Читаем Ведьмоловы. Тайна Темных онлайн бесплатно

Я ненавидела боль, с трудом перенося каждое её проявление, будь то небольшая рубиновая горошина крови на пальце от укола иглой при шитье, или порезы, нанесенные острым кинжалом кровожадной ведьмы. Зачастую моя боль не менялась, она была все той же, невыносимой и жгучей. Даже сейчас, не глубокие раны на моих руках, противно ныли, словно они добрались до костей. Но это пустяк… Ведь до этого самого момента, я не знала боли предательства, способной жечь в сто крат сильней.

Такая боль, проникает в тебя ядом, отравляя каждую клеточку. И в один миг, ты понимаешь, что твоя душа опустела. Она словно решила, безвозвратно покинуть измученное тело. Уверена, она еще вернется. Когда-нибудь, я обязательно смогу довериться этому миру. Миру, в котором не место чудовищам из кошмаров, но они все же в нем есть.

Смириться и ждать, вот мой удел. А пока, мне нужны они. Те, кто такой же, как и я.

Я соединила запястья, объединив черные знаки друг к другу и зашла в жуткий пугающий дом. К моему удивлению, дверь была не заперта. Хотя, здешним хозяевам, нечего боятся. Я осторожно присела на знакомый ветхий синий диван и стала ждать охотников…

Я всегда любила дальние поездки, желая вырваться из привычного окружения, чтобы по возвращению по-новому взглянуть на свою повседневную жизнь. На время забывая маленькую квартиру, шумных и беззаботных подруг, ресторанчик, где перепробовала все блюда или книжную лавку, с самой приветливой продавщицей на свете. Сегодня, всё было по-другому. Я сидела враждебно застыв, на заднем сидении маминой маши, мечтая проснутся от ужасного кошмара. Моя мама Лорен, виновато поглядывала на меня в зеркало заднего вида. Мы проехали семь часов и за это время, никто из нас не проронил друг другу ни слова, обменявшись всего лишь пустяковыми фразами, касающимися дороги.

– Лилиан? Сколько можно молчать? – обратилась ко мне мама, растеряно разглядывая мое хмурое лицо.

– Все хорошо, – буркнула я, одевая наушники. Лорен что-то сказала, вопросительно на меня посмотрев, но я не слышала её, включив музыку, как можно громче.

Знаю, что поступаю не справедливо по отношении к ней и в пятнадцать с хвостиком, веду себя как капризный маленький ребенок. Думаю в данный момент, я могу себе это позволить – устроив небольшой бунт. Мне казалось, что я слишком легко распрощалась со старой жизнью и это меня безумно злило. Я не была из числа тех людей, которые легко сжигают все мосты, но все же, дала безоговорочное согласия на переезд в новый город. Заблаговременно предвидя, что наша привычная с мамой жизнь, кардинально изменится. Поэтому сейчас, моим единственным желанием, было вдоволь настрадаться моментом.

До переезда, безжалостные дни проходили слишком стремительно. Не давая возможности подготовится и настроится, совершенно вырвав меня из реальности. Я сама не заметила, как собрала все свои вещи, забрала документы из школы и провела последний вечер с друзьями. А теперь, мы мчались по вечерней трассе, проезжая табличку небольшого городка под названием Стенсберг. Маленькое пятнышко на карте, стало для меня огромной мучительной зияющей раной.

В Стенсберге, жила сестра папы Тильда. За всю мою жизнь, мне пришлось увидеться с этой женщиной всего два раза. Первый – когда мне праздновали один годик, и я вряд ли могла запомнить это событие и второй – когда она приезжала на похороны папы, но с тех пор прошло не мало лет.

Мне было известно, что малознакомая тетя, одинокая и довольно состоятельная. Именно она предложила сменить маме работу и решится на переезд, предварительно завоевав мою ненависть. Она мгновенно подыскала нам дом, находившейся в получасе езды от новой школы, что неимоверно обрадовало Лорен. Тем более, со слов Тильды, это было одно из лучших учебных заведений. Которое, судя по фотографиям найденных мною в интернете, смахивало на закрытый пансионат или исправительную колонию строгого режима, что колоссально огорчало меня.

Несомненно, переезд расценивался мною, как катастрофа вселенского масштаба, а Тильда, стала злейшим врагом номер один. Но для мамы, это была прекрасная перспектива изменить жизнь к лучшему. Именно поэтому, я не препятствовала, мужественно одобрив перемены. Лорен пекла потрясающие вкусности и всегда мечтала о собственной кондитерской. Получив мое согласие, она незамедлительно покинула должность помощника повара в кафе быстрого питания «Горячая утка», согласившись на предложение своей новоявленной «феи-крестной» Тильды, стать главным кондитером в недавно купленной тетей пекарне.

Я вытащила наушники, заинтересованно уставившись в окно, наблюдая за мелькавшими зданиями. Мы проехали городской суд, старую часовню, несколько местных торговых лавочек и пару шикарных вилл, которые не очень-то и вписывались в общее впечатление от этого древнего городка. Свернув с центральной площади в небольшой переулок, мы выехали на узкую, вымощенную камнем улицу, из-за чего машину немного трясло. Старомодные фонарные столбы, освещающие дорогу, казались мне бутафорскими. Может здесь снимают кино? Отчаянно думала я, смотря на мигающие лампочки и на то, как мы все дальше и дальше отдаляемся от центра города.

– Здесь хоть супермаркеты есть? – простонала я, притулив горячий лоб к прохладному стеклу, взволновано поглядывая на бесконечные ряды жилых домов.

– Конечно, – ответила мама, обрадовавшись завязывающейся беседе. – Не забывай, в Стенсберге вырос твой отец.

– Да уж! А мы с тобой, никогда не бывали здесь. Ни слишком ли это – странно? – спросила я, испуганно глянув на навигатор, показывающий наше скорое прибытие. – Как по мне, тетушке Тильде, поздно проявлять гостеприимность.

– Кажется, мы на месте! – возбужденно воскликнула Лорен, резко остановившись.

Я нехотя вышла из машины, демонстративно хлопнув дверцей, абсолютно уверенная в том, что моя маленькая выходка непременно заденет маму. Ведь зачастую, это нервировало её, но на этот раз, она не подала никакого виду.

Наш новый дом был очень старым, как в прочем и большинство, стоящих с ним по соседству. Верхний этаж нависал над нижним, напоминая мне покосившийся лесной гриб. Казалось, что здание давным-давно не жилое. О наличии жизни, говорило лишь присутствие облезлого рыжего кота, который лениво замурлыкал, увидев наше приближение.

– Брысь! – мама прогнала его, ловко преодолев шесть крутых ступенек, двумя большими шагами. Я же, медленно следовала за ней, ведя ладонью по потертым перилам. Часть отслоившейся краски, мгновенно посыпалась на пол, а остальная прилипла к моей влажной от волнения руке.

Справившись со ступеньками, я оказалась на входе небольшой вымощенной терракотовым кирпичом террасе. Обнаружив там цветочные горшки, в которых торчали высушенные сорняки, будучи когда-то цветущими кустиками гортензии, я не на шутку расстроилась.

– А вот и он, – радостно сообщила мама, извлекая серебристый ключик из горшка, который там для нас, заботливо припрятала тетушка Тильда.

Я встала на цыпочки, пытаясь посмотреть в запыленное окно, но ничего не было видно.

– Потерпи еще чуть-чуть, – оживленно прощебетала она, торопливо сунув ключ в замочную скважину.

Терпи или не терпи, а моего первого впечатления, мне было вполне достаточно.

– Заходи! – торжественно объявила Лорен, распахнув парадную дверь.

Внутри все было не так плохо, как снаружи. На первом этаже располагалась огромная гостиная, выкрашенная в кофейный цвет и небольшая кухня, в которой от прежних владельцев остался деревянный стол и старомодные стулья с высокими мягкими спинками.

– Как тебе? – взволнованно спросила мама, вертя головой в разные стороны.

– Не так и плохо-о-о, – грустно протянула я, разглядывая потертый кухонный кафель, который был украшен рисунками виноградной лозы.

– Мы вскоре приведем дом в надлежащий порядок. Только посмотри, какой он огромный! В нашем с тобой распоряжении целые хоромы, – восхищалась мама, расхаживая по гостиной. – Тильда очень добра к нам. Мы должны быть благодарны за оказанную помощь и поддержку.

– После стольких лет молчания, удивительно, что она о нас еще помнит, – пробурчала я, встряхнув пыльные гардины. – Боюсь, расплата за оказанную помощь, будет слишком высока.

– Пустяки… Тильде одиноко в Стенсберге. Мы её единственные родственники.

Я всегда считала Лорен оптимисткой. Она поражала меня своей неиссякаемой жизнерадостностью, даже в самые трудные для нашей семьи времена. Но кардинальные перемены, отразились и на ней, заставив маленькие морщинки от её вечной улыбки, сойти на нет, уступив место хмурой задумчивости. Взъерошив свои короткие брюнетистые волосы, мама виновато смотрела на меня, оценивая степень моего недовольства.

– Мы еще не видели, что там на втором этаже, – приободрила её я, обхватив за плечи.

– Спасибо тебе, мое солнышко, – она ласково погладила меня по голове.

– Я просто не люблю перемены.

– Эти перемены к лучшему, – напористо ответила мама, осторожно выбравшись из моих объятий. – Я умираю от любопытства, что же нас ждет на верху.

Она тут же потащила меня за собой по изогнутой деревянной лестнице, а я выжидательно затаила дыхание, опасаясь впервые взглянуть на свою комнату.

Голые белые стены моей спальни и крошечное окно, выходившее на не знакомую улицу, как в прочем и весь новый дом в целом, нагоняли на меня тоску. Я беспомощно обняла коробку со своими вещами, пытаясь привыкнуть к чужой обстановке, но ничего не получалось. Это были не мои стены, не мое окно и совершенно не моя жизнь.

Мебели в комнате практически не оказалось, всего лишь письменный стол и скрипучий деревянный стул. Мама принесла надувной матрас, который должен был послужить мне кроватью до приезда наших вещей. Он был прекрасным дополнением для грядущей бессонной ночи.

В этом доме, единственным плюсом, я сочла собственную ванную комнату. Принимая душ, я долго рыдала, безумно скучая по старой квартире и друзьям. Изнывая от беспокойства, из-за того, что завтра, мне предстояло идти в школу. Быть новенькой в классе, где все успели сдружиться – не просто. Особенно, когда ты никогда раньше, не была популярной или общепризнанной любимицей среди остальных ребят.

Мои пальцы поморщились от долгого купания. Стуча зубами от холода, я наконец-то вылезла из ванной, ступив на скользкий кафельный пол. Обмотавшись полотенцем, я посмотрела на себя в зеркало, попытавшись распутать длинные светло-русые волосы, которые сейчас, казались мне мышиного цвета. Ранее симпатичное лицо, было бледным и заплаканным. Усталость, напрочь согнала с него мой натуральный сиреневатый румянец, который выигрышно оттенял светлую кожу. Скривившись своему отражению, я аккуратно расчесала и высушила волосы, не желая проснуться с пышной неотёсанной шевелюрой.

Кое-как задремав только под утро, я стала мучиться от снившихся кошмаров. Находясь в кромешной темноте, ко мне тянулись изуродованные когтистые лапы. Вырвавшись, я выбежала на безлюдную, незнакомую улицу. Мои запястья ужасно саднило, словно они горели от резкой режущей боли. Испугавшись, я подошла к светившемуся фонарному столбу, выставив руки перед собой, протягивая их ближе к свету. На моих запястьях, были черные знаки, походившие на уродливые безвкусные татуировки. Не успев рассмотреть, что это за рисунок, я вскочила от громкого звука будильника.

Спустя несколько минут, после резкого пробуждения, мой сон начал казаться мне нелепым. Во-первых, я была не поклонница татуировок, а во-вторых, это всего лишь глупый ужастик, связанный с переездом, подумала я, изучая свою белоснежную кожу.

Признаться, я терпеть не могла кошмары. К примеру, когда мне приходилось смотреть страшные фильмы, я закрывала глаза ладонями на жутких моментах. Поэтому, снившейся ночной кошмар, мог испортить мне настроение на весь оставшийся день, заставляя снова и снова прокручивать в голове увиденное. Всему виной, моя чрезмерная впечатлительность.

Утро, как я предполагала, выдалось мучительным. Я чувствовала сильнейшую слабость и спинную боль. Неудобный матрас выпустил воздух, перенеся меня на пол, а мои попытки уложить непослушные волосы, закрутившиеся после сна в разные стороны, были безуспешны. Кое-как сформировав их в локоны, я принялась делать легкий макияж, скрывая мешки под глазами, обвиняя себя во вчерашнем самобичевании.

Спустившись на кухню, я увидела маму, заваривающую кофе. Судя по всему, не только у меня была бессонница.

– Доброе утро, – сказала я, усаживая за стол.

– Как спалось? – спросила Лорен, прекрасно зная, что я не смогла упустить возможность вдоволь наплакаться.

– Паршиво.

– И мне, – ответила она, вздрогнув от глотка крепкого двойного эспрессо. – Сегодня я подброшу тебя до остановки школьного автобуса.

– Это ужасно. Нормальные люди не ездят на школьных автобусах.

– Тебе придется потерпеть. Покупать еще одну машину у нас нет возможности. Со временем, купим не дорогую, – смягчившись ответила она, видя мое и без того, мрачное лицо.

Я демонстративно закатила глаза. В её понимании «не дорогой» имелась в виду какая-то рухлядь. Иногда мама, разрешала брать её машину, чтобы я не забыла навыки вождения, но в моей бывшей школе, она была не нужна, из-за близкого расположения к нашему дому. Сейчас, машина не помешала бы, учитывая тот факт, что до новой школы далековато, а я не поклонница дальних пеших прогулок.

– Будешь возмущаться, пойдешь пешком.

– Эй! Я ведь молчала, – обижено буркнула я.