Читаем Петербургская Академия наук и М.В. Ломоносов онлайн бесплатно
Петербургская Академия наук и М.В. Ломоносов
Книга посвящена истории создания центра русской науки — Академии наук. Автор показывает значение Академии в становлении и развитии отечественной науки. Особое место отведено периоду в жизни Академии, связанному с деятельностью великого русского ученого М. В. Ломоносова. Автор рассказывает о жизни и деятельности ученого, приводит интересные биографические сведения, дает характеристику его трудов.
Документальная литература / Биографии и Мемуары / История / Образование и наукаAnnotation
Книга посвящена истории создания центра русской науки — Академии наук. Автор показывает значение Академии в становлении и развитии отечественной науки.
Особое место отведено периоду в жизни Академии, связанному с деятельностью великого русского ученого М. В. Ломоносова. Автор рассказывает о жизни и деятельности ученого, приводит интересные биографические сведения, дает характеристику его трудов.
ВВЕДЕНИЕ
ОСНОВАНИЕ ПЕТЕРБУРГСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК
БОРЬБА ЛОМОНОСОВА ЗА РАЗВИТИЕ
ЛОМОНОСОВ —
ПРИЛОЖЕНИЯ
№ 1 1724 год, январь 22
№ 2 1724 год, январь 28
ИЛЛЮСТРАЦИИ
INFO
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
М. Д. КУРМАЧЕВА
ПЕТЕРБУРГСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК
И
М. В. ЛОМОНОСОВ
Ответственный редактор
академик Л. В. ЧЕРЕПНИН
ВВЕДЕНИЕ
Далекая северная деревня Денисовка получила широкую известность в нашей стране и за ее пределами. Этим она обязана своему уроженцу, выдающемуся русскому ученому Михаилу Васильевичу Ломоносову. Здесь он родился и вырос. Здесь сформировался его характер, окрепло его стремление к знаниям.
Время наложило свой отпечаток на облик деревни Денисовки, но поколения бережно хранят то, что связано с историей родного края. В память о знаменитом земляке крестьяне присвоили его имя своему селению[1].
История этого селения, расположенного в устье Северной Двины, в 80 км от Архангельска, имеет свои особенности. Старинное поселение не подвергалось разрушительному татаро-монгольскому нашествию. Его население не знало произвола помещика-крепостника, по образному выражению Г. В. Плеханова, не носило «крепостного ошейника». Однако северные крестьяне-поморы не были свободны, они находились в феодальной зависимости от крепостнического государства. За владение землей они должны были платить подати в пользу казны, исполнять натуральные повинности, поставлять рекрутов для царской армии и т. д. Но удаленность от центра несколько ослабляла феодально-полицейский надзор в этих местах и способствовала расширению свободной хозяйственной деятельности крестьянства. Исторические условия Беломорского края способствовали сравнительно высокому уровню его экономического и культурного развития, распространению грамотности среди населения.
Михаил Васильевич Ломоносов родился 8 (19) ноября 1711 г. в семье крестьянина Василия Дорофеевича Ломоносова. Об отце Ломоносова академик И. И. Лепехин, посетивший в 1772 г. родину ученого, писал: «Василий Ломоносов промысел имел по Мурманскому берегу и в других приморских местах для ловли рыбы трески и палтосины на своих судах, из коих одно время имел не малой величины гукар (или галиот) с карабельной оснасткой. Он всегда имел в том рыбном промысле счастие, а собою простосовестен и к сиротам податлив, а с соседями обходителен, только грамоте не учен». О матери Ломоносова — Елене Ивановне Сивковой, умершей сравнительно молодой, известно немного. Она была дочерью дьякона села Николаевских Матигор.
Детство Ломоносова было нелегким и ничем не отличалось от детства других поморских детей: уже с десяти лет отец стал брать его с собой на тяжелый и опасный промысел. Иногда в поисках рыбы и морских зверей они уходили далеко в океан. Поморская жизнь закалила характер молодого Ломоносова. Во время поездок с отцом расширялись и его познания. Ломоносов познакомился с судостроением, добычей соли и поморских припасов. Огромное влияние на развитие Ломоносова оказала суровая и величественная природа Севера. Ее он считал своей «первой книгой». Удивительные явления окружающего мира — разливы Северной Двины, ледоходы, ледяные горы, северное сияние — развивали наблюдательность и стремление проникнуть в тайны природы. Они настолько глубоко запечатлелись в его памяти, что по прошествии многих лет он нередко будет обращаться к ним в своих научных трудах.
Нелегок был путь к образованию выходцев из крестьянства. Грамоте Ломоносов начал учиться в 10–12 лет у соседа по деревне — крестьянина Ивана Шубного. Затем его обучал сельский дьячок приходской церкви С. Н. Сабельников[2]. Зимой все свободное время Ломоносов проводил за чтением. Его первыми учебниками были церковные книги. Навыки письма он получил, переписывая духовные тексты. Через два года после начала учения Ломоносов хорошо читал и мог показать свое мастерство в церкви. Слушателей поражало, что вместо заунывной монотонности, с которой обычно Читались тексты, Ломоносов произносил «читаемое к месту расстановочно, внятно, а при том и с особою приятностью и ломкостью голоса».
Быстро научившись писать, Ломоносов стал помогать односельчанам составлять хозяйственные бумаги. До нас дошел интереснейший документ — автограф 14-летнего Ломоносова, его запись на подрядной, где он расписывается вместо подрядчиков «по их велению»[3].
У одного из односельчан — Христофора Дудина — Ломоносову удалось достать первые гражданские книги — славянскую грамматику М. Смотрицкого и арифметику Л. Магницкого. Эти книги Ломоносов называл «вратами своей учености». Грамматика Смотрицкого, которая была распространена среди учеников школ, созданных в петровское время, содержала не только правила «говорения и письма», но и правила сочинения стихов. Арифметика Магницкого, изданная в Москве в 1703 г., представляла не просто учебник по арифметике, а популярное изложение основ геометрии, физики, географии, астрономии. Приблизительно в это же время, т. е. около 1725 г., Ломоносов познакомился с «Псалтырью» Симеона Полоцкого. Эти книги, закладывающие основы знаний в те времена, Ломоносов «вытвердил наизусть». Поэт М. Н. Муравьев, одним из первых среди современников обративший внимание на заслуги ученого в области естественных наук, в письме, относящемся ко времени посещения им родины Ломоносова — Архангельска, Холмогор, Кур-острова (1770–1771), сообщал, что Ломоносов учился в Холмогорском училище. Однако других документов, подтверждающих это сообщение, не имеется[4].
Учиться Ломоносову было трудно, особенно после того, как в 1724 г. отец привел в дом мачеху — Ирину Семеновну Корельскую, жительницу Николаевских Матигор. Мачеха не сочувствовала его увлечению книгами, и ему приходилось читать тайком. Отец относился к занятиям сына как к временной забаве и надеялся, что с возрастом и заботами по хозяйству это увлечение пройдет. Он уже подыскивал ему невесту, и Ломоносову даже пришлось притвориться больным, чтобы избежать свадьбы.
Он не видел возможности продолжать учение дома, и это привело к решению покинуть семью и самому пробивать путь к знаниям и образованию.
В конце 1730 г. 19-летний Ломоносов против воли отца отправляется в Москву, надеясь, что там он найдет то, к чему стремится. Получив годичную отпускную, о чем волостная книга писала: «1730 года, декабря 7 дня, отпущен Михаил Васильев Ломоносов к Москве и к морю до сентября месяца предбудущего 1731 года, а порукою по нем в платеже подушных денег Иван Банев росписался», Ломоносов с одним из многочисленных обозов ушел в Москву.
Желание учиться было так велико, что отсутствие какой-либо поддержки и средств к существованию не изменило намерений. Ломоносову было известно также и то, что образование являлось привилегией господ, а не крестьян. Однако, несмотря на трудный трехнедельный путь и полную неизвестность, он смело бросил вызов судьбе.
О первых днях пребывания Ломоносова в Москве известно немного. Возможно, он пробовал поступить в цифирную или навигацкую школы. По некоторым сведениям, он даже состоял в навигацкой школе, но вскоре ушел из нее, так как там не изучалась латынь — язык, на котором в то время писались почти все научные труды[5].
В январе 1731 г. Ломоносов был зачислен с «жалованьем» 3 коп. в день в Славяно-греко-латинскую академию[6], или, как ее еще называли, Спасские школы. Она помещалась в Заиконоспасском монастыре на Никольской улице (ныне улица 25-го Октября). Академия была единственным в Москве высшим учебным заведением, созданным по инициативе известного педагога и публициста XVII в. Симеона Полоцкого. Целью этого учебного заведения была подготовка образованных людей для государственных учреждений и церкви. Прием в академию крестьянских детей был категорически запрещен. Указом Синода от 7 июня 1723 г. специально предписывалось «помещиковых людей и крестьянских детей, также непонятных и злонравных, отрешать и впредь таковых не принимать»[7].
Чтобы поступить в академию, Ломоносову пришлось скрыть свое крестьянское происхождение. Он показал, что является сыном холмогорского дворянина. Только так его приняли в академию.
В академии, где предстояло учиться Ломоносову, было 8 классов: 4 низших, 2 средних и 2 высших. В высших классах учили философии и богословию, в средних основное внимание уделялось стихосложению и красноречию, в низших учили церковнославянскому языку, а также читать и писать по-латыни. Кроме того, ученики обязаны были знать географию, историю, катехизис и арифметику. Ломоносову, не знавшему языков, в свои 19 лет пришлось начинать с младших классов, где учились дети 8– 10 лет. Его возраст и плохая одежда служили поводом для насмешек. Нелегко жилось ему, но полученная возможность учиться давала силы справляться с трудностями.
Свою жизнь в это время Ломоносов описывал следующим образом: «Обучаясь в Спасских школах, имел я со всех сторон отвращающие от наук пресильные стремления, которые в тогдашние лета почти непреодоленную силу имели. С одной стороны, отец, никогда детей кроме меня не имея, говорил, что я, будучи один, его оставил, оставил все довольство (по тамошнему состоянию), которое он для меня кровавым потом нажил и которое после его смерти чужие расхитят. С другой стороны, несказанная бедность: имея один алтын[8] в день жалованья, нельзя было иметь на пропитание в день больше, как на денежку хлеба и на денежку квасу, прочее на бумагу, на обувь и другие нужды. Таким образом, жил я пять лет и наук не оставил. С одной стороны, пишут, что, зная моего отца достатки, хорошие тамошние люди дочерей своих за меня выдадут, которые и в мою там бытность предлагали; с другой стороны, школьники, малые ребята кричат и перстами указывают: «смотри-де, какой болван лет в двадцать пришел латыне учиться»[9].
Очень скоро проявились необычайные способности Ломоносова. Он делал поразительные успехи — в течение одного года прошел три класса. Свободное от занятий время он проводил в библиотеке академии, где имелись наряду с церковными книгами русские летописи, книги по физике, философии, математике. Посещал Ломоносов и другие московские книгохранилища. Часто бывал он в так называемой Типографской библиотеке, хранившей книги на разных языках. Хотя в Славяно-греко-латинской академии греческий язык не преподавался, Ломоносов изучил его самостоятельно. Это позволило ему познакомиться с византийской культурой, а позднее успешно работать по истории древней Руси[10].
В академии главное внимание уделяли богословским наукам. К ним Ломоносов не чувствовал склонности, его больше интересовали естественные науки. Случай изменить свое положение представился в 1734 г. После отказа «ученых» священников из Славяно-греко-латинской академии принять участие в оренбургской экспедиции сенатского секретаря И. К. Кирилова и полковника А. И. Тевкелева с таким предложением обратились к ученикам старших классов. Ломоносов дал согласие на участие в экспедиции в качестве священника. Опять он подвергся допросу о происхождении. На этот раз Ломоносов сказал, что его отец священник в городе Холмогоры. Но ему не поверили и направили бумаги на проверку в Камер-коллегию. Вызванный на допрос, он засвидетельствовал, что является сыном крестьянина и положен в подушный оклад. Ломоносов показал, что паспорт он потерял. В действительности же паспорт, выданный на один год, с осени 1731 г. был просрочен, и на родине Ломоносов числился беглым. После того как открылось происхождение Ломоносова, участие в экспедиции стало невозможным. Его должны были исключить из академии и сдать в рекруты. Но за отличные успехи в учении к Ломоносову не были применены обычные строгости, он был оставлен в академии.
В конце 1734 г., после перехода в класс философии, Ломоносов обратился с просьбой разрешить ему пополнить свои знания в Киевской духовной семинарии. Получив согласие, он отправился в Киев, надеясь прослушать там лекции по естественным наукам. Однако вскоре Ломоносов убедился, что это учебное заведение мало чем отличалось от московской академии. И здесь предпочтение отдавалось богословию. Поэтому еще до окончания срока возвратился он в Москву.
Хотя Ломоносов постоянно чувствовал ограниченность знаний, получаемых в академии, и отнюдь не стремился стать священником, пребывание в Славяно-греко-латинской академии было для него небесполезным. Кроме знания латинского языка он пополнил общее образование, а изучение логики и философии способствовало развитию той ясности мышления, которая станет характерной для всех его научных трудов.
В 1735 г., когда Ломоносов был уже в последнем классе академии, произошло событие, сыгравшее решающую роль в его дальнейшей судьбе. Его жизненный путь изменила созданная десять лет назад Петербургская Академия наук. В связи с необходимостью пополнить число академических учащихся президент Академии барон Корф обратился в Сенат с просьбой выделить из монастырей и духовных академий учеников, подготовленных для слушания лекций профессоров. Эта просьба была удовлетворена. Вскоре ректор Славяно-греко-латинской академии получил приказ отправить в Петербург 20 наиболее способных учеников. «В науках достойных» набралось 12 человек, среди них был Ломоносов. 23 декабря 1735 г. ученики выехали из Москвы и через десять дней прибыли в Петербург. Переступив порог Петербургской Академии наук, Ломоносов остался в ней до конца своей жизни. Всю энергию ученого и научного организатора он посвятил становлению русской науки, в значительной степени предопределив ее дальнейшее развитие.
Прежде чем начать рассказ, посвященный деятельности Ломоносова в стенах Петербургской Академии наук, осветим историю создания и начальный период существования центра научной мысли и просвещения в России.
ОСНОВАНИЕ ПЕТЕРБУРГСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК
