Читаем Хищник онлайн бесплатно

Жанр: Темный любовный роман

Рейтинг: 18+

Переводчики: Виктория Г. и Дмитрий П.

Редакторы: Мария П., Таня П. и Ленуся Л.

Вычитка и оформление: Анастасия Я.

Обложка: Таня П.

ВНИМАНИЕ! Копирование без разрешения, а также указания группы и переводчиков запрещено!

Специально для группы: K.N ★ Переводы книг

(https://vk.com/kn_books)

«Хищник» — чрезвычайно темный роман. В нем присутствуют жесткие сексуальные сцены, употребление наркотиков, физическое насилие и пытки, которые могут вызвать и/или привести к эмоциональному шоку. Вас предупредили.

ВНИМАНИЕ!

Копирование и размещение перевода без разрешения администрации группы, ссылки на группу и переводчиков запрещено!

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Тайлер

Два года назад

Неважно сколько раз я думала о том, как умру, никогда не верила, что мне настолько повезет и смогу умереть во сне или от сердечного приступа в течение нескольких минут. Независимо от того, что произойдет, я знала, что умирать буду медленно. И будет очень много боли. Конечно же, моя смерть точно будет не естественной.

Почему?

Когда вы совершаете ужасные преступления, они в любом случае вернутся бумерангом.

Так и произошло.

Я сделала столько ужасного сотням ни в чем не повинных людей.

В результате, моя смерть была такой же ужасной, как я себе ее и представляла.

Был нож. Кровь. Ругань и крики.

И так много чертовой боли.

Я была одна, когда сделала последний вздох.

Никто не должен умирать в одиночестве.

Но я оказалась в их числе.

И виновата была в этом только я сама. Я перерезала себе вены.

Лучше умру таким способом, чем другим.

Правда в том, что у меня не было другого выбора. Если бы я не сделала это, сделали бы они. Тогда Джей провел бы остаток своих дней в поисках моего убийцы. Я не хотела этого. Я хотела спасти его. Хотела, чтобы он забыл меня и снова влюбился.

Чтобы у него был шанс избавиться от всего этого.

Шанс, которого у меня не было.

И больно мне было не от лезвия, которое вспарывало мою кожу. А от любви к Джею.

Когда мы влюбились, то повязли в этом конкретно. Быстро. Глубоко. Страстно.

Я никогда не ощущала такой любви. И никогда не думала, что смогу ощутить.

Еще этим утром я говорила, что люблю его. Это были последние слова, которые он от меня когда-либо услышит.

Он сможет сохранить эти слова в своем сердце. Но меня он просто не сможет удержать.

Потому что сейчас я лежу на полу в луже крови.

И это конец.

Конец Тайлер Риченс.

О моей смерти не напишут в газете, но если бы написали, то знаю, какое там было бы содержание.

«Тайлер Риченс, двадцать два года, скоропостижно скончалась 14 января.

Родом из Сент-Джорджа, штат Канзас, Тайлер переехала в Сан-Диего, штат Калифорния, чтобы поступить в колледж Сан-Диего. Ее профиль — бизнес в международных отношениях.

Ее родители Рик и Нэнси Риченс и у нее есть четыре любящих брата».

Остальная часть была бы о достижениях в средней школе, описанием моей работы, которой у меня вообще не было, что я путешествовала, чтобы отдохнуть, но этот отдых был связан с работой.

Одна ложь.

Моя семья даже не догадывалась о том, как я жила. Всё это было лишь сделкой, на которую я сама же и пошла.

Но я нарушила часть сделки, когда начала встречаться с Джеем. Он не знал, насколько глубоко я была вовлечена во всё, насколько серьезна была моя работа. Он знал, что наши отношения подвергают мою жизнь опасности, но не знал о том, что сам находился в таком же положении.

Однако это того стоило.

Каждая секунда, которую я провела с ним, стоила того.

За него стоило умереть.

Его последним воспоминанием обо мне будет то, как я холодная лежу в крови на полу его ванной — уже давно мертвая, но он никак не может в это поверить.

Конечно же, я этого не хотела.

Но именно так и должно было быть. Он должен был увидеть меня такой. Почувствовать меня. И не быть в состоянии что-либо спросить.

Боже, он так сильно меня держал.

Должно быть, он думал, что если будет так сильно меня сжимать, то я вернусь обратно. Он так кричал, будто слова могли обратно закачать воздух в мои легкие и реанимировать меня. Он тряс меня так, словно от этого я смогла бы открыть глаза.

Я надеялась, что любовь сможет залечить всё то, что сделала.

Если бы всё было так просто.

Но пути назад не было.

Не было больше надежды.

Она умерла в тот момент, когда я сделала последний вдох.

Но желание осталось.

Перед тем, как он прочтет мои записки и вынесет мое тело из ванной, я хотела запустить пальцы в его длинные, густые темные волосы. Я хотела потереться щекой о его лицо. Хотела сказать ему, как сильно люблю его, еще хоть раз.

Когда он заплакал мне в шею, я не могла ничего сделать.

Сможет ли он простить меня за то, что я убила себя? И отпустить то, что между нами было?

Надеялась, что сможет.

Надеялась, что куда бы я ни отправилась, то смогла бы потом следить за ним. Защищать его. Пока он не будет в состоянии двигаться дальше, а не цепляться за то, что было когда-то между нами.

Здесь, в последний раз, я прошептала «прощай».

Он не может почувствовать мои слова, но они исходят из моего тела.

Слова любви, слова надежды.

Слова, которые молили его о прощении.

Наших отношений никогда не должно было быть.

Но, в итоге, это они изменили меня. То, что я хотела тогда, сильно отличалось от того, что я хотела вчера.

Но всё же, наши отношения привели к этому — к концу.

И сейчас всё, что у меня осталось — это время.

Время вернуть вас в самое начало. К тому моменту, когда всё пошло наперекосяк.

Но, чтобы всё понять, вам нужно всё услышать.

Это была не только моя история.

Это была наша история.

Бородач

Я вцепился в волосы шлюхи и потянул их на затылке, чтобы кончить ей в горло. Ее глаза сверкали, пока на ее языке не осталась последняя капля спермы. Губами она провела по головке моего члена, слизывая остатки, а затем немного подержала это дерьмо во рту, прежде чем все проглотить. Жадная сука. Она хотела, чтобы каждая капля досталась только ей, и не хотела делиться ею со второй шлюхой, которая стояла рядом с ней на коленях.

Обе телки по очереди обсасывали меня. Затем телка слева сделала непонятную хрень языком, и это подтолкнуло меня к краю — немного круговых движений язычком, плюс влажные рты, сосущие и двигающиеся по моему члену — сделали свое дело.

Я думал, что шлюха начнет давиться, когда я кончу ей в рот, но она этого не сделала. Ей, черт возьми, понравилось. Она, блядь, стонала и махала своими чертовыми ресницами, как будто я отдал ей то, о чем она мечтала всю свою жизнь.

Я уже знал, как сильно девушка слева любит подставлять свой рот. Это была четвертая ночь подряд, когда она сосала мой член. Девушка справа была новенькой. Но Левенькая, каждый вечер с тех пор, как я прибыл в Майами, располагала свои губы вокруг моего дружка. Первые две ночи она засовывала презерватив в рот и высасывала все в резинку. Прошлой ночью она оставила презерватив и сказала предупредить ее, когда я буду на грани. И в результате я кончил на ее щеку, между прядью светлых волос и размазанной красной помадой. А сегодня она все проглотила. Интересно, что она сделает завтра?

— Поцелуй меня, — сказала Правенькая Левенькой, облизывая ее губы. — Я хочу его попробовать.

Левенькая медленно повернулась к ней, высунув язык, и Правенькая сразу же всосала его. Ей даже удалось слизать маленькую белую каплю с уголка рта Левенькой. Все это время их влажные пухлые губы скользили друг по дружке, как те мини-хот-доги, которые засунули в тесную банку. Пока этим занимались, они не отводили от меня глаз.

Талантливые сучки.

— Теперь моя очередь, — сказала Правенькая, потянувшись ко мне.

Я посмотрел на нее.

— Очередь на что?

— Вылизать твою сперму.

Я схватил ее за сосок и сжал его.

— Ох, — вздрогнула она, раскрывая губы, из которых появилась маленькая дорожка слюны. — Полегче, малыш. Не так сильно. У меня месячные.

Я засмеялся, засовывая член обратно в джинсы и застегивая ширинку.

— Для тебя, — сказал я Левенькой, бросая две сотни на стол за ее отсос. — И для твоей подружки, — сказал я, бросая третью купюру.

— Я увижу тебя завтра? — спросила Левенькая.

Я почувствовал в кармане джинсов вибрацию и вытащил телефон.

Шэнк: Аэропорт. Завтра. 9 утра.

Я взял за подбородок Левенькую.

— К сожалению, нет, сладкая, — я вышел из комнаты, закрыв за собой дверь, и присел на свободное место в баре.

Это самый популярный стрип-клуб в Майами. Танцовщицы здесь такие высокооплачиваемые, словно у них чертовы золотые дырки. Хотя на самом деле я не особо придирчив. Я не так уж часто бываю в стрип-клубах, но с тех пор, как вернулся в Штаты, мне нужно было сходить в такое место. Прошло много времени с тех пор, как я последний раз был здесь, и еще не успел привыкнуть ни к солнечным лучам, ни к закусочным на колесах.

Ни к улыбкам.

Там, где я жил, в Венесуэле или в тюрьме, в которой работал, мало кто улыбался. Были только бетонные стены и металлические решетки.

И крики.

Их я слышал постоянно... и мне они чертовски нравились.

После криков были рыдания и обещания. Все обещали что угодно, когда их запирали в камере.

Моя работа заключалась в том, чтобы следить за заключенными — их передвижениями по тюрьме, их кормлением, наказаниями. Тюремный охранник, похититель, мучитель — у меня было много кличек. Они все значили одно и то же — я жил во мраке.

А здесь, в Майами, было слишком светло. Будто ярко-желтые стринги какой-то цыпочки вывесили в центре комнаты. Вокруг меня никто не кричал. Даже Левенькая не издала ни звука, когда членом я доставал аж до задней стенки ее горла. Всего лишь этот тихий вскрик от Правенькой, и то, когда я схватил за ее сосок. Но это совсем не то. Этот вскрик даже близко не сравнится с теми, которые я обычно слышал.

Я скучал по крикам.

Я нуждался в них.

— Официантка еще не проходила?

Повернув голову, я посмотрел на женщину, которая только что села рядом со мной. Она была одета не так, как другие девушки, которые ходили по клубу. На ней были черные кожаные штаны и такого же материала майка. По движениям ее сисек я мог сказать, что она была без бюстгальтера.

— Пока не видел ни одной, — ответил я.

— Черт. Мне нужно что-то крепкое. — Она посмотрела на мои губы, будто хотела съесть меня. — И сильнодействующее.

— Могу помочь.

Она посмотрела на сцену и улыбнулась. Блондинка шла к нам, виляя вырезом своего одеяния, из маленьких треугольников которого выпадали сиськи.

— Мне не интересно ничего из того, что ты можешь предложить, — ответила она.

— А что тебе может быть интересно?

Она перевела взгляд на меня.

— Она.

Я снова посмотрел на блондинку. Ее сиськи оказались больше, чем я думал, больше, чем просто вершинки — соски были больше, чем кончик моего языка. А также у нее была очень мясистая задница. Мой член затвердел при мысли о том, как я буду иметь ее тугую киску.

— Ну как, нравится? — спросила сидящая рядом со мной девушка.

— А она ничего.

— Она моя девушка, — и снова посмотрела на мои губы, — и, как я уже сказала, поэтому мне не интересно то, что ты можешь предложить.

Я был почти рад это слышать. Но черт бы меня побрал, если не скажу, что это также был охренительный вызов. Я был с большим количеством бисексуальных цыпочек, но никогда с лесбиянками. Я мог представить себе эту блондинку-стриптизершу на своем члене, вместо Левенькой, и брюнетку, которая будет вылизывать блондинку. Мне было интересно, что член может сделать с брюнеткой.

Ей он понравится, или она попытается найти что-нибудь в комнате, чтобы потом засунуть это мне в задницу?

— Как тебя зовут? — спросила она.

— Зачем тебе знать? Передумала?

— Ничуть. Только мне кажется, что справедливо будет узнать имя того, кто пялится на сиськи моей девушки.

— Бородач.

Она посмотрела на тот самый беспорядок на моем подбородке.

— Правда что ли?

Я зову себя Бородач уже довольно долгое время. С того самого момента, когда заключенная №326, Кайла Лэнг, вошла в мою тюрьму. Она была единственной пленницей, кто смогла выйти из тюрьмы живой. До нее все называли меня Бушем, но мне больше нравилось Бородач.

— Я хочу, чтобы ты так меня называла, — сказал я.

— Ладно, — она пожала плечами. — Тогда расскажи мне чем занимаешься, Бородач.

— Много чем, — ответил я и посмотрел на ее соски. Или мне кажется, или разглядеть их теперь стало намного легче? — Почему бы тебе не рассказать мне о себе?

— Я — Лейла, — она протянула мне руку для рукопожатия.

Я пожал ее руку так же, как пожал бы руку мужчины. Что-то мне подсказывало, что она не любит нежности.

— Так чем же ты занимаешься, Лейла?

— Можно сказать, что я финансовый консультант.

— Неужели?

Блондинка уже лежала на стойке, ее задница была приподнята вверх, а ноги раздвинуты, предоставляя обзор на внутреннюю часть ее бедер. Но Лейла не отводила от меня взгляда.

— Может, тогда проконсультируешь меня?

Взглядом она просканировала меня от запястья, вдоль руки, до плеч, затем вниз по груди, с спускаясь к ногам.

— Ты не похож на человека, у которого есть то, что я люблю в клиенте. Меня больше интересуют богатые и элита.

— И по тому, как я выгляжу, ты можешь определить, что я к таковым не отношусь? — Я не стал дожидаться ее ответа — она в любом случае начнет разглагольствовать о ненужном дерьме. Черная одежда и борода ничего не могли сказать обо мне точно. — Почему бы тебе не начать говорить, а я уже буду решать, стоишь ли ты моих денег? Покажи, какой ты специалист.

— Я помогаю богатым правильно инвестировать деньги.

— Легально?

Она передвинулась на другую сторону стула — ту, которая была ближе ко мне — и скрестила ноги.

— Я знаю этот город. И знаю людей, которые в нем живут. Знаю все хорошие возможности. Возможности в любой отрасли, в зависимости от того, какая тебя больше интересует. Ты просишь показать тебе, какой я специалист, но, к сожалению, я не знаю тебя и не знаю, могу ли тебе доверять.

— Тебе не нужно меня знать. Мои деньги говорят сами за себя.

— О какой сумме мы говорим?

— Какая ты быстрая, Лейла. — Я провел ладонью по бороде. — Мне нужно ощутить твой запах. Попробовать. Почувствовать на своем языке, прежде чем мы перейдем к цифрам.