Читаем Моя личная Катастрофа онлайн бесплатно

Внедорожник внезапно затормозил в кармане вдоль прохожей части, попутно открывая стекло. Проходящая мимо девушка застыла на месте и приподняла зонт.

–Привет! Подвезти? – крикнул ей водитель.

–Здравствуйте. Нет, спасибо!

–Ты что так поздно гуляешь? По темноте-то?

–Я не гуляю. Я с учебы.

Мужчина внимательно разглядывал ее, слегка щурясь в свете салона. Его даже не смутило, что в тот момент он был не один в машине, и как его спутница медленно перевела на него взгляд.

–Мне рядом, Вы же знаете, – ответила девушка под зонтом и уже собралась продолжить свой путь.

Тогда водитель вдруг вышел из машины и под дождем направился к девушке. Он приблизился и сказал ей:

–Ясно. Тогда пойдем пешком.

Девушка, подняв голову, несколько секунд серьезно рассматривала его карие глаза:

–А Ваш… пассажир?

Мужчина обернулся к спутнице в машине и повысил голос:

–Оля, подожди здесь! И аварийку включи!

–А кто это вообще? – крикнула ему Оля из приоткрытого окна.

–Знакомая сына! – ответил он ей через плечо.

И мужчина, не дожидаясь ничьей реакции, двинулся вперед по направлению к дому девушки. Он и так отлично знал этот адрес.

Девушка под зонтом на мгновение обернулась на светловолосую женщину по имени Оля, оставшуюся в машине, и поспешила следом, опустив голову.

–Очевидно, это не Ваша же… не Марина Евгеньевна, – сказала она негромко.

–Очевидно, – только и ответил он.

Погода была скверная, при свете фонарей метались струи дождя. Красивый мужчина шагал рядом с ней с отстраненным видом. И его уже хорошенько обдало дождем. С его темных волос капли падали на лицо, и он несколько раз тряхнул головой. Девушка искоса посмотрела на него и подняла руку с зонтом, прикрывая от ненастья и его тоже. В задумчивости он взял ее зонт и расположил над обоими.

–Как здоровье, Юля?

–Спасибо, неплохо… с учетом наших обстоятельств, – без особого желания ответила девушка.

Они помолчали.

–Быстро Вы придумали про подругу сына, – добавила она.

–Пришлось.

И они снова помолчали.

–Как учеба? – спросил мужчина.

–Нормально. Я же на второе высшее пошла. Через год – сразу два диплома буду писать. Надеюсь, нервов хватит.

–У тебя точно хватит, Юлия, – сказал он с нажимом и бросил мимолетный взгляд в ее сторону.

Они остановились под козырьком подъездной двери. Юля набрала номер своей квартиры на домофоне, зябко потерла руки и спрятала их в карманы короткой куртки.

Возникшая пауза не была дружелюбной. Разговор не клеился. Как обычно.

При всей его привлекательности, Юлия не хотела ни видеть, ни говорить с ним. И он прекрасно это знал. С учетом тех самых обстоятельств…

Но она была достаточно воспитанной, чтобы демонстрировать свое отношение только взглядом и краткостью диалогов.

Мужчина сложил зонт и передал владелице. При их значительной разнице в росте девушке приходилось каждый раз вскидывать на него глаза, чтобы начать разговор.

–А как Вы, Мирослав Александрович? – вынужденно вздохнула она, дожидаясь ответа из домофона.

–Да по-тихому.

–Ну да, строите, воюете и снова строите? Это по-тихому?

–Что, интересуешься? – ухмыльнулся мужчина в дорогом костюме.

–Да как сказать, чтоб не обидеть, – ухмыльнулась она. – Пресса пишет, мы читаем. Замкнутый круг.

–Ну такая у меня работа.

–Сказала бы я, у кого из нас нервы стальные, – и она отвела свои зеленоватые глаза.

Девушка снова нажала кнопку на панели домофона.

–Ты подросла что ли? – мужчина склонил голову набок, разглядывая ее.

–Нет. Я йогой занялась – для спины. Наверное, осанка выправляется.

–Ничего не болит, не беспокоит? – вдруг спросил он.

Ее взгляд заострился и стал более внимательным, теперь она открыто и в упор смотрела ему в глаза. Мимолетное недовольство сделало лицо девушки серьезным не по годам. Юля покачала головой, показывая, что эту тему она развивать не собирается.

Из домофона, наконец, послышались звуки.

–Это я, мам! Открывай! – сказала Юля в сторону динамика.

Мирослав с некоторой надменностью дернул тяжелую дверь и запустил девушку в подъезд с единственной фразой:

–Ну пока.

–До свидания, Мирослав Александрович, – ответила она без единой эмоции.

Девушка ушла, а мужчина тяжело прислонился спиной к закрывшейся двери подъезда. Он рьяно потер лицо руками, убрал волосы со лба и двинулся к своей машине, запахнув пиджак.

Утро было солнечным. Стол на маленькой кухне был сервирован домашним тортом, фруктами и парой салатов. Юлина мама мыла яблоки на кухне, когда заглянула ее сонная дочь.

–Ты проснулась! С Днем рождения, доченька!

–Доброе утро, мам! Спасибо, – ответила Юля с улыбкой, – я так выспалась! Наверное, все на свете проспала… курьер с цветами уже был?

–Не было сегодня цветов. Может, и не будет больше, – добавила мама с недовольством.

–Ну, может, и не будет, – спокойно согласилась Юля и присела у стола, – ты утром испекла мне торт?..

Мама гордо и с улыбкой кивнула, затем налила две кружки чая и присела рядом с ней, пригладив волосы. И было в ее движениях что-то аристократически-усталое. Женщина трогательно подняла глаза на фотографию маленькой балерины, висящую над обеденным столом, и вздохнула:

–Ты была такая миленькая в детстве. В этом костюмчике.

–Мам, просто отпусти ситуацию, забудь, – ответила Юля, проследив за ее взглядом. – Не надо, пожалуйста. Пойду папу к столу позову.

И Юля ушла в зал.

В этот же момент раздался звонок в дверь. Женщина мимолетом взглянула на часы в кухне и пошла открывать.

К ее удивлению, этим утром к ним пожаловал Мирослав Александрович с двумя букетами цветов и чувством неловкости.

–Здравствуйте, Елена. С Днем рождения дочери, – сказал мужчина в галстуке и протянул ей букет хризантем.

–Здрасьте, – ответила она сквозь зубы, – не утруждались бы. Но спасибо.

Юлия с отцом появились из зала одновременно.

Мирослав Александрович в своем роскошном пальто и бешено-дорогими часами неуместно смотрелся в коридоре скромной хрущевки. Он протянул руку навстречу Юлиному отцу:

–С праздником. Благополучия Вашей семье, Виктор Иванович.

Отец с мрачным видом лицезрел гостя под два метра ростом и не торопился обменяться рукопожатием. Молчание накаляло воздух.

–Не ждали. Ну что ж, проходите, – наконец, отец девушки жестко сдавил руку собеседника, – а мне на работу уже пора.

Мама поставила свой букет в вазу и шепнула дочери из-за плеча: «Расчешись хоть». И Юля, по-житейски собирая волосы в хвост, подошла к гостю в домашней футболке и черных шортах. Все знали о вынужденности его поздравлений, театральность тут была не к месту. Поэтому Юле было, на самом деле, безразлично то, как она выглядела в глазах человека, который поздравляет ее каждый год.

–Здравствуй, Юля. С Днем рождения, – без особого выражения поздравил Мирослав Александрович и вручил ей букет светлых роз.

–Здравствуйте. Спасибо, – в тон ему ответила девушка.

–Я на минуту. Поговорить надо, – сказал он.

Она кивнула ему в сторону кухни, и Мирослав Александрович прошагал за ней следом прямо в обуви.

–Достаньте вон ту вазу, пожалуйста, – показала Юля наверх, – тут, наверное, штук пятьдесят роз?

–Девяносто девять, – негромко ответил он и передал вазу.

–Мм… чай будете? – спросила она и обернулась.

Оказалось, мужчина разглядывал ее детское фото в костюме балерины над столом.

–Да какой чай, – недовольно сказал он.

Юлия медленно поставила вазу на подоконник и оперлась поясницей о батарею.

–Представляю, как твоя мать смотрит на… – и он кивнул в сторону фото.

–Смотрит, – сурово подтвердила Юлия.

– … и вспоминает меня, – злобно закончил он фразу, уведя взгляд под потолок.

Юлия позволила молчанию сказать все за нее. И жалости в ее взгляде не было.

–Вы поговорить о чем-то хотели, – наконец, напомнила девушка.

–Да. Я, собственно, для чего пришел – посоветовали хорошего врача, я записал тебя через полтора месяца. Не планируй отъезды на конец июня, добро?

–Ладно, как скажете. У меня как раз экзамены, это пока главные планы на июнь.

–Какие же Вы разные, Юля, – горько ухмыльнулся Мирослав Александрович, качая головой.

–С Вашим сыном?

Он кивнул, набрав воздуха в богатырскую грудь.

–Денис всё никак себя не найдет? – спросила она.

–Ну если это так называется у молодежи… – хмыкнул он. – Дениса снова поперли из ВУЗа. И почему люди такие разные?

–Потому что разные обстоятельства, наверное, – пожала плечами Юля.

Июньское солнце нагревало стекла в пустой столовой общежития. Влажный пол еще блестел.

В длинном полутемном коридоре, разделяющем жилой блок и просторную столовую, были слышны ритмичная музыка и девичьи голоса. Юля и ее напарница в перчатках возились с ведрами и швабрами.

Однако вскоре появился кто-то третий, судя по тяжелым шагам. И чья-то рука из-за плеча Юли требовательно забрала у нее стул.

–Господи, это Вы!..

Мирослав Александрович в молчании направился по коридору в сторону столовой. Вторая девушка прильнула к стене, наблюдая за незнакомцем. Он, недолго думая, отобрал стул и у нее.

–Спасибо, – пролепетала Юлина подружка и пригладила на себе старую футболку.

Поставив мебель на чисто вымытый пол в столовой, мужчина обернулся. Он был одет в светло-голубой костюм, который сидел на нем лучше некуда, хотя, наверное, ему шло все… Свет из окна позади выгодно обрамлял его фигуру.

–Ты почему телефон не берешь? – вдруг спросил он у Юли.

Она вздернула брови, выходя к нему из затемненного коридора:

–А Вы звонили?

–Звонил.

–Странно. Я бы ответила.

Подруга у стены с восторгом переводила взгляд с одного собеседника на другого.

–Я номер сменил, – поставил он руки на пояс.

–Так это Вы были? Я не знала. А почему не написали, что это Вы?

–Я не пишу. Я звоню, – нагнетающе ответил он.

Мужчина в молчании смерил взглядом подругу, у которой рот от любопытства не закрывался, и повернулся обратно к Юлии:

–Мы можем наедине пообщаться?

–Можем.

Следуя за девушкой по коридору, мужчина снял с себя пиджак и перекинул через руку. Она оглянулась на него и стянула с рук резиновые перчатки.

–Дежурство? – спросил он между делом.

–Ага, раз в неделю. Но народ здесь такой ленивый. Лишний сантиметр убрать? Нет, лучше рассорится со всеми!

–Сколько возмущения. Ты мне лучше скажи, зачем таскаешь мебель?

–Чтобы быть как все, – обернулась к нему Юлия, – здесь никто не знает, что я в коляске была. Для всех – я нормальная.

Последние слова она договорила шепотом и толкнула дверь в свою комнату.

Помещение было чрезвычайно маленьким. Две кровати жались к разным сторонам комнатки, оставляя проход между собой не больше метра. Покрывала, палас и тюль, очевидно, были новыми, создавая иллюзию девичьего уюта. Тем не менее, черно-белые фигурные наклейки Эйфелевой башни на окне не могли скрыть облупившуюся краску подоконника. На старой батарее висели полотенца, на открытой полке вперемешку стояли студенческие методички и дешевая косметика.

Юлина соседка, брюнетка в шортах цвета хаки, сидела в обнимку с парнем на кровати и смотрела фильм на планшете. Однако при появлении гостя медленно выпрямилась со словами:

–Ого, привет! Проходите…

Мирослав Александрович лишь едва взглянул на нее. Юля быстро переобулась из шлепок в балетки и, оставшись в черной майке и джинсовых бриджах, бросила перчатки на кровать со словами:

–Готова. Пойдемте на улицу.

–Ты хоть в зеркало посмотри, что на голове, Юлька! – крикнула ей вслед соседка.

Юля, и правда, выглядела странно рядом с холеным мужчиной с дорогой стрижкой, выходя из своего общежития.

Они в молчании удалились вдоль по аллее от посторонних ушей.

–Начиная с завтрашнего дня будешь ездить по этому адресу, в четыре часа. Я оплатил курс на неделю, – сказал Мирослав Александрович, передавая ей листок с адресом. – И будь добра, не опаздывай. Держи деньги.

Когда он протянул ей пару крупных купюр, она усердно замотала головой и шагнула назад:

–Не надо.

–Бери, я сказал! Это на такси.

–За врача – спасибо. А денег – не надо. Я сама доберусь.

–Ты со мной спорить из-за этого будешь?

Она прикрыла один глаз, стоя под солнцем.

–Нет. Я же сказала, что не надо.

Он хмыкнул и покачал головой:

–Ну какие разные…

Юлия перечитала листок с адресом врача и благоговейно сложила его между ладонями.

–Мне жаль, что он Вас расстраивает, Мирослав Александрович, – смягчилась она, – но, очевидно, у Вашего сына другой путь.

–Это точно. У него одна теперь дорога – прямиком в армию.

–Я имела ввиду жизненный путь.

–Я понял. Но тут нужны конкретные действия. И только не надо Вашей женской жалости и баек про зверства в армии, – скривился он.

–Ладно, не буду. Но сдается мне, что Денис у Вас парень везучий, и армия обойдет его стороной.

–У тебя – общежитие, у него пусть будет армия. Каждому – свое испытание.

Девушка приподняла брови, но мужчина неспешно двинулся в сторону своей припаркованной машины, думая о своем. Тогда и Юля, по-молодецки запустив руки в задние карманы брюк, синхронно зашагала с ним.

–А как Марина Евгеньевна на это смотрит? – спросила она.

–Догадайся.

Он открыл дверь машины, надел темные очки, и они попрощались. Мирослав Александрович едва заметно кивнул ей и укатил жить дальше своей жизнью. Юля тоже направилась к себе, не оглянувшись ни разу.

А на входе в общежитие ее уже ждала соседка:

– Бли-ин, – протянула она, – если это твой папочка, скажи, что у тебя нет мамочки.

– Ангелина, не дури. У него сын – твой ровесник.

– Ты с его сыном встречаешься?

– Д что ты! – возмутилась Юлия, – Я его только в детстве видела.

– Ну тогда какие проблемы? Дашь его номер?

– Сына?

– Папы, – расплылась в улыбке собеседница.

– Зачем?! – опешила Юля.

– А ты слепая? Он офигенно хорош!

– Ну, может, тебе и хорош, – ответила Юля и пошла к лестнице, – а я бы лучше его не знала.

Юля медленно присела в холле клиники в ожидании Мирослава Александровича. После первого приема мануального терапевта ее голова гудела, общее состояние не поддавалось описанию. Ей хотелось домой, отдохнуть, а не ждать этого человека. Ей, вообще, не хотелось его видеть. Но она пообещала Мирославу Александровичу встретиться посещения врача.

Здесь все было дорого и красиво. Даже девушки на ресепшне, очевидно, подбирались по тому же принципу. Каждый новый посетитель выглядел так, будто его главная цель в клинике – не позволить усомниться в своем достатке. Юлия остро ощущала свою неуместность здесь, в джинсах и белой рубашке трехлетней давности. Через двойные стеклянные двери клиники она продолжала наблюдать за паркующимися машинами.

Девушка опустила голову, ощупывая и разминая шею. Затем скрутила волосы в длинный жгут и убрала на затылок при помощи одной шпильки.

Мирослав Александрович появился из своего внедорожника и быстро поднялся по лестнице в холл.

–Ну как? – спросил мужчина у Юли без приветствия.

–Это было нечто, – прошептала она и покачала головой.

–Так хорошо или так плохо?

–Было больно, скажу честно, – прикрыла она глаза, – врач позвонки вправляет, как семечки щелкает.

Мирослав Александрович нахмурился и присел рядом:

–Еще пойдешь к нему?

–Побегу! – ухмыльнулась Юля. – Без шуток. Он и правда профессионал. Ладно, не берите в голову. Вы все организовали, дальше – мое дело. Спасибо Вам.

–Да какое спасибо, – резко ответил мужчина, собираясь подняться с места, – я за свои ошибки плачу.

–Но это не значит, что я не могу поблагодарить за то, что имею сегодня. Надо учиться ставить точку в любой ситуации.

Он взглянул на нее, и его пристальный взгляд длился дольше обычного. Юлия немного растерялась и медленно свела брови на переносице, как бы предупреждая, что лишних эмоций от него ей не надо.