Читаем Духовный путеуказатель онлайн бесплатно

«Духовный Путеуказатель» — главная работа известного испанского богослова, христианского (католического) мистика и учёного Мигеля де Молиноса, впервые изданная на испанском языке в 1675 году. В последующие годы была переведена на различные языки и выдержала несколько переизданий. С резкой критикой данной работы выступил орден Иезуитов (как позднее установили историки, под влиянием французского двора), и 18 июля 1685 года Мигель де Молинос был арестован, а 18 августа 1687 его взгляды были осуждены как еретические. В ноябре 1687 года сам Молинос был признан еретиком и приговорён к пожизненному заключению. В 1784 году «Духовный Путеуказатель» был издан в России известным масоном И. Лопухиным. Однако бо́льшая часть тиража была изъята. Более эта книга не переиздавалась.

Основная идея «Духовного Путеуказателя» — необходимость тотального религиозно-мистического опыта созерцания Бога. Таковое пассивное созерцание может быть достигнуто путём отказа от собственной воли, воспринимающейся как греховная, полного самоотречения. Это основная идея квиетизма, манифестом которого и стал «Духовный Путеуказатель». Несмотря на то, что сама работа пронизана духом христианства и предполагает соответствующую позицию мистика, вставшего на путь познания (созерцания) Бога, она имеет большое количество пересечений с мистическими практиками других направлений и до сих пор используется некоторыми магическими организациями и объединениями. Знакомство с «Духовным Путеуказателем» позволит интересующемуся оценить и сравнить собственный мистический опыт, критически оценить его, что немаловажно, особенно в самом начале такого рода практики.

Приведённый ниже текст печатается по изданию 1784 года (типография И. Лопухина)[1]. Перевод текста на современный русский язык выполнен Орденом Хранителей Смерти (ordenxc.org), отв. редактор Alister Garfield[2].

Это верные и неоспоримые истины, которые богоблаженный и просвещённый автор, описывая в этом сочинении, рассеял с лучами Того, Кто есть Сияние славы вечного Отца. Сии слова верны и истинны, — сии слова Света и Жизни, которые будут неугасимою лампадой и горящею свечою тем, кто хочет ходить по прямому и безопасному пути Правды и Истины.

Ни честолюбие, ни суетная слава, ни любовь похвалы, — короче говоря, никакое человеческое побуждение или земное намерение не принимали участие ни в сочинении, ни в обнародовании этой книги. Только любовь чести Божьей и желание содействовать христианскому совершенству побудили сочинителя предпринять это дело, которое теперь и меня обязует воплотить сей труд в печати.

Когда автор только тем и занимался, что утешал и направлял несчётное множеством душ, которые привёл к нему Бог, без собственного его искания (ибо пребывал он в уединении и отлучении как главнейшей цели его устремлений), — тогда написал он этот Трактат с необыкновенной скоростью, и не по чьему другому наущению, как только [по наставлению] молитвы, не по иному чтению и способности к наукам, а только по внутреннему мученичеству, которое есть училище внутренней Премудрости; не по иной науке, как по зову сердца; не по другому какому-либо намерению, как следовать вечному совету, вдохновению и, так сказать, насильному побуждению и принуждению Божию.

Потому я усердно желал, чтобы эта книга предстала в свете дня для общей пользы и для руководства тех помилованных душ, которые прямой дорогой самоотречения стремятся к блаженной и тихой вершине совершенства тайного: о том настойчиво просил я автора, чтобы он дал мне её; не получив же, для этой цели я применил его духовного начальника, которому бы он не мог отказать и с тем, дабы потом, прочтя её, ко мне потом доставил.

Итак, я отдал её в печать и преодолел некоторые трудности в этом деле, полагавшиеся мне на этом пути, ибо считал, что такое начинание может оказаться угодно Великому Отцу дома, Который не для того зажигает свои особые свечи, чтобы они оставались сокрыты от глаз, но лишь чтобы они светили на подсвечнике духовности; и потому ещё, что мне было известно и то, что истинно духовные огромную пользу из неё почерпнут. Часто весьма высокопарно пишут, подражая божественным писаниям, и божественным языком, ежели что сделают, или просто лишь о страданиях, как это делали многие. Но это ничто, если не благоговеют аскезою, и не живут смиренно, шествуя по пути, и не отвращают трудностей и препятствий, которые душа внутренне находит и которые жизнь её задерживают. Это единственная цель, которую поставил себе автор, и кажется, что он в том весьма преуспел, ибо учение его основывается на одном исполнении, свет его чист, а стиль им написанного прост, и одновременно высок и ясен, и в то же время глубокомыслен.

Ради этой цели читай, дорогой мой читатель, с полной доверенностью, со святою радостью и богоблаженным благоговением это сочинение, как деятельное упражнение духовной жизни; в котором обращаешь манну божественной сладости и нового имени, имени внутреннего мира, которого никто не знает, кроме того, кто его принимает. Здесь ты увидишь разницу между рассматриванием и созерцанием, и между достигаемым через прилежность и вливаемым от самого Бога созерцанием; здесь познаешь многообразное бедствие души, вражьи искушения, лесть его, тайные коварства и козни; здесь, наконец, научишься тайным путям, ведущим к сокровищу добродетели и к высокой горе созерцания, уничтожения, превращения и внутреннего мира.

Ежели ты овца заблудшая и верно следуешь любезному гласу Божественного Пастыря своего, то под руководством этого Духовного Путеуказателя взойдёшь на благодатную ниву внутренней и тихой сладости, питаемую неисчерпаемыми реками живой воды и озаряемую Божественным Светом, который из этой книги воссияет в разуме твоём, а с ним и волю твою разожжёт так, что как только вкусишь ты этой духовной пищи, в тот же час объят будешь горящим вожделением стать обновлённым и сообразным блистающему образу Вечной Истины.

Таков плод, который обычно несут в себе книги богоблаженных и освещённых людей, пишущих не по ложным побуждениям человеческого размышления, но побуждаемых к тому избытком чистого и наполненного светом сердца, и учения которых сопровождаются внутренней благодатью, торжеством победы духа и сильным убеждением, что необходимо искать представленную в них истину, принимая её сердцем.

Хоть книга и мала с виду, но содержащиеся в ней мысли велики и высоки. И писана она не для тех, чья жизнь, по слову пророка, есть не что иное, как тьма; не для тех, кто предаётся движениям своих естественных инстинктов и своей чувственности, но только для простых душ, которые призывает Господь сладким и благоговейным гласом к духовному и внутреннему пути.

Ради этого взойди, возлюбленный мой читатель, взойди на этот счастливый путь, которому этот просвещённый и верный Путеуказатель тебя учит. Это путь благословения, освещения и истины, путь правды, суда и оправдания, путь Премудрости, мира и крепости, который только у входа тесен, а в середине весьма широк и в конце весьма просторен.

Это путь, на котором сердце находится в истинном благодушии и на котором дети Божьи в совершенстве используют право своего освобождения, вне которого всякое пространство есть не что иное, как теснота, всякая свобода есть не что иное, как рабство, всякое спокойствие есть не что иное, как труды, всякий мир — не что иное, как брань, всякая тишина — беспокойство, всякое веселье — ложная радость, всякое благополучие и всякое увеселение — только мука и печаль. Этот путь святой и чистый, он прямо и безопасно ведёт к вечной жизни, безо всякой опасности, без препятствий и страха, чтобы не споткнуться, ведёт к вершине горы христианского совершенства. И гора эта исполнена счастья и мира, исполнена тихого покоя и света; где облака слепоты, и человеческих страстей, и возмущений ума — не появляются, которую никогда не покрывают густые туманы плотских, воюющих друг против друга беспокойных желаний, и где ветры и бури мирского непостоянства и перемены времён веять не могут. Вот вожделенное место, к которому ведёт этот духовный Путеуказатель.

Подумай о великой пользе, которую ты бы хотел получить от этой малой книги. Счастлив читатель, который не довольствуется тем, чтобы только читать содержащиеся в ней спасительные учения, но и от всего сердца старается производить их в дело.

Брат твой и слуга во Иисусе Христе распятом. Ф. Иог. де С. М.

Нет ничего труднее, чем возможность угодить всем людям, и нет ничего легче и проще, чем судить дела других. Все издаваемые книги подвержены этим двум порокам, и сколь бы сильны ни были покровители их, они не способны освободить их от этих качеств. Как же будет с этим малым сочинением, у которого нет никаких защитников и духовная пища которого, столь мало соответствующая моде, покажется невкусной и, возможно, вызовет насмешки у многих людей!

Но, любезный мой читатель, не ругайся понапрасну, если чего-то не понимаешь. Естественный [душевный] человек не принимает того, что от Духа Божия, говорит Св. Павел (1 Кор. 2:14). Плотский человек хоть и может говорить, слушать и читать о духовном, но ничего этого не понимает. Если ты осуждаешь сию книжицу, то причисляешь себя к мудрым этого мира, о которых Дионисий говорит, что Бог не сообщает им этой премудрости, но дарит её простым и смиренным, тем, которых обычно считают невеждами.

Тайное Богословие — это наука, состоящая не в воображении, а в ощущении, её не изобретают [прилежанием и размышлением], но ощущают; она не выучивается, но даётся с небес, и потому она столь верна, столь сильна, столь великую оказывает помощь и столь богата плодами. Она входит в душу не через уши, не через постоянное чтение книг, но через влияние Духа Божия, который изливает благодать свою на простых и малых и который его (то есть богословие) сопровождает непостижимой сладостью.

Есть учёные, которые никогда ничего об этом не читали, и есть люди духовные, которые ещё не ощутили действия этой благодати. И потому как первые, так и вторые никоим образом не хотят в это верить, одни по неведению, а другие по недостатку понимания.

Известно, что те, кто не вкусил этой сладости, не могут судить об этой тайне, и что они соблазняются, когда слышат беседующих об удивительных действиях, которые Божественная Любовь производит в душе, потому что в самих себе они ничего такого не усматривают. Но кто может ограничивать благость Божью? Как если бы, например, Его рука стала короче, и Он теперь уже не мог бы делать того, что делал прежде. Бог не взирает ни на чьё достоинство и заслугу, когда призывает людей. Он не избирал ни из самых крепких, ни из самых богатых, но избрал слабые и бедные души, и от этого ещё больше воссияет Его бесконечное милосердие.

Наука эта — не одного лишь рассматривания, но деятельного упражнения, в котором пониманием достигается большее, чем тончайшим и острейшим размышлением. От этого предостерегала своего духовника Св. Тереза, чтобы он о духовных делах ни с кем ни разговаривал, кроме духовных[3]. Ещё говорила она, что если им известен всего лишь один путь или окажутся они посреди течения, то остановятся и не смогут преуспеть в этой святой науке.

Те, кто будет осуждать учение этой книги, тем самым докажут, что они не имеют никакого понятия о тайной богоучёности и что они никогда не читали Св. Дионисия, Августина, Григория, Бернарда, Фомы, Бонавентуры и многих других святых церковных учителей, которые это описали, одобрили, похвалили и преподавали, при этом ощущая в себе плоды и действия, которые оно творит.

Необходимо ещё напомнить, что эта книга предназначена не для равнодушных людей, а лишь для тех, кто умерщвляет свои чувства и пристрастия, и кто в деле молитвы уже приобрёл должный успех и навык[4], и кто имеет божественное предназначение для внутренней жизни, чтобы далее усиливать и овладевать ею, ибо она устраняет препятствия, которые мешали в продвижении к совершенному созерцанию.

Стиль написания этой книги я старался подобрать так, чтобы при своём благоговении он был прост и полезен, и потому не употреблял ни кажущихся изысканными выражений, ни красот ложной витиеватости или тонкостей теологии, ибо намерение моё состоит лишь в том, чтобы учить Истине чистым и ясным образом и со смиренным и искренним сердцем.

Не следует удивляться тому, что всегда издаются новые духовные книги, потому что Бог всегда сообщает новый Свет, и души всегда испытывают необходимость в таком наставлении. Ещё не всё сказано, но многое написано и будет писаться до скончания мира. Славен тот Свет, который от Бога на Церковь Его воссиял через служение так называемого Ангельского Учителя Фомы. И, однако, сказал сей священный муж в час своей смерти, что Божественное Величие в то самое мгновение ока изливало на него свои лучи столь чистые и живые, что те, прежние, что освещали его, когда он писал, есть ничто в сравнении с ними, с теми, которые теперь проникали в него. И так Бог будет всегда сообщать людям новый Свет, новое познание, и бесконечная Премудрость Его никогда не может быть исчерпана.