Читаем Наполеон. Годы изгнания онлайн бесплатно

После того как я потратил три года на составление книги «Наполеон: Откровенное повествование о годах верховной власти 1800–1814»[1], я принялся изучать мемуары, относящиеся к тому, что произошло после 1814 года.

Я обнаружил несколько поистине захватывающих документальных материалов, и среди них — мемуары молодого человека по имени Луи-Жозеф Маршан, который приступил к работе в окружении императора в 1811 году. Со временем Маршан стал первым (главным) камердинером императора. Он вел подробные записи о своей службе при Наполеоне вплоть до дня смерти императора. Мемуары Маршана, много лет хранившиеся в личной собственности, наконец, в 1952 году, увидели свет. Мне удалось приобрести права на первое издание этой работы на английском языке.

Маршан не пытается писать саму историю. Он пишет захватывающие воспоминания о своей деятельности на службе у императора. У этого человека с незаурядными способностями отсутствуют личные или материальные амбиции. Хотя Наполеон и уважал Маршана, он, конечно, не знал о том, какие замечательные мемуары создаст тот, описывая события после 1811 года — русскую военную кампанию, военные кампании в Германии и во Франции, Эльбу, «Сто Дней» и, наконец, — Ватерлоо и остров Св. Елены.

И все это изложено ясным и строгим стилем, практически день за днем. Хотя эти мемуары носят характер дневникового повествования, их чтение остается увлекательным. Они также сохраняют для потомков рассказы о прошедших событиях в изложении самого Наполеона.

Редко когда такой великий человек следует в своей жизни до самой могилы в сопровождении подобного друга. И как же повезло истории, что Маршан сохранил эти мемуары, написанные простым, ясным и плавным языком, наполненные многими подробностями и исправляющие ошибки авторов других мемуаров. Работа Маршана представляет собой правдивый рассказ о величии человека, свидетельство очевидца о фактах истории и их последствиях. Мемуары Маршана являются одним из важнейших исторических документов, относящихся к жизни Наполеона.

Проктор Джонс

Преданность Маршана императору остается вне всякого сравнения. Как говорил сам великий ссыльный, служба Маршана была «службой друга».

Луи-Жозеф-Нарцисс Маршан родился в Париже 28 марта 1791 года. Его мать, в девичестве Мари-Маргерит Броке, стала первой из трех нянек Римского короля. Она пользовалась полным доверием «гувернантки Детей Франции» госпожи де Монтескью. Ей было поручено пеленать императорского ребенка, кормить его и наблюдать за ним ночью, расположившись на стуле около его кроватки. Она одевалась, как и все камеристки императрицы, которых сам Наполеон называл «черными дамами», так как они всегда носили черные шелковые передники, в отличие от придворных дам, ведавших гардеробом императрицы, которых он называл «белыми дамами», поскольку те носили белые передники. Среди этих «белых дам» была Генриетта Маршан, дочь первой няньки и сестра верного Маршана.

Благодаря содействию своей матери и, особенно, госпожи де Монтескью, Луи Маршан поступает на службу в императорский двор в 1811 году в качестве слуги. Мы даже знаем, что по просьбе «гувернантки детей Франции» он получил от императора в 1812 году сумму в размере 4300 франков, чтобы откупиться от военной службы.

Семья Маршана происходит из хорошего и солидного французского рода. Ее родиной, так же как и различных ветвей семьи Маршана, является Бос, бывшая галльская земля карнутов[2], лежащая среди скудных и неприветливых долин. Кантон Ментенон, входящий в департамент Ёр-е-Луара, объединяет сельские общины, в которых можно обнаружить следы предков компаньона императора в его изгнании: сначала в Анше, в цветущей долине реки Друетт, и далее к востоку, недалеко от Галлардона, в общинах Имерей и Монлуе, в очаровательной долине реки Вуаз.

Интересные детали: Евфрасия, внучка Анны-Брижитт Маршан, которая была теткой будущего графа Маршана, вышла замуж за Жана-Батиста Пенлеве, деда Поля Пенлеве, знаменитого ученого и государственного деятеля, чей прах покоится в Пантеоне. Кроме того, г-жа Поль Пенлеве, урожденная Пти де Вильнёв, имела тетку, которая, через Брокетов, приходилась внучатой племянницей матери Луи Маршана.

Сразу же после поступления на службу к Наполеону Луи Маршан принял участие в поездке императора и императрицы по Голландии. Тогда ему только исполнилось 20 лет. Он сразу же обратил на себя внимание своими способностями и преданностью императору. Но его истинный характер ярко проявился главным образом в Фонтенбло, в 1814 году, во время отречения Наполеона от престола. Констан, первый камердинер, и мамелюк Рустам сбежали, как трусы, бросив в беде своего хозяина. Тогда вместо Констана гофмаршал выбрал Маршана. В то время как его мать сопровождала Римского короля с гувернанткой в Вену, Маршан последовал за императором на Эльбу. Полный рвения, умный, чуткий и скромный, он вскоре завоевал доверие императора, у которого никогда не возникало повода, чтобы пожалеть об этом.

Вернувшись во Францию в период «Ста Дней», он не дал внезапному повороту судьбы вскружить ему голову. В Париже, как и в Портоферрайо, он остался верен себе. После Ватерлоо, на борту «Беллерофонта» и «Нортумберлэнда», а также во время всего тягостного и трудного времени ссылки он проявил себя таким же вежливым, полным усердия, деятельным и внимательным, каким был в Тюильри и в Елисейском дворце. В то время, когда невзгоды и ренегатство привели к массовому дезертирству придворных, Маршан старался, как только мог, помогать Наполеону переносить неприятности и облегчать его тяжёлые переживания. Он был человеком большой души в полном значении этого слова. Оставаясь постоянным свидетелем мучений и страданий великого человека, он в первую очередь стремился если не излечить неизлечимую рану, то, по крайней мере, облегчить, — прибегая к попыткам как-то отвлечь внимание, чем-нибудь занять и развеять, — тяжелое состояние сверхчеловеческого интеллекта, неожиданно поставленного в условия праздного времяпровождения и приговоренного к медленному самоуничтожению. Беседы, чтение, диктовка — все это, по собственным словам Наполеона, было подобно цветам, разбросанным на пути к могиле. Провоцирование этих занятий, их стимулирование, даже подстрекательство к ним — все это были те многочисленные способы, с помощью которых Маршан стремился вывести Наполеона из состояния меланхолии и мрачных размышлений, сократить долгие и невыносимые часы его заточения.

Маршан принимал участие в занятиях Наполеона историей и литературой: «Краткое изложение войн Юлия Цезаря» было целиком написано рукой Маршана под диктовку Наполеона, так же как и другие работы, опубликованные в 1836 году.

На своем смертном одре император пожаловал Маршану титул графа и назначил его своим душеприказчиком: тем самым он представил доказательство высочайшего уважения к верному компаньону всех его лет невзгод и несчастий.

Наполеон посоветовал Маршану и даже приказал ему жениться, по возвращении во Францию, на дочери генерала, который отличился во время войн императора. Маршан исполнил это пожелание. 15 ноября 1823 года он повенчался с мадемуазель Матильдой Браейр, дочерью генерала Брайера, того самого человека, который возглавлял поход Наполеона на Париж в марте 1815 года и затем блестяще командовал гвардейской дивизией.

Передо мной лежат несколько писем с поздравлениями по этому поводу, направленных ему членами императорской семьи; все эти письма остаются неопубликованными.

Вот письмо от принца Евгения, отправленное из Мюнхена 11 декабря 1823 года: «Я целиком поддерживаю этот брачный союз, — писал он, — и желаю, чтобы он способствовал Вашему счастью. Принцесса также просила меня заверить Вас в том, что она искренне разделяет мои чувства в этом отношении».

Супруга короля Жозефа, королева Юлия, позднее графиня де Сюрвильер, написала из Брюсселя 29 ноября 1823 года: «Я с большим удовлетворением узнала о Вашем браке и о том, что Вы выполнили пожелание императора сочетаться браком с дочерью одного из его храбрых генералов. Я поздравляю Вас с этим и в глубине души надеюсь, что в этом союзе, который делает честь Вашим чувствам, Вы обретете счастье. Прошу поверить, что я всегда буду относиться с особым интересом к тому, кто проявил такую трогательную преданность человеку, по которому мы будем всегда скорбить. Прошу Вас никогда не сомневаться в моем особом к Вам уважении». Сам король Жозеф через несколько месяцев присоединился к пожеланиям своей супруги; он писал 31 мая 1824 года из Соединенных Штатов: «Я достаточно хорошо знаю генерал-лейтенанта Брайера, и мне очень приятно, что его дочь стала Вашей невестой; у меня нет сомнений в том, что она найдет счастье с Вами, чья преданность и благородные чувства впредь послужат примером для великодушных сердец. Прошу не сомневаться в том, что я всегда буду испытывать искреннее удовлетворение, получая от Вас известия. Выражаю Вам свою привязанность и свое уважение».

Принцесса Полина Боргезе выразила те же самые чувства в письме из Рима от 22 декабря 1823 года. «Мне будет всегда доставлять большое удовольствие, — писала она, — все, что сможет оказаться для Вас благоприятным и что сможет принести Вам счастье. Я очень надеюсь, что обстоятельства позволят Вам приехать в Италию, с тем чтобы я смогла лично выразить уважение, которое я испытываю по отношению к Вам, а также встретить вашу супругу». А вот письмо от принца Канино, Люсьена Бонапарта, адресованное графу Маршану 23 декабря 1823 года: «Дорогой граф Маршан, я получил Ваше письмо от 18 ноября, из которого я с большим интересом, всегда проявляемым по отношению к Вам, узнал о Вашем браке. Прошу передать графине Маршан мои пожелания счастья. Если на этой земле кто-то и должен быть счастлив, то это именно Вы. Прошу верить в искренность чувств, которые Вы заслужили всей Вашей жизнью».

Наконец, небольшое письмо от кардинала Феша из Рима от 10 января 1824 года: «Я получил, — писал он, — известие о Вашем браке с дочерью генерал-лейтенанта Брайера и о том, что Вы выполнили последнее желание императора. Это двойное благое дело доставило мне громадное удовлетворение. Прошу поверить мне, что я никогда не перестану молить Бога, чтобы он, благословляя ваш брак, сделал его воистину счастливым.

Большая часть моей семьи, находящаяся в Риме, с радостью восприняла доброе известие, и мы все уверены, что Вы создадите счастливую супружескую пару. Мы также надеемся, что более благоприятные времена позволят вам приехать и повидаться с нами».

Феликс Баккьочи, супруг принцессы Элизы, выражает свои чувства такими же словами в письме от 28 декабря 1823 года: «Граф Маршан, я могу только аплодировать Вашему выбору, который выполняет волю императора и также обещает Вам счастье, которое Вы заслуживаете по многим причинам».

Я воспроизвел предыдущие выдержки, взятые из неопубликованных писем, честно хранившихся Маршаном, чтобы — используя даты и пункты отправления, — напомнить о рассредоточении семейства Бонапартов после падения империи. Чувства, выраженные в них, единодушны и не являются следствием ранней договоренности. К нему без колебаний обращаются как к графу, хотя этот титул Наполеон пожаловал ему лишь гипотетически, исходя из нравственных принципов, и лишь позднее Наполеон III подтвердил его официальными документами. В этом отношении не должно оставаться каких-либо сомнений, и мы можем только процитировать следующую выдержку из неопубликованного письма Луи Бонапарта, бывшего короля Голландии, а затем герцога Сен-Ле, который писал Маршану из Рима 2 августа 1823 года: «Я пользуюсь этой возможностью, чтобы выразить чувства уважения и благодарности каждого члена моей семьи за верную службу у главы нашей семьи и монарха, на которой Вы находились с одинаковым мужеством и постоянством. Вы более не чужой для всех нас. Мы считаем Вас достойным и старым другом. Великодушная награда, пожалованная Вам императором, достойна и его и Ваших чувств и может только быть одобрена теми, кто обладает чувствительным французским сердцем».

В результате брака Луи Маршана и Матильды Брайер родилась дочь Мальвина, которая вышла замуж за г-на Демазиера, аудитора Государственного совета. Их сын, г-н Демазиер, был последним наследником Маршана, он скончался, не оставив потомства.

Перед тем как покинуть остров Святой Елены 27 мая 1821 года — через восемнадцать дней после похорон императора, — Маршан пришел один в незатейливую долину, усыпанную кустарниками мирта и диких роз, впоследствии названную «Долиной Гераней», которая под безымянной плитой дала пристанище могиле великого ссыльного. Переполненный чувством скорби, Маршан встал на колени. В последний раз он поцеловал каменную плиту, скрывавшую человека, которого он так любил и которому так верно служил. Он сорвал маленький цветок и вложил его в свою записную книжку. Затем, бросив последний взгляд — взгляд, полный эмоций и силы, которым он хотел проникнуть через каменную плиту к императору, — вновь оседлал коня и вернулся в город. В тот же самый вечер он, вместе с другими ссыльными, отплыл на корабле «Кэмел» в Европу.

Было вполне естественно, что человек, столь преданный императору, должен был сопровождать в 1840 году гроб с останками Наполеона во Францию, к месту их окончательного захоронения в Доме инвалидов. Вместе с Бертраном Маршан был поставлен в первый ряд экспедиции, которая под командованием принца Жуанвильского привезла императорские останки во Францию. Но Маршан не плыл на корабле «Белль-Пуль»; его посадили на борт корабля «Фаворит», входившего в ту же морскую эскадру.

После возвращения останков императора, так же как и в годы, предшествовавшие этому, Маршан вел скромную и спокойную жизнь в Париже, где его радостно встречали все те, кто преклонялся перед императором.

Среди тех, кто был близок супружеской чете Маршанов, мы должны упомянуть Валери Масюйер, чьи замечательные «Мемуары» были мною опубликованы.