Читаем Повседневная жизнь Калифорнии во времена «Золотой Лихорадки» онлайн бесплатно

Annotation

В 1848 году многих американцев охватило стремление перевернуть свою жизнь, бросить все и погнаться за удачей. Это было время, когда калифорнийский строитель мельниц Джеймс Маршалл впервые обнаружил на берегах Американской реки золотые самородки. Вслед за ним в Калифорнию устремились тысячи людей с надеждой на скорое и легкое обогащение. Они грезили золотом, их не пугали опасности многомесячных странствий и тяжелые испытания.

Автор книги — французская писательница Лилиан Крете рисует поразительную картину массового безумия людей, жаждущих быстрого обогащения. Однако автору за внешней канвой истории «золотой лихорадки» удалось увидеть и внут­реннюю силу человеческой натуры. Не золото подняло Калифорнию, а те люди, которые пришли за ним.

Люди гибли за металл

Предисловие

Введение

Завоевание душ

Ветер революции

Тридцать первая звезда

Глава I. Новое Эльдорадо

Владения краснокожих

Город падших ангелов

Золото! Золото! Золото!

«Золотая лихорадка»

Ветер безумия над Калифорнией

«Золотая лихорадка» охватывает Европу

Глава II. Путешествие

Курс на мыс Горн

Жизнь на борту корабля

Первые пароходы

Крокодилы и желтая лихорадка

Переход через Большие Равнины

Индейцы

Мормоны

Долина Смерти

Глава III. Жизнь на приисках

Россыпи

Капризы Фортуны

Тяжелая доля золотоискателя

Смерть золотоискателя

Лагеря золотоискателей

Торговый пост

Будни золотоискателя

Порок и добродетель

Демон игры

Глава IV. Малые города

Космополитическое общество

Женщины Соноры

Стоктон — город, выросший как гриб

Сакраменто

Грас Велли

Патриотические праздники

Вивервил

Переселенцы из Поднебесной Империи

Райский уголок

Глава V. Сан-Франциско

Палаточный город

Дома и улицы

Длинный Причал

Почта

Уличный шум

Город возрождается из пепла

Малая Чили и Малый Китай

Французы

Сан-францисские бандерши

Поиски супруги

Глава VI. Развлечения и игры

Весы и револьвер

Терпсихора, Купидон и Мом

Храмы гастрономии

Театр

Цирковые представления

Глава VII. Закон и порядок

Сиднейские утки

Суд Линча

Закон прииска

Судьбы повешенных

Наказание кнутом

Романтичный разбойник

«Бдительные» 1856 года

Глава VIII. Религия и образование

Проповеди на Плаза

«Валаамова ослица»

Слуги Господа

Кладбища

Образование и налогообложение

Школы Сан-Франциско

Орфография и нормы морали

Глава IX. Сельская жизнь Калифорнии

Испанистское общество: его касты и экономика

День ранчеро

Женщина

Родео

Насилие, распутство и пьянство

Праздники и конные состязания

Глава Х. Индейцы

Юроки: деньги… и любовь

Племя помо: вкус к празднику

Майду, винтуны и йокуты

Похороны у мивоков

Война 1851 года

Шошонская семья

Картины мира

Могавки

Примечания

Библиография

Иллюстрации

Капитан Джон Саттер

Форт Росс

Дом Саттера в Калифорнии

Кибиточный караван

Томас Ларкин, Джон Фримонт.

«Медвежий флаг»

Джеймс Маршалл.

Рисунки Маршалла, изображающие разработки золота

Разработки на Американской реке.

Мормоны приехавшие в Калифорнию на поиски «желтого металла» вместе с Дж. Саттером

Страница из дневника А. Смита об обнаружении золота.

Жена и дочь Саттера

Джон Бидуэлл

Кабинет Дж. Саттера

Карта разработок золота. 1848г.

Карманный набор золотоискателя для взвешивания золота.

Валюта «золотой лихорадки».

Правитель Мексиканской Калифорнии — Мануэль Микельторено

Повозка М. Микельторено.

На этом месте Дж. Маршалл нашел крупицы золота

Сакраменто, 1849 год

Сатирическое изображение золотоискателя

Отдых золотоискателей.

Бары по вечерам

Дома терпимости часто соседствовали с салунами.

Портрет Хоакина Мурьеты

Суд Линча.

Дж. Саттер в последние годы жизни.

Г. Биглер, У. Джонтсон, А. Смит и Дж. Браун

Современный вид на форт Саттера.

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

Серийное оформление

Сергея ЛЮБАЕВА

Люди гибли за металл

В двадцати километрах к северу от Сан-Франциско стоит деревянная крепость, при виде которой замирает русское сердце. Бревенчатые стены, вырубленные бойницы, знакомый силуэт часовни. Путник, остановись на секунду — это крайняя точка продвижения наших соотечественников, удалившихся от Руси на другой конец земли. Небольшая крепостица — Форт-Росс, а великий знак: полземли прошагали и проплыли наши предки, чтобы остановиться в этой малонаселенной части земли. Даже на русской Аляске было больше людей.

На дворе стоял 1841 год, император Николай уже опробовал чудо железной дороги и готовился соединить ею две российские столицы. Добраться же до крепости в Калифорнии было крайне сложно, поэтому приняли решение продать бревенчатый форт. Покупателем выступил некто Саттер (так несколько сот американцев окрест переиначили немецкую фамилию Шуттер). Русские ушли к Аляске, но негоже и забыть нечестное — Саттер так и не заплатил за русскую крепость в Северной Калифорнии.

Не этим Саттер войдет в историю. В ручейке, пробегавшем по его землям, блеснет металл, завороживший наш мир. Найдет золото Джеймс Маршалл на берегах Американской реки в январе 1848 года. Слишком долго Колумб и его наследники искали золото в Америке, чтобы Маршаллу и Саттеру поверили сразу и легко. Девять месяцев понадобилось, чтобы новость пересекла континент. Только 19 августа 1848 года газета «Нью-Йорк геральд» оповестила о находке восточное побережье. Но и тогда газете, несмотря на всю ее солидность и заслуженную репутацию, не поверили. Лишь когда первое лицо в государстве — президент Полк 5 декабря 1848 года подтвердил сообщение о находке золота в Калифорнии, воображение людское воспламенилось по-настоящему.

Первое судно с золотоискателями причалило к девственному берегу 28 февраля 1849 года. Удивителен путь этого суденышка. Носящее название «Калифорния», оно вышло из гавани Нью-Йорка пустым. Ее будущие пассажиры бросились к панамскому перешейку, и здесь «Калифорния», обогнувшая мыс Горн, подобрала полторы тысячи самых нетерпеливых.

Если вы, читатель, желаете знать, что было дальше, не закрывайте книгу, которую вы держите в руках. Чтобы написать эту книгу, нужно было, во-первых, много знать; во-вторых, правильно взглянуть на проблему алчности. Во всей этой истории две стороны.

Первая — как слаб человек и как легко корысть убивает его лучшие качества.Из месяца в месяц нарастала враждебность американцев к иностранцам. Особенно косо смотрели они на чилийцев, сколотивших солидные капиталы. Недолюбливали бывших каторжников, прибывших из Австралии, а также ирландцев — пьяниц и дебоширов. Самыми мудрыми считались немцы. Что касается французов, то они не находили взаимопонимания со всеми другими золотоискателями, кроме мексиканцев.

«Через два или три месяца, — сообщает Лаперуз, — возникли разногласия, взаимное непонимание, вынуждавшие золотоискателя разрабатывать свой участок самостоятельно, не имея шансов на, казалось бы, вероятную удачу».

Алчность преодолевала все: люди стояли по пояс в ледяной воде, с головой, открытой обжигающему летнему солнцу, с постоянной болью в спине от изнурительной работы киркой и лопатой. В этой борьбе выживали только самые выносливые. К смертельной усталости от работы на россыпях прибавлялись еще и Цинга, дизентерия, лихорадка, пьянство, раны от пуль, стрел и ножей. Многие золотоискатели накладывали на себя руки, не в силах перенести трудности и одиночество. Люди становились циничными и безразличными друг к другу. «Одной из характерных особенностей золотых россыпей был ужасающий, жесточайший эгоизм, охвативший решительно все души», — пишет, исходя из личного опыта, Леонард Кип.

Приведем один эпизод, о котором повествует один из первых золотоискателей Дж. Кэрсон. «Умер золотоискатель, которого все любили. Могила была вырыта в нескольких сотнях метров от лагеря, и пастор прочитал длинную главу из Библии. Дело затянулось, и по ходу похорон окружающие заметили, что в отброшенной земле сверкнуло золото. Пастор остановился, чтобы видеть, что же взволновало его аудиторию. Очень спокойно спросил: «Золото? Боже правый! Это та земля, которую мы искали». Нет нужды говорить, что бедняга Джордж Б. не был погребен в этой могиле, что его вынули из богатой ямы и вырыли новую могилу, высоко на склоне горы. Корысть убила все человеческое. Да, дьявол силен, и ничто, кажется, не способно остановить низменное в человеке.

Но это только на первый взгляд. История «золотой лихорадки» имеет и другую сторону.Англичанин Т. Уорвик-Брукс пришел к выводу, что Калифорния была «дикой страной солнца и цветов, безумных надежд и отчаяния, грубости — где все недостатки природы многократно усугубляются — в то же время страной нежной, почти рыцарской преданности, где все хорошее, что есть в человеке, становится лучше».

История «золотой лихорадки» свидетельствует также и о том, что даже последний европейский сапожник и ненужный этому миру китайский кули могут при определенных обстоятельствах открыть в себе бездонную героическую сущность.

В этом плане французская писательница Лилиан Крете сумела за внешними атрибутами «золотой лихорадки» увидеть внутреннюю силу человеческой натуры. Из невежества и ошибок, из глупых материальных устремлений, из заблуждений и абсолютного перекоса сознания человектворит сагу о самом себе. Этой истории не видно начала и ей нет конца. Оседлав очередного Росинанта, глупое человечество на пути начинает удивительно умнеть. И часто неважно то, что человек борется с ветряными мельницами, важно, что он вступает в схватку со всеми вольными и невольными силами зла. В порыве к очередной мечте люди проявляют свою внутреннюю героическую природу. Пожалуй, это и есть лейтмотив книги.

Автор книги рисует поразительную картину массового безумия людей, жаждущих быстрого обогащения. Текст словно слиток — блестит на солнце нашего внимания к авантюрам. Он тяжел, как та неведомая сила, что выбросила многие тысячи на край ойкумены середины девятнадцатого века. Он драгоценен как металл, что стал всеобщим эквивалентом, потому что даже в заблуждениях своих велик человек. Ведь преодолели все — от желтой лихорадки до желтого безумия. И остались людьми.

Было ли в истории менее привлекавшее homo sapiens место, чем Калифорния до 1848 года? Представьте себе — всего пятнадцать тысяч жителей размещались между брошенных францисканцами монастырей там, где ныне пейзаж двадцать первого века, где разместился самый могучий штат современной Америки.

И все же обыденная жизнь побеждает. Не может высокий накал — алчности или жажды чуда — держать человеческую душу в подвешенном состоянии бесконечно. И мы при помощи Лилиан Крете проникаем в палатки копателей и мечтателей всего мира. Может быть, эти зарисовки, а не восхитительные самородки больше останутся в памяти человечества, испытавшего помутнение в 1848 году. В конечном счете именно обыденность и есть наша жизнь, и второй закон Ньютона неизбежно восстанавливает инерцию.

Эта книга для тех, кто хотел бы однажды перевернуть жизнь, бросить все и погнаться за удачей. Разве не в российской ли это традиции? Ведь именно россияне заселили самую обширную часть Земли. Им ли не знать о быте первопроходцев, если в 1584 году восточной границей Государства Российского был Тобол, а столетием позже — Тихий океан. Предки двух третей нашего населения сто лет назад жили не в тех местах, где живут их дети. Потому нам так интересен строго Документированный и в высшей степени интересный рассказ о том, как однажды мир отбросил насиженные места и заселил не всем нравившуюся тогда Калифорнию, ныне живущую, как многим кажется, не в нашем времени, а уже в будущем. В 1848 году здесь не могли избрать шерифа, а сейчас самый густонаселенный штат Америки дает Вашингтону более 50 конгрессменов, самое большое число выборщиков.

Не золото подняло Калифорнию, а те люди, которые пришли за золотом. Далеко не всем им достались тяжеловесные слитки, но они удивительно изменили жизнь самой дикой окраины западного мира, превратив его в авангард науки, индустрии. Все, что делает Америку великой, начинается на земле «золотой лихорадки» — в Калифорнии. Здесь больше нобелевских лауреатов, чем шерифов накануне «голден раш» — погони за желтым металлом. Значит, имел свой исторический смысл этот бег энергичных людей, их энергия перекинулась на все сферы жизни. Неостановимой жизни. Новой обыденной жизни.

А. И. Уткин

Предисловие

24 января 1848 года местный строитель мельниц по имени Джеймс Маршалл обнаружил в Американской реке, притоке Сакраменто, золотые самородки. Через несколько месяцев слух об этом золоте распространился по всей стране, а затем достиг Гавайских островов, Перу, Чили, Аргентины, Европы и даже Китая.

За восемь последующих лет некогда безлюдная и необитаемая Калифорния, населенная немногочисленными переселенцами из Латинской Америки и разрозненными индейскими племенами, превратилась в один из самых быстро развивающихся штатов Америки и в символ американской мечты.

В Калифорнии началась так называемая «золотая лихорадка». По морю и по суше сюда устремились тысячи иммигрантов с бодрыми песнями на устах и с надеждой на скорое и легкое обогащение. Они грезили золотом, невзирая на все опасности многомесячных странствий. Им приходилось проходить через тяжелые испытания, а нередко навсегда терять при этом здоровье.

Старатели вручную перекапывали, перемывали, просеивали тонны земли и песка в поисках золота. Повсюду возникали города, становящиеся центрами шумных низменных развлечений, где ни в грош не ставится человеческая жизнь, где царят коррупция властей и разврат горожан, которые вынуждены были жить в тесном соседстве с крысами и блохами, размножающимися неслыханными темпами.

Постепенно крупные горно-рудные компании стали вытеснять с приисков старателей-одиночек. Добыча калифорнийского золота, принесшая в 1848 году 245 301 доллар, в 1850-м выросла до 41 273 106 и до 81 938 232 долларов в 1852-м — это был пик добычи. Затем она начала ежегодно сокращаться, вплоть до почти полного истощения золотоносных жил.

Современные историки считают, что «золотая лихорадка» закончилась в 1856 году. Но золотой мираж начал рассеиваться еще в 1851 году. Именно тогда многие золотоискатели, разуверившись в своей счастливой звезде, переживая крушение всех радужных мечтаний, начинают покидать Калифорнию. Но жизнь и приключения этих первопроходцев, подчас отъявленных пьяниц, мошенников, преступников, по которым, как говорится, виселица плачет, была опоэтизирована и романтизирована кинематографом и литературой, став легендой западного мира.