировичь казнивъ сего Кучка за чинимое ему при проѣздѣ ево мимо сего мѣста во Владимиръ ругательство, причислилъ его къ своимъ владѣніямъ.

Между тѣмъ сей Великій Князь видя изрядное сего жилища мѣстоположеніе, и плодоносную около его лежащую страну, повелѣлъ въ томъ мѣстѣ, гдѣ рѣчка Неглинная съ Москвою рѣкою соединяется, здѣлать не великой обширности деревянную ограду, потомъ старался его населить тутошними и изъ Владимира присланными жителями.

Въ Ядрѣ Россійской исторіи упоминается, что послѣ сего времени Князь Михайло Юрьевичь сынъ Долгорукаго, братъ же Великаго Князя Андрея Юрьевича Боголюбскаго по возвращеніи своемъ изъ Греческой земли, владычествовалъ на Москвѣ. Но откуда сіе взято, повѣствователъ необъявляетъ.[4] А въ другихъ лѣтописцахъ того не обрѣтается.

Вмѣсто того является, что, хотя городъ Москва и принадлежалъ тогда ко владѣнію, по наслѣдству, дѣтямъ основателя того города Великому Князю Андрею или Михайлу, а послѣ его Всеволоду Юрьевичамъ, но между тѣмъ не былъ онъ жилищемъ ни одному изъ нихъ, а единственно былъ какъ бы нѣкоторымъ зборнымъ мѣстомъ Князьямъ и Воеводамъ собиравшимся съ войсками Владимирскимъ, Новгородскимъ, Черниговскимъ и Рязанскимъ, какъ то изъ многихъ таковыхъ случаевъ описанныхъ въ лѣтописцахъ видимо есть.[5] (**)

Сіе тѣмъ паче подтверждается, что Историки во время владѣнія Великаго Князя Андрея Юрьевича Боголюбскаго, даютъ четыремъ его братьямъ, въ томъ числѣ и вышеупомянутому Михайлу жилище полуденную Россію, а Г. Татищевъ прямо ево Княземъ Переяславскимъ нарицаетъ, и что дважды они по смерти Андреевой, приходили изъ Чернигова на Москву, идучи ко Владимиру съ войскомъ, и тамъ остановлялись.[6]

Я еще нахожу, что Москва при владѣніи Великаго Князя Андрея Юрьевича и вскорѣ по его кончинѣ, могла быть вотчиною или помѣстьемъ наслѣдниковъ помянутаго Кучка. Г. Татищевъ пишетъ, что сіи Кучковичи убійцы Великаго Князя Андрея для суда надъ ними взяты были и съ Княгинею, Михайломъ Юрьевичемъ изъ Москвы во Владимиръ. Естьли положить, что Москва была тогда ихъ ссылкою, но ктожъ ихъ туда послалъ, или же сами удалились, но отъ чего и отъ кого? Ибо по исторіи явствуетъ, что они еще тогда въ томъ убивствѣ обвинены не были. Да и Владимирцы почти всѣ стояли за нихъ, а въ держанномъ Великимъ Княземъ Михайломъ по тому дѣлу совѣтѣ были они еще и членами.[7]

Но мнить, что Москва была сихъ Кучковыхъ наслѣдниковъ вотчиною, или покрайней мѣрѣ на нѣкоторое время жилищемъ, склоняютъ меня слѣдующія обстоятельства: 1 е, что и прежде была она владѣнія предковъ ихъ. 2 е, что ближнее потомъ свойство съ Великимъ Княземъ Андреемъ, за коимъ была ихъ родная сестра, могло имъ возвратить ее по прежнему. 3 е, что у Г. Татищева и во время прихода изъ Чернигова Князя Михайла въ Москву, называется она еще Кучковымъ.[8] 4 е, что нигдѣ по лѣтописцамъ неявляется, какого Князя особенно во владѣніи была она по сіе время.

Въ послѣдующее время достался сей городъ во владѣніе и въ жилище Князю Владимиру Всеволодовичу Юрьевича Долгорукаго. Но онъ вскорѣ братомъ своимъ Юрьемъ былъ оттуда выгнанъ[9].

Въ прочемъ какъ прежде такъ и послѣ сего времени Москва претерпѣла несчастливыя перемѣны. Сей городъ не однократно былъ сожженъ и раззоренъ[10].

При нахожденіи на Россію Батыя съ Татары, хотя былъ сей городъ не весьма великъ и силенъ, однакожъ имѣлъ Князя Владимира, (мню тогоже, который прежде былъ отъ туда братьями выгнанъ) такожъ и Воеводу съ войскомъ, со всѣмъ тѣмъ претерпѣлъ онъ туже участь, которой подвержены были и прочіе Россійскіе города опустошенные и обращенные въ пепелъ отъ Татаръ.[11]

Кто его послѣ сего раззоренія возобновлялъ, по лѣтописцамъ не явствуетъ, точію вторичное раззореніе претерпѣлъ сей городъ во время нападенія Татаръ, подъ предводительствомъ полководца ихъ Дюденя на Владимиръ и на прочія города, при Великомъ Князѣ Андрее Александровичѣ Невскаго[12].

Но судьба предуготовляя сей городъ къ будущей его великости и славѣ, не оставила его погребстись въ пеплѣ, опредѣля Москву во власть Князя Даніила Александровича названнаго отъ него Московскимъ.[13]

Со времени владѣнія сего Князя воспріяла Москва начало своему возвышенію. Она не имѣвъ до того чести называться удѣльнымъ Княженіемъ, нетолько тогда учинилась главою удѣльному, но вскорѣ потомъ и Великому Княженію, и жилищемъ Великому Князю Всероссійскому.

Мы изслѣдуемъ во первыхъ внутреннія, а потомъ и внѣшнія сего возвышенія города Москвы причины.

Князь Даніилъ Александровичь получа въ удѣлъ себѣ сей городъ съ окольными мѣстами, и будучи храбръ, разуменъ, но притомъ любящій спокойную жизнь, болѣеже любимый отъ народа положилъ начало украшенію и распространенію сего города зданіями паче же строеніемъ монастырей и церквей, предоставя вящшую въ томъ славу сыну своему Великому Князю Ивану Даниловичу и его потомкамъ, какъ въ послѣдствіи усмотрено будетъ.[14]

Смутныя времена случившіяся предъ симъ въ Россіи были хотя дальновиднѣйшею, но можетъ быть главнѣйшею причиною къ стараніямъ сего Князя о умноженіи силы и величія сего города.

Я предѣначертаю здѣсь мои примѣчанія на важнѣйшія, въ разсужденіи сего обстоятельства. 1 е, многократное раззореніе стольнаго города Владимира первое отъ Батыя, второе отъ Неврюя, а потомъ еще отъ Дюденя[15] 2 е, не долговременное владѣніе и частыя перемѣны бывшихъ по раззореніи Батыевомъ Великихъ Князей Владимирскихъ.[16] 3 е За симъ пребываніе Великаго Князя Александра Невскаго по большой части въ Новѣгородѣ, и частыя его войны съ Свейскимъ народомъ.[17] 4 е, потомъ послѣдовавшія между его наслѣдниками раздоры, а потому и частыя хожденія въ орду[18] и 5 е, наконецъ, что щитаю важнѣйшею причиною, раздробленіе Великаго Княженія Владимирскаго на многія другія удѣльныя Княжества, какъ то: на Тверское, Суздальское, Ростовское, Московское, и проч.[19] Всѣ сіи обстоятельства конечно не дозволяли Великимъ Князьямъ Владимирскимъ вполнѣ стараться о возобновленіи и приведеніи въ прежнее состояніе столичнаго своего города, а между тѣмъ давали случай, каждому удѣльному Князю стараться о своемъ городѣ по мѣрѣ дарованія и силъ каждогожъ; Московскіе Князья имѣли въ семъ предъ прочими преимущество.

Справедливость сего мнѣнія самыя событія подтверждаютъ.

Между тѣмъ какъ старшіе Князя Даніила Александровича братья, Дмитрей и Андрей спорили о великомъ Княженіи Владимирскомъ, онъ пребывалъ въ покоѣ на Москвѣ. Кромѣ одного его похода на Тверскаго Князя, въ коемъ онъ имѣлъ участіе съ братомъ своимъ Великимъ Княземъ Димитріемъ, и въ коемъ безъ кровопролитія миръ учиненъ, ни о какой еще противу Россійскихъ Князей войнъ его не упоминается[20].

Но что онъ былъ притомъ храбръ, сіе доказываетъ побѣда, одержанная имъ надъ Татарами и Рязанскимъ Княземъ[21].

Все сіе и его добродѣтели подкрѣпляемые щастіемъ, доставили ему по завѣщательной грамотѣ племянника ево Князя Ивана Дмитріевича, сильный въ тогдашнее время городъ Переславль на озерѣ[22].

По кончинѣ его Тверскіе Князья, имѣвшія тогда такъ же не малыя силы, и подкрѣпляемые правомъ наслѣдства вступили въ споръ, о великомъ Княженіи Владимирскомъ съ сыномъ его Юрьемъ Даниловичемъ.[23]

Но сей Князь Юріи Даниловичь проворствомъ своимъ, разумомъ и храбростію, все оное Тверскихъ Князей усильствіе ниспровергъ во все, онъ живъ въ ордѣ два года, чрезмѣрною своею уклонностію къ Татарамъ, ласками къ самимъ Ханамъ и ханшамъ, не забывая притомъ и щедрости, даже до того достигъ, что имѣлъ щастіе взять за себя въ Супружество родную сестру Ординскаго Хана. А чрезъ сіе уже и могъ онъ легко себѣ получить Великое Княженіе Владимирское и Московское.[24]

Городъ Владимиръ тогда уже по имени только представлялъ въ себѣ главу Великаго Княженія, и хотя упоминается, что Великіи Князь Юрье Даниловичь попринятіи Великаго Княженія сѣлъ на столѣ во Владимирѣ,[25] но нигдѣ не находится, чтобъ онъ тамъ имѣлъ твердое жилище, паче же въ разсужденіи сего, да и въ тѣ времена, когда изъ частыхъ своихъ походовъ возвращался въ Россію, казалъ онъ предпочтеніе городу Москвѣ, для особеннаго, можетъ быть уваженія, что и родитель его въ ономъ имѣлъ свою Столицу, и онъ самъ верховную надъ нимъ власть; онъ и по завоеваніи города Можайска, плѣненнаго Князя привезъ въ Москву, такъ какъ и убіеннаго въ ордѣ Князя Тверскаго Михайла. Да и самъ по убіеніи погребенъ въ семъ же городѣ.[26]

Но какъ бы то нибыло, Москва во время правленія сего Великаго Князя Юрья Даниловича состоя въ верховной его власти, а управляемая подъ нимъ въ толь долговременное его отсудствіе братомъ его Княземъ Иваномъ Даниловичемъ Калитою, Государемъ кроткимъ, щедрымъ и благочестивымъ, и время отъ времени возрастая восходила на высоту своея славы[27].

Со всѣмъ тѣмъ, естьлибъ не Великіи Князь Юрье Даниловичь удивительнымъ досужствомъ своимъ и умѣніемъ, а притомъ и своимъ собственнымъ нещастіемъ, не опровергъ силы Князей Тверскихъ, а паче Князя Михайла Ярославича, который не меньше его былъ же честолюбивъ, и по мнѣнію Князя Щербатова, справедливо достойный Князь лучшаго щастія, то бы сомнительно еще было превозможеніе славныя Москвы надъ Тверью.[28]

Честолюбіе сего Великаго Князя Тверскаго, завело его за границы. Онъ разбивъ на одномъ бою подъ Тверью пришедшаго изъ Орды съ супругою своею Кончакою и съ Татарскимъ войскомъ великаго Князя Юрья Даниловича, плѣнилъ сію его супругу, которая вскорѣ потомъ въ Твери скончалась; а Клевета и дала ей отраву, приготовленную якобы самимъ тѣмъ Княземъ Тверскимъ. Сего уже и довольно было къ лишенію его не только правленія, но и самой жизни.[29]

Хотя по смерти Великаго Князя Михайла Ярославича нѣсколько времени и могли держаться дѣти его, дарами приносимыми хищнымъ Татарамъ, но они сами между тѣмъ и себъ ускорили погибель, и всеконечной отщетили надежды къ великому Княженію своихъ потомковъ. Насильственное лишеніе жизни Великаго Князя Юрья Даниловича, чрезъ Князя Дмитрія Михайловича учиненное, всѣ сіи нещастіи воспричинствовало.[30]

Не меньше сего и братъ его, Князь Александръ Михайловичь убіеніемъ Щелкана или Шевкала, споспѣшествовалъ къ своему и потомковъ своихъ паденію.[31]