Читаем Обольщение строптивой онлайн бесплатно

23 декабря 1307 года

Инверури, Шотландия

Роберт Брюс, король Шотландии, не должен умереть. Тиг Монро раздумывал над странными превратностями судьбы. Он сидел у едва теплившегося костра, съежившись и укутавшись пледом, спасаясь от пронизывающих ветров шотландской зимы. Дым армейских кухонь плыл серой пеленой над огороженными частоколом стенами форта. В тумане Тиг едва мог различить силуэт деревянной башни на земляном холме, покрытом пятнами грязного снега. В башне лежал Роберт I, король шотландский, из которого медленно утекала жизнь.

Несмотря на смерть английского короля Эдуарда I летом этого года и явное нежелание Эдуарда II продолжать войну, вопрос о будущем Шотландии оставался открытым. Все теперь зависело от исхода болезни короля шотландского.

По злому року над шотландцами, едва освободившимися от тяжкого гнета английских королей, нависла угроза потерять все из-за недуга, изнурявшего молодого Роберта. Тиг не представлял себе кого-то другого правителем, способным объединить разрозненную Шотландию. Потеря сэра Уильяма Уоллеса[1] была тяжелым ударом для освободительного движения Шотландии. Но вдруг один из рода Брюсов уверенно и решительно взял в руки знамя свободы.

Теперь же ходят слухи, что королю Роберту не дожить до утра. В поисках лекарей во все уголки Шотландии, включая далекую долину Килмартин на крайнем востоке, были посланы гонцы. Но злой зимний ветер уносил последние надежды.

Тиг, поворошив угли в слабо горевшем костре, обвел взглядом своих товарищей: огненно-рыжего Дункана Маккаллока, Гейра Мактавиша, который встретился ему первым, когда он примкнул к команде Брюса, тихого и скромного юного Тирлаха Монро, еще одного своего кузена, и, наконец, старшего брата Роберта Храброго, уважаемого всеми, кто его знал. Тиг был уверен, что такая команда способна верно служить королю.

Однако у брата Робби лицо выражало усталость, граничащую с отчаянием. Впрочем, измученными и полными тревоги были лица у всех, кто сидел, согнувшись, у костра. Эти достойные люди потеряли в бесконечной войне с англичанами близких или соотечественников. У каждого из них была собственная причина находиться здесь, кроме веры в то, что король Роберт станет подлинной надеждой шотландского народа. Мантия монарха, однако, может оказаться слишком тяжелой для юного короля.

Титулованная знать Шотландии не спешила поддержать надежды народа. Граф Росс, сосед и друг семьи Монро, не одобрял того, что все мужчины этого рода последовали за королем. Однако сам Росс всегда переходил на сторону тех, кто побеждал в борьбе за Шотландию. Сейчас он еще не знал, к чьим ногам положить свой меч. Но брат Тига Робби поддержал короля Роберта, и глава семьи Монро одобрил это.

У Тига не было определенного мнения относительно военных действий, однако Робби решил втянуть его в схватку с англичанами. А Тиг подумал, что это здорово, отличная авантюра. Он всегда будет за спиной Робби, а тот, видимо, уже определил свое будущее.

Но все оказалось куда серьезнее.

Тиг научился восхищаться теми, кто сражался с ним рядом, а пуще всего тем, кто вел их в бой, человеком, лежавшим на смертном одре в деревянной башне форта на холме. Чертовски, должно быть, скверно быть недвижимым и ждать смерти!

Два дня назад граф Бакан атаковал вторую колонну шотландской армии и порубил немало ее воинов, бросив их останки прожорливым воронам и сорокам. И тут же пошли слухи о том, что король шотландский встал с постели, чтобы повести свою армию в контратаку. Однако пока еще никто не видел его во главе войска.

Неожиданные крики в ночи разбудили полевой лагерь. Тиг и все другие вскочили как один, вглядываясь в туманную даль. В ней и вправду появилась фигура рыцаря в военных доспехах на серебристо-сером боевом коне. Когда всадник приблизился, на его наброшенной поверх доспехов мантии стал виден герб Шотландии: на красном с золотом поле – лев, стоящий на задних лапах.

Взрыв восторженных приветствий огласил окрестности, и изумленный Тиг спросил самого себя:

– Король?

– Да здравствует король!

Ликующая армия, без малого семьсот воинов, окружила короля, который, как все думали, был уже потерян для Шотландии.

Король поднял руку, и шум утих.

– Это я! – объявил он чуть дрогнувшим голосом, который вскоре стал увереннее.

В радостных криках, которые становились все громче, звучали нетерпение и надежда. Тиг воспрянул духом. Король снова поднял руку, прося тишины.

– Сегодня ночью вам предстоит решить сложнейшую задачу, и я не хочу, чтобы вы сделали это без меня. – Его окрепший голос был хорошо слышен далеко над толпой.

Тиг не раздумывая стал пробираться вперед, к тому, кто был чуть старше его брата Робби. Он оказался так близко к королю, что видел его бледное, истощенное лицо с темными впадинами вместо щек. Но король держался прямо, голос его был звучен, глаза блестели. Дух короля не был сломлен коварным недугом. Это было настоящим чудом!

– Мы должны поквитаться с Баканом за убийство наших воинов, совершенное два дня назад. Я не допущу, чтобы смерть славных защитников Шотландии осталась неотомщенной. Выступаем через час.

Эти слова были встречены новым шквалом одобрительных выкриков. И голос Тига присоединился к ним.

Король возвратился в крепость, а армия стала готовиться к походу. Раздавались команды, воины собирали свой нехитрый скарб.

Тиг вернулся к костру, к нему присоединились Дункан и другие. Все молча обдумывали это неожиданное и краткое появление короля. Мимо Тига прошла кучка женщин. Среди них он увидел знакомую толстушку с длинной янтарно-золотистой косой. Она отстала от других и повернулась к Тигу.

– Ты тоже уходишь, Тиг? – спросила она, подняв глаза на него.

– Тебе будет не хватать меня, Сьюзан?

Она была одной из маркитанток, следующих за армией, тех, кто кормит воинов и обстирывает их. Тиг вовсю приударял за многими из них, ему нравилось их внимание, и он с интересом наблюдал, как они справлялись со своими заботами, любовался их походкой с покачиванием бедер и ловкими движениями рук.

– Да, мне будет не хватать тебя, Тиг, разве что нам не придется ссориться, пока ты на войне. – Сьюзан звучно чмокнула его в губы, а потом, посерьезнев, добавила: – Береги себя.

– Буду, как только возможно в битве, сладкая моя. – И Тиг подмигнул ей. – Не беспокойся, я ворочусь, чтобы не кончались наши ссоры.

Ему вдруг показалось, что Сьюзан вот-вот расплачется… Тиг взял ее огрубевшую от черной работы руку и галантно поцеловал, словно длань королевы.

– Ты тоже береги себя, милашка.

Девушка, кивнув в ответ, поспешила за подругами. Дункан, рядом собиравший свои пожитки, укоризненно покачал головой:

– Даже командой к атаке не удержать тебя от женщин; Тиг.

Тиг прятал в свой мешок деревянный черпак.

– Она напугана, как и все ее подружки. Что плохого в том, что у мужчин и женщин есть кое-что получше, чем военный поход?

–: Никто лучше Тига не способен развеять страхи девушки, – добавил юный Тирлах, вороша догорающие остатки костра и бросая на них снег. С тихим печальным шипением костер умирал.

Тиг, содрогнувшись, подумал, как близок был к такой судьбе их король.

– Это чудо, что он поднялся и с нами, – проговорил Дункан, словно читая мысли Тига. – В армии шли слухи, что он умер, а он появился, и на коне, словно возвращался с военного совета.

– Да, интересно, – сказал Робби, смотря на гаснущий костер. – Должно быть, кто-то из лекарей нашел, как побороть личного врага короля – его болезнь.

– Ведьма, – промолвил Гэйр. – Норвал из Даммагласа видел ее. Высокая, рыжая. Она из Килмартина.

Тиг пожал плечами.

– А может, внимание смазливой девицы оживило его. Я наблюдал, как наш храбрый Дункан сразу приходит в себя, когда его Майри перевязывает ему раны.

Взглянув на Дункана, он улыбнулся, радуясь, что смог развеять мрачное настроение друзей. Бледное веснушчатое лицо Дункана заливала краска – сначала покраснела шея, а затем лицо, чуть ли не сравнявшись по цвету с рыжей шевелюрой.

– Не позволяй щенку смущать себя, Дункан, – вмешался Робби, засовывая за пояс топорик. – Ты же знаешь, как он сам падок на женскую ласку.

Все рассмеялись.

– Да. Он всегда был таким. – Дункан улыбнулся Тигу, но на этот раз в его улыбке промелькнуло что-то серьезное. – Обхаживать девиц, спать с ними, вскружить им голову так, чтобы ни на кого другого не заглядывались. Таков наш Тиг. Он никак не может остановиться ни на одной из них.

– А зачем, когда их так много и все рады побывать в моей компании… – Тиг подмигнул стеснительному и самому молодому из них, Тирлаху, – а потом и в постели?

– Да, почему бы и не быть таким? – согласился старина Гэйр. – Я и сам завидую этому парню, хотя и не хочу, чтобы моя дочь побывала в его компании… или моя жена, – добавил он уже с тревогой в голосе. Однако на его лице с боевыми шрамами еще светилась улыбка.

– Я никогда не обольщал чужих жен или подружек, – возразил Тиг и, услышав недоверчивое фырканье Дункана, повернулся к нему: – Такого со мной еще не бывало.

– Он говорит правду, хотя мне пришлось дать ему хорошего пинка, чтобы он меня увидел, – заметил Дункан. – Тебе повезло, что ты не обратил внимания на мою Майри. Она не знает, что такое твои чары.

– Да, Майри – умная девушка, – подтвердил Гэйр. Тирлах не удержался от смеха, и все заулыбались, что казалось невероятным для павших духом людей в промозглом холоде лагеря.

Робби затянул шнурок своего мешка туже, чем следует.

– Не вздумай положить глаз на мою невесту, братец, – предупредил он Тига.

Неожиданно воцарилась тишина, странная в полном шума лагере, готовящемся к походу.

– Не волнуйся, – ответил Тиг, поежившись, словно от холода. – Она простушка и не в моем вкусе, к тому же старовата для меня.

Робби невесело рассмеялся:

– И то, и другое верно, но она мне нравится. Тига удивила откровенность брата, и, чтобы скрыть это, он принялся собирать свои доспехи: меч, кинжал и еще небольшой нож, который в особых ножнах всегда носил с собой под мышкой. Ему было известно, что невеста Робби – не выбор его брата, но никогда он не обмолвился об этом.

Тиг знал, что Робби во всем был лучше его. В раздумье он закинул дорожный мешок за спину, поднял с земли деревянный щит и приготовился к тому, чтобы влиться в ряды шотландских воинов-хайлендеров.[2]

Королевское воинство шло на встречу со ждавшей его армией Бакана. Война научила Тига считать свою жизнь трудной и короткой, и поэтому каждый должен ловить счастливый момент, как и когда может, тем более что таких мгновений совсем немного. Робби связал жизнь с женщиной, с которой счастлив не будет.

– Почему ты не отказался от нее? – не выдержав, спросил он брата.

Робби долго молчал, и Тиг решил, что брат не слышал его вопроса.

– Я не мог, – наконец ответил Робби. – Ты хорошо знаешь, что это политический союз, чтобы успокоить опасения графа Росса.

Тиг понимающе кивнул.

– Мой отказ от невесты еще больше обеспокоил бы Росса и весь клан, а я этого не хочу. Хватит того, что я поставил наш клан в опасное положение, став солдатом короля шотландского из рода Брюсов. Я поступил правильно и сделал все, чтобы обеспечить безопасность тех, кто остается дома.

Тиг благодарил небеса за то, что он не первенец, а второй сын у отца. Робби готовится стать во главе клана Монро. Тиг, как следующий за ним, тоже будет служить клану, но у него, когда придет время искать себе жену и выбирать собственный образ жизни, будет больше свободы.

Мимо проехали кавалеристы, спешившие возглавить армию в походе, король Роберт – впереди на серебристом скакуне. Тиг, преисполнившись гордости и решимости, подтянулся.

Но до того как женится Робби и каждый из братьев Монро по-своему устроит свою жизнь, они должны победить на этой войне. Тиг хорошо знал, сколько молодых парней полегло от рук англичан и их шотландских прихлебателей. Много их погибнет и в предстоящей битве, но он не сомневался в правильности своего выбора. Он станет воевать за короля Роберта I. Он будет рядом с братом сражаться за Шотландию.

А когда битва с Божьей помощью будет выиграна, он увидит, как брат Робби станет во главе клана Монро уже в мирной стране.

Начало декабря 1308 года

Горы

Тиг, остановив своего косматого шотландского пони, посмотрел вниз на Колрейн, лощину, где он родился и вырос. Он целый год откладывал возвращение домой, продолжая служить королю, но пришло время подчиниться судьбе.

Робби был мертв. Но Тиг не торопился, вернее, не хотел становиться во главе клана Монро, хотя и знал, что иного выбора у него нет. Робби взял с него обещание исполнить за него долг перед кланом.

Теперь пришло время встретиться с судьбой, и он поступит так, как действовал бы Робби. Выпрямившись в седле и оправив накидку, он придал своему лицу то серьезное выражение, какое всегда было у Робби, и тронул пони.

Он ехал по заснеженной дороге, которая вела прямо в центр деревни. Минуя хижины, он невольно удивился странной безлюдности родного места, но порадовался, что не будет криков и шума, какими обычно встречают того, кто долго отсутствовал.

Но все оказалось не так. Залаяла собака, из-за угла хижины вынырнул какой-то паренек и остановился.

– Робби?! – выкрикнул он, и Тиг невольно оглянулся, словно ожидал увидеть за спиной брата. – Нет, это Тиг! Па, это Тиг! – снова крикнул мальчишка и, бросившись к двери дома, распахнул ее. – Это Тиг!

Всюду стали открываться двери, и вскоре сбежалась вся родня Тига, старые и малые. Они перегородили ему путь, выкрикивая его имя, словно встречали героя с войны. Так бы они встретили Робби, если бы он остался жив.

Тиг ждал, когда утихнут шум голосов и приветствия, но напрасно. Он видел вокруг себя веселые лица, слышал смех и невольно вспомнил, как год назад привез домой тело брата Робби, чтобы похоронить в родной земле.

Наконец он остановил пони перед самым большим зданием в деревне – трехэтажным, каменным, с трех сторон надежно огороженным крутым изгибом реки. Оно служило жилищем семье Монро и одновременно общим складом и местом сбора членов клана. На верху узкой и длинной лестницы, единственного входа в дом-крепость, стояла Сорча Монро, мать Тига. Похудевшее лицо старило ее, однако коса вокруг головы все еще была цвета воронова крыла, а знакомый блеск в глазах говорил о том, что муж и оставшийся в живых сын будут делать все так, как она считает нужным.

Тиг улыбнулся ей и с радостью встретил ответную улыбку, а затем еще раз улыбнулся, да так широко и виновато, как в детстве, что всегда смягчало материнский гнев. Мать покачала головой и стала спускаться по лестнице ему навстречу.

Ангус Дабб, отец и глава рода Монро, ждал ее у подножия лестницы. Его черную шевелюру и окладистую бороду уже тронула седина, но он по-прежнему был бодр и крепок.

Тиг спешился и бросил поводья мальчишке, оказавшемуся рядом. Тот стоял, открыв рот, и смотрел на Тига так, будто он рогатое чудовище, а не солдат короля, вернувшийся с войны. Когда Тиг поблагодарил паренька, тот даже покраснел от удовольствия.