Читаем Основы лечения питанием на началах энергетики онлайн бесплатно

www.beztabletok.ru

Основы лечения питанием на началах энергетики. / М. Бирхер-Беннер – М.: «Russian CHESS House/Русский шахматный дом», 2020

С удовольствием исполняю я просьбу переводчиков моей книги «Основы лечения питанием» – написать специальное предисловие для русского издания. Поощряет меня к этому чувство признательности за понимание моей системы питания и за сочувствие, с которым они, а также и многие другие, соблюдают полученные в моем санатории знания. Действительно, не в прекрасной ли обширной России, не в этой ли хранительнице неисчерпаемого сокровища готовых к работе человеческих духовных сил следует провидеть будущность для этого пути подъема жизни – для энергетики жизни? Отрадно мне было видеть не только сознательное сочувствие русских образованных людей, но и отсутствие предвзятых взглядов у моих русских коллег. Да иначе и не может быть – говорю я себе – в той стране, которая дала таких ученых как Хвольсон, властным словом распространяющий учение о выдающемся значении второго основного положения энергетики и о его господстве над всем происходящим, таких, как Павлов, который, возвысившись над всем уже ранее известным, открыл массу нового в воззрениях па процессы питания.

Содержание этой книги развивает новую идею и вокруг нее, как воины вокруг знамени, в верности которому они клялись, собирается все до сих пор известное о действии пищи. Идея – та, что человеческая пища, в 96 %-х влияющая лишь как энергия, в силу этого самого, как и всякая энергия, располагает потенциалом, от высоты которого зависит течение жизненных процессов и соответственное повышение или понижение производительного прихода пищи. Согласно этой идее значение имеют не только доставляемые пищей калории, но и еще другой, до сих пор не принимавшийся во внимание, фактор: пищевой потенциал, иначе сказать – химическая температура пищевой энергии. При меньшем потенциале требуется большее количество калории, при более высоком – меньшее. И это может служить руководством при выборе наилучшей пищи для организма, такой пищи, при которой с минимумом калорий достигается высшая работа системы. Такую то именно пищу, по самой природе, получает грудной ребенок с молоком матери. Для взрослых же людей подобное питание найдено Chittenden’ом в его обширных опытах над экономической пищей, убедивших его также в высокой здравоносности и врачевательной ценности такого питания.

Новая идея, создавая новые ценности, обесценивает старые. И в этом ее единственное, но тяжкое преступление. Она опровергает существовавшее до сего времени поклонение животной и всякой, богатой белками, пище. В силу этого новая идея встречает отпор и со стороны псевдонауки и со стороны укоренившихся привычек, чревоугодничества и страстей. Что делать, такова участь всякого нового учения – оно всегда должно считаться с соответствующим противодействием. Но если идея близка к истине, то всякое противодействие должно сокрушиться об ее алмазную твердость, должно затмиться в ее белокалильном блеске. Достаточно сравнить Rubner’an Chittenden’а, чтобы убедиться, что научная ценность этого противодействия – ноль, что пресловутая крупная потребность человека в белке – простое суеверие. И вот уже недюжинные врачи начинают считаться с победоносным движением новой идеи. Simonson, гениально охвативший второе основное положение, умеющий с необыкновенным мастерством прилагать его к биологическим явлениям, высказывается так: «Действительно, познание второго основного положения и открытое Bircher’ом применение его к жизненным процессам будет иметь для биологов то же значение, что и капля крови Фафнера – для Зигфрида, получившего благодаря ей способность понимать язык птиц».

По мере того, как, для блага больных, я добровольно и неустрашимо вводил в алиментарную терапию все возникающие из нового учения законы питания, мне открывалась возможность наблюдать состояние организма у большого числа людей разных возрастов и положений, при самых разнообразных пищевых и житейских привычках и при весьма различных болезненных явлениях. Что касается результатов, то, частью, они приведены в этой книге. Во всяком случае, идея оказалась в клинических задачах разросшейся в таком объеме, какого можно ожидать лишь от закона природы высокого значения.

При таких результатах опыта вполне понятно мое желание поделиться выяснившейся в них могучей пользой действия пищи с массой тех людей, которые теперь, помимо этого, не находит иного способа выйти из беды. Да и не для одних больных это важно. И жизнь «здоровых», в силу закономерности всего происходящего, протекает по тому же второму основному положению энергетики. За все то, что – в тяжелых, через поколение проходящих и медленно подтачивающих, недугах – упадок жизни, за то, что ведет к подъему ее и потом, как уже хорошая привычка, органически сливается с ежедневной обычностью, теряя всякий характер лечения болезни, за все это не следует ли ухватиться, как за средство к предостережению и предохранению, не должен ли с тем вместе повыситься и жизненный уровень здоровых людей?

Но слов мало – ими можно лишь изложить учение и некоторую долю опытов. Для введения же учения в практическую жизнь необходимы: наставление, руководство, мужество, выдержка и воля. Надо выяснить и твердой рукой развязать массу скрытых отношений между индивидуальными привычками в питании и духовной жизнью. Нельзя требовать от пищи того, чего она не может дать. Только тот, кто правильно усвоит смысл этой книги – тот уловит и последствия. Россия же представляет собой для этого неисчерпаемый источник вечно юных духовных сил. Новая идея радуется новым друзьям и проницательным, с доверием относящимся, защитникам.

Переводчикам приношу я сердечную благодарность за их симпатию и твердую энергию.

Минуло два года с тех пор, как я опубликовал в первом издании этой книги мои воззрения на влияние пищи. Неожиданно, менее чем через год после выхода книги, я получил уже извещение, что все издание разошлось. За это время мною было получено много утешительных, полных живейшего интереса, откликов из врачебных и других кружков. Мне поставлен был ряд вопросов, ответы на которые оставались еще за мной. Как мог я лучше ответить на эти вопросы, как не подробной разработкой того материала, который лишь вкратце набросан мною в первом издании?

Это привело к переделке вновь всего содержания и объем второго издания вышел вчетверо больше первого. Но, как я думаю, это увеличение – не в ширину, а в глубину. При этом значительное подспорье моей теории я нашел в работах Rubner’a о законах потребления энергии при питании.

Мое учение о пищевом потенциале, конечно, нашло в критике и врагов и друзей. Отрадно было найти последних там, где понимание диэтетических вопросов дружит с понятием об энергетике. Порадовало и ободрило меня так же то, что моя работа встретила благожелательное обсуждение такого знатока энергетики, как W. Ostwald (Лейпциг). Надеясь, что противники мои изучат вопросы во вновь предлагаемой обработке, я пока оставляю всякую полемику.

Способ питания, который я намереваюсь здесь обосновать, проявил себя за девять лет моего наблюдения, как могущественная и целебная сила. Горячо желая расчистить путь врачебному применению подобного влияния пищи, я с радостью провел эту работу, с проверкой на практике. Успехи правильно веденного лечения растительной диетой настолько значительны в целом ряде болезней, что заслуживают внимания всего врачебного мира. Это утверждалось уже с разных сторон и не хватает лишь авторитета научного освещения этого влияния. Задача настоящего труда показать, что теперь такое освещение уже возможно. При современном положении учения о питании назрела необходимость в переоценке воззрений на него. Значение белковых веществ для питания здорового и больного человека до ныне сильно преувеличивалось и изучение пищевых продуктов с энергетической точки зрения приводит к питательным ценностям, совершенно отличным от ранее существовавших.

Я пытался писать так, чтобы люди и без медицинского образования: учителя, химики, физики и биологи могли следить за моим изложением. Ведь питание – вопрос всеобщего интереса, между тем он, более чем какой либо другой, окутан «массой предрассудков и лжеучений». Следует мобилизовать все силы для борьбы с дурными и ослабляющими привычками. А потому если мы хотим сберечь и увеличить народные силы, то должны направить все наши способности для борьбы с этими привычками.

Я надеюсь также, что многие из больных, образованных людей, почерпнут в этой книге как новые силы для борьбы со своими страданиями, так и терпение, являющееся залогом всякого успеха.

Пусть эти страницы внесут свет, приведут к познанию основной целебной силы и послужат к ограничению неудержимо прогрессирующего вырождения культурного человечества.

Приступая к третьему изданию своей книги, я прежде всего должен просить любезного снисхождения читателя. Книга возникла в обстановке практической деятельности ее автора, когда время и мысли принадлежат не врачу, а доверенным ему больным. Это неизбежно отразилось, во-первых, – на изложении и на обработке материала, а во вторых, – на запоздании появления этой книги более чем на год, так как многое пришлось исправить и многое добавить.

Научные основы терапии питания подверглись за последнее время сильным изменениям. Работы Chittenden’а обесценили значение белковых веществ и разрушили веру в укрепление организма избыточным их введением. Они внесли в учение о питании разработанный принцип физиологической экономии. Как они, так и работы Irwing Fischer’a не оставляют больше сомнения в неблагоприятном влиянии мяса. Немецкие исследователи спортивных побед вегетарианцев установили, что высшая работоспособность человеческого организма достижима даже при исключительно растительной сырой пище. Мнение, что такая пища равносильна пониженному питанию, оказалось басней. Повсюду распространяется признание вегетарианской пищи, по меньшей мере, равноценной смешанной. В то же время растет число голосов, утверждающих, на основании тщательных наблюдений, превосходство вегетарианской пищи. Математическим анализом кривой утомления Joteyko удалось показать, что токсическое действие смешанной пищи в 25 раз больше чем растительной. Несомненно, что такие изыскания полны значения для вопроса народного питания; еще очевиднее, что больных нуждается в коренных преобразованиях, так как эти изыскания имеют большее значение для больного организма, чем для здорового.

Однако, практика не идет рука об руку с успехами науки. Старания врачей всюду наталкиваются на упорный протест. Неудачи сильно раздуваются и приписываются перемене пищи, тогда как причина их совершенно иная и многие вводятся этим в заблуждение. Rubner в своих «Вопросах о народном питании» изложил это в следующих прекрасных словах.

«В настоящее время, в большинстве стран романской и германской расы, в городском питании господствует мясо. Громадное большинство видят, в нем единственный смысл своего заработка».

«По-видимому это легко изменить, потому что с обычаем, не имеющим физиологического основания, можно бы и не считаться».

«Но такое заключение было бы большой ошибкой: нигде не велика так сила привычки, как в области питания. Воспитанием и обстановкой первых лет жизни люди уже обречены на известную пищу и определенные кушанья, и каждой перемене в них ставятся всевозможные затруднения. Перемена привычки, отречение от блюда, подчас от любимого блюда, вызывает сильный протест».

«Да, перемена питания человека, в целях его оздоровления, – капитальная задача; немного найдется и образованных людей, способных сбросить с себя оковы обычая и привычек».

Эта «капитальная задача» в продолжение нескольких лет составляет мою постоянную заботу и мне пришлось уже прочувствовать всестороннюю ее затруднительность. В некоторых случаях, с более простыми натурами, помогают поучения и объяснения, в других – уговоры и ободрения, иногда же действует пример блестящего успеха. Нередко неутоленная жажда привычных возбуждений вызывает своеобразную психическую работу: отыскивание предлога со спокойной совестью бросить новый способ питания. Это реакция истерического характера.

В этом нет ничего странного. В широких кругах публики самодисциплинирование давно уже подавлено стремлением к наслаждениям и приходится наблюдать, как именно страх этой дисциплины толкает людей к болезни. У подобных натур борьба с привычками очень сложна. Такие затруднения указывают на первую необходимость – на единомыслие врачей в вопросе развивающегося уже учения о питании. Объединившись они поборют и самую сильную оппозицию.

Как достичь такого единомыслия?.. Только тем, чтобы все врачи, ознакомившись с новыми исследованиями и изменившимися воззрениями, опытами над самими собой убедились в возможности освобождения от силы привычки. Пусть эта книга прежде всего послужит этой цели.

Но разве и в будущем нужно сперва вселять предрассудки и потом лишь побеждать их? В средних школах, на курсах самаритян, акушерок и сиделок до сих пор учение о питании человека преподается по старому шаблону. Вот сюда то, как и всюду, где занимаются народным образованием и народным здравием, должен быть дан доступ новому учению о питании, ибо в питании, более чем где либо, существенно: не выжидание вреда, а именно предупреждение его.

Пусть мое учение о потенционале пищи, как незначительный вклад, которым я пытался повлиять на перемену воззрений, сыграет свою роль. Это учение до сих пор уже имело действие фермента.

Опровержение его не удалось, так как возражения противников, как я показываю это в конце своей книги, оказываются, при ближайшем исследовании, несостоятельными. Пусть же моя книга продолжает радовать всех, кто оценил уже энергетическую проблему, и возбуждает интерес в прочих, еще не оценивших ее.