Читаем Лузиады. Сонеты онлайн бесплатно
Луис Важ де Камоэнс — великий поэт Португалии, ставший символом этой страны и ее народа, создатель португальского литературного языка, писатель, чье творчество, по словам Августа Вильгельма Шлегеля, «стоит целой литературы».
Поэма Камоэнса «Лузиады» — национальная эпопея Португалии — оказала существенное воздействие на литературу многих стран Европы и пережила свое время. Лучшие умы человечества: Пушкин, Вольтер, Монтескье, Гюго, Сервантес, Байрон, Гумбольдт — отдавали дань уважения португальскому гению. Голос Камоэнса стал голосом его Родины, его успехи прославили Португалию и донесли эту славу до самых отдаленных уголков мира.
Более четырехсот лет Камоэнс считается непревзойденным классиком португальской литературы; как классика чтут его также народы других стран португальского языка. День памяти поэта — 10 июня — является национальным праздником его страны.
Камоэнс — великий представитель литературы Возрождения, имевшего в Португалии ряд особенностей. Португалия — морская держава, и главная отличительная черта португальского Ренессанса — связь его с географическими открытиями, стимулировавшими быстрое развитие науки и техники.
Португальское Возрождение выдвинуло таких выдающихся деятелей, как мореплаватель Васко да Гама, географ, мореплаватель и полководец Дуарте Пашеку Перейра, названный Камоэнсом «лузитанским Ахиллом»; астроном, математик и географ Педру Нунеш; географ, литератор и государственный деятель Жуан де Каштру, медик Гарсия де Орта.
Один из новейших исследователей португальского Возрождения пишет, что знаменитого инфанта Генриха (Энрике) Мореплавателя (1394-1460), организатора блистательных португальских экспедиций вдоль побережья Африки, можно считать «более чем предшественником — истинным лидером Ренессанса»1 в Португалии, наметившим перспективы дальнейших географических открытий.
Эти открытия во многом обусловили идейное, тематическое и жанровое своеобразие португальской литературы эпохи Возрождения. Неотъемлемой частью этой литературы стали произведения, не заключающие в себе, строго говоря, установки на художественное начало: «Подлинные сведения о Пресвитере Иоанне из Индии» Франсишку Алвареша, представителя португальского короля в Абиссинии, письмо королю секретаря экспедиции Кабрала Перу Важ де Каминьи об открытии Бразилии; «История открытия и завоевания Индии португальцами» Фернана Лопеша де Каштаньеды, «Легенды Индии» Гашпара Куррейи.
В 1614 г. была издана книга, которой долгое время зачитывалась вся Европа — «Странствия»2 Фернана Мендеша Пинту, произведение, повествующее о приключениях автора в Индии, Эфиопии, Аравии, Китае, «Татарии», Японии.
Характерной чертой Возрождения в Португалии является также его сравнительная непродолжительность, что связано с трагическими событиями в истории страны и наступлением политической реакции. Считается, что португальский Ренессанс охватывает XVI в., но если в первой его половине развитие гуманизма пользуется поддержкой королевского двора, то в дальнейшем Португалия активно включается в движение контрреформации. В 1547 г. в стране прочно обосновывается инквизиция, регулярно составляющая списки запрещенных книг. Если раньше португальские короли уделяли большое внимание гуманистической перестройке университетского образования и отправляли стипендиатов в лучшие университеты Европы, то в 1555 г. король передал иезуитам знаменитый Коллегиум искусств в Коимбре, центр гуманистического образования и культуры. После смерти короля Жуана Третьего главной фигурой в Португалии становится его брат Генрих, великий инквизитор, кардинал-инфант. Инквизиция обрушивает репрессии на крупнейших представителей Возрождения. В 1547 г. гибнет замученный бесконечным процессом друг Эразма, писатель Дамиан де Гойш. Инквизиция провела посмертный процесс над доктором Гарсией де Ортой (1505-1570), другом Камоэнса и автором европейски знаменитого труда по фармакологии, и, обвинив ученого в тайной приверженности иудаизму, сожгла его кости.
Из университетов были изгнаны лучшие преподаватели-гуманисты. Цензура запрещала и урезывала произведения многих видных писателей португальского Возрождения, в том числе и крупнейшего португальского драматурга Жила Висенте.
Поэтому в произведениях португальских гуманистов появляется трагическое ощущение мира, осознание неосуществимости идеалов Ренессанса, неудовлетворенность только начавшимися складываться буржуазными отношениями.
Трагизм в отношении к миру и человеку еще более углубился после событий 1578 г., когда на марокканской земле в битве при Алкасер-Кибире погиб молодой португальский король Себастиан, одержимый идеей завоевания мавританских владений в Африке. Наследника король не оставил, и Португалия на долгие годы перешла под власть Испании, утратив национальную независимость в 1580 г. и восстановив ее лишь в 1640 г.
Контрреформация, исчезновение лиссабонского двора, вокруг которого в течение долгого времени группировались португальские гуманисты, переход в руки иезуитов важнейших очагов просвещения, безрадостное положение угнетенной страны вызвали глубокий кризис ренессансной культуры в Португалии.
Не случайно исследователи пишут о том, что в Португалии второй половины XVI в. происходит поворот от Ренессанса к «готическим тенденциям»3, и сравнивают настроения Камоэнса и его современников с настроениями многих деятелей культуры эпохи кризиса Ренессанса — Тассо, Кальдерона, Эль-Греко.4
Во второй половине XVI в. португальское Возрождение постепенно уступает свои позиции маньеризму; в первой половине XVII в. в Португалии наблюдается расцвет культуры барокко.
Поэзия Камоэнса — целая эпоха в развитии португальской литературы. Она связана с лучшими традициями средневековья: с галисийско-португальской лирикой и народной португальской поэзией, хрониками Фернана Лопеша, рыцарскими романами. Вместе с тем в поэзии Камоэнса воплотились все сильные и слабые стороны португальского Возрождения, отразились различные его этапы.
В мировой науке о литературе можно встретить разные концепции творчества Камоэнса.
Ряд исследователей связывает поэта исключительно с рыцарским средневековьем и представляет его выразителем интересов португальской аристократии. Другие считают Камоэнса певцом нарождающейся буржуазии и апологетом колониальной экспансии. Отголоски вульгарно-социологической трактовки, существовавшей и в советском литературоведении, когда «Лузиады» были названы «настоящей поэтической экономгеографией эпохи, весьма ценной для торговой буржуазии»5, встречаются и в португальской критике наших дней.6
Ф. Шлегель причислял Камоэнса к тем классикам Возрождения, у которых «дух и жизнь рыцарства и средневековья были еще слишком сильными и живыми».7 Действительно, образцами для подражания в поэме Камоэнса «Лузиады» предстают португальские короли и рыцари; в качестве исторической перспективы для Португалии поэт выдвигает идею войны с неверными. Но этим не исчерпывается творчество Камоэнса. Сложность и масштабность поэмы «Лузиады» делают это произведение одним из значительнейших памятников мировой литературы. Связь Камоэнса с традициями литературы средневековья не помешала ему создать произведение, в котором воплотился расцвет португальского Возрождения.
Не будем забывать, что политическая ситуация португальского Ренессанса была весьма сложной. Воспеваемые Камоэнсом географические открытия проводились под эгидой королевской власти и при активном участии дворянства, и это не могло не отразиться в поэме. Но сама королевская власть еще с событий 1383-1385 гг., именуемых португальскими историками революцией, во многом опиралась на финансовое могущество буржуазии, и в этом отношении Португалия не отличалась от других развитых стран Западной Европы.
В 1383 г. в Португалии произошел династический кризис, и над страной нависла угроза кастильского порабощения. Мощное народное движение, охватившее всю Португалию, фактически отстояло национальную независимость. При его поддержке португальский претендент на престол магистр Ависский стал королем под именем Жуана Первого и одержал над кастильцами решающую победу при Алжубарроте (1385). Жуан Первый опирался на буржуазию в своей борьбе против феодальной аристократии, почти полностью перешедшей в 1383-1385 гг. на сторону Кастилии. Жуан и его наследники предоставили буржуазии некоторые политические права, и характерно, что Камоэнс в «Лузиадах» считает началом эпохи великих географических открытий взятие португальцами Сеуты в 1415 г. — то есть событие, происшедшее в царствование Жуана Первого. Этот король, кстати сказать, был отцом «лидера Ренессанса» Генриха Мореплавателя.
Конечно, географические открытия были на руку нарождавшейся буржуазии, искавшей новые рынки сбыта и желавшей отвоевать у арабских и турецких купцов их монопольное право на торговлю с Индией. Но экспедиции Васко да Гамы, Педру Алвареша Кабрала, Магеллана, португальца по национальности, продемонстрировали беспредельность душевных сил человека, величие его разума, мощь его знаний. Эти открытия имели значение не только для португальской буржуазии — они восхитили всю цивилизованную Европу. Фигуры многих португальских путешественников до сих пор поражают нас своим титанизмом.
«Португалия не только укротила мятежные океаны, — писал о подвиге Васко да Гамы итальянский гуманист Полициано. — Она укрепила ослабевшие узы единства обитаемого мира. Новые народы, новые моря, новые миры вышли из тысячелетних сумерек. И сегодня Португалия — руководитель и бодрствующий часовой этой новой вселенной».8
Величие Камоэнса как писателя состоит в том, что он выражал интересы не какого-то обособленного класса или социальной группы, а всего португальского народа. Воспетые им географические открытия явились самым значительным вкладом Португалии в мировую историю. Поэт был полностью убежден в том, что они соответствуют интересам не только всего народа Португалии, но и всего цивилизованного мира. В «Лузиадах» проявилось восхищение поэта мужеством своих соотечественников-мореплавателей, преклонение перед бурным развитием науки, перекличка с выдающимися представителями других литератур Европы.
В эпоху Ренессанса завершается формирование португальской нации, и это выдвигает на повестку дня вопрос о выработке и закреплении норм португальского литературного языка.
Известно, что португальская литература существует с конца XII в. Первые ее памятники — это различные поэтические произведения, созданные трубадурами на галисийско-португальском языке. Эти произведения сочетали в себе традиции народной поэзии с влиянием провансальских лириков.
С XV в. начинает развиваться литература на португальском языке. Но португальский двор сохраняет двуязычие и в эпоху Возрождения, и такие выдающиеся писатели, как Камоэнс, Жил Висенте, Са де Миранда, творят как на португальском, так и на испанском языках.
Однако в эпоху Возрождения по всей Европе идет борьба за утверждение национальных языков в правах языков литературы. Начало этой борьбы было положено исследованием Данте «О народной речи», призывающим к созданию литературы на итальянском языке. В 1549 г. дю Белле пишет трактат «Защита и прославление французского языка», доказывая, что французский язык имеет все качества, необходимые литературному языку.
Аналогичные концепции развития национального литературного языка распространились в эпоху Возрождения и в Португалии. В 1536 г. вышла в свет первая «Грамматика португальского языка» Фернана де Оливейры. В 1540 г. знаменитый португальский историк и философ Жуан де Барруш пишет «Диалог в похвалу нашему языку», где заявляет, что португальский язык ничуть не уступает испанскому, итальянскому и французскому, что этот язык наиболее близок к латыни (позднее и Камоэнс скажет, что Венера оказывала португальцам покровительство, потому что в их словах ей слышалась «подпорченная латынь»). Жуан де Барруш создаст и свою «Грамматику»; в ней, руководствуясь, подобно дю Белле, идеей обогащения родного языка путем заимствований из древних языков, он попытается приспособить португальский язык к правилам латинского.
Однако главное, что способствовало завершению формирования португальского языка, — это не научные трактаты, а выход в свет поэмы Камоэнса «Лузиады». Так же, как историю современного русского литературного языка мы отсчитываем от Пушкина, так и португальцы отсчитывают историю своего литературного языка от Камоэнса. Характерно, что его эпопея, в которой имеется обширная мифологическая линия, эпопея, в которой упоминаются далекие от нас исторические события и описываются малознакомые нам города и страны (многие из них давно уже успели поменять свои названия или вообще исчезнуть с лица земли), по языку звучит удивительно современно. Блестящий знаток античной литературы и философии, человек, стоящий на очень высоком для своего времени уровне знаний, Камоэнс употребляет такие слова, как «общественное благо», «субстанция», «кафры», «Перводвигатель», «архетип». Кажется, что поэт еще тогда, в XVI в., предусмотрел возможности родного языка и поднял его на такую высоту, превзойти которую оказалось пока не под силу португальским писателям более позднего времени.
Известный современный писатель Жозе Кардозу Пиреш сказал о «Лузиадах»: «Этот шедевр мировой поэзии был не только эпопеей конкистадоров, вместе с поэмой возник и сам язык португальцев, творчески закрепленный в своих границах и индивидуализированный в соответствии со взглядами гуманизма и современным состоянием страны».9
О жизни Камоэнса известно немного. Родился он в 1524 или в 1525 г., скорее всего в Лиссабоне, хотя некоторые биографы считают его родиной другие города. Дед его, Антан Важ де Камоэнс, был женат на доне Гиомар Важ да Гама, происходившей из рода Васко да Гамы. От этого брака родился Симан Важ де Камоэнс, отец поэта, умерший, когда мальчику было восемь лет. До сих пор точно не установлена фамилия матери Камоэнса. Крупнейший исследователь биографии поэта Вильгельм Шторк полагает, что ее звали Анна де Маседу и что она умерла во время родов,10 а некая Анна де Са, пережившая Камоэнса и получившая после его смерти пенсию, назначенную ранее королем за «Лузиады», была на самом деле мачехой поэта. Однако многие португалисты все-таки считают матерью Камоэнса Анну де Са, а в некоторых источниках можно встретить и компромиссный вариант ее имени — Анна де Са Маседу.
