Читаем Не говорю "Прощай" (СИ) онлайн бесплатно

— Виктор Александрович, Вы что, издеваетесь? — пока относительно спокойно интересуюсь у шефа.

— Что ты имеешь ввиду? — спрашивает мой шеф, включая дурачка, хоть таким и не является.

— Кого Вы мне пытаетесь подсунуть? — продолжаю возмущаться, не пытаясь уточнять по какому поводу, поскольку мой шеф и так прекрасно понял, о чем я, а точнее о ком.

— Не кипятись, Артем. Что у тебя в первый раз практиканты что ли? — говорит шеф.

— Нет. Не в первый, но, не такие же? — отвечаю, чувствуя, что начинаю закипать.

— Это, какие такие? — спрашивает шеф, тоже начиная закипать.

— Да она еще в детский сад ходит, причем в ясельную группу. Что я с ней делать буду? — спрашиваю у шефа.

— То же, что и с другими практикантами. И тон сбавь. Я все-таки старше тебя и по должности и по званию и вообще, мои приказы, а это приказ, не обсуждаются. Вопросы есть? — отвечает подполковник, действительно включив большого начальника.

— Слушаюсь, товарищ подполковник, — отвечаю Виктору Александровичу.

Блин, кругом одни начальники, плюнут не в кого, — это естественно я думаю про себя. В следственном указывают, мой непосредственный начальник тоже чуть что, напоминает о своем положении.

— Вот так-то лучше, — уже примирительно отзывается он. — Послушай, Артем, ты сильно не кипятись, я только тебе могу её доверить. Девочка хорошая, отличница. Ты пойми, не могу я её никому кроме тебя поручить.

— То есть, я у вас тут вроде няньки что-ли? — забыв про приказ, продолжаю заводиться. Да у меня дел по горло, чтобы еще с малолетними девицами возиться.

— Ну что ты заладил, Артем. Она о следственной работе мечтает, тут я её обеспечу. С твоей же стороны жду физической подготовки. Я к тебе не только как к подчиненному сейчас обращаюсь, но и как к боевому товарищу, которому могу доверять и на которого могу положиться, — примирительным тоном давит свою линию Виктор Александрович.

— Вон, Пашке поручите, он у нас спец по девицам молодым, пускай ею и займется.

— Пашку до неё вообще нельзя допускать, чему он её научить-то может? — говорит шеф.

— Знамо чему, — ржу в ответ. Это, товарищ подполковник, тоже наука нужная, в жизни пригодится. Опыт приобретет… бесценный. Тут, нашему Павлу, равных точно не будет.

— Пашка только девчонку мне испортит. Как я отцу-то её в глаза смотреть буду? — говорит шеф. Только тебе и могу доверить молодую девицу. Ты у нас парень правильный, строгий где надо, не обидишь, черти чему не научишь.

— Товарищ подполковник, ну честно, я то её чему могу обучить? Я же, то на задержаниях, то в засадах и «окопах», то ненормальных с крыш снимаю, то отморозков всяких заложников освободить уговариваю и так, еще по мелочи. Да у меня и времени нет. Владимир Евгеньевич засмеет, если узнает.

— Артем, ты же сам в прошлом оперативник, а бывших, как говорится, не бывает, а сейчас боец спецподразделения. Тем более, многозначительно говорит Виктор Саныч, — кроме прочего, еще и экстремальный переговорщик, так что, терпения у тебя и выдержки любой, как говорится, позавидует. Вот этому всему и научишь. Бумажки перекладывать её и без тебя научим, умненькая очень девочка, я же уже говорил, отличница учебы и вообще. А вот «пороху понюхать» ей бы не помешало, чтобы жизнь у нас раем не показалась. Тут ты прям в самый раз. Все. Дело решенное, завтра и начнете — заканчивает свою убедительную речь подполковник. — А с начальником спецподразделения я договорюсь, это не твоя забота.

Вот встрял, думаю про себя. Для полного комплекта мне только стажеров не хватает, да еще, блин…таких… И как он интересно с Корсаковым собрался договариваться? Мой начальник — Владимир Евгеньевич Корсаков, мужик кремень, соплей не любит, иначе не возглавлял бы одно из спецподраздений Росгвардии, а с этой стажеркой, как раз их и не оберешься, тут к гадалке не ходи.

— Да, вот еще…, - как бы невзначай добавляет Виктор Александрович, не оставляя мне никаких шансов, ты там…это… построже с ней, в общем, ну как ты умеешь, не мне тебя учить. По всей форме, как говорится.

Я смотрю на шефа, выгнув брови.

— Не понял, товарищ подполковник! Что значит по всей форме…? По полной что-ли, упала…отжалась? — спрашиваю удивленно. Так она же не выдержит. Вы вообще её видели? Метр с кепкой в прыжке и того гляди ветром сдует, хоть гири к ногам привязывай.

— Вот и отлично, Артем. Вот и договорились. Это же хорошо, если не выдержит, — говорит шеф. И что ты все время заладил, одно и тоже. Видел я её, симпатичная молодая девушка, с …формами…где надо… Все, как говорится, при ней. Поэтому нечего ей тут делать. Пускай детей мужу рожает, да бумажки где-нибудь перебирает.

— Сколько лет Вас знаю, но никогда не думал, что Вы шовинист, Виктор Александрович…, - не унимаюсь я.

— А тебе и не надо думать. Так надо…для дела…Приказ получил, выполняй, — резюмирует шеф.

— Так точно, товарищ подполковник.

— Завтра в девять жду у себя на утренней летучке и никаких засад и окопов, чтобы как штык. Передам, как говорится из рук в руки, — летит мне уже практически в спину.

— Какие уж тут засады…, - бурчу практически себе под нос, выходя из кабинета. Да уж, дела, докатились, с девицами нянчиться начали, думаю про себя, выходя от шефа. Ох, девонька, мало тебе точно не покажется. Все произойдет быстро, чтобы долго не мучилась, да и мне с тобой нянчиться не досуг. Сама от меня сбежишь. Уж я постараюсь.

С самого утра я дико волнуюсь. Не выспалась, так как толком не могла заснуть от волнения. Сегодня у меня первый день практики в следственном управлении Следственного комитета. Попасть туда на практику мечта любого студента. В основном, практику проходят в отделениях полиции какого-нибудь небольшого района, ну если повезет, то в отделе, ну опять же полиции. А тут…следственный комитет…спасибо папе.

Мне 19 и я студентка третьего курса юридической академии. Учеба мне очень нравится. Вообще, следственная работа это моя мечта.

В следственное управление я приезжаю заранее, боюсь опоздать. Вообще я очень пунктуальный человек.

Сидя в кабинете подполковника юстиции Козырева Виктора Александровича меня немного потряхивает. Я довольно упертая, не из робкого десятка, скорее где-то рядом с ним, и сейчас эти довольно сомнительные черты моего характера не добавляют мне спокойствия.

— Доброе утро. Вижу, все собрались, начнем, — открывает утреннюю летучку Виктор Александрович.

Виктор Александрович представляет присутствующих сотрудников следственного управления.

— Хочу вам представить двух наших без пяти минут коллег по цеху, которые будут проходить у нас практику. Так сказать, пробовать себя в будущей профессии. Итак, прошу любить и жаловать: Смирнова Екатерина Витальевна и Киселева Мария Игоревна, студентки третьего курса юридической академии, — представляют меня и мою одногруппницу.

— Молодым коллегам мы всегда рады, — лыбится один из присутствующих. Поможем, подскажем и… покажем, — многозначительно поигрывая бровями, продолжает он.

— Старший лейтенант Еремин, Вам я еще слово дам, — басит Виктор Александрович.

— Итак, стажер Смирнова Екатерина Витальевна будет проходить практику у Корнеева Игоря Степановича, — вещает Виктор Александрович. Не волнуйтесь, Екатерина Витальевна, — обращается он к моей одногруппнице, — Виктор Степанович у нас сотрудник с большим опытом следственной работы. А Вы, Мария Игоревна, будете закреплены за капитаном Филатовым Артемом Владимировичем, параллельно осваивая следственную работу, следователя я Вам назначу чуть позже. Филатов у нас один из лучших бойцов спецподразделения Росгвардии, которое оказывает нам силовую поддержку. Занимался и оперативной работой. Так что, прошу любить и жаловать. А вот теперь, прошу задавать вопросы по существу, коллеги, — заканчивает свой монолог подполковник Козырев.

— Виктор Александрович, — обращается к Козыреву сидящий напротив меня Артем…Владимирович и смотрящий на меня в упор, явно чем-то недовольный. — Разрешите уточнить?

— Разрешаю, Филатов, — отвечает Козырев, почему-то сразу напрягшись.

— У нас тут сегодня стрельбы по графику и нормативы по физо, — говорит Филатов. Я могу стажера уже сегодня начать приобщать к профессии…?

— Кхм…напрягается подполковник, — да, Филатов, можете. Только…эмм…учитывайте, что Мария Игоревна у нас все-таки будущий следователь и у неё еще будет время…ну в общем, я думаю, что Вас не надо учить…

— А как же «пороху понюхать» и далее по списку… — продолжает Филатов.

— Артем, — обрывает его Козырев, — не забывайся.

Слушая этот диалог, я неожиданно для себя произношу вслух, — стрельбы это интересно. Но мне хотелось бы и в следственной работе поучаствовать с выездами на происшествия.

— Не переживайте, Мария Игоревна, обязательно поучаствуете. Артем Владимирович Вас возьмет как-нибудь на место происшествия, — говорит Козырев.

— Вот видите, Виктор Александрович, — говорит мой наставник, — Мария Игоревна совсем не против пострелять. Так ведь, Мария Игоревна? — обращается уже ко мне.

— Да…, не против, — отвечаю неуверенно.

— Что-то я не чувствую уверенности в голосе или Вы сомневаетесь в выборе будущей профессии, а, Мария Игоревна? Это Вам не только бумажки перебирать, тут еще и стреляют, ну из пистолета, слышали о таком, пиф-паф… — не унимается мой будущий наставник.

— Капитан Филатов, отставить рассуждения. Я же сказал, по существу, — бросается на мою защиту Козырев.

Этот Артем…блин…свет…Владимирович, по моему еще тот КОЗЛИЩЕ. А ведь в начале совещания, пока он молчал, он мне очень даже понравился. Если быть уж совсем откровенной, он просто улет, весь такой…ухх, не то, что мои однокурсники. Его нельзя назвать красивым в классическом стиле этого слова. Но от него исходит сила и мужская уверенность. Мужчина не должен быть красивым, в нем должна быть харизма. В нем, похоже, её с избытком, я, имею ввиду, харизму конечно, а голос…ммм…с едва заметной хрипотцой…Он темноволосый, глаза у него стального оттенка и еще у него полные губы. Я думаю он умеет ими пользоваться…ох… о чем я только думаю…

— Мария Игоревна…, доносится сквозь мое слегка затуманенное сознание, — так Вы готовы сегодня поучаствовать в стрельбах? — возвращает меня к реальности голос Виктора Александровича.

— Да, готова, Виктор Александрович, — отвечаю уже более уверенно.

— Вот и отлично. Тогда все по рабочим местам, резюмирует Козырев. — Артем, задержись.

Выйдя в коридор, подпираю спиной стену в ожидании своего надзирателя.

— Ну, Киселева, ну и везучая же ты, — говорит, подойдя ко мне Катя.

— Интересно знать, в чем же это мне повезло? — спрашиваю у своей одногруппницы.

— Да ладно, не прикидывайся дурочкой. Вон, какого наставника отхватила. Я чуть слюной не подавилась. О боже, какой мужчина, — нараспев тянет Катерина слова из известной песни.

— Тише ты, — говорю Кате. Да у него на лбу крупными буквами написано «КОЗЛИЩЕ» и жирным подчеркнуто.

— Так это ж круто, Маш. С паиньками не интересно, а этот прям огнище, я бы с ним постреляла бы и не только… — не унимается Катя.

— Да ну тебя. Я о таких глупостях не думаю, — говорю Кате. Я сюда для другого пришла, меня следственная работа интересует.

Можно подумать я сама не вижу, что этот, Артем…кхм…Владимирович, очень даже…, но Кате об этом знать вовсе не обязательно.

— Ой, Машка, какая ты все-таки зануда. Так и просидишь над своими учебниками, а молодость пройдет. Не умеешь ты жизни радоваться на полную катушку. Как же все-таки с тобой скучно «не украсть, не покараулить», — говорит Катерина.

Да уж, куда уж мне до тебя Катерина, думаю, глядя на подругу. Катя то у нас девица бойкая, все при ней и фигура, все, где надо. Веселая, боевая она. С ней легко, такие мужчинам нравятся, как говорится, без заморочек, в отличие от меня.

Она и сюда то попала благодаря моему отцу, только у неё не учеба и будущая профессия в приоритете, а совсем другие интересы… Катерина считает, что здесь ну, прям, не паханое поле…

Такие как Катя парней как орехи щелкают, а парни на них как на мед слетаются. Я так не умею, да и не мое это: вечеринки, свидания сплошные. Мне некогда, мне учиться нравится, да и в приоритете это сейчас.

Нет, я конечно, не ханжа, нормальная девчонка, вполне себе даже симпатичная: темные, слегка вьющиеся волосы и достаточно выразительные зеленые глаза, да и с теми же потребностями, как и у всех. Просто я более серьезная что ли. Не могу я сегодня с Ваней, а завтра с Петей, да и смысла в этом не вижу никакого. Все будет, когда время придет, главное чтобы человека своего встретить. Я жду своего единственного…хочу чтобы по любви…

— Киселева, ты меня слышишь? — выводит меня из моих мыслей уже знакомый голос.

— А…, - поднимаю голову и натыкаюсь на стальной взгляд.

— С тобой вообще все в порядке или это твое перманентное состояние? — спрашивает строго Артем Владимирович, немного с раздражением в голосе. — В твоей будущей профессии, знаешь ли, нужно быть собраннее, а не летать в облаках.

А вот это сейчас было совсем обидно и не справедливо. В моей будущей профессии еще и мозги нужны. Какой же ты все-таки ГАД, Артем…чтоб тебя…Владимирович. Но это, естественно я произношу про себя.

— Я нигде не летаю, просто задумалась. Человеку свойственно такое. И к Вашему сведению, если люди любят много мечтать — это совсем не плохое качество, а признак наличия интеллекта, который как раз и необходим в моей будущей профессии, Артем Владимирович — произношу уже вслух.

— Отлично, Киселева. Принято. Но все-таки предлагаю, если ты еще не передумала, отправиться уже на полигон и начать осваивать на практике некоторые особенности твоей будущей профессии, — заявляет этот…чтоб его…

— Всегда готова, Артем Владимирович, — говорю ему.

Как же он меня сейчас бесит…ррр…весь прям такой деловой…

Спустившись вниз, я с удивлением понимаю, что ехать мне придется с Артемом в одной машине и, как говорится, без свидетелей.

Если честно, мне бы не хотелось с ним надолго вдвоем оставаться, он на меня как удав на кролика действует и что особенно меня бесит, не скрывает своего раздражения по отношению ко мне. Видимо заранее на мне клеймо тупоголовой барышни поставил.

Но поскольку, я все-таки где рядом с тем не робким десятком, ну вы помните, буду доказывать обратное, а там уже как получится.

Естественно, подойдя к машине, я собираюсь сесть на заднее сиденье.

— Укачивает? — спрашивает меня Артем, делая кивок головы в сторону переднего сиденья рядом с водителем и при этом слегка ухмыляясь.

Вот ведь КОЗЛИЩЕ, все-таки я не зря его так «окрестила». Видимо тоже просек причину моего не желания ехать на переднем сиденье. Мог бы и промолчать.

— Нет, просто самым безопасным местом в автомобиле считается место сзади справа за водителем, — отвечаю ему, жутко гордясь собой.

Но моя радость длилась недолго.

— Спешу тебя разочаровать, Киселева, уже давно самым безопасным местом для пассажира считается место водителя, а для пассажира — место рядом с водителем, в крайнем случае, посередине сзади. Так что, если тебя не укачивает и отсутствуют иные причины… прошу присаживаться, — говорит Артем, выгнув брови и открыв переднюю дверь сиденья рядом с собой.